Анахорет. Мононоке. Поезда
К новой семье его привела Великая северная железная дорога. Он приехал, проведя несколько дней в поезде; пункт назначения был написан на оборотной стороне магазинного чека, приколотого к его груди.
Великому американскому роману не обязательно быть толстым. В нем, как в "Снах поездов" может быть меньше сотни страниц. Одного вечера, при неторопливом чтении, хватит. Великому американскому роману не обязательно рассказывать о значимых персонах, он может быть о сироте без роду-племени. Простом работяге, который за всю жизнь познал в библейском смысле единственную женщину.
История Роберта Грэйньера, предположительно родом из французской Канады, который, ребенком, неизвестно почему, но уж наверно не от хорошей жизни, был отправлен к родственникам в Айдахо - эта история начинается поездом. Тем, что привез мальчишку, впоследствии начисто забывшего прежнюю жизнь, именно так, с приколотым на груди адресом доставки. Как посылку.
Кстати, да, в начале прошлого века отправлять таким образом детей, и не только бедных сирот, было распространенной практикой. Впоследствии вышедшей из моды, и слава Богу. Но я отвлеклась. Детство его не было ни сиротским, ни особенно тяжелым, вот разве французский, на котором говорил, пришлось заменить английским. Может с этой сменой стерлись и воспоминания о прежней жизни?
Скорее пуританин и благонамеренный обыватель, чем авантюрист, Грэйньер не считал себя избранным, не думал об особом свете миссии. Одной встречи в лесу с умирающим бродягой, который рассказал о своей скверной жизни, хватило, чтобы выровнять крен подростковых гормональных бурь. Принеся воды из ручья в его башмаке, как тот просил, и оставив умирать (как подразумевалось), герой совершил самый трусливый и эгоистичный из множества своих поступков, но эта встреча выбила из него дурь, которая манит удовольствиями, оставляя барахтаться в дерьме.
Он остепенился и скоро нашел работу, а как был парнем крепким, сноровистым, и не пил, то начальство его всегда ценило. И девушку хорошую повстречал, женились, родилась дочурка. Всякий раз возвращаясь с лесозаготовительной вахты в их хижину, Грэйньер чувствовал себя счастливым, хозяином, добытчиком - настоящим мужиком.
А потом случился этот лесной пожар и жизнь его совершенно переменилась. И в этой новой его жизни, долгой, множество разных работ, из которых перевозки людей и грузов были самой приятной и необременительной. Даже и не работой, а так - разновидностью отдыха, за которую еще и платят.
Были призраки, и девочка-волк (настоящая, а не как у Хайао Мидзаки), с этой девочкой у героя свяжется что-то очень важное, родное, горькое. Был пес, подстреливший хозяина. Был индеец, которого канадские лесорубы, ради забавы, споили, и, заснувшего на рельсах, поезда раскатали его по округе. Был поезд, на котором ехал Элвис Пресли, но Короля Грэйньер не увидел, другие видели, а он в это время зашел перекусить.
Великому американскому роману не обязательно рассказывать о масштабных событиях, он, как история Дениса Джонсона может быть о маленьких людях из поселков, затерянных среди лесов. Таких, проезжая мимо которых на поезде, думаешь: "Вот ведь глушь." А потом: "Живут же как-то и здесь люди." Такие, какие снятся поездам.
Житель живописной альпийской деревушки Травени обнаружен убитым спустя пару дней после своего исчезновения. Его нашли в лесу, обнаженное тело аккуратно уложено, в руку вложен весенний цветок, а вокруг установлены силки для животных, чтобы зверушки не повредили созданную мизансцену. Из одежды убитого преступник соорудил чучело и водрузил неподалеку в ежевичных кустах, а вот глаза жертвы так и не нашли. Несомненно, наш лиходей - полный псих, также очевидно, что вся эта мизансцена - послание, разгадать которое предстоит комиссару Терезе Батталье и ее команде. Разгадать, пока не произошло новое убийство.
Хороша и атмосфера, и декорации, и персонажи: Тереза Батталья, хоть и травмирована по обыкновению
нынешних триллерных главгероев, но для разнообразия не молода и не прекрасна, и никаких страстей-мордастей с ее "Ватсоном", молодым городским инспектором, не предвидится. Сюжет развивается довольно быстро, главы о некоей прошлой жути чередуются с главами о текущих событиях. Кровавые детали имеются, также затрагивается тема маленьких сообществ, жители которых скорее будут покрывать убийцу, чем помогут чужакам в расследовании.
В общем, все хорошо, за исключением того, что очень уж быстро становится ясно, в чем тут дело, и даже о личности главзлодея догадаться несложно. В послесловии от автора говорится, что частично сюжет основан на неких реально происходивших событиях - и вот это настоящая жуть.
В целом неплохой маньячно-полицейский детектив, надеюсь, будет продолжение.
Руби Дин ушла от мужа, собираясь съехаться с Гарри - ее любовником и по совместительству боссом, который также должен был этим вечером уйти от жены. Встретиться влюбленные планировали в номере отеля, однако кавалера своего Руби так и не дождалась, а на звонки и сообщения он не отвечал. От коллеги Руби узнает, что Гарри уехал в отпуск с беременной женой, а прибыв поутру на работу, она узнает, что уволена. Без работы и практически без денег Руби снимает маленькую квартирку над цветочным магазином, и вскоре вокруг нее начинают происходить пугающие странности.
Это по большей части неспешная женская проза о том, как можно легко и незаметно испоганить себе жизнь, приняв козлину за нормального мужчину, что показано на примере двух главных героинь. Сюжет несложен, но при этом неплох, попытки вырваться из паршивой жизни, соскрести себя в кучу и попытаться построить новую всегда цепляют. Правда, то, как Руби на разные лады мысленно пережевывает одно и то же, временами здорово утомляет, особенно под конец.
Триллерная нотка в романе тоже имеется - сперва она интригует и бодрит, и кандидатов на роль лиходея хватает, но в итоге автор выбирает не самый оригинальный вариант. Развязка, впрочем, неплохая.
Не считая периодической затянутости, прочла с интересом.
Если бы злословие оставляло след, все мы ходили бы перепачканными
Дон Педро: Хотите пойти за меня?
Беатриче: Нет, ваше высочество, разве только у меня будет еще муж для будничных дней. Ваше высочество слишком драгоценны, чтобы носить вас каждый день.
Беатриче чудо как хороша, дерзкие остроумные женщины Шекспира великолепны: няня ("Ромео и Джульетта"), миссис Пейдж и миссис Форд ("Виндзорские насмешницы"), Оливия ("Двенадцатая ночь"), Титания в ("Сон в летнюю ночь"), Елена ("Все хорошо. что хорошо кончается"), Розалинда ("Как вам это понравится"), Розалина ("Бесплодные усилия любви"), Адриана ("Комедия ошибок"), Марианна ("Мера за меру"). Но ближе всего Беатриче, наверно к Катарине ("Укрощение строптивой").
И в смысле бойкости на язык, остроумия, феерической яркости его героинь, гений Шекспира остается непревзойденным (как, впрочем, в сотне тысяч других аспектов, которые делают Барда величайшим драматургом человечества) И все же, возвращаясь к "Много шума из ничего", интересно, что в достаточно сексистского. на сегодняшний взгляд, содержания пьесе, вторая главная героиня так независима, предприимчива, умна. Выходит, были и в елизаветинские времена женщины. умевшие себя правильно позиционировать?
Сюжет достаточно незамысловат. Предупрежу, если спойлеры приводят вас в ярость, дальше читать не стоит. Тем, кто относится к ним спокойно. а пьес читать не любит и спектакля в ближайшие пару десятков лет увидеть не рассчитывает, расскажу.
Молодой знатный флорентиец Клаудио, приближенный принца Арагонского, влюбляется в Геро, дочь губернатора Мессины, просит руки своей избранницы, а поскольку любовь взаимна, со свадьбой не собираются мешкать.
Тем временем, брат-бастард Арагонского принца, желая досадить венценосному родичу по принципу "Сделал гадость - на душе радость", подкупает своего слугу, чтобы тот полюбезничал с камеристкой Геро Розиной, которая, в условленный час, должна выглянуть из окна спальни Геро. Делается это с целью опорочить девушку в глазах жениха (которого предупредят о возможности своими глазами убедиться в неверности невесты). Расстройством свадьбы, в устроении которой принц принимал живое участие, досадить ему, и рассорить с мессинским губернатором.
Несчастный жених рвет и мечет, и, вместо того, чтобы объясниться с Геро, отказывается от нее прямо во время свадебной церемонии, грубо оскорбляя в том смысле, что "кажется это блюдо уже кто-то ел". Глубоко уязвленная девушка падает без чувств, бессердечный суженый уходит, не удосужившись убедиться, что она в порядке.
Это могло бы стать драмой в духе "Отелло", но в дело вступают мудрый монах отец Франциск, двоюродная сестра Геро Беатриче (да, та, что в эпиграфе) и не менее остроумный Бенедикт, молодой знатный падуанец, чьи пикировки с Беатриче составляют немалую часть обаяния пьесы.
Ну а дальше, я не такой лютый спойлерист, чтобы портить удовольствие от встречи с Вильямом нашим Шекспиром. Комедия совсем небольшого объема, а прочитав ее, вы получите бездну удовольствия. и, может быть. преодолеете идиосинкразию к чтению драматургии.
Посторонний
Жизнь как моллюск какой-то: думаешь схватить, а она расплывается во все стороны.
Мальчик, которого в семье с детства прозвали Муром. Кстати, почему? Наиболее распространенное объяснение - он с младенчества поражал окружающих недетской серьезностью и явной самодостаточностью, этакий герой-рассказчик "Житейских воззрений кота Мура" в миниатюре (не забывайте, семья Цветаевых-Эфронов была литературоцентричной).
Второе объяснение - по созвучию с именем Марины, как-бы мужская ее ипостась и постоянное напоминание о родстве. В котором предполагалось видеть не только физическое, кровное, но и ментальное, духовное. "Марин Цветаев", так, вслед за отцом, Сергеем Эфроном, называли его друзья семьи. И они, впрямь, были удивительно похожи. Те же светлые кудри, те же огромные синие глаза.
Рожденный в Чехии, в селе под Прагой, Мур, уже на первом году жизни переехал с матерью и сестрой в Париж по приглашению цветаевской поклонницы Ольги Черновой-Андреевой. Нельзя сказать, что семья покорила Париж. В воспоминаниях внучки и тезки Черновой Ольги Андреевой-Карлайл "Остров на всю жизнь" есть довольно нелицеприятные подробности о Марине Ивановне, которой Черновы безвозмездно предоставили в своей квартире лучшую комнату.
Так или иначе, гостевание это вскоре закончилось, сменившись чередой съемных квартир не самого лучшего качества. Поэтическая гениальность не означает одаренности в быту, хозяйкой Марина была чудовищной. Мальчик рос любимым, но в атмосфере вечной неустроенности, не налаженного быта, финансовой безалаберности.
Часто деньги спускались на ерунду. а за действительно важым приходилось идти с протянутой рукой. Ситуации, когда всем миром собирали на школу для Мура, на оплату аренды жилья, немыслимые для большинства из нас, в цветаевской жизни были не редкостью. Потому, не стоит винить в эгоцентризме мальчика, не раз бывшего свидетелем того, как мать провозглашала, что мы должны иметь это по праву рождения, таланта, того хорошего, что наши предки сделали для мира!
Я далека от мысли, что среда, воспитание и детские впечатления определяют характер человека, все-таки изначальные природные задатки, карма и дхарма, "так_звезды_встали" - выберите. что вам ближе - все это куда более значимо. Иными словами: человек приходит в мир со своей миссией, не как продолжение или продукт воспитания родителей. А все же не стоит сбрасывать со счетов атмосферы, в которой проходят первые годы жизни, и родительского воспитания примером.
В этом смысле Мур, впрямь, совершенная копия Марины. Но без ее поэтической одаренности, без ее трудолюбия, одержимости творчеством. Той одержимости, что позволяла и литературную поденщину, вроде переводов с подстрочника ради заработка, превращать в высокое служение Муз. Той одержимости, за которую мы, поклонники, прощаем кумирам то, чего нипочем не простим себе подобным.
А Георгий Эфрон был обычным мальчиком, неприкаянным, со смещенной и спутанной системой ценностей. Не с целью позлословить, но Марина не была особенно щепетильной в амурных делах, любвеобильность ее известна, а необходимость скрывать и прятать какую-то часть своей жизни, она сочла бы ханжеством; одновременно с этим, Сергей, живя во Франции, которая для Мура была родиной, занимался шпионажем и вербовкой в пользу НКВД, и какая-то часть знания об этом. несомненно, не ускользала от внимания одинокого книжного наблюдательного мальчика.
От того, который пытался гиперкомпенсацией (да не больно-то и нужна ваша любовь-дружба!) отгородиться от мира, от горячей пульсации живой жизни. Который искал выхода своей язвительной наблюдательности в рисовании карикатур, и убежища - в нелюбимых и не понимаемых им книгах, лишь потому, что не мыслил себя вне книжного мира. По тому же принципу, по которому Федор Бондарчук (не к ночи будь помянут), у нас как-бы режиссер.
Вы скажете: "Как же, он ведь так много читал, так стремился записаться в библиотеку Иностранной литературы!" Я отвечу: "У него не было другого способа убить время и достаточно денег на досуг, который нравился больше. Сложись судьба семьи иначе, окажись Марина так же обласкана властями, как Алексей Толстой, например. Или даже если бы Сергей, вместо заключения и расстрела, получил привилегии, на которые рассчитывал, возвращаясь, Мур предпочел бы концерты, рестораны, танцы, курорты, театр, кино , автомобильные поездки, флирт и секс. Все радости жизни. о каких мечтает молодой человек, и лишенный которых, чувствует себя обкраденным. Не случайно рефреном в дневнике звучит, что впереди долгая жизнь и в ней будет все."
Так вот, возвращаясь к книгам, при удачном раскладе им отводилось бы ровно то место, какое чтению отводит нынешняя светская тусовка - модные
В прологе нам рассказывают о том, как пляжная вечеринка в элитной частной школе Иллюмен Холл завершается обнаружением утонувшей девушки - звезды школы, умницы-красавицы-обаяшки Лолы с роскошной татуировкой сороки во всю спину.
Ну что поделать, несчастные случаи приключаются везде, никто не застрахован. Однако в первый день следующего учебного года среди студентов распространяется ссылка на подкаст, автор которого объявляет гибель Лолы убийством и рассказывает о своем самодеятельном расследовании этого преступления. Голос изменен, так что узнать, кто он, невозможно, однако в его доводах есть смысл.
Айви - подруга Лолы, тяжело переживающая ее гибель - считает, что автор подкаста несет полную чушь. Лола погибла от несчастного случая и нечего тут выдумывать.
Одри - новенькая, американка. Из-за некоего травмирующего эпизода в прошлом, она серьёзно настроена игнорировать всю эту возню вокруг подкаста и утонувшей девушки.
Однако обе они в результате окажутся втянуты в исследование опасных тайн Иллюмен Холла.
Атмосфера школы, самая новая часть которой построена в викторианскую эпоху, передана хорошо - огромные портреты, роскошные деревянные панели на стенах, паркет, высоченные потолки и темные коридоры - Хогвардс в миниатюре.
Эта книга - лишь первая часть серии, поэтому примерно половина - это раскачка. Знакомство с персонажами, молодежные штучки типа адаптации в студенческих компаниях и симпатий-антипатий, школьные традиции и пляски вокруг подкаста, который то ли брешет, то ли нет. Раскручиваться история начинает уже во второй половине книги, открываются одни секреты, появляются другие, добавляется немного опасностей и напряжения... и все обрывается - ждите следующей части.
В своем жанре довольно неплохо, выйдет продолжение, прочту.
Здравствуйте уважаемые.
Недавно тут вспоминал о замечательной книге А.Б. Жука "Револьверы и пистолеты", которая была одной из любимейших в моем детстве и ранней юности
А тут подумалось вспомнить еще несколько книг, которые были для меня настольными в период позднего детства. Не художественные, коих было великое множество, и быть может чуть позже повспоминаю и о них, а всякие справочники и энциклопедии, которые я постоянно любил читать.
Ну и, конечно, будет интересно услышать и ваши воспоминания :-)
Итак, первым бестселлером моего детства был Военно-энциклопедический словарь
Конкурировать с ним могло только вот это вот издание:
Очень любил я и пользовался постоянно очень классными для тех времен справочниками, причем у меня они еще и в суперобложках были:
Еще вот это вот:
И вот это:
По этой книге я постоянно повторял флаги разных государств :-)
Ну и конечно же вот эти два издания (я даже скачал в комп себе, просматриваю иногда) :-))
и
Единственное, что так и не нашел - очень
Их нужно держать отдельно
Don't wanna be an American idiot
Don't want a nation under the new mania
And can you hear the sound of hysteria?
The subliminal mind fuck America...
Вместо American вы можете подставить любое другое по своему выбору. Это не сделает вас счастливым, но позволит почувствовать себя чуть более свободно. Актуально во времена возвращения эзопова языка.
Не думала, что книга с названием "Вдребезги: GREEN DAY, THE OFFSPRING, BAD RELIGION, NOFX и панк-волна 90-х" позволит вынырнуть из мутного болота, в котором месяц уже барахтаюсь, станет глотком свежего воздуха - однако именно так и случилось. Понимаю. что это как анальгин - болеутоляющее не всерьез и не надолго.
Но кратковременное прекращение боли лучше, чем непрерывная боль, а его получила, подпевая-выкрикивая вместе с Green Day "American Idiot" и "The Kids artn't Alright" с The Offspring. Делюсь, может быть и вам подойдет. В сети можно найти ролики с текстом.
До книги британского журналиста и музыкального критика Иэна Уинвуда мое представление об американском панке ограничивалось клипом того самого "Американского идиота", который дети смотрели слушали лет двадцать назад, кажется даже на стене их комнаты был одно время постер Green Day.
И уж никак не думала, что история этих парней, которые делали классную музыку и добились немыслимого успеха на материале, словно бы намеренно отрицающем популярность - что их история может быть такой захватывающе интересной.
Тем не менее, это так. Хотя, что странного, феерический успех, связанный с преодолением серьезного сопротивления среды, не может не быть интересным. Так уж мы устроены: победителей любим и легко прощаем то, чего нипочем не простим побежденным. Впрочем, жизнь расставляет все по местам и порой одаривает удачей откровенных аутсайдеров.
Панк, который начинался как гаражный рок пацанов с бедных окраин довольно долго, по меркам современного скоростного мира, оставался в нише локального андеграунда. Откровенные и провокационные панк-тексты на социальные и политические темы далеки от мейнстрима. Но новое поколение открывало для себя панк-рок и использовало его необузданную силу против ограничений тихой жвачной жизни, которую пыталось навязать им общество.
В начале с коммерческим успехом группы, стоявшие у истоков панка. имели мало общего. Инструменты и аппаратура были самыми примитивными, мастерство музыкантов оставляло желать лучшего. Особенность книги в том, что, уделяя много внимания музыкальной, текстовой, инструментальной составляющей, она практически не затрагивает панка как стиля и идеологии. То есть, это не энциклопедия, а взгляд с достаточно локализованной точки на ограниченное количество исполнителей.
Здесь главными героями выступят коммерчески-успешные звезды панк-рока 90-х: Green Day, The Offspring, Bad Religion, Nofx -, сумевшие поймать удачу за хвост и взметнуться к недосягаемым прежде высотам, а также Epitaph Records - независимый лейбл, основанный в 1980 гитаристом группы Bad Religion Бретом Гуревичем.
Интересная книга даже для тех, кто считает себя страшно далеким от панка. А в аудиоварианте, прочитанная Игорем Князевым, это просто круто
Журнальная публикация, конец 80-х - середина 90-х. Журнал - что-то из средне-толстых, типа "Искателя" или "Авроры" (но не они).
Повесть отечественного автора в жанре исторического расследования - группа друзей-студентов, парни и девушка, историки, пытаются по сохранившимся документам и летописям реконструировать убийство царевича Дмитрия в Угличе. Причем одна часть группы считает виновником Годунова, а другая - что все-таки произошел несчастный случай, и каждая сторона приводит свои доказательства. В финале происходит что-то вроде "суда присяжных", когда выслушав аргументы друг друга группа приходит к единому мнению.
Славный рыцарь мой
Ибо как можно выжить в мире с коричневой землей, зелеными листьями и голубым небом, на котором висит одно-единственное солнце?
Потихоньку выживаем, который уже год. Без вас стало хуже, чем было с вами, славный рыцарь, сэр Терренс. И одно-единственное солнце светит не так ярко. Но иногда случаются встречи, как сборник "Мерцание экрана". И это хорошо.
Предваряет книгу чудесное предисловие Антонии Байетт, в котором она рассказывает, как в непростой период жизни, когда хотелось как можно дальше сбежать от действительности, зашла в книжный и купила пару томов нового для себя тогда Терри Пратчетта в обложках рискованного дизайна Джоша Кирби, покоренная словом "Анк-Морпорк", которое мог придумать только настоящий писатель. Как прочла первые две и скупила все, до чего могла дотянуться. Как постепенно плоский мир прорастал в нее, как читала и перечитывала каждое лето, всякий раз находя новую, незамеченную или непонятую прежде шутку.
Примерно то же происходило со мной и, думаю не ошибусь, предположив, что и с большинством преданных поклонников Пратчетта. Хотя меня Анк-Морпорк в первую нашу встречу оставил равнодушной. Любовь, началась несколькими годами позже. с "Номов". Потому, делая обзор сборника, немного нарушу порядок, которым рассказы следуют. Потому что "Ринсмандл, гном с Ровной пустоши", пятый по счету его рассказ.
Здесь сошлись две темы, которые позже получат развитие в творчестве писателя: гном, живущий в дупле и одетый в штаны из кротовьей шкурки, который попадает в большой универмаг и оказывается принятым в популяцию живущих там гномов - это практически сюжет "Номов или Угонщиков", трилогии, известной меньше плоскомирной серии, что не мешает ей быть совершенно чудесной. А в имени главного героя вы, конечно. узнали отголосок худшего волшебника всех времен и народов Ринсвинда.
Дальше будет по порядку. "Предприятие Аида" - рассказ, написанный в тринадцать лет (да. я не оговорилась, а вы не ослышались) И я не знаю, как такое возможно, но в нем явно слышен голос Пратчетта_которым_мы_восхищаемся. Дьявол нанимает пройдоху-рекламщика, чтобы тот сделал паблисити аду, который в последнее время перестал пользоваться популярностью. Забавно, остроумно, чуть грустно.
"Разгадка" странный, чуть абсурдистский и не вполне в духе пратчеттова творчества рассказ, о котором сам он говорит, что не помнит как и при каких обстоятельствах написал его, должно быть это было время, когда, фонтанируя идеями, записал обрывок сюжета, в надежде со временем поглядеть. что из него может получиться. Да так и не вернулся. Дотошный таможенник не теряет надежды поймать известного авантюриста на контрабанде, заканчивается для обоих это не то, чтобы хорошо.
"Картина" - а этот рассказ в духе Брэдбери и по-настоящему хорош. Такое себе: оранжевая мама оранжевым ребятам оранжевые песни оранжево поет. Славная, нежная, добрая история о... психушке.
"Принц и куропатка" - это уже он, тот Терри, которого мы знаем и любим во всем блеске фирменного остроумия и необыкновенных решений, способных кого угодно поставить в тупик, очаровать, довести до отчаяния, вернуть веру в человечество - и все одновременно. Принц Страны Солнца влюбляется в принцессу Страны Луны, но вот незадача, девушка поставила условие. что выйдет замуж лишь за того, кто:
преподнесет ей на Рождество подарок, который танцует, скачет, играет музыку, бьет ритмы, носит ведра, шипит, откладывает яйца, может уместиться на пальцах одной руки, поет, кудахчет, воркует, играет бровями и приятен на вкус. И все одновременно, прошу заметить.
И, разумеется, Принц преподнес, а помогла ему в этом, как вы уже догадались, Куропатка.
"Дышите коротко и экономно" , экологическая антиутопия в духе "Продавца воздуха" Беляева. Но то, что у русского фантаста выглядит жутким, у английского гения подсвечено фирменным мрачноватым юмором.
"Сказание о Гластонбери". справочно: Гластонбери - это такой английский Вудсток, если вы понимаете, о чем я. Рассказ, завершающийся стихотворением о незадачливом владельце фургончика, который подсаживал в свою машинку автостопщиков-хиппи, всякого со своими тараканами в голове. И доподсаживался.
"Хуже дурака только старый дурак, стоящий в английской очереди" ворчливое, что не мешает ему быть остроумным, эссе о людях, которые, оказываясь вашими непосредственными предшественниками в очереди в супермаркете, в присутственном заведении, в железнодорожной кассе, на почте - занимают со своими вопросами в десять раз больше времени, чем среднестатистический очередник. Нимало не смущаясь
Нравится вам это или нет, но все мы родственники
У каждого из нас среди древних предков найдется хотя-бы один земледелец, выращивавший рис на берегах Янцзы, сибирский охотник на медведей, африканский охотник на слонов, вавилонский ученый, папуас — любитель свинины.
Как такое возможно? На самом деле, вполне возможно, профессор генетической антропологии, преподававшая в Университете Квебека и Парижском Университете, ныне Генеральный комиссар по реновациям Французского Генетического музея Эвелин Эйр знает, о чем говорит. Вся громадная, человеческая популяция произошла от очень ограниченного количества предков.
Когда мы привычно считаем, что у каждого по два родителя, четверо бабушек и дедушек, вдвое больше прародителей, и так далее, то через сорок поколений в глубь веков, если бы все это были разные люди, их количество должно было бы приблизиться к триллиону. А умножив на семь миллиардов, получим вовсе несусветную цифру. В то время, как еще в 1950 году все население Земли составляло два с половиной миллиарда. Простая арифметика и здравый смысл ведут к заключению: все, живущие ныне на планете имеют общих предков.
На тему экспоненциального роста числа людей и угрозы перенаселения, которая, признайтесь, всплывает время от времени в сознании, книга успокоит, объяснив про демографический переход. Переход от высокой младенческой смертности к низкой сначала сопровождается увеличением детей в семье, затем падением рождаемости. Чем длиннее промежуток между этими этапами, тем больше прирост населения.Через одно-два поколения стабильной жизни (если она будет у землян) рождаемость снизится.
Разумеется, "Одиссея генов" не только об этом. По сути, это рассказ о том, как потомки нескольких тысяч (или даже сотен) homo sapiens стали доминирующим видом, заселив все климатические пояса, от экваториальных до арктических. Как и почему происходили миграции. Каков был состав каждой очередной значимой волны: преимущественно мужчины, преимущественно женщины, примерно поровну тех и других.
Как наши предки встретились с неандертальцами и теперь в человеческий геном встроена цепочка их генов. Причем, судя по всему, человеческие женщины находили последних привлекательными, в то время, как неандерталкам наши мужчины не слишком нравились. Как постепенно заселяли материки, как пятьдесят тысяч лет назад колонизировали Австралию, а сорок тысяч лет назад прибыли в Европу.
О том, что Центральная Азия (Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Киргизия) была не менее значимым очагом экспансии, чем Плодородный полумесяц. О подлинном открытии Америк пятнадцать тысяч лет назад. О том. что в геноме аборигенов Австралии 6% ДНК Денисовского человека, останки которого найдены на Алтае. Как охотники-собиратели встречались с земледельцами. Что у большинства американцев - потомков африканских рабов, есть гены пигмеев.
Близкородственные браки действительно так опасны, как принято считать? Как передаются заболевания, обусловленные генетическими аномалиями? Что такое гомозиготность и гетерозиготность? Каковы причины миграций? Что ждет человека в будущем, каковы перспективы?
Интересная, информативная, хорошо написанная книга с неожиданно точными наблюдениями в части знакомых мне российских и казахстанских реалий от полевого исследователя.
«— Знаешь… — протянул ресёрчер, хлопнув второй стакан. — То, как они говорят о нас… Мы ведь сами о себе так не говорим. И то, как они нас любят, — мы себя так не любим. Не умеем, а?..
— Просто мы скромные, — сказал Миша.
Надо же было хоть что-то сказать.»
2009 год. Михаил Клименко, или просто Миша. Выходец из семьи потомственных военных, всю жизнь «болевший» армией и мечтавший жизнь посвятить службе. Но в силу семейных разногласий, был вынужден отказаться от этих планов. Зато он нашёл себя на телевидении и особенно в кино, и отпахав там на протяжении многих лет, выработал там для себя хорошую репутацию этакое «моста». Налаживая контакты между так близкими ему по духу силовиками, и миром гламура, высоких рейтингов и мусорного телемыла. Устав от организации съёмок очередного миллионного по счёту «ментовского сериала» (а ведь жанр как раз и зародился толком в конце нулевых, у нас на телевидении) и борьбы с вопиющим идиотизмом и халтурой всех кто это создаёт и пишет, Миша ищет возможность реализовать свои амбиции хотя бы и сценариста, и снять хорошее и серьёзное кино. Удача пришла откуда не ждали, один из федеральных телеканалов получил заказ на съёмки огромной по масштабу докудрамы по события пяти дней в Южной Осетии, и им нужен тот кто сможет приехать на место и толком организовать процесс. Воспарив от в кои то веки настоящей работы, и проникнувшись исторической ответственностью, Миша с радостью рванул на Кавказ. Видимо не подозревая насколько всё происходящее будет... необычным.
Во первых, у Дивова мне всегда нравился язык. Эта иронично-саркастичная манера, красиво но не слишком витиевато, колко и чётко доносить информацию. Особенно в диалогах это хорошо работает. При чтении его книг не «спотыкаешься», а наоборот. На самом деле, в какой то определённый момент, прочитав уже кое что, как хорошее так и не очень, начинаешь ценить красоту языка в его лаконичной чёткости.
Во вторых, вся история явно и когда то происходила на самом деле. Во всё написанное веришь, ощущая что всё это правда было. Может и с автором, а можем из кем то его близких друзей. Реалии непризнанного государства, пережившего год назад шторм такой силы, что если бы не вгрызлись местные в землю намертво, их бы уже не было. И переменчивый и неоднозначный кавказский менталитет. Который делает этих людей раздражающе безалаберными и чудовищно непутёвыми, и одновременно с этим очаровательно благодушными и обаятельными. А ещё очень упёртыми и жёсткими, как гвозди, когда этого требует ситуация. Столкновение менталитета приехавших москвичей от телевидения и местного населения, тоже показаны довольно выпукло, но в целом не зло. Вообще всё что связано с взаимосвязями москвичей, русских силовиков в Осетии и собственно осетин — самая душевная и навевающая сугубо оптимистичные мысли, часть книги.
Вторая часть книги познавательная, и она грустная. Особенно того что касается вооружённых сил, того что происходило в них самих, и в особенности того что происходило вокруг них. Книга очень показательна особенно сейчас из 2022 года, относительно выводов о том как изменилась и армия, и отношение к ней общества. Да и само по себе отношения страны к самой себе, тоже с тех пор сильно изменилось. По крайней мере мы уже начинаем постепенно отходить от комплексы жертвы в термальной стадии, в масштабах целой страны.
7 из 10. Хорошая крепкая, почти реальная история, о том как мы умеем побеждать когда захотим. Только хотим к сожалению очень не всегда. И про то что было тогда, в конце нулевых.
"Хождение по мукам", "Золотой теленок" и "Анна Каренина" по-китайски
Небо наверху, земля внизу, а мы, братья, посередке.
Год назад, читая "Павла Чжана и прочих речных тварей" Веры Богдановой, говорила себе: "Ну, это несерьезно, это авторская фантазия, к тому же антиутопия - жанр диктует сгущение красок. Такого не может быть, потому что не может быть никогда". Но вот вчера банк прислал уведомление, что валютные счета теперь в юанях и я подумала: "Как она все угадала!" Это сейчас к тому, что Китай становится ближе.
Чтение книг китайских авторов теперь не свидетельство странности литературных вкусов, но одна из возможностей лучше узнать ближайшего стратегического партнера. Итак, Юй Хуа, один из ведущих и наиболее интересных современных китайских авторов. Из семьи медиков: папа врач, мама медсестра, сам пришел в литературу, прежде пять лет проработав стоматологом (не случайно зубодер Ван один из колоритнейших образов книги).
Автор рассказов, эссе, пяти романов, по самому известному из которых "Жить" (запрещенному в Китае) режиссер Чжан Имоу снял фильм, удостоенный множества наград. Детство и юность писателя пришлись на время Культурной революции, впечатления от которой отразились в его творчестве, не стал исключением и роман "Братья", действие которого разворачивается на протяжении сорока лет в восточнокитайском провинциальном городке Лючжень.
Двухчастный роман повествует историю двух людей, различных настолько, насколько вообще можно быть разными, и в генетическом смысле родственниками не бывших, однако судьбы их оказались спаянными и сплетенными так тесно, что кому и быть братьями, как не Сун Гану и Бритому Ли.
Буквально первый абзац романа о том, что нашему миллиардеру Бритому Ли взбрело в голову потратить бешеные деньги, слетать космотуристом на российском "Союзе", и все-то у него есть, а брата Сун Гана, вместо котороо горстка пепла из крематория, теперь уже нет - эта фраза лишает читателя иллюзий относительно того. что все и для всех в этой истории закончится хорошо.
А первая часть, занимающая примерно треть от общего объема семисотстраничной книги, объяснит, что и начало не было особенно обнадеживающим. Впрочем, нарушающий прямую хронологию повествования зачин, окажется уморительно-смешным: парнишку который пытается в дощатом сортире с общей стенкой, отделяющей "Ж" от "М", подглядеть за голыми задницами, застает сосед, ругаясь, выволакивает за ухо. И этот публичный позор становится первым пробным камнем предпринимательских способностей Бритого Ли. Великого комбинатора, умеющего любое препятствие превратить в трамплин.
Потому что очень скоро этот мелкий паршивец оказывается единственным, видевшим голый зад первой красавицы Линь Хун, поговорить о соблазнительных изгибах фигуры которой жаждут все местные мужики. И, не будь дурак - конвертирует свое умение цветисто рассказать об этой части вожделенного тела в... лапшу. Буквально: ты покупаешь мне дорогой саньсян с мясом в местной лапшевне, я рассказываю тебе, какова жопа Линь Хун.
"Фи, экий моветон!" - скажут обладатели тонкой нервной организации. Что ж, если у вас такая, то вам не сюда, потому что дальше будет только круче (и тошнотворнее). Этот эпизод станет переходом к смерти биологического отца Бритого Ли, утонувшего в дерьме при попытке подглядывать за бабами (да, яблочко от яблоньки), и первого появления в жизни матери, тогда еще не родившегося, мальчишки, ее рыцаря без страха и упрека Суна Фаньпина. Лучшего мужчины на свете, который вытащил ее плюгавика из зловонной жижи и принес тело его беременной жене.
С этого все начнется. И боже, что это будет за история! О том, как встретились два одиночества: вдовый силач из семьи бывших землевладельцев и забитая, замученная тяготами жизни вдова, у него сын, у нее тоже, годом моложе. О том, как начинают они непростую работу устройства новой счастливой семьи на руинах двух старых и все у них, вопреки сомнениям маловеров, получается. До тех пор, пока железная пята государства не наступает на хрупкий росток нежности, любви и доверия.
И вот здесь поразительная особенность Хуа-рассказчика, который перемежает гомерически смешными и трогательными, сцены чудовищных зверств, творимых над "классовыми врагами" соседями и вчерашними друзьями. Не позволяя рухнуть в черную беспросветность, оставляя своему читателю надежду там, где надежды как-бы уже и не может быть. Выводя этих несчастных оголодавших беспризорных мальчишек к хмурому и серому, но все же рассвету.
Если первая часть китайское "Хождение по мукам", то вторая пикареска в духе "Золотого теленка". Мальчишки подрастают, они снова вместе. Благородный муж в конфуцианском смысле Сун Ган и прирожденный комбинатор
Это чертовски нудная семейная сага, повествующая о трех поколениях семьи Милтон. Милтоны - это богатство и власть, так называемые "старые деньги", представители аристократии, предки которых прибыли на "Мейфлауэре".
Начало этой истории довольно многообещающее: 1935 год, Нью-Йорк, Огден и Китти Милтон - идеальное семейство, безупречные представители своего круга - после трагического несчастного случая переезжают на свой собственный остров. Затем добавляются линии о более поздних временах, о дочке Китти (конец 50-х), и ее внучке (наши дни).
И если главы о Китти, ее взглядах на жизнь, характере и воспитании, еще довольно интересны, то остальное очень затянуто и необоснованно многословно: размышления и воспоминания персонажей, социальные и нравственные проблемы общества и бесконечные диалоги на эту тему... Автор делает акцент на философствовании вместо того, чтобы попытаться оживить свою историю и ее персонажей, и в результате роману не хватает яркости, красок, жизни, он совершенно не захватывает, притом, что изначально сюжет неплох.
Еле дочитала.
Когда-то слушала кусок книги по радио, поэтому помню только этот маленький кусочек и очень смутно. У персонажей точно были русские имена,кусок сюжета про съемную квартиру, в ней размещалось сразу много самых разных жильцов. Помню, что в какой-то момент на квартиру пришло письмо от то ли лётчика, то ли капитана дальнего плавания, который тоже там размещался.Письмо вот то ли про то, что он задержится где-то в командировке, то ли про то, что этот человек вообще умер и больше не сможет платить за квартиру. Это всё, что есть, буду счастлива, если припомните что-то такое.
Мать Тьма
– Ангербода.
– Как? "Та, что приносит горе"? Что за странное имя...
Ведьма Ангербода не принадлежит к числу самых известных персонажей пантеона скандинавских богов, из которых обывателю более всего известны одноглазый Один, охальник Локи даТор с неизменным молотом. А между тем, именно она мать трех хтонических чудовищ Рагнарёка (апокалипсиса, с русского на понятный).
Боги-Олимпийцы, с поистине средиземноморским оптимизмом, не предусматривали ситуации, в которой все может закончится. Вернее, битва богов с хтоническими порождениями Геи и Урана, Гигантомахия - уже случилась в самом начале и тогда наши победили, да здравствует светлый мир без монстров! Впрочем, в греческом пантеоне была-таки своя возмутительница спокойствия, волшебница, колдовством способная погубить бессмертных. Чудовище Скилла (из знаменитой пары Сцилла и Харибда) именно ей обязано появлением.
А потому, Цирцею, от греха подальше, сослали на отдаленный островок - живи уединенно. разводи свиней и не жужжи. Скандинавы, как народ более суровый, полумерами не ограничились, и загодя, еще до того. как натворила дел, сожгли свою ведьму, причем трижды. Она всякий раз восставала во плоти. Потому, вырвав из груди сердце и отдав его на съедение Локи, беспамятную Ангербоду оставили в относительном покое.
Со встречи героини в Железном лесу с Локи, который вернул ей сердце в буквальном смысле, чтобы тотчас забрать в метафорическом, начнется история Женевьевы Горничек . С "Цирцеей" Мэдилин Миллер эту книгу роднит не только то, что героиней выбрана женщина из числа второстепенных персонажей пантеона, волшебница со способностью творить чудовищ, но и то, что роман, в лучших традициях модерна, деконструирует древний миф, позволяя взглянуть на события глазами современника.
"Сердце ведьмы" история умной, сильной, наделенной неординарными способностями, женщины, обреченной прозябать в безвестности и забвении. Апофеоз материнства, способного любить детей, которых все вокруг иначе, чем уродами или чудовищами не назовут. Гимн женскому долготерпению, умеющему разглядеть лучшее в любимом человеке, которого весь свет считает мошенником, но и хвала твердости в решении порвать с ним, когда точка невозврата пройдена.
И заодно уж, довольно подробный путеводитель по скандинавской мифологии, о которой мы знаем довольно немного, а представленность в художественной литературе для большинства читателей ограничивается геймановыми "Американскими богами" да "Евангелием от Локи" Харрис.
Интересная книга. Расширяет кругозор, вызывает живое сочувствие, дает пищу уму и сердцу. Кстати же, Баба-яга-костяная-нога из русских сказок станет вам ближе. как прочтете.
1. Г. Яхина «Эшелон на Самарканд». Знаю, что Яхину многие критикуют, но для меня это уже третья ее книга, которая кажется огромной и мощной. Речь здесь об эвакуации детского дома из голодающего Поволжья — под это выделен специальный поезд, собранный из чего придется, все вагоны разные и вместе смотрятся нелепо, оттого прозвали этот эшелон «гирляндой». Сто девочек, четыреста мальчиков, некоторые лежачие и у них почти никаких шансов выдержать путь — тем более начальник эшелона знает, что пути на долгие недели, а пропитания на два-три дня… Но никому не говорит, иначе не удастся даже начать путь спасения, а главное сейчас — начать. Всю дорогу ему придется изыскивать еду, лекарства, топливо, воду. У красных и белых, своих и чужих, бандитов и властей, делом и чудом — да нет, всегда, наверное, чудом. Большая книга и путь тяжелый большой.
2. С. Кинг «Позже». Книга о мальчике, который видит мертвых и может говорить с ними. Написанная от первого лица, звучащая наивно и симпатично. Не скажу, что она обладает какими-то особенными достоинствами в плане сюжета или чего бы то ни было еще — просто еще одна кинговская книжка, с которой можно провести время, но которую ни к чему потом вспоминать.
3. П. Коэльо «Хиппи». Небольшая повесть о путешествии юнцов 1970-х; я взялась за нее из желания снова поностальгировать о хипповских временах. Сперва всякий раз, как на страницах заходила речь о том, как кого-то посетило Великое Откровение, я посмеивалась над этим, — как мне казалось, вместе с автором. Потом еще раз посмотрела на фамилию автора и подумала, что, возможно, он отнюдь не ироничен. Так и дочитывала в непонимании, без уверенности, стебется ли он над этими юными хиппями. Кроме всего прочего, автор — и есть главный герой.
4. «Казенный дом и другие детские впечатления». Очень хороший сборник рассказов современных литераторов о своем опыте пребывания в детских учреждениях — садиках, больницах, пионерских лагерях. Авторы нечасто вспоминают их добрым словом — хотя и такие эссе в книге есть. Тем не менее в целом сборник так и светится — сокровенным, детским, ранимым; я прочла бы его еще раз.
5. Э. Раскович «Айдахо». Роман открывается сценой насилия; затем, подуспокоив сперва, срывает занавес со следующего насилия, бесконечно более страшного; и — тут же, не уходя далеко от начала книги — жестокое и необъяснимое третье, потому что троицу любит создатель. И при всем этом это не роман об абьюзе, это роман о безграничной доброте и прощении. Это по меньшей мере нетривиально. Роман хорош. В декорациях Северного Айдахо — который должен бы показаться образцом суровой природы, но почему-то почти не кажется: как будто автор прощает не только людей, но и простор, — длится сложная семейная история. Муж день за днем теряет память о пугающей потере своей первой семьи — а жена эту память находит и берет на себя.
6. К. Терина «Фарбрика». Самая лучшая книга месяца! Сборник рассказов весьма таинственной писательницы — я пыталась найти сейчас о ней информацию, но практически ничего не узнала, кроме того, что она, кроме всего, еще и создает великолепные иллюстрации. Рассказы ее — не менее хороши, и меня лично очень удивило, насколько они разные. Книга начинается классическим фэнтези и кажется сперва, что им она и останется, но дальше тексты начинают скакать из жанра в жанр, и почти во всех оказываются весьма сильны! Почти — потому что, как ни забавно, мне не понравился именно заглавный. Но вот рассказ «Лёд», недобрая городская сказка, задел меня за живое так, что до сих пор не прошло.
7. М. Хейг «Как остановить время». Это как «Тысячелетний мальчик», только герой повзрослей. Ну тут как повзрослей — мальчику была тысяча внутри и двенадцать снаружи, а этому молодому мужчине снаружи к сорока, а внутри всего пятьсот, вот и разбери, кто из них победит. Жизнь героя довольно уныла: любимую женщину сотни лет назад унесла чума, бессмертная дочь потеряна не только во времени, но и в пространстве, общество защиты бесконечных людей запрещает высовываться и периодически заставляет убивать. Для вашей же собственной безопасности.
8. Б. Лапин «Первый шаг». Советская повесть, 1973 год. Звездная экспедиция бороздит просторы. Путь долог и больше человеческой жизни; на корабле рождаются и растут дети, которые сменят своих родителей в составе экспедиции. Но однажды утром они недосчитываются одного из взрослых. Казалось бы, куда можно деться с космического корабля. Чтобы узнать невеселую тайну, придется вспомнить историю корабля и всех тех, кто ушёл до него. Оказывается, есть довольно внезапный ответ.
9. К. Гонсалес «Мой ребенок не хочет есть». Простая и славная книжка для родителей, которые переживают, что их ребенок клюет как птичка (в лучшем случае) или рыдает над полной тарелкой (в худшем). Суть ее можно уложить в одной фразе «Ну и не парьтесь». Разве что
"Убей Хрюшу!"
- Нормальные люди стали бы протестовать.
– Да что вы говорите? Неужели? Мы только и делали, что протестовали! Но... Получая чувствительный удар током каждый раз, когда пытаешься выйти за ограду, начинаешь жевать траву в загоне.
Если "Бойня" и не была самой ожидаемой-обсуждаемой книгой прошлого года, то одной из - точно. Говорить о ней начали задолго до летнего начала продаж. Тогда читать не рвалась, уяснив из обрывков информации, что это: 1. антиутопия; 2. о дискриминации по индексу тела - решила, что не очень хочу.
Потому что дистопиями на тот момент как-то объелась, согласитесь, у всех нас бывают моменты, когда перестаешь воспринимать этот, по определению, безнадежный и мрачный сорт литературы, и попытка впихнуть в себя что-то еще на тему отзывается рвотным рефлексом. Во-вторых. выраженных проблем с лишним весом у меня нет, а что напрямую тебя не касается, то тебя не касается, если вы понимаете, о чем я.
Взяла теперь. потому что в длинном списке премии Ясная поляна, и поначалу особого восторга не испытывала. Роман этот устроен так, что экспозиция в которой рассказывается о приходе к власти политикана, одержимого идеей, что все беды от лишнего веса; о том, как полных людей начинают принуждать к похудению и утеснять в правах - эта экспозиция достаточно долгая.
Напряжение копится, ожидание закручивает тебя в пружину все туже, чтобы взорваться в заключительной, четвертой части, которая занимает шестую часть от объема, но в ней поразительная динамика, мощь, концентрированный ужас. И откровенно нелицеприятный взгляд на человеческую природу с ее подлой способностью переступать через совесть, самоуважение, доводы рассудка в стремлении примкнуть к сильному и избежать участи гонимых.
Сюжет несложный: историк Ландон, расставшийся со своей девушкой Ритой, одержимой верноподданической манией похудения настолько, что, доведя живой вес до сорока килограммов, она продолжает морить себя голодом - этот Ландон отправляется в загородный домишко, принадлежавший отчиму, чтобы поработать над диссертацией и знакомится с так же пережидающей острый психоз общества медсестрой Хеленой, забралвшей из школы свою полненькую дочь, которую травят дети и учителя, а саму ее уволили по той же причине.
Я не стану рассказывать подробно, в триллере немалая доля удовольствия от чтения в неожиданных сюжетных твистах. Скажу лишь, что Осе Эриксдоттер удастся напугать вас, вызвать отвращение, стыд, возмущение, довести до слез. И сделает она это мастерски.
Очень хорошая, хотя очень страшная книга.
Долго думала, писать или нет, кому это теперь нужно? Но решила, что нужно мне. Раз уж читаю, пусть и отчёты будут.
Ловушка для Золушки. С. Жапризо. Детектив. Во время пожара погибла одна из двух подруг, а вторая сильно обгорела и не помнит, кто же она из этих двух. Очень много восторженных отзывов на эту книгу. Но мне читать было скучновато. А после прочтения осталось много вопросов о логике поступков персонажей. Даже хотела сразу написать пост здесь, чтобы прояснить все моменты. А потом передумала. Вспомнила книги других французских авторов и поняла, что для них логика не так важна, как чувства. Вот чувств у Жапризо как раз в избытке)))
Сын. Ю. Несбё. Новый криминальный роман от скандинавского автора. Сонни Лофтхус рос в любящей семье, отлично учился и подавал большие надежды до 15 лет. А потом его отец, которого он боготворил, покончил с собой, оставив записку, что погряз в коррупции, мать спилась, а Сонни стал наркоманом и за бесперебойное снабжение героином брал на себя вину за чужие преступления. Но вдруг он узнаёт, что отец не покончил с собой, а его убили. Это роман о мести. И о любви. Детективная составляющая тоже есть, но её меньше. Написано очень кинематографично. Я прямо видела, как это смотрелось бы в кино. Вот книги о Харри Холле не надо экранизовать, на мой взгляд, а эта так и просится на экран)
Самбхала. Е. Небо. Фантастический роман. Самбхала - это то, что мы называем неправильно - Шамбала. И место это не на Земле, а очень далеко. Боги, обитающие там, совсем не добрые, а жестокие и равнодушные. А ещё им скучно, и поэтому они играют в войну душами живых существ с разных планет. В сравнении с другими книгами Егора эта показалась мне самой слабой. Не хватило какой-то идеи, что ли? Просто повествование, не требующее размышлений.
Тысяча сияющих солнц. Х. Хоссейни. История жизни двух женщин в Афганистане, которых судьба в определенный момент свела вместе. Начинается всё в мирный период, но женщинам и тогда жилось непросто. Потом началась война. Потом джихад, талибан. И до сих пор там неспокойно, и нет того мира. Читать было тяжело морально, но легко, потому что написано интересно. И после прочтения остается ощущение светлой любви и надежды.
Уменье спать и видеть сны
Я был сияющим ветром,
Я был полетом стрелы,
Я шел по следу оленя
Среди высоких деревьев.
После развода родителей, одиннадцатилетний Малькольм и его младший братишка Себастиан с мамой переезжают в другой город, у старшего проблемы с вхождением в новый школьный коллектив, и, желая занять достойное место среди одноклассников, мальчик ввязывается в авантюру, в результате которой у него появляется странный винтажный прибор сновидатор, позволяющий управлять сновидениями.
То, что начинается, как интересное и веселое приключение. очень скоро обернется смертельно опасной ситуацией, а Малки придется спасать Себа из мира снов. Попутно постигая в ускоренном темпе многие вещи, знанием которых и многие взрослые похвастать не могут: понимать опасность погружения в измененные состояния сознания, отличать подлинную дружбу от мнимой, иметь достаточно сил и твердости, чтобы отказаться от фальшивой и ценить настоящую.
Английский писатель Росс Уэлфорд пишет детскую фантастику. Его дебютный роман Time Travelling with a Hamster ("Путешествия во времени с хомяком") сразу завоевал симпатии читателей и благосклонность критиков. После были What not to do if you turn invisible ("Чего не следует делать, если вы стали невидимкой"), The Dog who saved the World (собака, которая спасла мир"), The Kid who Came from Space ("Ребенок, пришедший из космоса"). The 1,000 Year Old Boy ("Тысячелетний мальчик") - история одиннадцатилетнего Альфи, сочетанием магии и драматичных обстоятельств застывшего в этом неудобном возрасте на добрую тысячу лет.
"Когда мы потерялись в стране снов" обладает всеми достоинствами, которые делают книги Уэлфорда привлекательными для детей младшего и среднего школьного возраста: захватывающая история, близкий понятный герой-сверстник, множество опасных приключений, обучение без чрезмерной назидательности.
На русском языке книга практически одновременно вышла в трех форматах: бумажная, электронная и аудиокнига. И, как давний ценитель чтения Игоря Князева, горячо рекомендую ее в аудиоформате в его исполнении.