Где-то боль, моя боль ходит - листьями красными
(Словно каплями страсти моей нерастраченной).
Я тебе о случившемся буду рассказывать
(Если вдруг замолчу - непременно заплачу).
Как мне хочется плакать в плечо твоё тёплое!
Эта боль, моя боль - как нарыв нераскрывшийся.
И, надев на глаза затемнённые стёкла,
Кто-то, видимый вряд ли, на нас смотрит с крыши.
Не тянитесь к лицу, вознамерившись слезы стереть,
Я прожгу вас насквозь своей черствой и нежной натурой.
Не коситесь, я – псих, на десерт выбирающий плеть.
Вы не курите? Что же, позвольте, я брошу окурок.
Я рискую исправиться, стать, как и вы, одним из,
Самым правильным и соблюдающим пункты морали.
Вы поверили? Зря. Ведь вам, кажется, вверх, а мне – вниз,
То, что нам по пути – это шутка, и вас так легко разыграли...
Не шлите мне писем – я рву их за раз,
Как циник последний в дурацкой ухмылке.
Печальность Пьеро меня выдаст в анфас,
А в профиль – герой беззастенчиво-пылкий.
Я резок и смел, неуверен и груб,
Я руки до хруста и крики до боли.
Я таю под нежностью взгляда и губ,
Я светел? Наверное. От пергидроли.
Лишь в дыму сигарет и пропахшей бензином машине,
Только в лифте, застрявшем случайно меж двух этажей,
Только там где нет жизни, а где лишь остались сомненья…
Мы окажемся там, потому что у нас счастье есть.
Не нужны нам ни слезы угасшего, дряблого мира,
Нам не надо улыбок, не надо друзей и врагов,
Нам бы вечность, чтоб просто друг друга любили,
Не различая реальность и миражи наших снов.
В чуть заметном движенье, жужжанье оставшейся жизни,
В предрассветном бреду и дыхании раннего лета,
На забытых качелях во дворике старом и грязном
Мы оставим свой след, чтоб уйти и исчезнуть вновь где-то.
в невидимой клетке птица отчаянно билась,
на волю, к свободе душа бессмысленно ее стремилась.
и слезы отчаянья сжигали ее перья алые,
и скованы были ее крылья дивные.
и хозяева, мнимые собственностью ее считали,
но ее горьких слез они даже не замечали.
невидимые прутья уже в тулово впивались,
а ее вопли никем не замечались.
но однажды люди заметили- с ней что то не так,
ее тело бездушно поникло, а это не пустяк.
она долго кричала, что силы иссякли сражаться,
что единственный выход-просто сдаться.
одна мечта была-сбежать на волю,
и за мечту платила только собственною кровью.
и за мечту боролась, не смогла без воли жить,
та птица, что мечтала быть свободной, что мечтала просто жить
Белым траурным крепом обиты дворцовые стены:
Там прекрасная Бьянка лежит, словно сорванный цвет...
На весенние листья, на церковь седую Равенны
Опустились снежинки впервые за тысячу лет.
И играет адажио грустный старик Альбинони.
Подвенечное платье белеет, как девственный снег...
Вдруг вдали показалась карета и резвые кони,
Видно очень торопится, чтобы успеть, человек.
Вот спешит во дворец белокурый печальный красавец,
И в руке его ландыши тихую песню звенят.
Понял он, как вошел, что уже ничего не исправить...
От невесты своей не отводит он пристальный взгляд.
Проклиная судьбу, преклонив перед ложем колени,
Поцелуй подарил он, как символ любви на века.
Подарил он ей первый - и он оказался последним.
И заплакали ангелы светлым дождем свысока...
Последний разговор был довольно давно…
Но сейчас мне совершенно плевать..все равно…
Не нужна я тебе и забыли тот бред..
«Я люблю тебя» «Я тоже»…сколь ж бед..
От проклятых слов…от глупой лжи….
Теперь просто не звони..ни пиши…
Если б хотел смог бы все продолжать…
Но больно..пофиг…я ж сказала «Плевать»
Я уйду..не заметишь ты потери моей…
Я тебе не нужна…я уйду поскорей….
Просто фото порви…я уйду навсегда…
Не увижу не скажу…что люблю тебя…
И ты слез не увидишь.. страданий моих…
Почувствуешь прикосновение рук чужих…
И наверное ты мне не скажешь… «ПОСТОЙ!»
Я уйду навсегда…и исчезнет покой…
Ты мой взгляд не увидишь..и забудешь меня…
Только жалко станет…Я любила тебя….
Отвернусь я к окну и бутылку допью…
Я всегда это знала…что тебя я люблю….
Включите свет!
Мои глаза устали
От вечной темноты.
Все голоса умолкли
Нас сковали,
Как берега мосты
И не понятно ночь ли это,
Возможно день оставил на совсем
Мой город и страну и Землю
На радость и веселье тем,
Кто ждал таково вот исхода
Чья жизнь во мраке станет легче,
Им чужды солнце и свобода
И угасание любого рода
Не вытолкнет слезу из желчи
Что наполняет их сердца и разум
Не стоит ждать,уж лучше сразу
Сказать прощай и умереть.
Мои легкие больше не помнят вкус чистого воздуха,
В этом городе пахнет чем хочешь, но только не свежестью…
Я вдыхаю тебя всей душой и всем сердцем, без отдыха.
Мои нервы – как струны. Не трогай руками, порежешься.
Это все уже было, я знаю, чем это закончится.
Этот город во мне, горло режет его горьким запахом.
Я теперь поняла: без тебя жизнь – не есть одиночество,
Нужно просто заткнуть чем-то дыры в разорванных клапанах.