Вчера, тридцатого ноября скончался великий художник слова Милорад Павич...
Сказать, что его книги умеют удивлять - не сказать ничего. Сюрреалистичные, невообразимые пейзажи, и правда, будто нарисованные чаем, как кривое зеркало преображают дух в немыслимых формах позволения себя воспринимать.
Дитя творца, будь то, рассказ, книга, песня, или человек, после того как оно появилось, живет собственной жизнью. Живет, как в виде текста(нот, звуков, подобий...), так и преобразуясь в мышлении читающего книгу субъекта. И автор также живет в этих образах, третично рожденных его словарями...
Павич поселился в моей душе давно и навсегда. У него уютные аппартаменты в домике над обрывом, что на берегу моря. Пол устелен газетами, а он, как герой Маркеса, читает их стоя, чтобы не тратить время на переворачивание страниц. Его можно отличить по силуэту в окне - та фигура, что стоит лицом к окну и взглядом в пол..
Для меня не имеет значения, жив ли человек физически, мне дорого уже то, что он есть во мне. И если человек терят тело, это обычно не вызывает во мне ни жалости, ни сожаления.. возможно, флер грусти о том, что он больше не видит своими глазами и не слышит своими ушами.. А иногда я завидую мертвым, ведь они уже знают, что по ту сторону этой тонкой грани, которую мы зовем смертью...
Балансируя на грани абсурда и реальности Павич открыл для нас свою вселенную, полную бестактно преображающихся фигур и личностей, будто из ниоткуда взявшихся событий и явлений... Однако стоит заглянуть в кулуары этой вселенной, и вся ее абсурдность отступает на второй план. Закономерная, непослушная, но верная и объективная реальность со своими свободой и моралью предстает, обволакивая нас шепотом своих грехов и мистерий...
Надеюсь, после физической смерти мы, хотя бы ненадолго попадаем в то место, в которое верили, и если это так, то за человека, подарившего миру свой труд, за человека, подарившего миру и каждому из нас лично немного себя, за человека, которого звали Милорад, за человека, фамилия которого была Павич, можно только радоваться, подобно африканским, по прежнему первобытным племенам, воспевающим смерть своих друзей. Если это так, удачи тебе там, друг!