Эвмениды - богини мщения и жестокого убийства, преследующих преступников в древнегреческой мифологии.

Для тех, кто не читал первую часть китайского детективного шедевра от Чжоу Хаохуэя "Писем смерти", объясню. Имя Эвмениды, они же Эринии пришло из древнегреческой мифологии, помните эту историю про Ифигению в Авлиде: когда греки собирались плыть на штурм Трои, на море воцарился штиль и нечем было наполнить паруса. Оракул обещал попутного ветра в сутулые спины, в случае принесения в жертву дочери Агамемнона Ифигении. За девушкой послали, обманом убедив, что на ней собирается жениться Ахилл, на месте убили, обещанный ветер явился, мужчины поплыли на войну.

Жена Агамемнона и мать Ифигении Клитемнестра не простила мужу смерти дочери и убила его. Случайной свидетельницей стала вторая дочь Электра, которая вдохновила брата Ореста отомстить матери. Орест убил Клитемнестру, в погоню за ним пустились богини мщения Эринии. Спасаясь от них, матереубийца Орест бежал в Афины, где ареопаг, благодаря вмешательству одноименной богини, оправдал его. Чтобы умаслить неистовых, афиняне назвали их Эвменидами (милостивыми), учредив в их честь культ.

Не слишком ли много жестокости? - могли вы подумать. - Не слишком, - отвечаю я, - Слишком - это когда эвменид косплеят в китайском детективе. Вы ведь не думали всерьез, что история самопровозглашенного судьи и палача закончится со смертью Юань Чжибана - бывшего однокурсника и друга геройского полицейского Ло Фэя? Того Чжибана. что скрывался под личиной немощного калеки на смрадной помойке, верша криминальные проекты, стоимостью в сотни тысяч юаней?

Не думали, иначе вы не поклонник детективных серий. Король умер, да не здравствует король У преступного гения остался воспитанный им со всем тщанием ученик, который продолжит дело учителя. И первым, что он сделает, будет месть наглым подросткам за унижение их пожилого учителя, которое мелкие ублюдки засняли на видео и выложили в сеть. Сцена в декорациях роскошного номера в отеле жестока, драматична и (что греха таить) вместе с ужасом вызывает некоторую долю сочувствия.

Так начнется новый виток эпопеи Эвменид, на котором мы встретимся с храбрым Ло Фэем, проницательной Мо Цзаньюнь - криминологом-психологом, еще несколькими персонажами, знакомыми по первой книге. И сведем знакомство со множеством новых. Кровь-кишки-доброта будут в изобилии, немыслимая изобретательность преступника, заранее объявляющего жертвам дату смерти, вкупе с его невыносимой жестокостью - тоже.

А еще невероятные сюжетные твисты, из которых самым крутым и достойным премии Дарвина окажется финальный. Все для вас, поклонники детектива.

В такие периоды испытаний, как война, оккупация, голод и террор, люди резко разделяются на две категории: одни делаются насквозь дурными, другие достигают большой духовной высоты.

Для начала, кто такая Ольга Чернова-Андреева и почему двойная фамилия. Падчерица Виктора Чернова, одного из основателей партии эсэров, министра земледелия при Временном правительстве, удочеренная им вместе с сестрой-близнецом Наташей. И жена Вадима Андреева, следовательно невестка писателя Леонида Андреева и автора "Розы Мира" Даниила Андреева, который приходился ему братом. Видите. как туго все переплетено.

Мы мало знаем о том времени: уничижительное Маяковское "Которые тут временные, слазь. Кончилось ваше время", да из "Двенадцати" Блока "От здания к зданию натянут канат, на канате плакат: "Вся власть Учредительному собранию". Старушонка убивается, плачет, никак не поймет, что значит. Зачем такой плакат, такой огромный лоскут. Сколько бы вышло портянок для ребят, а всякий раздет, разут".

А при чем тут Учредительное собрание? При том. что его председателем, по сути - главой правительства России, Чернов тоже был. Недолго, микроскопически малый срок, но этого оказалось достаточно, чтобы стать пожизненным врагом Советской власти. Так вот, когда женщина которую жестокие ветра перемен уносят из жизни, какую могла бы вести, когда такая женщина присоединяет к своему имени фамилию известного политика отца, она как-бы говорит миру: "Мы не пыль на ветру!"

И нет, она не была пылью. С достоинством проходила испытания, выпавшие на долю в детстве и ранней юности. Не потерялась в эмиграции - работала, вместе с сестрой, художницами в модельном доме Lanvin, который и сегодня в числе французских домов высокой моды. Была хорошей женой и заботливой матерью, помогала в годы оккупации французскому Сопротивлению. Об этом периоде жизни Ольги Черновой-Андреевой есть замечательная книга воспоминаний ее дочери и тезки Ольги Андреевой-Карлайл.

Но то будет позже, много позже. Сейчас девочки возвращаются в Россию после раннего детства, проведенного во Франции и Италии. Ишь, баре, по Италиям разъезжают, пока Расеюшка стонет по гнетом кровавого царского режима! На самом деле, это вопрос не пятилетнему ребенку, который уезжает с семьей. Но семья тоже не прохлаждаться на курортах ехала. Когда родители профессиональные революционеры, они едут куда посылает борьба.

Вот, кстати, о фразе, которую я вынесла в заглавие - это девиз партии эсэров (социал-революционеров). А если вы читали "Золотого теленка", вспомните забавный казус с Зосиным дедушкой, который по забывчивости зашифровал эту фразу в ребус для газеты (советской, разумеется). Ко времени действия романа эсэров в РСФСР не осталось, но в период, предшествующий революции, российская политическая жизнь отличалась немалым разнообразием, и РСДРП(Б) не была ни ведущей политической силой, ни особенно авторитетной.

Книга, вышедшая в серии "Чужестранцы" Редакции Елены Шубиной хороша еще и тем, что мемуары дополнены подробной статьей Ярослава Леонтьева об истории эсэров и тщательно атрибутированы примечаниями. В этом, небольшого объема, томике, не только рассказ о хороших девочках: четыре языка, талантливые художницы - брошенных в пасть века-волкодава и чудом уцелевших, но также беллетризованная страница истории родины.

Ее нелишне знать. Артур Миллер (да-да, Пулитцеровский лауреат и муж Мерилин Монро) в предисловии к американскому изданию этих воспоминаний говорит, что автобиография насыщена информацией и при этом поражает своей эмоциональной напряженностью.

"Холодная весна" не то, чтобы духоподъемное чтение, но точно, душеспасительное. И просто интересная книга.

Хорошо с тобой, да плохо без тебя.
Голову да плечи терпеливые под плеть.
Под плеть.

Олег учился на юридическом, еще школьником успел поработать помощником адвоката. Это как? Это в их провинциальном Перепятове обществознание вела приглашенный преподаватель. И как-то она предложила желающим поприсутствовать на судебном заседании. Среди тех, кто вызвался, был Олег, поделился с Оксаной Игоревной наблюдениями, сделанными в ходе процесса, стал ее помощником.

А потом, на мэра, который осмелился отстаивать интересы города, завели дело, менторша Олега защищала его, стала объектом травли, ее здоровье оказалось не таким крепким, как хотелось - инфаркт. Но на юрфак Олег таки поступил, выучился, ушел в журналистику, проводил журналистские расследования, теперь ведет репортажи из сала суда.

Саша учится на журфаке и официанит, на жизнь худо-бедно хватает, учебу оплачивает отец. Нет, простой электрик и отношения у них не самые нежные, с тех пор еще, когда пил сильно. И он болен раком прямой кишки. Но помогает. Помогал, пока, по несчастной случайности, не оказался возле митингующих, которых гребли в автозак и оказал сопротивление представителям закона. А это - вы понимаете. И теперь уже Саше надо как-то ему помочь, но как?

Марина судья. Ага, даже так. Ведет дело театрального режиссера Центра Шевченко (параллель с Серебренниковым и Гоголь-Центром очевидна, но есть еще Константин Райкин, которого на днях уволили из театра его имени). Начальство прямо говорит, что ее дальнейшая карьера будет зависеть от того, какое решение вынесет по явно сфабрикованному делу, а для наглядности, мужа Марины, строительного инвестора, арестовывают (я вас умоляю, найдется, за что), у нее дома проводят обыск с изъятием компьютеров. Думаете, не бывает? Отчего же. на супругов судейский иммунитет не распространяется.

Наташа бухгалтер Центра Шевченко. Хотя, в отличие от главного режиссера, ее арест не был резонансным. Соцсети не бушуют возмущением из-за маленького человека "как вы, как я, как целый свет", российские и зарубежные деятели культуры не подписывают петиций, и хороший артист на встрече с президентом для вручения госнаграды не передает письма в ее поддержку. Ее как-будто и нет, растворилась в недрах пенитенциарной системы куском сахара в горячем чае.

Кстати, о сахаре. У Наташи диабет, она не получает в СИзо инсулина, ей не дают свиданий, не передают передач, назначенный адвокат с трудом высиживает пять минут и предлагает соглашаться на слушание дела "в особом порядке" (кто не знает, поглядите в тырнетах). Следователь прямо сует на подпись абсурдные показания о преступном сговоре с с режиссером. имеющем целью украсть у родного государства сто мильёнов. Что-то не слышу, чтобы тут вы сказали "так не бывает"?

Дебютный роман Сергея Лебеденко замечательно хорошо написан - мгновенное погружение в текст в лучших традициях журналистской прозы. Вместе с тем, это редкое сочетание тяжелого контента с легкостью чтения, когда не оторваться. Панорамная картина современной российской жизни соединяется с глубиной исследования судьбы маленького человека в жерновах государственной репрессивной машины.

В Редакции Елены Шубиной "(не)Свобода" вышла в серии "Актуальный роман" и, мы нечасто говорим спасибо за хорошие книги редакторам, исправляюсь. То, что делает Алексей Портнов - всегда знак качества.

"Никто не умеет превращать жизнь в кошмар лучше, чем мы. Мы сами, а не какие-то потусторонние твари."

"Stabat Mater" подходящее для Страстной недели чтение. Ну, потому что это о сострадании и милосердии, о раскаянии и искуплении грехов. И потому, что одна из двух линий романа (действие разворачивается в двух временных стратах) - история общины ранних христиан, которых ждет мученическая смерть.

Я сказала о двух линиях. Первая и основная - условно наше время и узнаваемые реалии, за тем счастливым исключением, что Синдрома Гувера-Джонсона у нас нет. Фантастическое допущение романа - в мире свирепствует пандемия этого заболевания, поражающего только детей и подростков, которое проявляется приступами сильной боли. Не просто сильной, а невыносимой, чудовищной, запредельной.

Лекарства от этой напасти нет, сильные болеутоляющие морфиновой группы почти не помогают, заболевших детей отправляют в хосписы, потому что надежды на выздоровление нет. Централизованно, с необходимым оборудованием и препаратами, хотя бы частично, купировать приступы удается. Дома это было бы нереально. Но становится известно, что правительство намерено закрыть хосписы, отправив детей по домам.

Медсестра Вероника с гипертрофированной эмпатией, способная забирать боль, оттягивать ее на себя; священник храма при хосписе (здание размещается в старинном господском доме) отец Глеб; переводчик Иван, которому тот поручает переводы раннехристианских текстов; пациенты хосписа и его персонал, их попытки препятствовать закрытию - первая сюжетная линия.

Вторая - автор той самой рукописи, глава христианской общины на окраине Римской империи Кирион, чьих сподвижников собираются бросить на растерзание львам. Для увеселения цезаря, который собирается почтить этот край сиятельным присутствием, устраивают игры. Жестокая смерть ждет также и детей. Есть возможность избежать казни, отрекшись от своих убеждений. Там достаточно непростая схема, согласно которой формальная законность должна быть соблюдена, а присягнув цезарю и поклонившись Юпитеру в его святилище. где будет проходить суд, представители общины лишат его возможности казнить их.

Первый роман Руслана Козлова, "Остров Буян", 2001 года прошел мимо меня, я в те годы современной русской литературой не интересовалась. Между тем, о нем хорошо отзываются люди с хорошим литературным вкусом. Думаю. что теперь прочту. "Stabat Mater" хороша в плане построения сюжета, события настоящего и прошлого героев органично вплетены в ткань повествования, линии настоящего и прошлого симметричны, язык хорош, хотя на мой вкус несколько тяжеловесен.

И нет, это не апологетика христианства или, тем более, РПЦ. Это про всех. И для всех.

Неужели когда уничтожаются достижения культуры, истребляются народы, все ресурсы наций используются исключительно для войны, мораль стремится к нулю, все покупается и продается, возможно верить, что "в общем — то" все в порядке?

Дорис Лессинг лауреат Нобелевской премии по литературе 2007 года с формулировкой "со скептицизмом, страстью и провидческой силой рассмотревшей разделенную цивилизацию". Есть авторитетное мнение, что основным ее достижением стал именно "Канопуса в Аргосе".

Я его не разделяю. Насколько хороши "Великие мечты", настолько неподъемно тяжела пафосна и скучна "Шикаста". Сомневаюсь, что когда-нибудь захочу вернуться и продолжить знакомство с циклом, но о прочитанном - расскажу. Итак, Шикаста - это наша Земля. Первая часть повествования строится, как отчет наблюдателя одной из более развитых цивилизаций за развитием жизни на ней, и о проникновении на нее зла с последующей деградацией во всех областях.

Согласно концепции книги, две могущественные цивилизации: Канопус и Сириус, связанные отношениями партнеров-соперников, контролируют, поддерживают и направляют в благое русло менее развитые формы жизни во вселенной. Шикаста изначально оказалась под патронажем Канопуса, подселившего сюда расу гигантов. Они взяли на себя заботу о юном человечестве, стали его наставниками и защитниками. В то время мир процветал, не было убийств и вражды, зависти, ревности - такой прообраз Эдемского сада.

Но после на планету проникли резиденты Путтиэры, паразитической цивилизации, не имеющей собственных ресурсов благотворного творческого начала, делающего существование осмысленным. Путтиэра пробавляется пиратством и кражами, заставляя деградировать все, чего касается. На Шикасте начался упадок. Спасая гигантов, их эвакуировали. Отсюда у всех народов мифы о богах, вознесшихся к небесам.

Аборигены оказались предоставлены самим себе, беспомощны и беззащитны (изгнание из Рая). Города в одночасье разрушились, прежние источники энергии исчезли, люди начали тяжкое существование. По меньшей мере один раз человеческая цивилизация достигала нынешнего уровня развития и уничтожала себя в войне, начиная с начала. В эту историю вписываются мифы о Великом потопе и Вавилонской башне.

Вторая часть - современность, середина двадцатого века, рассказ от лица девочки-подростка Рэйчел, чьему старшему брату суждено стать новым Мессией, который объединит людей и воссоздаст цивилизацию после очередного крушения. Что благополучно происходит, мировая гармония в финале восстановлена, хотя без множества жертв, предсказуемо, не обошлось.

Лессинг великая женщина и прекрасный писатель, но "Шикаста", во-многом перекликаясь с "Розой Мира" Даниила Андреева, вполовину не так интересна и логически непротиворечива.

Там, откуда я родом, мы приучили себя к молчанию, полагая, что оно нас спасет.

Книга Итаф Рам позволяет услышать другую сторону военного конфликта. Сейчас объясню. В арабо-израильском противостоянии вы на стороне Израиля? " Да ладно, - вы скажете, - где мы, а где евреи с арабами!" В нашем общем мире, на окраине которого маленькая, но разумно устроенная страна отстаивает свое право на жизнь, а человек так устроен, что за кого-то обязательно болеет.

Храбрые умные евреи защищают свою Землю Обетованную, их хрупкие девушки проходят армейскую службу, наравне с мужчинами. В Израиле много бывших соотечественников. Там Дина Рубина, Линор Горалик, Александр Иличевский. Мы знаем еврейских авторов: Амоса Оза, Эшколя Нево, Давида Гроссмана. На другой стороне неприятные сумрачные мужчины и их закутанные в бурки безгласные женщины. Чего тут думать? А думать полезно.

1990, палестинская девушка Исра выходит замуж, как полагается, по родительскому сговору. Не за какого-нибудь кривого или хромого старика с лицом в бородавках, а за симпатичного молодого Адама. Не в какой-нибудь медвежий угол, а в Нью-Йорк. Нет, она не рвалась в замужество, и надежд особых не питает, но Америка всяко лучше дома на окраине Бирзейта с видом на два кладбища. Из прежнего дома на побережье, в Лидде, родителей отца изгнали, когда Израиль вторгся в Палестину.

Ее отцу, Якубу, было тогда десять. Фатиме, матери Адама и будущей свекрови - шесть. Детство ее и его родителей прошло в лагерях для интернированных. Свой дом, хотя бы даже на клочке никому не нужной земли, лучше, чем палатка. Но в Америке, куда перебрались родители Адама, еще лучше. Может быть, там будет совсем другая жизнь, откроются новые возможности?

2008, Дейе семнадцать, она живет в Бруклине вместе с бабушкой, дедом и тремя младшими сестрами. Родители погибли, когда они были совсем маленькими. Девушка очень хочет продолжить учебу в колледже, когда закончит школу, но похоже, от мечты придется отказаться. Фатима твердо намерена выдать ее замуж, как можно быстрее. Вот вы что подумали, когда узнали, что девочек в семье четверо?

Классно, столько подруг, им нескучно вместе. А в исламской традиции, рождение девочки не то, чтобы совсем харам (зло), но уж точно не халяль (благо). Сын - хорошо. Вырастет - будет помогать, в старости о родителях позаботится. Чем больше сыновей, тем лучше. Девку не себе растишь, уйдет в чужую семью снохой-служанкой, никакого от нее толку. Женщине, которая рожает мужу сыновей - почет и уважение. Той, что дочерей - в лучшем случае сочувствие.

Вы уже поняли, что Дейя из 2008 - дочь Исры из 1990? И теперь можете представить, каково пришлось молодой женщине, которую полмира отделяет от родных, да и не примут ее, опозоренную разводом. Свекровь твердит: "Адаму нужен сын!"- она рожает год за годом, снова и снова девочек. На ней работа по дому и куча орущих малышей, муж возвращается поздно и от него попахивает спиртным, а потом он начинает ее бить. За любое слово, за взгляд, за недостаточно вкусную еду, просто так.

Если бы не дружба с золовкой Сарой и не книги, что та тайком приносит, жизнь ее была бы невыносимой. Но есть в этой чужой семье, чужой стране, чужом городе Сара и книги, значит не так все плохо? Хочется верить, но...

"Женщина - не мужчина" не только о тяжкой доле мусульманской женщины, но о том, как трудно, страшно, невыносимо решиться возвысить голос в защиту своих прав, когда понимаешь, чего это может тебе стоить.

Вот что делает с людьми травма. Она прерывает сценарий... Это просто случается, а затем жизнь продолжается. Никто вас к этому не готовит.
Джессика Штерн, "Отрицание: воспоминания об ужасе"

Никто не готовит, да. Не будить лиха, пока спит тихо - часть предустановленной человеческой программы. Да и нельзя подготовить. Все знают, что попасть в аварию, стать жертвой природной катастрофы, избиения, изнасилования, или остаться искалеченным войной - это не здорово. Однако, независимо от нашего желания, ужасные вещи продолжают случаться.

Люди переживают психологические травмы, совмещенные или не совмещенные с физическими, и в первом случае в приоритете восстановление здоровья, а во втором, как-бы, и беспокоиться не о чем - цел остался, надо радоваться. Только вот, радоваться не очень получается. Тревожность, неуверенность в себе, неспособность строить нормальные отношения, склонность к депрессии, самоповреждению, асоциальное поведение становятся спутниками переживших травму..

Важно не только обозначить проблему, но и помочь переживающим посттравматический синдром справиться с его последствиями. Доктор медицины, клинический специалист, исследователь и преподаватель Бессел ван дер Колк занимается этим уже больше полувека. Его авторитет в этой области необычайно высок. Достаточно сказать, что, когда в 2017 году Колк был уволен из головной организации Института правосудия из-за обвинений в адрес руководства, вся ведущая группа специалистов последовала за ним.

В книге "Тело помнит все", он говорит, что существует три основных направления лечения: 1) сверху-вниз, разговорами, установлением контактов, осознания человеком того, что именно с ним происходит, с попутным переосмыслением воспоминаний о полученной травме; 2) прием лекарств, блокирующих нежелательные тревожные реакции, либо применение других технологий, которые изменяют то, как наш мозг систематизирует получаемую информацию; и 3) позволить своему телу испытывать ощущения, противоположные беспомощности, ярости или апатии,появившимся в результате травмы.

Самые очевидные методы, вроде классического психоанализа в случае ПТСР (посттравматического системного расстройства) могут оказываться неэффективными в силу вытеснения - механизма выживания которым человеческая память блокирует наиболее травмирующие воспоминания. Порой они напрочь забываются, иногда помнятся обрывочно. Кроме того, повторное переживание тяжелых эпизодов куда чаще ведет не к излечению. а к зацикливанию и усугублению симптоматики.

Хороший результат при использовании ингибиторов обратного захвата серотонина, вроде Прозака, не вызывает сомнений, однако такое лечение нередко становится отношениями длиной в жизнь - при прекращении приема проблемы возвращаются. "Тело помнит все" рассматривает методы лечения ПТСР, которые часто оказываются более эффективными, способствуя полному излечению.

Метод свободного письма, ритмичное движение, танец, пение. театральные постановки, расстановки по Хеллингеру, самосострадание, йога, ДПДГ (десенбилизация и переработка движением глаз), нейробиологическая обратная связь со стимуляцией альфа-волн. Только перечисление заняло целый абзац, а в книге подробно, с примерами из клинической практики, рассматривается суть каждого метода.

"Тело помнит все" может обозначить проблему и помочь подобрать способы ее преодоления оказав реальную помощь.

В дверь моего сознания колотился вопрос, который я отказывалась впускать: сделала ли она это нарочно?

Вы, могли заключить из названия "Другая женщина", что речь пойдет о разлучнице-сопернице-любовнице? Значит вы ошиблись, как и я. Эта женщина, в самом деле, будет соперничать с Эмили за привязанность Адама и, правда, попытается разлучить ее с любимым. Но не подружка. Умный красивый самостоятельный Адам болезненно привязан к матери. Ее авторитет для него непререкаем, ее слово - закон, он сделает все, чтобы угодить ей.

Прекрасная сказка конфетно-букетного этапа заканчивается для Эмили в тот самый день. когда любимый представляет ее Памми - так все зовут эту шестидесятилетнюю старушку, странно, в наше время в развитой стране, шестьдесят - возраст хорошей, крепкой зрелости, никак не старости. Но такого рода анахронизмов, словно бы попавших на страницы прямиком из шестидесятых прошлого века, в книге будет много.

Даром, что один из двух лучших друзей героини гей. Ее мироощущение в точности такое, какое было у меня и моих подружек в конце восьмидесятых, когда мы массово выскакивали замуж в неполные двадцать. Сейчас попытаюсь объяснить: за прошедшие с того времени тридцать с небольшим лет поменялось абсолютно все.

Любовь по-прежнему слепа и нас лишает глаз, но между двадцатилетней советской девчонкой, убежденная, что главное для нее - как можно быстрее выйти замуж, потому что молодость и красота не навеки, а лет через пять будешь старой девой и, уж точно, окажешься никому не нужна. Еще ни образования толком не получив, ни поработать не успев, не говоря о построении карьеры. Между такой девицей и молодой успешной карьеристкой из современной Америки, без малого тридцати лет, перед которой открыты все возможности, в том числе, предоставляемые виртуальностью, должна быть колоссальная разница.

А разницы нет. По уши втрескавшись в своего красавца Адама, Эмили планирует свадьбу и совместную жизнь, словно бы, в упор не видя его постоянной готовности принести их совместные интересы в жертву маминым капризам. Мама изобретательна в каверзах и умении перетягивать одеяло на себя, превращая любой триумф девушки в грандиозное поражение. И очень скоро эмоциональная зависимость Эми от Пами становится куда сильнее ее связи с Адамом.

Что сделала бы в подобных обстоятельствах советская девушка образца восьмидесятых? Правильно, ухватилась бы за любимого руками, ногами и зубами для верности, восполняя недостаток эмоциональной отдачи отношений сменой объекта: вместо любви к сыну, ненависть к его матери - меняем плюс на минус. В нынешнем мире женщина с мозгами отряхнет прах токсичных отношений со своих ног и пойдет дальше. Потому, в случае с книгой Сэнди Джонс мне все время хотелось побыть Станиславским.

Наверно потому, что я давно поняла - глупо соперничать со свекровью и винить ее в том, что твой муж ведет себя, как мудак. Однако финальный сюжетный твист великолепен (хотя, с точки зрения мотивации, совершенная лажа, но это понимаешь уже после)