Есть проблемы? Ерунда.
Нет проблем, иди сюда

Прощайте, "Безумно богатые азиаты", больше не расскажете, как заказывать платья за два миллиона долларов и покупать отель, портье которого имел неосторожность взглянуть без достаточного почтения - исключительно за тем чтобы иметь возможность уволить последнего. И кумушки, с ежедневным миллионным доходом, увешанные бриллиантами в пять каратов, не отправятся в материковый Китай на шоппинг за репликами последних коллекций модных домов (один в один, но раз во сто дешевле). А их избалованные детки не разобьют вдребезги буквально на моих глазах, эксклюзивных авто за десять миллионов долларов.

Что. так вот возьмешь и откажешься от счастья читать Кевина Квана? Легко. Была без радости любовь, разлука будет без печали. Сказать по правде, меня и первая книга не сказать, чтобы особо впечатлила. Та, где интрига строилась вокруг желания наследника сингапурских миллиардов жениться по любви на простой американке китайского происхождения. Там, в придачу к несовместимому с жизнью количеству модных брендов и ценников, была старая как мир, но вечно юная история Золушки, были линии злой мачехи (свекрови) и коварной соперницы. Была, наконец, история тайны рождения.

Со второй книгой, "Безумно богатой азиатской девушкой", признаюсь, уже подсела на эту историю. Отчасти сработал кумулятивный эффект сериала: "эмигрирую в Америку, поселюсь в Санта-Барбаре, я там всех уже знаю"; частью захватила история мажора-брата Рэйчел - бедной невесты из первой книжки, которая, внезапно оказывается, дочерью китайского миллиардера. Из материкового Китая, и деньги это не то, чтобы старые, которые котируются выше, но в любом случае лучше, чем ничего, как у нас с вами, дорогие коллеги.

И да, там же еще на передний план выступила Астрид, чье имя у меня нипочем не хотело ассоциироваться с Астрид Линдгрен или со звездой, но почему-то с устрицей или совсем уж непотребными аскаридами (темны пути восприятия). Милая красавица, которая воссоединяется после многих лет разлуки с своей первой любовью Чарли, как и она, отпрыском семейства миллиардеров, но - вот досада - их состояние недостаточно старое, чтобы считаться респектабельным в глазах родителей Астрид.

К чести Кевина Квана, он мастерски разбавляет шелуху про брендовые тряпки человечной историей: "а он женат, там двое детей, жена с придурью; а она замужем, там ребенок, муж беспринципный негодяй". И еще, в трилогии есть "Петрушка, вечно ты с обновкой" - Эдисон Чен, умеренно гадкий циник и эгоист, помешанный на одежде и обуви эксклюзивных марок, третирующий жену и детей. В случае, когда действие пробуксовывает, всегда можно вывести его на сцену, чтобы было, на кого обрушить дубину народного гнева.

Основной интригой и двигателем сюжета третьей, заключительной книги "Проблемы безумно богатых азиатов" станут виды на наследство. При смерти бабушка, владелица поместья Тайерсаль Парк, занимающего огромную площадь чертовски дорогой сингапурской земли. И, все по Пушкину: "когда не в шутку занемог, он уважать себя заставил" - родственники со всех концов света слетаются в надежде на большой куш. По-настоящему большой, приподниму завесу тайны - в итоге поместье продадут за десять миллиардов долларов.

Автор, спохватившись, что надо бы гуманистический пафос, нашпигует историю борьбой юной бабушки против немецко-фашистских захватчиков. Простите, против японских. А на передний план в заключительной книге выступить порнозвездочка Китти, теперь жена главного сингапурского олигарха. Ну, в общем, какие героини, такая и история. Хорошо, что все закончилось.

PS Буду ли читать, если Кван напишет еще одну часть своих азиатов? А то! Невзирая.

Все смешалось в доме Хильдебрандтов.

В октябре прошлого года у одного из лучших романистов современности, Джонатана Франзена, вышел роман, заявленный как первая книга трилогии, которая охватит историю одной семьи от середины прошлого века до наших дней. Первая прочитана и она прекрасна. Лучше "Безгрешности", лучше "Поправок" и даже, (страшно выговорить) - интереснее"Свободы".

Общее название проекта звучит, как "Ключ ко всем мифологиям", что может показаться неоправданно самонадеянным, если не учитывать, что именно так назывался амбиционный труд преподобного Кейсобона - героя "Миддлмарча" Джордж Эллиот, неоконченный, главным образом по причине смерти автора, но не в последнюю очередь потому, что, за исследования он взялся, не обладая достаточным образовательным ресурсом. Отвечая на вопрос о заглавии Франзен говорит, что начать трилогию для шестидесятилетнего автора, само по себе, достаточно большая смелость.

Итак "Перекресток" Crossroads: о ком, о чем, как устроено. Все начинается в рождественский Адвент 1971, в провинциальном городке Нью-Проспект, пригороде вымышленной Урбании, за которой угадывается Чикаго. События непосредственно романа охватят промежуток времени до лета 1974, но серия флэшбэков расскажет историю двадцатилетней давности и - менее подробно - еще более раннего времени.

В центре повествования семья Хильдебрандтов, глава которой, Расс, переживает серьезный личностный кризис, усугубленный кризисом среднего возраста и отчасти кризисом веры. Помощник пастора англиканской церкви состоящий в давнем прочном браке с Марион и счастливый отец четырех детей, совершенно себя таковым не ощущает (в смысле, счастливым).

Некоторое время назад младший коллега, Рик Эмброуз, которого он сделал партнером по ведению занятий в молодежном объединении при церкви "Перекресток", без особых усилий вытеснил Расса из группы. Да, с приходом молодого, креативного Рика, количество молодежи в церковном клубе сильно возросло. И да, он практикует все эти модные нью-эйдж-штучки, которые позже станут неотъемлемой частью тимбилдинга и групповой психотерапии, вроде: "разбейтесь попарно и расскажите партнеру, что вам в нем нравится". Тогда как Расс утомлял молодежь молитвами и проповедями. Но к тому, что последовало он не был готов и от этого удара трудно оказалось оправиться.

Мать семейства Марион, несколькими годами старше мужа, которая в начале романа предстанет в свои пятьдесят этакой клушей, способной вызвать лишь жалостное и слегка брезгливое сочувствие (сама виновата, распустила себя, потолстела, утратила привлекательность, стала приложением к семье). Так вот, Марион - это тот персонаж книги. который не раз и не два удивит, вызовет живое сочувствие, и в целом, ее линия восхитительная находка романа.

Клемент (Клем) старший сын и студент университета, славный парень, глубоко порядочный человек, заботливый сын и брат. В семье ближе всего к сестре Бекки, второй по старшинству среди детей Хильдебрандтов. Ко времени начала событий сильно запутался в отношениях со своей девушкой, отчасти это напоминает ситуацию "Смерти героя" Олдингтона, подобно персонажу которой, Клем принимает решение пойти добровольцем на войну.

Бекки, единственная среди детей Хильдебрандтов девочка, "Мисс Популярность" могло бы стать ее вторым именем. Есть люди, которые оказываются в центре внимания, становятся лидерами и законодателями мнений, не прилагая усилий. Можете назвать это харизмой, можете - способностью внушать любовь. Как бы там ни было, у Бекки это есть. А еще, у нее тринадцать тысяч долларов наследства. Для юной девушки из простой семьи в 1971 немыслимые деньги. Тетя Ширли завещала их ей, своей любимице, чтобы Бекки совершила по окончании школы европейское турне люкс-класса, буквально "ни в чем себе не отказывая". А братьям? А им ничего, это же Бекки внушает любовь, не забыли?

Перри, второй брат, мальчик с невероятно высоким IQ, симпатичный и обаятельный и, к сожалению, со склонностью к зависимостям. К моменту начала событий уже довольно долго употребляет и приторговывает травой. Перри любимец матери, как Бекки отцовская любимица. Этот Адвент застает его за решением отказаться от нехороших дел, исправиться и... благими намерениями.

О самом младшем, Джадсоне, мы почти ничего не узнаем, кроме того. что он увлекается фотографией, мечтает о кинокамере, хвостом ходит за Перри, с которым делит комнату. Там взаимные привязанности распределены, как двое старших детей и двое младших ближе друг к другу, и время Джадсона в первой книге, скорее всего, просто не пришло. Такая расстановка сил. Сложность усугубляется тем,

Мы не хотели вам зла. Мы просто хотели поставить вас на место.

Дистопия в актуальном сегодня более прочих жанре "Мир победившего феминизма". Непредсказуемая вирусная мутация оказалась избирательно смертельной для носителей Y-хромосомы и неопасной для тех, у кого она отсутствует. С русского на понятный: женщины, переносили новую заразу на ногах, в то время, как у мужчин развивалась мгновенная болезнь, симптомами схожая с туберкулезом легких, но тысячекратно ускоренная и усиленная. С почти стопроцентным летальным исходом.

Оправившись от катастрофы и частично зализав раны, человеческая популяция создала мир, где контакт с уцелевшими мужчинами становился возможным лишь после дезинфекции. В обществе им отводится роль учителей (для некрасивых) или конкубинов - в общем, то же что альфонс, ловелас, содержанец, проститут - платный любовник. Потому что и в этом новом мире женщины предсказуемо гетеросексуальны. Для поддержания минимального количества, мужских особей, семейные женские пары, желающие обзавестись ребенком, обязаны участвовать в лотерее, антипризом которой выступает обязанность родить мальчика.

Там это воспринимается, как необходимость послужить порталом для прихода в мир некоего крошки Цахеса, такого "ни мышонка, ни лягушки, а неведомой зверушки". Разумеется, никто не хочет, несмотря даже на то, что вынашивающая младенца мужского пола женщина получает хорошую зарплату и существенную прибавку к пенсии , а малышей, вскоре после завершения периода лактации, забирают в государственные воспитательные учреждения. Героине по имени Ариадна, которая работает в отделе полиции по борьбе с преступлениями против личностей (внимание!), не являющихся людьми - животных и насекомых. Так вот Ариадне и ее партнерше Нике выпадает необходимость стать матерями мальчика. Угу. не то, чем станешь гордиться.

К несомненным достоинствам "Мужчины апреля" стоит отнести подробно прописанный и в целом непротиворечивый мир. Вот так они живут, женщины без мужчин (почти без): экология и восстановление природы на первом месте, с каковой целью действуют принципы разумной, а чаще превосходящей разумные пределы экономии. Минимальное количество одежды и обуви, отказ от мясомолочной промышленности и поголовный переход на вегетарианское питание, приоритет общественного транспорта, собственно - личного не существует вовсе, авто только служебные.

Завязкой сюжета послужит для Ады (да, я согласна, множественные аллюзии) необходимость расследовать исчезновение кролика из вольера в доме премьер-министра Греты (не в честь Тунберг, а в честь Гарбо), совпавшее с ее загадочной смертью.

С творчеством Юлии Яковлевой встречаться прежде не доводилось, но к Карине Добротворской с прочитанного прошлой весной автобиографического романа "Кто-нибудь видел мою девчонку?" питаю большую нежность.

Книга интересная и, несомненно, стоит того, чтобы быть прочитанной.

– Вы сами выдумали эту шутку?
– К сожалению, нет. Ее только что выдала машина для шуток.

"Страна качества 2.0" продолжение "Страны качества. Qualityland", долгожданное и, как бы помягче - неожиданное. События развиваются все в той же Стране качества, за которой узнается Дойчланд ближайшего будущего. Избранный президент андроид Джон Наш погиб, но дело его живет. Герои, которые очаровали в первой книге снова с тобой, и усилий по вхождению в новую книжную вселенную уже не требуется, но вместо радости испытываешь жесточайший когнитивный диссонанс.

"Страна качества 2.0" - пример совершенно обескураживающего читательского опыта. Ты знаешь и любишь автора, реалии книги не внове для тебя, и даже переводчик тот же. Та же, потому что это она - Татьяна Садовникова. А книга внезапно нечитаема. Такое ощущение, что писал алгоритм, шутки генерировала машина а переведено прогоном через транслейт-программу.

Нет, я не испытываю желания предаться любимой национальной забаве - ругать переводчицу, не столько даже оттого, что первая книга в ее исполнении блистательна, сколько потому, что после "Oualityland" влюбилась в Марка-Уве Клинга и прочла Das Känguru-Manifest. А поскольку немецкий мой далек от совершенства, активно пользовалась в процессе помощью Гугл-Переводчика, и это было забавно, остроумно, смешно, трогательно, несмотря даже на трудности машинного перевода.

Так вот, "Страна качества 2.0" обескураживающе вторична, скучна и, по большому счету - бессмысленна. Там, где первая книга являла восхитительный микс абсурдистской комедии, комедии положений, футуризма, социальной и философской прозы, оды маленькому человеку, захватывающего экшна - вторая УГ (простите мне эту русскую аббревиатуру)

Единственная удача - аудиокнига в исполнении Игоря Князева, всегда безупречном и творческом, четыре звезды на Литрес только за него. Но чтец, сколь бы хорош ни был, не может спасти безнадежную книгу.

Роман о замужней русской дворянке, которая вступила в любовную связь с полковником. Книгу я назвала "Карен Аннанина". Это было слово в слово скопировано у Толстого! Лишь немногие прочитали мою книгу. Практически все нашли ее скучной, и никто не понял, что этот роман уже существует. Я скажу только: в среднем 1,6 звезды!

Недалекое будущее две тыщи некоторого года. Прежняя Германия, не менее России озабоченная поиском национальной идеи и новых путей развития, переименована в Страну Качества. Все, включая родовые имена, заменено здесь на новое. Девочка теперь в качестве фамилии получает профессию (социальный статус) матери, мальчик - отца. Звучит, как: Ева Дантист, Уве Член Парламента, Мариза Заключенная, Анне Проститутка, Петер Безработный.

Вы можете подумать: "Фу, очередная дистопия, надоело это унылое... уныние", - и будете неправы. Что угодно, только не напыщенное высокопарное страдание, каким грешит большинство произведений жанра. "Страна качества. Qualityland" остроумная, жизнеутверждающая, уморительно смешная книга.

Прочитав ее впервые, два года назад, и будучи не в силах вот просто так взять и перестать читать Марка Уве Клинга, я прочла у него Das Känguru-Manifest и не жалею. что отмучила себя неделей немецкого чтения, потому что Клинг - автор, который умеет кафкианский абсурд и достоевское "бедный человек хуже ветошки" переплавлять в спокойное, исполненное внутреннего достоинства жизнелюбие и оптимизм.

Петер Безработный и его борьба за человеческое достоинство станет главной темой книги. Точнее: право сказать "Нет!" алгоритмизованной системе. Но по порядку. Всем жителям Страны Качества присваивается определенный социальный индекс, от единицы до ста, определяемый многими параметрами, от образования и состояния здоровья до уровня доходов и популярности в сетях. У элиты множественные привилегии, вроде права переключать светофор на зеленый, приближаясь к перекрестку. Имеющие индекс ниже двузначного называются бесполезными, довольствуясь объедками и остатками.

Однажды курьерский дрон доставит Петеру Безработному розовый вибратор в форме дельфина. Вещь, как бы корректнее, совершенно ненужную. Денег больших не стоит - можно бы и не заморачиваться с возвратом. Но явная абсурдность приобретения в контексте предугадывающей желания клиента системы алгоритмов, вынуждает героя все же сделать возврат. Тут все и начнется и это будет дивная история. Местами уморительно смешная, местами грустная, но никогда не скучная.

Когда прочла ее, два года назад, я писала: "Не знаю, насколько впечатление от книги останется неизменным во времени, но некоторые сцены уже в сердце. Айпад Качества разговаривает с охранниками телецентра. Джон Наш танцует с Аишей Доктором под "Аишу" Стинга. Петер ведет Каллиопу в подвал и что она там видит. Но, упс, молчу." Сегодня могу уверенно сказать, что книга так же прекрасна, а впечатление ничуть не померкло. Напротив, дополнительный опыт позволяет насладиться новыми гранями повествования.

За новую встречу с романом спасибо Игорю Князеву, и, конечно, Фанzonу, который перевел и выпустил вторую часть Qualityland, приурочив к выходу бумажной и электронной книг аудиоверсии обеих.

Берите, если еще не прочли, Марк Уве Клинг стендапер номер один в сегодняшней Германии, что это, как не показатель пресловутого качества? А меня ждет встреча со второй книгой. Ура!

Sleep my little baby-oh
Sleep until you waken
When you wake you'll see the world
If I'm not mistaken.

Самая макабрическая из любимых и самая любимая из макабрических, "История с кладбищем". В ней нет эпичности и психологической глубины "Американских богов", яркости "Детей Ананси", жутковатой потерянности в собственном доме "Коралины" и парадоксального, вопреки обстоятельствам, обретения дома "Задверья". В ней есть все перечисленное. Помноженное на огромное обаяние истории, автора, героя.

Малыш Никт Оуэнс, его жизнь на старом кладбище, Нил Гейман говорит, что основной вдохновляющей идеей стал "Маугли" Редьярда Киплинга. В точности так, как маленького лягушонка воспитывают жители джунглей, героями этого романа становятся кладбищенский обитатели.

Ребенок в обществе монстров, которые защищают его и, в заботе о мальчике, сами обретают большую телесность, жизненность. Множество приключений, с участием потусторонних сил, где призраки-приемные родители, ведьма-подружка, оборотень-наставница, вампир-опекун и даже мерзкие упыри выглядят более обаятельными и не такими злобными, как обычные люди.

Где кульминация и финальное противостояние с Джеками-на-все-руки-мастерами, становится убедительным подтверждением максимы о том, что мертвых не надо бояться, бояться нужно живых. Где победа не означает решения всех проблем, но лишь указывает на бесчисленное количество тех, что еще предстоит решить, а любовь и дружба заканчиваются ровно в тот момент, когда спасаешь избранницу.

Простодушный читатель найдет увлекательную историю, продвинутый эстет получит возможность насладиться множеством аллюзий к шедеврам мировой литературы. А тех, кто научился слушать аудиокниги, ждет немалое удовольствие встречи с аудиоверсией романа, исполненной Игорем Князевым. Признаюсь, о том. чтобы перечитать книгу я подумывала давно, но взялась переслушать только из-за него. И это того стоило.

Она бы предпочла увидеть себя в "Касабланке", но увы, здешние мужчины не знают, что такое длинные плащи и шляпы.

Что верно, то верно, вместо шляп "борсалино" здесь бело-красные арабские куфии, длинные рубахи до лодыжек, обутых в резиновые шлепанцы. Но то для мужчин. Женщины безглазые тени, закутанные с головы до ног в черные бурки. Времена Страбона и старшего Плиния. когда землю нынешнего Йемена называли Arabia Felix (Счастливая Аравия) - давно позади. Который год в стране гражданская война, нищета и голод. А ей предначертано замужество с кем-то по выбору старейшин, и участь домашней рабыни. Кто осудит Бенфику за желание бежать отсюда, тот не я. Но по порядку.

Необычное имя в честь португальского спортивного клуба - дань увлечению ее отца футболом. Он был смелым и сильным человеком, он воспитал ее настоящим бойцом - это не фигура речи, Бенфика дослужилась до капитана Национальной безопасности. И еще, работала на телевидении - неудивительно, с ее-то внешностью, с этим точеным профилем и зелеными глазищами.

Но все это было до войны, до того, как Йемен стал ортодоксально исламским государством, во времена, когда отец был лидером племени. Теперь он мертв, его место занял дядя Шейх, а отцовскую коллекцию кинжалов с рукоятками из рога черного носорога - священных в арабском мире артефактов, объявили достоянием племени и собираются продать, чтобы купить больше оружия. Оценщики называют сумму в три миллиона американских долларов. И кто осудит Бенфику за то, что в побег она прихватила отцовское наследство, тот не я.

Для Вадима Фефилова, журналиста-международника, известного репортажами из горячих точек, который начинал с войны в Абхазии в 1992, прошел обе чеченских, Косово, Югославию, снимал в Нигерии, Афганистане, Сомали, Ливане, Сирии, Йемене, и специализируется на документалистике - эта книга первая художественная. Хотя назвать ее вымыслом было бы неверно, у большинства персонажей есть прототипы в реальности, Бенфика не исключение. Автор знаком с арабской девушкой, сокрушившей представление о женщине Востока, Встреченная им во время работы в Йемене, она служила в контрразведке и владела боевыми искусствами.

"Клинки капитана Бенфики" не только яркий дебют, но рождение нового сквозного персонажа, продолжения приключений которого (которой) всякий, кому повезет прочесть книгу, будет с нетерпением ждать. Ну, потому что это интересно, экзотично и колоритно. Потому что острота журналистской прозы сочетается с неспешной обстоятельностью и вниманием к деталям.

Потому что героиня, чья мама, к тому же, из туарегов, прекрасна и вызывает живое сочувствие, а далекий Йемен, который бьется в тисках гражданской войны и переживает одну за другой экологические катастрофы, перестает быть для русского читателя точкой на карте, обретает весомую грубую зримость.

Потому что такого еще не было. История, в которую влюбляешься.

Русские писатели-гуманисты второй половины XIX века несут на душе великий грех человеческой крови, пролитой под их знаменем в XX веке.
Варлам Шаламов.

Что ж, такой взгляд на русскую литературу тоже имеет право на жизнь. Тем более, что великий страдалец и человеконенавистник Шаламов заплатил дорогой ценой за все хорошее. что случалось в его жизни, встреча с русскими писателями-гуманистами не исключение. И однако же, как большинство особенно значимых для нас вещей (семья, любовь, научный прогресс) - Золотой век русской литературы предполагает множество возможных трактовок, в большинстве положительных.

Литературовед и критик Игорь Сухих иначе подходит к оценке отечественной словесности, которая, может быть, и посеяла семена зла в чьих-то неокрепших в умах, но разумного, доброго, вечного привела в мир куда больше. А произведения, их герои и авторы по праву в золотом фонде мировой культуры всех времен.

"Русская литература для всех. От Гоголя до Чехова" - вторая часть проекта "Классное чтение", выступающего здесь в двух значениях: 1. высококлассного, и 2. - того, что буквально изучают по школьной программе, читают в классе. Произведений, которым, в отличие от рекомендованного. но необязательного внеклассного чтения, программность придает статус священной коровы.

Перечислю писателей и поэтов, рассказы о которых вошли в книгу. Гоголь, "Невский проспект" и "Мертвые души" подробно, "Вечера на хуторе близ Диканьки" и "Ревизор" - общее представление. Тютчев и Фет - избранные стихотворения. Гончаров "Обломов", Островский "Гроза", Тургенев "Отцы и дети", Достоевский "Преступление и наказание", Толстой "Война и мир", Некрасов "Кому на Руси жить хорошо", Чехов "Вишневый сад"

Каждая часть строится по единому стандарту, что еще больше роднит "Классное чтение" с учебником: подробная биографическая статья, этапы творчества, разбор конкретного произведения - однако если и учебник, то для учителей, потенциальных стобалльников ЕГЭ и людей, неровно дышащих к литературе не по обязанности, но в силу природной склонности.

Написано очень хорошо: живо, ярко, подробно. Увлекательно, но деликатно, без малейшего намека на скандальность, которую при некоторой сноровке можно отыскать во всякой биографии. Автор, честь ему и хвала, исповедует в отношении людей, о которых рассказывает, принцип спокойного пиетета, и это очень обаятельная черта книги.

Умное, интересное, познавательное и по-настоящему увлекательное путешествие в Золотой век русской литературы с лучшим из возможных проводников.