Не прошу ничего. Ни честных слов, ни вечеров, сотканных из лучей фонарей, порывов ветра и листьев, которые вместе с землей не унесутся у нас из под ног, ни глаз, ни рук, ни губ... Я никогда ничего не прошу, а уж тем более того, что мне заведомо не принадлежит.
Вот они, с мазохистской тщательностью разложенные на ладони мои прошлые, настоящие и чуть-чуть задвинутые в уголок будущие ошибки. Длинный твердый ноготь все пытается выцарапать их на середину ладони, как раз на перекресток линий судьбы и любви, переворошить и… спихнуть прочь. Не тут то было... вдруг над самой головой, как меч на шелковом шнурке (умрешь не от того что упадет меч, а от страха, что порвется шнурок) скрипучий голос: «Куда? Твое!». И опять никуда не деться ни от меча, ни особенно от шнурка.
Так ждать, чтоб даже сердце вымерло,
Чтоб стал непроходимым день,
Чтоб умирать при милом имени
И догонять чужую тень.
Чтоб не довериться и зеркалу,
Чтоб от подруги утаить,
Чтоб свет любви своей и верности
Зарыть, запрятать, затемнить.
Чтоб пальцы невзначай не хрустнули,
Чтоб даже вздох зажать в руке...
Ждать, чтоб и сонный он почувствовал
Горячий ветер на щеке...
[426x568]