Наверное, я злая девочка, но я слишком не люблю плагиат. Стало сложно писать что бы то ни было. И говорить. И даже думать. Потому что все поймут по-своему, не так. Извратят мысли, объяснят поступки свойственными им мотивами. Наверное, так рождается нелюбовь, когда человек смотрит на другого и додумывает что-то за него. Но все мы умные, когда дело касается нас, и найдем тысячу отмазок и объяснений, зато другие находятся под прицелом нашего мнения, которое, как известно, единственно верное. И как разорвать этот круг – я не знаю.
Наверное, ради таких дней стоит жить. Повиснуть на шее у друга, поговорить по душам с подругой. Случайно встретить во дворе родителей подруги, а потом ее саму. Я очень люблю, когда вокруг меня люди, которых я знаю давно. Когда в любой момент можно сказать «а помнишь» и тихо засмеяться вместе. Когда вы понимаете и чувствуете друг друга.
Только я впала в легкую панику, что мне придется безальтернативно читать т.н. список на лето, как мне свалилось на два дня куча Фрая, которого родители собираются взять в дорогу. И заваривается кофе, единственная альтернативная замена камре, не мате же пить. И на заднем плане мысли о фильмах. Сейчас мы снова в Ехо.
Людей сильно раздражает рефлексия. А мне кажется, что думающий человек без этого обходится с трудом. Мы редко узнаем «как ты там?», потому что знаем, что всегда можем залезть в интернет и… ну, в крайнем случае, написать смску. А еще мы можем читать дневники. Здесь знакомые люди предстают в неизвестных ранее амплуа. И здесь можно узнать о том, что с ними происходит.
А что происходит? Все меняется. Зацепки рвутся, кто-то взрослеет, кто-то деградирует, кто-то уходит в сторону. Я тоже какой-то «кто-то». Осталось понять, какой.
Удалила ряд дневников и дневников-двойников из списка друзей. Возможно, это только начало. Слишком сильно желание максимально упростить жизнь. Долго этого не делала, так как предчувствовала необоснованные обиды, поэтому удаляла преимущественно тех, с кем мы не нуждаемся в интернет-общении подобного рода по тем или иным причинам, и кто, скорее всего, честно удалит меня в ответ.
Жаль, но когда я вижу что-то типа отчетов о Нашествии, мне хочется уехать отсюда подальше, наплевав на пресловутую духовность «русских». Да, можно стараться жить, не видя. Ровно до тех пор, полагаю, пока это не коснется тебя. Сильно, остро, резко. Хорошо, если поправимо.
Как же неприятно потратить на человека так много времени лишь для того, чтобы узнать, что он так и остался для тебя посторонним.
(с) фильм "Вечное сияние чистого разума"
Я не люблю, когда красота бездушна. Это не красота тогда, наверное. Меня заражают анимацией, я захлебываюсь музыкой. Куда-то с глаз долой исчезла вся косметика. Я живу немного в Плоском мире. В глазах капелька тревоги, дрожат губы. Ресницы опущены. Откровенность закрылась на реконструкцию. Она сидит там за ширмой, и даже я не знаю, смеется или плачет. Но скорее всего она тихо улыбается, спрятавшись в беседке, защищенной темной зеленью деревьев, и любуется оттуда на неправдоподобно бежевое небо. И в этом питерско-московском дворике ее лицо освещается молниями. И тишина. Ничего кроме дождя.
Спасибо за сегодняшний день Михалычу. «Сегодня мы играем каверы». Мне не хватило только «Freelove» и «Televators». А так… Господи, как же он вживается в музыку. Мое маленькое божество. Я ему не поклоняюсь, я его люблю. Цой, «Кукушка», я и мечтать не могла, что услышу и это вживую в его исполнении. Мило-пафосный клуб «Икра». Много капельку некультурных, но забавных и красивых девушек и юношей. В следующий раз, наверное, стоит идти не на танцпол. И напоследок они сыграли «Я». Полтора часа счастья. Микс из "Дружбы", "Москвы" и не только. "We"="Oui".
Лето бьет в голову,
Опять мы в штопоре, но вместе.
Со мной рисует заря любя
На горячем тротуаре, на расстроенной гитаре
Эту песню для тебя.
Люди меняются. И если они становятся не такими, какими мы их хотим видеть, не стоит их за это винить. Главное, чтобы они были счастливы. Я в очередной раз убедилась, что друзья – это те люди, которых ты знаешь с разных сторон, но которые не раздражают тебя своими маленькими недостатками. Остальное: приятели, знакомые и когда-то-друзья.
Знаете, ребята, эпифорум – это такая особая тусовка, которая до конца никого не отпускает. Читать далее
Дни идут за днями. Ясные и пасмурные, с дождем, солнцем и навсегда потрясающим небом. Сумбур всего окружающего мира обволакивает. Все перегородки между нами исчезли. Я не ношу с собой фотоаппарат, о чем жалею лишь иногда; пусть это лето запоминается мне тем, что не воплотится в фотокарточки, а останется на сердце. Чувства сфотографировать нельзя во всей их гамме. Гениальный фотограф может попытаться ухватить одно из мгновений, сделать своеобразный скриншот, но это уже будет чем-то другим.
Все становится собой этим летом, и воспринимается это без удивления, как должное, минуя ощущение неправильности, без разочарований и осознания неожиданности происходящего.
По улицам бегают, смешно передвигая ножками, рыжие и белокурые дети, несутся куда-то машины, которые к утру застынут где-то, и самые запоздалые, нарушая тихий час города, промчатся из никуда в ниоткуда около полтретьего. Нежность подается с губ, ее испускают глаза. И где-то далеко этим летом заботы и проблемы, над всем царит чувство легкой нереальности. То, что нужно – не забывается, и те, кто нужны – не забывают нас, а все остальное преходяще в прямом и переносном смыслах.
Закрыв глаза, пережидаю истерию. Нет, ребята, я не с вами. Открыв глаза, я смотрю в сторону и грустно улыбаюсь. Это вчера было утро, небо, одуванчики, рассвет. Наверное, так еще будет, и не раз, и чем более занята я буду, тем ценнее будут эти минуты. Просто за окном усталая Москва, фактически застывшая в чб, а во мне много мыслей, навеянных поведением людей в сети. Завтра в последний раз за этот учебный год посещу университет: отдам зачетки и сдам учебники. Пока перечитываю Прачетта и самоопределяюсь.
У каждого из нас своя маленькая жизнь-лето. Моя жизнь – это забытый дома фотоаппарат, на который не фотографируются закаты, шквал дождя, за которым с улыбкой наблюдаю из-за стекла, зеленая блузка в белый горошек, друзья – непередаваемая щемяще-сентиментальная атмосфера. Лето зеркал водоемов и тени густой зелени, лебедей и уток, тайны природы. Толстенных томов, ожидающих «чуть позже», потому что окрестности университета в пыли, и захожу я туда не более чем на 5 минут.
Да, я хотела написать, что когда очень хорошо – не до интернета. Это не совсем так, но похоже на правду.
Без претензий, все же, не сегодняшнее небо.
На улице настоящая тополиная буря. Сессия сдается автоматом, солнце начинает отпечатываться загаром на ногах, гитара все чаще притягивает взгляды. Спасибо огромное за весь вчерашний безумный день, особенно за роллы и подсчет дней до свадьбы. Роллы мне сегодня даже снились. Все чудесно, и даже пустое бахвальство посторонних людей вызывает лишь улыбку, которая и так почти не сходит с лица.
Чтобы создать Вселенную, даже небольшую, нужны числа, без которых она просто не запустится. Это — фундаментальные константы. С помощью этих десяти чисел можно описать все: и рост снежинок, и взрыв гранаты, и игру на бирже, и движение галактик. А вот откуда они взялись — непонятно. Желающие могут списать их появление на божью волю. А воинствующим атеистам остается только ими пользоваться, объясняя с их помощью как ход эволюции, так и температуру Благодатного огня
Мы так близки, что слов не нужно,
Чтоб повторять друг другу вновь,
Что наша нежность и наша дружба
Сильнее страсти, больше чем любовь.
Лето наполнило Москву гуляющими парами с сияющими глазами и влюбленными лицами. Москва дышит любовью, небо склоняет над ней лицо, сквозь белокурые локоны которого видны ласковые голубые глаза. Сень деревьев приносит умиротворение и покой.
Мы чувствуем взгляды окружающих, смеемся и смотрим друг другу в глаза. И читаем в них одно и то же: мы никогда не будем вместе.
Припять
Припять — именно советский город. Тут 1986 год. Тут всегда СССР.
[показать]
Тут нет стеклопакетов.
+