Проснулся я часов в 9-10 свежим и бодрым. *Осознав, что меня ожидает еще три дня на Украине, тихо тому порадовался.* А сегодня предстояла поездка в деревню. Украинскую.
Правда сразу нужно было купить мне билет и встретиться с некоей Ольгой, которая должна была ехать с нами. «…». А так, нас, поевших, вновь встретил Киев. *На второй день все выглядело уже не так забавно. Свыкся.* Встретил все той же рекламой, снегом на улицах и те-де. Пришли на остановку. Еще одна странная вещь. Больше всего в Киеве маленьких, желтых «богданьчиков». Встретить нормальный бус или тралик очень сложно.
Хотя, увидев родной «Маз», меня тронула гордость за наше автомобилестроение. А пока мы ехали в этом богданьчике неизвестно куда и неизвестно зачем. Приехавши, мы оказались на некоем рынке, на котором торговали неизвестно чем. Создавалось ощущение, что попал на рынок этак лет на 10 назад в Березино. Беларусь в плане таких маленьких рынков ушла далеко. *А мы пришли на еще одну станцию метро, которая находилась не под землей. Что вообще удивительно, только не украинцам. У них 6 станций наземных. Для меня образ метро – это именно подземка. А тут… Да и неудобно. В вагонах зимой холодно.* И стали ждать. Прихода. Придя, Оля как-то меня не впечатлила. Стандартная девчушка. Вроде…. ) встретили мы ее и пошли. Странно было то, что по дороге разговаривали они о своем, непонятном мне. Я решил не обращать на это внимания и впервые в Киеве замкнулся в себе. Мы куда-то пришли, на остановку некую и остановились в ожидании маршрутки развозившей людей в направлении Киев – Переяславль. Все еще не вникая в разговор, я толкался подле, не решаясь заговорить.
Приехала стандартная маршрутка (хотя была она довольно необычной, но предназначение было довольно обычным). Мы, загрузившись в нее, поехали в деревню. Киев, который мы проезжали, ничем не отличался от обычного города, не считая только рекламы, которой было везде как людей. Причем большую часть ее я уже успел рассмотреть и ничего нового за окном не наблюдалось. «…»
*Так я всю дорогу и проехал молча. Выйдя из машины, сразу ответил на заданный ранее Олей вопрос чего я такой молчаливый, и двинулись мы в деревню. Ничего кардинально нового я не увидел, не считая того, что хатки на Украине, когда разваливаются, сначала теряют белизну, потом с них слазит вся штукатурка, и только потом начинают гнить бревна. Запах навоза стоял даже зимой на улице такой, что хоть топор вешай.
Дом, в котором нам суждено было провести ближайшие двое суток, ничем не выделялся.
Стандартный дом. *Дом поражал той же мебелью что и в доме у Алисы и развешанные на стенах композиции. Нефертити, Мадонна Лиза, и сценка из мультика - раз. Картинка из журнала и она же, только вышитая из ткани – два. Ваза, на вазе коробка из-под кулича, на коробке – шарф «Puma», а на шарфе – икона. Перед этой пирамидой – библия, на которой лежал шприц и часы. А над всем этим, на стене – юбка. Хозяйка дома оказалась весьма и весьма странным человеком.*
Радушно встреченные бабулей (хотя Алиса сразу запугала тем, что нас могут погнать), которая сразу же меня обильно накормила супом (хотя упорно называла его борщом). *к супу еще прилагалось выпить на выбор водки, настойки или пива. Настойка оказалась не тем дешевым бырлом, которое можно встретить в наших деревнях, а вполне приличным крепленым алкоголем* И кофе с печеньем. В общем, покушал я на славу. А потом пошли готовить мне кровать в отведенной нам комнате. В роли кровати сгодился диван без спинки, перетащенный мною из веранды. Застелились… А вот что делать дальше, мне было совершенно непонятно. «…» Оставалось жрать сухарики, что было довольно скучным занятием. Хотелось на улицу. Причем в деревне самым интересным местом казалось кладбище, на которое я и подбивал пойти народ. Согласившись со мной, все оделись и вышли на улицу. Было холодно, ветрено, снежно и темно. Неизвестно почему Алиса метров через 200 идти дальше отказалась. *Так как я не знал, что мы будем делать дома, я решительно сказал, что пойду дальше. Причем Оля меня на удивление поддержала и тоже осталась. А Алиса ушла. Причем я ожидал что она вернется. Но нет, не вернулась. И вот я остался в обществе почти незнакомой девушки в совершенно незнакомой местности.* …и мы, остановившись, наблюдали как Алиса уходит обратно. Где-то рядом залаяла собака и на ее лай из дома вышел хозяин, который прямо с крыльца спросил «Кто там?», что было чересчур странным. Оля узнала в нем некоего Витька, знакомого ей, и поздоровалась. На что он никак не отреагировал. Точнее вышел со двора на улицу и пройдя мимо нас пошел вслед Алисе. Не дойдя до нее он развернулся и пошел обратно. Поравнявшись с нами сказал «Привет и пока» и ушел. «Странно», сказал я Оле и мы пошли дальше. Не найдя в том направлении которое указала нам Алиса ничего, напоминавшего бы кладбище, Оля, испугавшись глубокого снега и нечищеных дорог решила повернуть обратно. Только не домой, а на нормальные расчищенные дороги. Бродя по дорогам и разговаривая ни о чем, мы направились в цент деревни, в надежде найти дорогу к кладбищу. Однако это у нас не вышло из-за бросившейся на нас из-за какой-то подворотни собаки. Не успев испугаться, я начал было разворачиваться для более удобного замаха ногой, чему уцепившаяся в рукав и заоравшая благим матом «ФУУУУ!!!» Оля сильно мешала. Однако пес правильно понял это Фу, и, развернувшись, бросился наутек. И тут я столкнулся с ярким проявлением женской логики. Ей захотелось пойти обратно, что противоречило всем логическим законам. Ведь именно в ту сторону сбежала собака. Именно оттуда она могла броситься на нас вновь. Однако возражать я не стал оттого что мне было довольно глубоко фиолетово. Собака нам встретилась. Однако на этот раз нас она оббежала по настолько большой дуге, что я даже удивился насколько можно испугаться обычного крика. «…» Второй день закончился так, что я не ожидал бы даже что было бы лучше. Доволен как удаффф..