Я не знаю, что не так с моей семьей. Мы не были совсем плохими, не хуже других. Полагаю, просто жребий: берем, кому что выпадает. Я закрыла ту дверь навсегда. I don’t know where we went wrong in my family. We weren’t terrible people, no worse than any of you. I suppose it’s the luck of the draw, where we end up, what happens. I shut that front door forever
Отессе Мошфег было тридцать четыре, когда она написала эту книгу на пари за шестьдесят дней. Дебютный роман взял премию фонда Хемингуэя и попал в шорт Букера 2016. Я читала в оригинале: заинтересовала аннотация, объем небольшой, язык простой, перевод не лучший из возможных. Не участвую обычно в народной забаве "пни переводчика", но с этой книгой количество негативных отзывов и общий низкий рейтинг романа на главном книжном сайте говорят за себя. Цитата в эпиграфе в русском варианте выглядит, как:
Я не знаю, где и когда наша семья свернула на неверный путь. Мы не были плохими людьми - не хуже, чем кто-либо из вас. Полагаю, все окончилось так потому, что мы так и не смогли протянуть между собой некие связующие нити. Я закрыла входную дверь - в последний раз.
Найди десять отличий.
А между тем "Эйлин" отличная книга. Сильная, горькая, безжалостная к себе и совершенно без соплей. В первой половине рассказывающая простую историю, в которой знатоки английской литературы опознают коннотации к любимым викторианским романам (в манере хардкорных перевертышей). Вторая, скорее даже третья треть, немыслимой горечи и жути сюжет, превосходящий достоевскую баньку с пауками. Шок от обыденности и простоты рассказа Риты Полк до сих пор со мной, хотя прочла дней пять назад. Ручаюсь, у вас будет то же впечатление.
Итак, Эйлин двадцать четыре, она живет в медвежьем углу Новой Англии, который в романе назван Х-виллем и жизнь у нее не сахар. Середина шестидесятых, Битлы и сексуальная революция, а она до сих пор девственница, да и музыки не слушает. Живет с отцом, отставным полицейским, инвалидом и алкоголиком в
почти неотапливаемом доме - папа все пропивает, а зимы в штате Мэн как в средней полосе России, потому реалия из кинговских книг: "у меня не было ни ночного горшка, чтобы справить малую нужду, ни окна, из которого потом выплеснуть" - обретает гротескную реальность.
Эйлин на самом деле практикует этот образ действий из окошка своей девичьей спальни на третьем этаже. Ну, еще и потому, что не выносит пользоваться туалетом, проходя мимо отца. Тот обязательно наградит какой-нибудь грубой колкостью, такая форма семейного насилия. Не бить физически, но постоянно бить морально. Может отчасти по причине этого перманентного вколачивания в "ниже плинтуса", героиня мелкая, невзрачная, никакая.
Старшая сестра, красотка Джекки свалила со своим бойфрендом при первой возможности Мама давно умерла, от нее у Эйлин маленькое колечко с красным камешком и уйма одежды. Собственно, вся ее одежда. Нет, не претит донашивать вещи покойной матери, у нее мечта, уехать когда-нибудь в Нью-Йорк, все заработанное откладывает. Терпит папашины придирки, прячет его обувь в багажнике их древнего Доджа с неработающей выхлопной системой (по синьке у него крыша совсем съезжает и, уйдя из дому, может натворить делов, но полицейские, которые доставляют бывшего коллегу, ограничиваются пожеланиями лучше присматривать за своим стариком - честь мундира, копы все заодно, и всякое такое).
Работает в местном исправительном заведении для несовершеннолетних преступников. Середина шестидесятых, напомню, о нынешней гуманности в отношении правонарушителей никто слыхом не слыхивал, охранники для забавы издеваются над подростками, Эйлин не то, чтобы не видит этого, но ей наплевать на всех, кроме себя самой - а меня-то кто-нибудь пожалеет? Неприятная девушка, дурнушка и неряха приворовывает по мелочам в магазинах, живет в сужающихся кругах несвободы: мерзкий городок - выбраться бы, тюрьма на работе, существование с ненавистным отцом дома, узница неказистого тела и сознания.
Неизвестно, сколько бы еще времени продолжалось ожидание подходящего для побега момента, если бы не Ребекка. Эта блистательная девушка из другого мира входит в жизнь Эйлин как педагог-психолог жуткого заведения, где обе работают, мгновенно становится кумиром несчастной замухрышки, а потом, о чудо, одаривает ее своей дружбой! А дальше начнется тот ужас, о котором говорила в начале. Связанный с настоятельной необходимостью пересмотра дела отцеубийцы Ли Полка.
Я назвал бы это «литературным изделием» — по аналогии с сырным продуктом, изготовленным наскоро, недорого и не являющимся собственно сыром.
Изделие в трёх частях.
Первая часть — на движке Луция Катина, Пелагии и стандартного современного маньячного триллера. Каркас кое-как декорирован литературно, и потому это самая интересная часть. Как бы уютный герметичный сельский маньячник на просвещенчески-утопическом фоне. Колориту ради в акунинский ретрояз с десяток раз вставлено слово «докука».
Маньячник внезапно прерывается и переходит в часть вторую — рассыпчато-клюквенную. 1812 год, комикс про становление партизанского движения. Примерно так писал на российские темы другой французский барин — А.Дюма, не озабочиваясь ни историческим, ни психологическим правдоподобием своих сказок.
Но вдруг и фольк-гишторический комикс комкается, а война заканчивается в нескольких торопливых словах, и опять — движок Луция, только теперь уже даже не драпированый, а так, в порядке самопародии, демонстрация скверно собранного костяка. Очень видно, что изделие писалось в спешке, без особого редактирования и как бы «на отъявись». Текст обрывается на полуслове — и это не открытый финал, а именно что обескураживающий лояльного потребителя акунинской беллетристики обрыв.
Но если на всё это не обращать внимание и подготовиться к тому, что конца нет, а продолжения не обещано, то «Мiр и война» вполне развлекает.
Прожив как минимум половину жизни, никогда не читала Довлатова, сама не знаю почему. Не попался под руку:)
Наслушавшись самых противоречивых отзывов и цитат из разряда "Рабинович напел", твёрдо решила познакомиться с этим автором. Посоветуйте, пожалуйста, что, по-вашему мнению, надо непременно читать у Довлатова, что необязательно, с чего лучше начинать знакомство. Спасибо!
Это было… чем? Устройством? Машиной? В каком-то роде – да. Что вызывает следующий очевидный вопрос. Что под капотом? Где, черт возьми, этот капот?
Прежде читала у Джо Хилла "Коробку в форме сердца", "Рога", "Страну Рождества" "Пожарного" - всё крупные формы. Два свежих сборника повестей отчего-то пропустила. Начала одновременно, "Full Throttle" в оригинале, этот на русском.
С "Полным газом повожусь еще, а "Странную погоду" проглотила быстро. Укрепившись во мнении: отличный писатель, но моему читательскому сердцу никто не заменит его отца. И да, Кинг оказал существенное влияние на творческую манеру, но в большей степени как корифей жанра. Хилл талант самобытный, куда более хардкорный, в нем очень мало или вовсе отсутствует кинговский интерсекфеминизм (космический гуманизм) - деятельное сострадание ко всем униженным и оскорбленным, которое - оно, а не умение сделать нам страшно, в основе его немыслимого успеха.
Но теперь не о Кинге. Итак, четыре повести. Первая "Снимок", блестящее начало и очень достойный финал, уходящий, однако, на коду. Конец восьмидесятых, мальчишка толстун, живущий с обожаемым отцом, мама, культуролог, антрополог, видная феминистка вечно в разъездах, дом ведет пожилая женщина, живущая по соседству. Мальчик небесталанен, у него способности к техническому изобретательству, но совершенный лузер среди сверстников. Толстый, неуклюжий, не записной балагур.
В один день оказывается вовлеченным в странный и пугающий водоворот событий, из которых выходит победителем, но утратившим невинность (не в том смысле) Отчасти "Солнечный пес" Кинга, много "Что-то страшное грядет" Брэдбери. Обращение к проблеме памяти как ключевого свойства ума, оригинальное и пугающее соответствие между помолодевшей сенильной деменцией и обилием, доступностью электронных устройств с неимоверным быстродействием и количеством памяти.
"Заряжено". Снова то же многообещающее начало, уходящего в крепкую, но без всякого блеска, социально-психологическую прозу. Основная проблема, доступность оружия и относительно малая контролируемость его обращения. Гипертрофированная угроза терроризма, полицейский произвол, расовые проблемы тоже играют значительную роль. Однако в свете нынешних американских событий я бы воздержалась от однозначной поддержки авторской позиции.
Моя любимая повесть сборника третья, "Наверху". Молодой человек и девушка, в которую он давно безнадежно влюблен, решают совершить мемориальный прыжок с парашютом в честь недавно умершей подруги, третьего члена их музыкальной группы. В ходе полета на стартовую позицию Обри, с панической боязнью высоты, уже решает было отказаться от прыжка, тем покрыв себя позором, но самолетик сближается с облаком, наводящим на мысль об НЛО, после чего двигатель отказывает, прыжок в тандеме становится необходимостью для выживания. Мотор, к слову, заработает снова, когда машина отдалится от облака, но Обри и его тандемному инструктору это уже не поможет, они окажутся НА поверхности странной тестообразной субстанции, составляющей этот объект. После молодой человек очень скоро останется один, и тут - чем дальше, тем чудесатее.
Эта повесть глубже трех остальных, она дает характер в динамике, не единожды меняя отношение к герою. Тонко и точно прописаны токсичные отношения и созависимость. Несколько ярких панчлайновых ситуаций, характерных в большей степени для короткой прозы, но и среднюю не портящих. В общем, если фаворит, то "Наверху"
"Дождь" завершает сборник и да, это достаточно яркая вещь о дождях из иголок и булавок, изливающихся на землю как апокалиптическая напасть. О том, как любая дополнительная гадость в нашем, не славном терпимостью, мире, может стать триггером для полного уничтожения. О подлых сектантах, о бесконтрольных научных экспериментах, проблемы меньшинств еще по касательной. Но на мой взгляд самая политизированная и неинтересная повесть. Общее впечатление от квартета замечательное, а кроме того, сборник награжден премией Брема Стокера.
Продолжение серии об утонченно-эксцентричном агенте ФБР Алоизе Пендергасте, основной изюминкой которой является главный герой - эксцентричный состоятельный джентльмен-южанин, трудящийся в ФБР за символическую зарплату в один доллар и берущийся за особо заковыристые дела.
Работать агент Пендергаст предпочитает в одиночку, при необходимости приглашая в помощники своего друга из нью-йоркской полиции, привыкшего к его нестандартным методам. Однако в "Стихах для мертвецов" ему назначают напарника, вместе с которым им предстоит расследовать жуткое дело о серийных убийствах в Майами-Бич.
Некий маньячина вырезает сердца у своих жертв и украшает ими могилы женщин, покончивших с собой через повешение одиннадцать лет назад. Вместе с сердцами убийца оставляет весьма трогательные записки, в которых цитирует литературные произведения и за что-то извиняется. Как связаны убитые женщины, лишившиеся сердец, с этими самоубийцами? Как связан с ними убийца и почему он затеял все это именно сейчас? Дело обещает быть запутанным и жутким - то есть, как раз для Пендергаста.
Пишут авторы прекрасно, повествование читается легко и увлекает с первых страниц. Для этого цикла характерны хитрые истории с подвывертом, смесь детектива, триллера и приключений, однако встречаются и просто добротные триллеры и "Стихи для мертвецов" как раз из их числа. Необычное обаяние Пендергаста, маньячность и динамичность сюжета, приятная легкая ироничность, красочность изложения и непременная доля экшна - весьма интересно.
В принципе эту книгу можно читать и вне цикла, потому что детективная история здесь самостоятельна, и особой связи с предыдущими книгами нет. Однако серия в целом весьма хороша - отличное развлекательное чтение - и любителям хорошо закрученных, возможно, чуток безумных историй, она вполне может понравиться. Правда, первые две книги довольно своеобразны, со специфическими сюжетами, популярными в девяностые, однако не пугайтесь, дальше с этим все гораздо лучше.
Пожалуйста, киньтесь в меня ссылочкой на рассказ. По-моему, он из интернет-прозы, возможно, с какого-то конкурса. Довольно популярный, мне несколько раз попадался на разных лентах. Идея похожа на 451 по Фаренгейту: мужчина хранит в памяти обрывки стихов и прозы и читает их другим под страшным секретом (потому что книг больше нет, не помню, по какой причине). Заканчивается вроде тем, что какой-то ребёнок становится его последователем.
Джейн - сдержанная и неуверенная в себе, Марни - яркая и обаятельная, но столь разные характеры не мешают им дружить уже восемнадцать лет. Марни живет с неким Чарльзом - самодовольным типом, которого Джейн на дух не выносит и считает совершенно неподходящей партией для столь незаурядной женщины. Однако сказать это в открытую она не решается, и даже когда Марни спрашивает напрямую, подходят ли они с Чарльзом друг другу, Джейн через силу блеет, мол, да, конечно. Это была первая серьезная ложь в отношениях двух подруг, и теперь, оглядываясь назад, Джейн считает, что хвати у нее пороху сказать все, как есть, Чарльз мог бы остаться в живых.
Повествование написано от лица Джейн. Рассказывая о Марни и Чарльзе, она периодически обращается к предыстории - это дает возможность лучше понять ее как человека, а также разобраться в психологической подоплеке происходящего. В целом рассказчица она неплохая: ее история психологична, но не затянута (хотя описания отношений Джейн с семьей можно бы и подсократить) , и довольно увлекательна. Развивается сюжет плавно и сначала нет в нем ничего этакого, но вот напряженность возрастает и ближе к середине события приобретают триллерный оборот.
Динамичным роман не назовешь, зато психологическая сторона добротная и даже чуток жутковатая, так что в целом этот триллер о женской дружбе весьма неплох.
Он пьет свой кофе - лучший, чем тогда,
и ест рогалик, примостившись в кресле,
столь вкусный, что и мертвые "о да!"
воскликнули бы, если бы воскресли.
Был момент, когда пыталась определить для себя отличие модерна от постмодерна, и коренным (если без наукообразной зауми) оказалось то, что при идентичности приемов и средств, модерн заново воссоздает картину мира, хотя бы даже гротескно измененную, а постмодерн оставляет разобранный на части универсум в обломках и осколках. Это к тому, что "Эвмесвиль" считается вершиной позднего модерна. И да, целостная вселенная имеет быть. Хотя в остальном, описанный в романе социум, скорее постжизнь.
Зачем читают умные сложные книги? По разным причинам, но главным образом для того, чтобы разогнать собственные мыслительные способности. Закон среды: ты таков, каков круг твоего общения, и если интеллектуальный максимум, какой он может предложить - сериалы, очень скоро деградируешь до того же уровня. Мистер Фёст всегда проигрывает мистеру Секонду в борьбе за симпатии большинства. Умная книга не введет тебя в круг интеллектуальной элиты, но может служить симулякром социального окружения. Ты проводишь с ней много времени, вкладываешь большое количество интеллектуальной энергии, она работает как ментальный катализатор.
"Эвмесвиль" из таких, не особенно важны при этом совершенная чуждость тебе политических взглядов автора, его идеологических установок и моральных принципов; для игр ума нет ограничений ни в каких сферах, кроме мыслительной. А что, что там про идеологию и мораль? Ну, великий мыслитель XX века Эрнст Юнгер был фашистом. Да кадровым военным, талантливым и храбрым, прошел всю Первую Мировую, Вторую начал в капитанском чине и должности командира роты, и на Восточном фронте воевал, а после окончания войны отказался заполнить денацификационную анкету.
Суть даже не в действующей на русофилов как красная тряпка на быка подробности биографии, а в том, что я по убеждениям пацифист и не могу приветствовать теоретика военной науки, даже если бы в той войне поставил свои таланты на службу нашей стороне. Еще, я принципиально отказалась от стимуляторов (чай, кофе не в счет), в то время,как Юнгер видный экспериментатор с разного рода веществами. Не просто баловался время от времени тем или другим, но целенаправленно пробировал в десятках сочетаний, написав на эту тему труд "Сближение. Наркотики и Опьянение"
И невзирая, получила от "Эвменсвиля" немалое удовольствие. Для начала, что в имени тебе моем? В таком сложном объемном романе название не может быть случайным. Так вот, восходит оно к культу Эвменид (благих богинь), чье имя суть эвфемизм для Эриний (божеств ярости и мщения). Объясняю: в разное время и различных исторических условиях у людей возникает единое стремление не называть Зло по имени (помяни чёрта, он и явится, да-да, "добрые господа" для фейри у ирландцев, "бурый" для медведя у лесных народов, "тот, кого не называют" в Гарри Поттере).
Эринии преследовали матереубийцу Ореста, помните, эта история с Ифигенией в Авлиде? Ахейские корабли из-за штиля не могли отплыть в Трою, нужна была жертва, Агамемнон вызвонил красавицу дочь, намекнув на замужество с первым парнем на деревне Ахиллом, когда девушка прибыла, ее закололи. После
мать несчастной Клитемнестра, убила, мстя за дочь, мужа, а сын, мстя за отца - убил мать. И спасаясь от эриний, бежал в Афины, ареопаг которых оправдал его, а для того, чтобы умаслить гневных богинь, афиняне учредили их культ, назвав милостивыми, Эвменидами.
Как все непросто, но в этом-то вся и прелесть, "Эвмесвиль" книга ярости под маской добросердечия. Роман из намеков и недосказанностей, предполагающий в читателе не только обширный бэкграунд, но и умение фильтровать информацию, читая между строк. Фабула при этом предельно проста: город-государство Эвмесвиль - один из последних оплотов порядка и законности, постцивилизация на обломках уничтожившего себя мира. Климат, культура, менталитет, социальное устройство сильно тяготеют к Балканам советских времен: земля обильно плодоносит, все относительно благоденствуют. Способ правления тирания, не тоталитарного и не деспотического типа: почти полная свобода в интимной сфере, прикормленная оппозиция, за которой бдят.
Герой-рассказчик Мартин Венатор историк "по крови" (потомственный и по сильнейшей душевной склонности), уровень квалификации примерно сопоставим с доктором наук в нашей табели о рангах. Работает ночным стьюардом (барменом) на
В центре сюжета три подруги - Эсси, Френ и Эндж - живущие в семейном пригороде Мельбурна, а также стильная молодая женщина Изабелль, совсем не похожая на обитательниц этого района, но за каким-то лешим туда переехавшая. У всех фигуранток, разумеется, имеются свои секреты.
Этот роман - что-то вроде женской прозы, и триллером (а она позиционируется в том числе как триллер) его можно назвать разве что с большого перепоя. Автор рассказывает о героинях попеременно, но в каждом случае затрагивает тему семьи и материнства, отношения с мужем, отношение к детям и своей жизни, проблемы в браке. Психологично, местами любопытно, местами хочется пролистать. История Эсси поинтереснее, а истории Френ и Эндж банальны до чертиков.
Не то, чтобы совсем плохо, но и не особо увлекательно.
Двадцать лет назад в городишке под названием Фезербэнк орудовал маньячина по прозвищу Шептальщик - его жертвами стали четверо маленьких мальчиков, с которыми он завязывал контакт, шастая у них под окнами и что-то нашептывая. В итоге лиходея (которым оказался некий Фрэнк Картер) поймали и посадили, но вот спустя два десятка лет пропадает шестилетний парнишка, а его мать утверждает, что незадолго до исчезновения он видел кого-то за окном и слышал шепот...
К расследованию привлекают детектива Пита Уиллиса, который в свое время отловил Шептальщика, то бишь Фрэнка Картера. Пит всегда подозревал, что, несмотря на бесспорную виновность Картера, в этом деле есть нечто, до чего копы так и не докопались, и вот теперь это нечто вылезло наружу и обернулось очередной жутью.
И надо же такому случиться, что после смерти жены писатель Том Кеннеди с сынишкой Джейком решили оставить болезненные воспоминания позади и переехали именно в Фезербэнк, понятия не имея о том, что в городе начался новый виток старого кошмара.
Написано хорошо, однако экшна не ждите, повествование размеренное и психологичное. Кошмарных подробностей и описаний в романе нет, автор упоминает жестокость и убийства, но без деталей, так что вся жуть - психологического характера.
Чертовски трогательно показаны трудности Тома, боящегося облажаться в роди отца-одиночки. Хорошо переданы и чувства Пита, все эти годы пытавшегося разобраться с нестыковками в самом жутком расследовании в своей жизни, но чертов маньячина упорно молчал, а теперь все повторяется снова.
Интрига неплоха, как и атмосфера. Очевидно, что лиходей, подхвативший чудовищную эстафету у Картера (почему сейчас? почему двадцать лет спустя?) - один из местных, вот вам и уютный спокойный городок, где незачем двери запирать. Главы об Уиллисе повествуют о расследовании и немного о жизни самого Пита. В доме Кеннеди же тем временем творится непонятная чертовщина: как все это связано с происходящим в городе, выясняется не сразу, но в итоге история оказывается довольно занятной и в детективном, и в психологическом плане.
Вполне неплохо.
Оставь все надежды на плоды - не увязай в том, каково твое будущее, оставайся в настоящем мгновении.
К киношному "дышите глубже, вы взволнованы" книга не имеет отношения. И к совету экскурсоводов в местах с особенно чистым воздухом надышаться так, чтобы набрать про запас. А к чему имеет? К тому, чтобы продолжить дышать, когда жизнь бьет под дых и кажется, даже глотка воздуха не протолкнуть в грудь. Она особенная. Они особенные: и автор, и книга. Я большей частью настороженно к собственному творчеству переводчиков, не в этом случае. "Дышите дальше" не худлит, а именно то, о чем сказано на обложке - практическое пособие по отысканию силы, когда земля уходит из-под ног.
Может показаться, что это не самая популярная тема в наш, позитивно мыслящий, визуализирующий всевозможные ништяки (думай о хорошем, я могу исполнить), век. Однако болезней и смерти никто не отменял. Больше того, знание, что все непременно кончится этим, остается единственным априорным, помните, как Просперо в "Буре": "Вернусь в Милан и посвящу кончине всяко третье размышленье". Нет, не призываю следовать его примеру, уверена, Шаши Мартынова тоже не совсем это имела в виду. Но сначала несколько слов о своем читательском опыте общения с ней.
Который начался лет пять назад, когда наткнулась в сети на интервью с основательницей издательства "Додо пресс", понравилась женщина на фото, показалось необычным имя, прочла и оказалась покорена ее обаянием. Какая умница, - подумала, - И какой интересной и яркой сумела сделать свою жизнь. Потом была "Американха", взялась читать в оригинале, книга простенькая, но темы с акцентами, которым героини придавали такое значение, никак не могла уяснить. Пришлось нырнуть в перевод, все тотчас стало ясно: "правильное" звучание английского для приезжающих учиться в Америку из стран третьего мира - предмет первостепенной важности, одежка, по которой встречают. А для себя отметила: "та самая Шаши". После Настя Завозова с большим уважением говорила об их творческом дуэте с Максимом Немцовым. А потом набралась смелости добавиться к ней в друзья на Фейсбуке.
И едва не с первым прочитанным постом оказалась в положении человека, хватающего ртом воздух. Подведение итогов предыдущего года: была там-то и там-то, столько-то километров проехала на велосипеде, столько-то одолела в пеших походах, столько картин написала, перевела три книги, отредактировала одну, собрала средства на краудфандинговое издание того-то, а в конце что-то о терапии с благодарностью докторам и такое: "У меня рак, друзья. Помощи не прошу, просто считаю нужным сообщить". Сказать что мое восхищенное уважение возросло безмерно - ничего не сказать. Больно и прекрасно, культурный шок со знаком плюс, какой переживаешь, становясь свидетелем немыслимого мужества и красоты поступка.
Потому так получилось, что с этой книгой довелось соприкоснуться совсем крохотным краешком, когда она еще не обрела законченного вида. Вырастая, в числе прочего, из фейсбучных дискуссий, из одноименного подкаста с соавтором Юлией Гавриловой, из дневниковых записей и еще многих источников. Суть в том, что мое восприятие за прошедшие девять месяцев достаточно адаптировалось к теме и способу подачи. И да, я считаю, эту книгу своевременной, и нужной всем.
Она не про рак, вообще. Хотя и об этом тоже. Тут много практических советов от человека, узнавшего о диагнозе случайно в ходе рутинной проверки, прежде считавшего себя совершенно здоровым, прошедшего немыслимое количество болезненных, тяжелых, дорогостоящих процедур. О том, как пережить первое столкновение с оглушительным знанием. Как планировать общую стратегию борьбы и чем руководствоваться, принимая отдельные тактические решения. Сообщать или не сообщать близким и кому сначала, а кому сильно потом. И еще масса всяких конкретных вещей, относящихся к этому, еще достаточно табуированному коллективным бессознательным, диагнозу.
Но главное, все-таки, не в онкологии, а в тех жерновах, под которые раньше или позже попадает жизнь всякого, просто потому что это жизнь, и несчастья случаются в ней, потерь и поражений не миновать, всякая заканчивается смертью - жестокая суровая правда Сатурна. Но есть золотое правило, тренированные душевные мышцы выдерживают нагрузки, которые атренированным могут сломать хребет. Если постепенно, шаг за шагом, капля за каплей, понемногу готовить себя, яд не перестанет быть ядом, но не убьет и не искалечит
Дорогие сокамерники!
Порекомендуйте, пожалуйста, годные шпионские романы.
Единственное условие: написанные не ранее 2000-го года.
Заранее благодарен.
Если бы мы с тобой создавали этот мир, он выглядел бы лучше, не правда ли?
Читатель ждет уж... Отчего читатель, стопицот раз изругавший пелевинские книги, продолжает ждать от них откровений, в целом понятно, Виктора Олеговича, в силу странной аберрации, воспринимают как Солнце современной русской литературы. Не суть, что большую часть времени скрытое за тучами, такой уж у нас климат. Раз в год озарит сиянием очередного романа - мы и рады: есть кого честить на все корки в ближайшие одиннадцать месяцев. Двенадцатый традиционно посвятим догадкам, о чем будет следующая книга.
Ну вы чего, ребята? Он вообще Луна. Нет, не смущает, что в русском языке это слово женского рода и к мальчику неприменимо. Во-первых, трансгендерность в тренде. Во-вторых, вам русским по белому объясняют, что если в одной культурной традиции луна женское божество, то в другой вполне может быть мужским, а кроме того: "вышел месяц из тумана...". В третьих, эпоха Водолея, тяготеющего к андрогинной бесполости. Не в том смысле, что все мы в ближайшее время вольемся в ряды бисексуалов, а в том, что секс, в обоих главных смыслах, утрачивает позиции, которые занимал в эпоху Рыб, в чьей культурной традиции ему придавалось утрированное значение.
Да, предтече всегда нелегко: прежде твой путь усыплют цветами, после камнями побьют, хорошо еще, если голову с телом не разлучат. А впрочем, можно сыграть на опережение, что есть Солнце и Луна этого романа, как не живущие собственной жизнью головы? А как же секс во всех возможных видах? - мне возразят, - Девочка-мальчик, девочка-девочка в линии Саши; мальчик-девочка, мальчик-мальчик, мальчик-родственники и знакомые - в части Каракаллы и Гелиогабала. Да никак, это все декорации. Искать в "Непобедимом Солнце" сексуальности бесперспективно, это книга "от головы", от ума.
Не стоит видеть в нем профеминистский роман, а в "Фудзи" или "Айфаке" антифеминистские. Водолей великий уравнитель. Фигассе, уравнитель,на семиста страницах среднестатистическому читателю, который тянет лямку убогого существования в борьбе за кусок хлеба, скармливают жизнь богатых и беззаботных. Правда? Вы еще тянете? А мне кажется, те, кто начинал читать Пелевина лет двадцать назад, нынче в большинстве обустроили жизнь так, чтобы получать удовольствие от того, что делают. Не то, чтобы совершенный выход из колеса Сансары, но кое-какие базовые навыки в коллективное бессознательное заложил.
Имеющие глаза, увидели. Потому и "Вива, Фидель", буквально "привет тебе, верный". А вы думали, речь о бородатом коммунисте? Тут все так прозрачно, и бесполое, вернее обоеполое имя героини Саша, отсылающее ни много, ни мало - к Александру Македонскому, кумиру императора Каракаллы. Женская ипостась Александра Великого как-бы кольцует тему сотворения кумира в присущей главному трикстеру русской литературы охальной манере: у нас всякая кухарка может управлять государством, а любая блондинка из породы кидалтов - творить миры.
Вполне себе милая книга. И читается легко. Опять же,кое-какими сведениями из истории Рима одарит между делом (пускай Иванопуло помебелируется).
Дорогие форумчане, может ли кто нибудь посоветовать авторов психологического детектива? Что-то вроде Келлермана, у которого главный герой психолог Алекс Делавэр, и все дела связаны с психологическим анализом поведения героев книг. Заранее спасибо!
Здравствуйте уважаемые.
Начало месяца, а значит, пришло время выложить список прочитанных мною книг за прошлый, снабдив их небольшими оценками.
В очередной раз напомню, что цель сего действа проста – помочь вам с выбором возможно интересных для Вас фолиантов и уберечь от траты времени на те произведения, которые не стоят вашего внимания. Строго прошу не судить -ибо все, естественно, исключительно моя точка зрения :-)
Итак...
1. А. Ширвиндт "Опережая некролог"
Оценка: 5 Ограничения: нет. Жанр: мемуары, эссе, юмор
2. А. Ширвиндт "Склероз рассеянный по жизни"
Оценка: 5 Ограничения: нет. Жанр: Жанр: мемуары, эссе, юмор
Я большой поклонник юмора Александра Ширвиндта. Он уникальный, просто уникальный - таких просто нет. Не только как актер (хотя он прекрасен и в фильмах и в спектаклях), а именно как человек с удивительным своим стилем. Да, не всем подойдет, да очень любит обсцентную лексику, да, иногда на грани, но мне очень нравится слушать и читать интервью с ним. Настолько, что решил прочесть его книгу новую. Очень понравилась. Местами своеобразно, но местами - просто шедеврально. Хотя книга не смотрится цельной. Вторая книга, более ранняя - она больше именно книга. Этакие воспоминания о литературной жизни и интересные байки :-)
Вывод: Прекрасно. Местами-мудро,а местами - смеялся в голос. Мне очень понравилось. Но, подойдет не всем.
3. А.Иванов. "Летоисчисление от Иоанна"
Оценка: 5 Ограничения: нет. Жанр: история,киносценарий
Помните такой фильм "Царь"? Несмотря на прекрасного Янковского (а этот фильм был последним у великого актера) и еще несколько отличных находок (царица превосходна), сама картина была не очень удачной, согласитесь. Хотя бы потому, что я не понял - зачем это кино снято. И вот спустя много лет я прочел так сказать первоисточник от нежно любимого Алексея Иванова. Ну что могу сказать... Книга на порядок лучше фильма. Интереснее, ярче, глубже. Хотя и тут не понял - зачем он написал. Ну, хотя бы позиция :-)
Выводы: Как минимум, любопытно
4. М. Дефурно - "Повседневная жизнь в эпоху Жанны ДАарк"
Оценка: 5 Ограничения: нет. Жанр: история, медиевистика.
Превосходно. Очень люблю книги такого формата, а когда еще написаны французскими историками - это всегда легко и красиво. И очень интересно. Очень.
Вывод: Советую всем
5. С. Анхем "Минус восемнадцать"
Оценка: 5 Ограничения: нет. Жанр: детектив
Вообще довольно неплохой скандинавский детектив (датский). И интересный и довольно грамотно созданный. Закрученный, так сказать :-) И я со спокойной душой готов эту книгу посоветовать. Сюжет крутится вокруг некой автокатастрофы, но благодаря внимательному патологоанатому оказывается, что якобы погибший в катастрофе человек был мертв уже несколько месяцев...он был заморожен. Почему и для чего?
Интересно.
Но вот в очередной раз ловлю себя на мысли, что датчане считают свою полицию сборищем недоумков, неврастеников и неумех :-) Вот такое у меня мнение :-))
А книга хорошая. Буду читать этого автора снова.
Вывод: вполне хорошо.
6. В. Суворов "Хроника великого десятилетия. Против всех".
Оценка: 3 Ограничения: нет. Жанр: история.
Я всегда любил Виктора Суворова читать. Не как историка (он таковым не является), а как забавного беллетриста. И куда интереснее всегда было чем унылые потуги каких-нибудь Солонина (с одной стороны) или Старикова с другой. И на этом фоне всегда прощал ему дичайшие ошибки (в этой книге например автор написал, что Николай I сын Александра I) и многое иное. Просто пропускаешь страницы и все, когда автор пытается гнать дичь. Но нельзя же пропускать 80 % книги, верно? :-))
Вывод: увы, увы, но Виктор Суворов видимо закончился как автор.
7. Н. Которн "Интимная жизнь английских королей и королев: откровенное и нелицеприятное изложение фактов из жизни монархов от Генриха VIII до наших дней
Оценка: 4 Ограничения: до 18 лет. Жанр: история, эссе, сплетни
Забавный сборник слухов легенд, связанных с интимной жизнью британских монархов. Местами - очень даже интересно :-) Хотя большей частью сомнительная информация.
Вывод: Много любопытного.
8. Н. Бленфорд, Б. Джонс "Величайшие в мире злодеи".
Оценка: 3 Ограничения: нет. Жанр: история
Слабенько. Ничего нового, странный подбор персонажей, а те, о ком писали - однобоко как-то получилось. Совсем тенденциозно.
Вывод: Почитать можно, но стоит ли тратить свое время?
9. Р. Бротиган. "Уиллард и его кегельбанные призы".
Оценка: 2 Ограничения: 16 лет. Жанр: абсурд
Иногда читаешь и думаешь - что за ерунду вообще я держу в руках. Как раз яркий пример такого.
Вывод: полная ересь.
10. М. Оливер "Армия Наполеона"
Оценка: 4
Приветствую участников сообщества. Прошу посоветовать художественные или документальные книги про цунами (как вариант, сильные штормы), наводнения. Если очень хочется посоветовать что-то про землетрясения и другие природные катаклизмы — тоже можно. Спасибо.
Продолжение цикла триллеров про сотрудницу полиции Коломбу Каселли и Данте Торре, который провел ранние годы жизни в силосной башне в плену у некоего ненормального, а после освобождения вырос очень умным парнем с кучей психологических проблем. Книги связаны, поэтому читать нужно непременно по порядку (ну и еще потому что первые две части, "Убить Отца" и "Убить Ангела", весьма хороши).
Итак, с момента, как Данте исчез, а Коломба была серьезно ранена, проходит пятнадцать месяцев, в течении которых никаких подвижек в поисках Торре не наблюдается. Оправившись от ранения, Коломба уходит из полиции и селится в какой-то дыре, пытаясь прийти в себя от всей этой истории.
Однажды в ее сарае невесть как оказывается Томми - юный парнишка, страдающий аутизмом, в окровавленной одежде, а на ногах шлепанцы, невзирая на снежную бурю. Коломба пытается вернуть его домой, но тут выясняется две вещи: во-первых, этой ночью родителей Томми убили (вероятно, у него на глазах), а во-вторых, вся его комната сплошь увешана фотографиями Коломбы. Местный полицейский просит ее помочь разговорить парнишку... так отставная полицейская Коломба Касселли оказывается вовлечена в опасную игру, связанную с похищениями и убийствами, и способную дать ключ к поискам Данте.
Излагает автор хорошо, ничего лишнего и правильное сочетание четкости и красочности. Повествование увлекает сразу, атмосфера интригующе мрачноватая, но не депрессивная - идеально для триллера.
Закручен сюжет лихо, возможно, даже безумно. Дело Томми быстро приобретает любопытный оборот, события развиваются быстро, с неожиданными поворотами и должной степенью жути, тут вам и экшн, и интрига, и опасности, и достойный противник. Каселли и Торре интересны каждый на свой лад, да и остальные постоянные персонажи неплохи. Очень занятно наблюдать, как Данте применяет свои особые навыки - да этот парень просто ходячий детектор лжи.
Финальный поворот и личность главзлодея весьма неожиданны. Правда, не совсем понятно, нахрена он это все закрутил, но прелесть триллеров в том, что подобные странности всегда можно списать на душевное нездоровье, что в данном случае довольно уместно.
А в целом книга интересная.
А тут – просто женщина на коленях: ползет по берегу ручья. Сначала я подумала, что она тоже жена фараона: сверху была надпись иероглифами – я не могла прочитать. А потом нашла перевод. Душа усопшей пьет воду в потустороннем мире. Я все время о ней думала.
Елена Чижова после "Китаиста" ужк вряд ли чем сможет удивить, прочла где-то, что над всяким писателем стоит незримая цифра. Нет, не количество возможных читателей и не число лет, которые его будут помнить. Страниц. Для кого-то оптимально триста, другой меньше. чем на семиста не раскрывается, третьему вовсе тысяча нужна. Чижова обычно тяготеет к компактности, около трехсот. В то время, как непростота ее прозы, насыщенность перекрестными связями, общая неспешность - просят не меньше шестисот "Китаист" с шестью сотнями шедевр.
Понимаю, читатель не должен указывать творцу, но ведь и кошка может смотреть на короля, а "Времени женщин" все же трагически не хватает объема. Уродливая и прекрасная история четырех женщин из ленинградской коммуналки, (пяти, потому что в крошке Сюзанне женского не меньше, чем в любой из старших), в точности как тот древнеегипетский петроглиф, где душа пьет воду в потустороннем мире: хочешь напиться - опустись на колени.
Когда ты не рожден с серебряной ложкой во рту, за любое житейское благо заплатишь тяжким трудом и унижением. Но вода человеческой заботы, любви и участия стоит того, чтобы добровольно смирить гордыню. Лимитчица Тоня потянулась к первому человеку, который проявил к ней интерес. И парень-то ведь неплохой, ленинградец, умничка. Они не пара и вряд ли в том браке было бы много счастья, случись он, но - некоторые женятся, а некоторые так. Делать что-то уже было поздно, когда поняла, что беременна, родила без мужа, а шестидесятые в Союзе позор, да и трудно без помощи.
Хотела было в деревню отправить малышку со звонким именем Сюзанночка, да соседки по коммуналке отговорили. Три старухи: Елизавета, Гликерия, Ариадна, пролетарка, эмансипе, "из бывших". И дитя у трех нянек росло не без глазу. Читать , да не только по-русски, а и по-французски девочка начала раньше, чем говорить. Сонечка вообще очень долго молчала. Почему Соня? Покрестили тихомолком, а бвсурманской Сюзон в святцах нет. И знаете, это было счастливое детство. Насколько вообще может быть счастливым. Ребенку чего нужно? Заботы, любви, стабильности, чтобы проявляли интерес, развивали таланты.
И это было счастливое материнство, настолько, насколько возможно в предлагаемых условиях. Знать, что пока ты зарабатываешь деньги, дите присмотрено, накормлено и обихожено. Радоваться успехам. Гордиться, талантами своей девочки, не подвергаться ежедневным унижениям от столкновения с советским институтом дошкольного воспитания.
И счастье для трех потерявших семьи женщин, на склоне лет обрести объект заботы, оказаться нужными, продолжиться в маленьком человечке, который как пластилин - лепи. Прямо-таки пастораль? Нет, конечно, и работать бедняжке приходилось на износ, и о женском счастье не позволено было подумать, а когда появился на горизонте человек, проявивший интерес, вот тут-то и начались настоящие проблемы. Нет, не потому, что все беды от мужиков. Потому что мнимую заботу,в отличие от подлинной, проявлять легко. Потому что государство, руками своих активисток, влезало в самое сокровенное, куда при нормальном раскладе никому ходу нет.
Потому что работа на износ не предполагает сколько-нибудь серьезной заботы о здоровье и сакраментальное "в гробу отдохнем" может прозвучать буквально для совсем еще молодой женщины. И что тогда со всеми ними будет? Финал показался слишком поспешным, но это то, о чем говорила в начале: такой прозе тесно в малом объеме. Отличная книга. Горькая, суровая, нежная. Елена Чижова может.
Довольно любопытная книжка, представляющая подробное, хоть и несколько беглое неизбежно изложение основного событийного ряда царстрований начиная с Генриха VIII и кончая Елизаветой.
То есть периода, превратившего Англию из феодального бардака в современное (для тех времен даже очень продвинутое) централизованное и секуляризованное государство.
Никаких "пикантных" подродобностей там нет принципиально (хотя конечно вопрос жен Генриха обойти невозможно).
Книжка того типа, которые есть смысл читать если период уже представляешь, но несколько бессистемно - она для меня заполнила многие пробелы и увязала события в более или менее целостную картину.
With a whistling rush of air, a pair of swans flew low over the bridge and skated down onto the water, sending up dazzling waves from their feet. They were incandescent with light.
Читать в оригинале книгу, у которой есть перевод - это не снобизм и не выпендреж. Просто когда все время ищешь, чего бы почитать на английском, скоро выясняется, что авторов, способных доставить радость, не так много, а язык Кэтрин Уэбб хорошо ложится на восприятие, богат аллитерациями и внутренними рифмами, которые в английской прозе встречаются куда чаще, чем в русской. А кроме того, он прозрачный, понятный, простой и ясный, но не примитивный.
Потому The Misbegotten ("Незаконнорожденная"). Излюбленный прием Уэбб, которому она не изменяет и здесь - работа с двумя временными пластами, с непременной страшной и стыдной тайной, корни которой уходят в прошлое, а крона укрывает душным шатром, заслоняет солнце от героев современности. Хотя на сей раз и те, и другие события относятся к достаточно отдаленному от нас началу позапрошлого века, охватывая временной промежуток 1800-1820 годы.
Место действия более поздних событий - английский город-курорт Бат, да-да, тот самый, куда едут герои мисс Остен и Теккерея, но для здешних персонажей это дом родной, и разного рода увеселения отдыхающей публики, вроде общественных балов или прогулок по живописным окрестностям, не для них. Они здесь живут. Впрочем, юной Рэйчел все в диковинку, как-то уж очень поспешно сочетавшись браком с преуспевающим виноторговцем Ричардом Уиксом, она оказывается в чужом городе, в чуждом окружении и, правильно вы догадались - совсем не с тем человеком, какого девичье воображение рисовало ей принцем на белом коне.
Супруг оказался вовсе не таким богатым, щедрым, а главное, терпимым к слабостям девушки и нежным, как она могла ждать. Не дурак заложить за воротник в соседнем трактире, даже на самый снисходительный взгляд месте далеком от респектабельности. Требует отчета за каждый потраченный фартинг. А кроме того, не ладит с собственным отцом. То есть - вообще не общается. И то сказать, старший мистер Уикс попросту опустившийся пьянчуга, но все же он папа!
И есть еще один нюанс, все принимают ее за некую Алису, которая пропала без вести много лет назад. Сходство просто невероятное, хотя Рэйчел моложе, конечно. Та была невестой юноши из хорошей семьи, сына покровительницы супруга нашей героини. И там случилась какая-то мутная история: жених после исчезновения нареченной повредился в уме, убежденный,что она оставила его ради другого, с кем и сбежала; служанка в доме знатной леди, Старлинг (росла вместе с Алисой, взятая в дом подкидышем) считает, что это сын хозяйки убил ее любимую названую сестрицу в приступе безумия. Остальные молчат, но молчание довольно красноречиво.
С этой книгой погрузилась в атмосферу стольких замечательных английских романов, от "Нортингерского аббатства" и "Ярмарки тщеславия" до "Женщины в белом" и "Грозового перевала". За одним этим стоило читать. Хотя здесь и интрига, надо отдать должное, неплохо закручена. И мощный антивоенный пафос, которому Кэтрин Уэбб неизменно верна. Вообще военные эпизоды поражают натурализмом и сочатся живой кровью. Не ждала встретить такие горькие и тяжелые сцены. Отличная книга.