Облака
Подобно череде желаний
В просторе ветреной души,
Плывут без встреч и расставаний,
Как сон во сне, как муляжи
Грядущих битв.
Для них все ново,
Клубятся белизной тела,
Но тень их сокровенным зовом
На грудь земли уже легла.

День ото дня
Все непреклонней их плоть
И тяжелей ступни.
И диким звуком будет сломлен
Тот час, тот миг, когда они
С огнем и грохотом взорвутся,
Сгорая в водяной пыли,
Чтоб струями дождя коснуться
Сухих и черных губ земли.


Этим утром
Однажды утром мы не проснемся
Не будем ни плакать, ни лгать, ни страдать,
В мире безликом и темном очнемся
И ангелы станут о нас воспевать.
Вода будет горькой а снег станет красный
И пепел на небе а прах на земле
Забудешь в секунду ты мир тот прекрасный
Который был нужен и дорог тебе
И это конец а быть может начало
Чего то что будет новее его
Вот мать в колыбели ребенка качала
Вот новое утро и нет ничего.
Ты вновь погружаешься в темные ночи
И жаждешь спокойствие в них обрести
Милая девочка ясные очи
Тебе этот мир уже не спасти
Стань чем то лучше чем зов океана
Прибрежный пепел в ладонь собери
Стань, собери, но этого мало
Просто приснись и безмолвно умри!

Сухой снег
Сухой снег в тетрадной мякоти.
Порублен надвое, в полоску, звездный дождь.
Та грусть, которая стучится в пору слякоти,
Играет с нами жизнью в «подкидной»!

Та осень не грешит дождями мая.
И век линейный не застелет глаз.
Последние таблетки от скитаний
Уходят прочь в троллейбусный экстаз!

Последние моменты ожиданий.
Взыгралась почему-то память неба!?
Мы раздаем самим себе награды,
По Космосу гуляя неприметно!

Другое что-то рвется пробирая
Несказанные мысли каждый раз,
Лишь только свой куплет мы начинаем,
Врезаясь об невидимость преград.

Создание собственного ада
Что-то сильное, давно забытое из тлена
Я хочу увидеть и создать,
Чтобы люди падали, сбивали в кровь колени,
Чтоб молились о пощаде, рвались в Ад.

И в Аду кривлялись, словно в танце,
Забывали в пекле жизнь свою,
Чтоб лизали бесов оборванцев,
За возможность побывать в Раю.

И склонялись в страхе перед Богом,
Что отверг их, не смотря на стон.
И гнушались харкающим слогом,
Тем, что в пекле ими был рождён.

Да, хочу, чтоб было это,
Быть хочу создателем сему,
И смотреть под ореолом света,
Не на Бога, а в свою тюрьму.