Все выходные после новогода наша дорогая редакция только и делала, что читала про перверзных нарциссистов. Понятно да? В переводе с научного на обыкновенный - про психопатов-извращенцев, которые исподволь порабощают ленивых философов, пьют из них кровь литрами, норовят сожрать все мозги и в идеале свести в гроб. Чаще всего это встречается в общественных отношениях через телевизор или даже через модный, великолепный, неподражаемый, потрясающий МАХ (чтобы это буквосочетание не значило). В любых близких отношениях это тоже может быть. Например телега или тиндер с инстаграмками. Слово "перверзный" происходит от латинского pervertere, что означает перевернуть, вывернуть, извратить. Как гласит молитва подобных мудаков: этого не было; если было, то не страшно; если страшно, то не заморачивайся; а если заморачиваешься, то я ни при чём. При этом нам всм, потенциальным или бывшим жертвам, всегда надо помнить что они обладают цепким, практичным умом выползшего на охоту насекомого. Когда такой тип предлагает вам "остаться друзьями" (худой мир лучшей доброй ссоры, не правда ли?) - знайте, что вас всего лишь выманивают из укрытия.
Как мы тут у себя в редакции полагаем, тема большинству грамотных гоминид известная, но тут чего-то мы всем нашим коллективом в нашей голове решили углубиться и подсчитать количество этих приятных людей, встреченных нами на извилистом и многотрудном жизненном пути. Когда у нас кончились пальцы на правой ноге, все сразу встало на свои места.
Теперь сидим, молчим, чешем где чешется и одновременно удивляемся: как мы в таких непростых условиях до сих пор с древа познания добра и зла не рухнули, никого не убили и не съели, не бросаемся с сапожным шилом на прохожих, не плещем им на головы из окна содержимое бабушкиной ночной вазы, не бегаем голым по Красной площади и не идем в депутаты.
Крепкая, вощем, у ленивых философов психика, не лыком шита, за рупь двадцать не возьмешь, хоть в царь-колокол ей звони, хоть беспилотником её бей, слава Господу Богу, творящему дивные чудеса ради угодников своих.
Однако ж дружелюбная Вселенная все же не теряет надежды свести нас с ума окончательно.
Поясню эту свежую как утренний январский бриз мысль.
Общеизвестно, что ленивому философу, в отличие от остальных очень хорошо быть неучем в плане того что смотрят и читают вокруг и, одновременно, невеждой, потому что заместо мозгов, ему повидимому, выдается веселый нрав. А смех, как известно, продляет жизнь.
Вощем, рассказываю в чем дело. Сижу нынче в домике для размышлений, слушаю как ведущий экономист и гениальный геополитик рассказывает про небывало безудержный положительный рост нашей промышленности, благосостояния и сытости, и одновременно читаю тревожно-экономическую статью одного так называемого американского ученого про то, в какую бездонную яму катится мировая экономика. Ну и натыкаюсь на полное скрытой тревоги предложение, где упоминаются "рекордно низкие за 10 лет цены на комоды и нефть".
Учитывая то, что я еще не совершено безнадежен, не лыком шит и не указующим перстом делан, открыл Тор и погуглил в нем. Оказалось, что под комодами имелись в виду не сводные братья шифоньеров и гардеробов с буфетами, а коммодити, мол, биржевой товар.
И вот уже пять минут не могу успокоиться, до интеллектуальных судорог, буквально, как представлю, что коварные комоды обрушили хрупкое равновесие современного этапа экономического развития человечества. Ну, не в одиночку, конечно, а только и исключительно в непосредственной прочной связке с черным золотом.
Будущее пахнет нефтью. И комодами.
Походу все же пора (и надо!) начинать носить с собой в целях самооброны надежное сапожное шило или хотя бы мачете.
Кто берется за чтение автора-садиста вроде Набокова, должен иметь под рукой энциклопедии, словари и записные книжки, если желает понять хотя бы половину из того, о чем идет речь, - Пишет Карл Рэй Проффер в своем эссе "Ключи к Лолите". Прямо про нас пишет, старик. Нас тоже, чтобы понять, надо иногда со словарем читать. Но только не сегодня. Сегодня никаких словарей. Сегодня мы, после кизиловой et puis тутовой la vodka, сами себе энциклопедия русской жизни и словарь иностранных слов и новых включений. (C'est de la vodka pure!).
Иными словами, по руське говоря, состояние ума и души эпические. Но именно в таком, эпическом состоянии, всякий смелый и в меру интеллигентный человек, ведомый божественной силой и с верой в правое дело в сердце, может противостоять непобедимому гиганту утреннего постпраздничного похмелья. Похмелья сравнимого с послеродовой депрессией с одной стороны и с восстанием живых мертвецов - с другой. Все эти нечеловеческие стоны, жуткая паника и воздух, пропитанный абсолютным знанием что жизнь - боль, говно - случается, год закончился, а пиздец - нет, всем знакомы. А если не всем то хотя бы некоторым, то есть настоящим сталеварам. Потому что если ты не испытываешь его - ты стопудов не настоящий. Ведь укрощать ужасы и подчинять несчастья - удел великого мужа. Всегда быть счастливым и прожить жизнь без единой царапины на душе - значит не узнать ровно половину природы вещей. Такие великие мужи (как наша дорогая редакция) иногда радуются несчастию, как ленивые философы - хорошей книге. Вот вы не помните, молодые еще, а мы часто вспоминаем, как во времена цезаря Тиберия рассказывали, как гладиатор-мирмиллон по имени Триумф жаловался, что редко устраиваются игры: "Лучшие годы пропадают напрасно!"
Но тут, прерывая плавное течение реки наших мыслей, из-за правой кулисы выходит Рахелюшка в угаритском прикиде с укокошником из розовых дедморозов на высоком челе и говорит, что у меня типичная испанская лихорадка. Что ты понимаешь в испанской лихорадке, очарование глаз моих, похожее на затерянный в пустыне жизни музей под открытым небом, куда не ведут тропы? Ведь под звучным названием испанской лихорадки у них в отдельной цивилизации подразумевается обыкновенное похмелье: серое, безрадостное и стабильное, как среднестатистический зимний российский пейзаж. Но мы с тобой в провинции, у моря, снаружи, а не внутри. И у нас за окном крепкий, словно первак, южный ветер ставит на дыбы море, +12 в саду и розмарин покрылся сиреневым цветом - а значит по всем приметам пришла весна. Так давай же поднимем эти неглубокие чарки, скрин души моей, которая без тебя словно карта пустыни, выжженной солнцем забвения, где отмечены лишь колодцы с соленой водой разочарований, и пожелаем друг другу жизни и печалей, невинного смеха и беспричинных слез, безудержного веселья, легкого похмелья, вечного здоровья и безвременной кончины. С прошедшим! Миру муррр!!
Новый год, новые надежды, новые собеседования, новые резюме.
Утром 2 января 2026 года наша дорогая редакция в качестве умственной физкультуры читала книгу ранних работ Иммануила Канта с большой пользой для себя. Мы наконец то нашли то, что давно искали. А именно - как правильно писать резюме при поступлении на вожделенную работу, чтобы вас стопудов взял. Эх, если бы раньше прочитал - былобы вообще заебись. Хотя и сейчас у нас всё не так уж хуёво, но ведь нет предела как совершенству так и несовершенству.
Вообщем вот вам новогодний лайфхак, если кто вздумает поменять говенную работу на кайфовую. Вот так надо писать о себе, чтобы потом форсить по жизни без траблов. Учитесь и запоминайте
Еммануэль Кант, магистр, всеподданнейше умоляет Ея Императорское Величество всемилостивейше назначить его на освободившееся место ординарнаго профессора по кафедре логики и метафизики в Кёнигсбергском университете.
Пресветлейшая, великодержавнейшая Императрица, Самодержица всея России, всемилостивейшая Императрица и великая жена!
Со смертью покойнаго доктора и профессора Кипсе кафедра ординарнаго профессора логики и метафизики в нашей Кёнигсбергской академии сделалась свободною. Эти обе науки были доселе предметом особенно внимательнаго изучения с моей стороны.
С тех пор, как я сделался доцентом в здешнем университете каждое полугодие я читал лекции по обеим этим наукам. Я написал по этим наукам две диссертации, кроме того старался представить некоторую пробу своих занятий в четырех статьях, напечатанных в Кёнигсбергской ученой газете, в трех программах и трех других философских трактатах.
Надежда, каковою я себя льщу быть назначенным на академическую службу по предмету сих наук, особенно же всемилостивейшее расположение вашего императорскаго величества оказывать наукам ваше высочайшее покровительство и снисходительное попечительство, побуждают меня всеподданнейше просить ваше императорское величество всемилостивейше соблаговолить благосклонно утвердить меня на вакантную кафедру ординарнаго профессора, так как я надеюсь, что академический Сенат в разсуждении требуемой на сей предмет способности будет сопровождать мое верноподданическое искание не неблагоприятными показаниями. Готов умереть в моей глубочайшей преданности вашего императорскаго величества наиверноподданнейший раб Еммануэль Кант.
Наша дорогая редакция продолжает свои игры в литературу. Этот небольшой текст можно читать как кроссворд, и находить множественные скрытые цитаты, отсылки к другим текстам, авторам, сюжетам, альтернативным реальностям или воспринимать его как метатекст, восхищаясь собственной начитанностью и образованностью. А можно просто расслабиться и читать, удивляясь тому, как охуенно пишет ленивый автор. Ведь по настоящему правильно читать тексты можно только благодаря пластическому устройству мозга, а когда человек начинает читать, его мозг меняется постоянно, как физиологически, так и интеллектуально.
Текст типичный миддлрид.
Минут на пять - семь жизни.
Наступило звонкое и прозрачное утро нового года. Юрий встретил его лежа на полатях, отвешенных под высоким стропильным потолком родительской избы..Полати были струганые, крепко сколоченные тесаными липовыми клиньями его дедом Святобеком. Дед устроил их в горнице, супротив бабьего кута.
Всякий раз, открывая французский роман, сначала смотрю на фронтиспис ( страница с графическим изображением, составляющая разворот с лицевой страницей титула). На нем часто пишут имя автора книги на его родном языке, а иногда печатают его портрет.
Нынче у нас на столе книга Мишеля Уэльбека "Возможность острова". Ну что тут скажешь? Красиво излагает старик. " Молодость, красота, сила: критерии у физической любви те же, что у нацизма."
Однако, сегодня мы пишем коротенько (в трех томах) и поэтому про эстетику и про особенности прозы автора ничего говорить не станем. Нынче мы про другое. нынче мы разглядываем фронтиспис. И вот какое у нашей дорогой редакции складывается впечатление, когда она смотрим на фронтиспис с французским именем автора этого несомненно прекрасного романа-эссе. Нам кажется, что французы тратят примерно пять лет жизни (а некоторые в нашей редакции считают, что шесть) на написание - не побоимся этого слова - лишних букв в словах. Например - сморю на фронтиспис и вижу что фамилия писателя Мишеля Уэльбека пишется Houellebecq.
Теперь сижу, переживая чувство ренессансного художника. Иными словами переживаю некую эстетическую незавершенность, non-finito. Я бы для красоты добавил еще парочку букв, ну скажем вот так: Michel Houellebecque
Обыкновенно, когда наша дорогая редакция читает, то перед ней на столе лежит несколько открытых книг - три или четыре, еще одна обязательно открыта в ридере с кеглем покрупнее, чтобы можно было читать, когда мы снимаем очки и еще несколько закладок в ноутбуке. Читать одну книгу, как некоторые наши подросшие дети и некоторые люди, дорогой редакции кажется недостаточным. Книга, для нас, гостя планеты Земля, гостя временного и недолгого - единственный надежный друг и источник вдохновения. По нраву ли нам это или нет, но мы крепко-накрепко повязаны с ними.
Однако набор книг на столе всегда не случаен. К чтению мы относимся как к меню в дорогом мишленовском ресторане. Ничего стохастического, все продумано, красиво, предельно эстетизировано, дорого и богато. Там обычно хороший обед состоит из 10 - 12 блюд и мы у себя в редакции стараемся не отставать. Вот пример сегодняшнего воскресного меню. Первым блюдом с утра был старый, 1934 года издания, том ранних работ Иммануила Канта. Кант - что-то вроде кофе дл кофеманов или похмельного штофа для пьяницы. Потом некоторое время после чая мы провели с книгой Томаса Пинчера "Энтропия", затем поехали кататься и в машине слушали блюдо дня - роман Олега Радзинского "Боги и лишние. Негероический эпос".
Говорят Олега с какого то перепуга объявили иноагентом. Схуяли? - Подумала наша дорогая редакция, когда узнала - Ведь он уже лет сорок живет в Лондоне. Однако вопрос "Схуяли?" по отношению к нашей с вами действительности лишен какого-то бы ни было рационального содержания. Поэтому он так и и остался висеть в чистом, семантически беспонтовом пространстве резонов, пониманий и посылов, словно ёбаная иллокуция нуса, что бы это сейчас ни значило.
После Негероического эпоса мы даем себе передых и садимся расслабиться возле клавиатуры, сочинить чонить просто так не за деньги, а для души, поскольку с февраля 2022 года поток наших денежных публикаций резко пересох и наша дорогая редакция осталась без порток от Пепе Джинс и надежно пауперизировалась на раёне пушкинской сумы.
Выглядит наше словотворчество примерно так. Начитавшись вволю мы откладываем (но не закрываем) книги, пододвигаем к себе клавиатуру, параллельно разговаривая с кошкой сэром Энтони Хопкинсом и сочиняем в текстовом редакторе АкелПад самые разные истории и эссе про любовь и смысл жизни. Пишем, что приходит в голову. Цель нашей мемокогнитивной процедуры проста - так мы добиваемся, чтобы в мире было как можно больше текстов и любви и как можно меньше смысла.
Что за книгу будем читать дальше, вог второй половине дня - пока сказать не могу, боюсь сглазить. Автора зовут Карл Саган. Он клевый и у нас в ридере сразу три его тома на выбор.
На коду про чтение могу сказать лишь одно. Читать книги - это как отращивать крылья. Отращивая их мы тем самым меняем свою судьбу. А ведь один такой крылатый парень с синусоидальной судьбой, оказавшись в не то время и в нетом месте может повернуть судьбу мира, переписать историю и изменить миллионы чужих жизней. И это регулярно случается, потому что жизнь непредсказуема. И, как думает наша дорогая редакция, если вдруг такое случится, то хуй с ней, со старой историей. Будет новая история - только лучше.
Вот погоды разные бывают, как сейчас в Крыму и студенты тоже разные. Когда я читал филсофию в своем институте у меня в одной группе училась девушка, которая мне очень нравилась. Она была такая стройная, такая красивая, всегда модно одевалась, веселая, начитанная. Я ей зачет автоматом поставил зимой. А потом, спустя время, весна началась, конец марта, смотрим, а её на лекциях нет и на парах тоже. Оказывается, на неё надели наручники и арестовали. Она заказала убийство своей свекрови.
Вчера прочитал у себя комментах про политику столько сколько за год не читал. Всвези с прочитанным (и усвоенным) решил тоже отдать долг politicum essential. Вот вам мои пять копеек на урночку политической философии. Это наша дорогая редакция недавно прочитала в газете:
1. размышление первое - поэтическое
Мы настороженно притихли
И лапти вынули из щей
2. размышление второе - практическое
ОДни там наши знакомые собутыльники из ведущего физического института - не будем говорить какого, чтобы не палить - сделали себе ИИ-помощника для людей технических, инженеров. Ну и на пробу загрузили в него чертёж продукта отечественного автопрома автомобиля Лада и спросили: "что это?"
... ИИ система честно, но быстро ответила: "Самолёт".
Когда наша дорогая, еще совсем юная редакция писала свою первую в жизни курсовую работу в трех главах по "Эпистемологии дискурса сексуальности" Мишеля Фуко, то вступительную часть решила назвать, как Ницше в одной из своих книг: "Глава 1. Почему я так мудр".
Мой научный руководитель, красивый словно бох профессор Яковлев, родной брат актера Яковлева, сказал, что в трех главах бывают только диссертации, а курсовые студенты пишут на трех листах формата А4 крупным разборчивым почерком, соблюдая знаки препинания. На трех листах, а не в трех главах подчеркнул он. И никаких таких конституционных антропоформаций или динамических парадигм в трактовке Делёза, которые всё равно не отражают настоящего пафоса имманентности лейтмотива последнего проекта Фуко. Язык должен быть простой, предложения короткие, без мата. Вас много, я один. Если буду читать все, что вы пишете вымру. Подавляющее большинство профессоров, читавших все, что вы пишете, вымерли. Вымирание - это правило. Выживание - исключение. Исключение - это я.
Похоже что нынешней ночью подбухивал не я один. Мой верный друг Руслан (голос студии Кубик-в-Кубе и автор бессмертных "ёбушки-воробушки", "ебутся мишки" и прочего прекрасного для сериалов "Голяк" и "Пацаны") нынче создал нечто кросиво-стильно-прекрасно-новогоднее. Кто смотрел "Пацаны" в озвучке КвК тому сразу зайдет. Кто не смотрел - извините.
Два первых сезона однозначно хороши во всех смыслах.
Сегодня с подачи Ивана Миролюбова (шоп ему Аллах послал процветание) взялся перечитывать записки императора Марка Аврелия. Император как всякий образованный римский человек наедине с собой писал свои ежедневные утешения по древнегречески. С солдатами и в сенате он разговаривал на звонкозвучной чеканой латыни, но к себе самому и к коллегам по цеху стоиков он обращался исключительно на прекрасногласном языке Гомера и Платона.
И вот император нам пишет: Ἕκαστον πρός τι γέγονεν, ἵππος, ἄμπελος. <...> σὺ οὖν πρὸς τί; τὸ ἥδεσθαι; ἴδε εἰ ἀνέχεται ἡ ἔννοια. - Все рождено для чего-то: вот конь, вот лоза... А ты для чего рожден? Для того ли, чтобы наслаждаться? Посмотри-ка, разумна ли эта мысль.
Теперь сделаем наш личный вывод из прочитанного. Чисто из жалости к себе. Жалость к себе делает любого человека мудрецом:
Император Марк Аврелий очень давно известен в широком кругу ленивых философов тем, что пишет исключительно для того, чтобы нас пристыдить.
Вчера полночи наша дорогая редакция сидела за деньги над своими старыми переводами, и ругалась хуями, пока их чинила, лечила, точила, штопала, устраняла, добавляла, правила стиль, ставила запятые, и, параллельно, вторым глазом смотрела "Три дня Кондора" С. Поллока с Робертом Редфордом. Максом фон Сюдофом и юной Фэй Данауэй в главной роли. Вообщем двадцать три страницы правок она внесла легко и непринужденно за два часа семнадцать минут непосильного труда, шоб они все сдохли, если вы поняли про кого я сейчас. Потом кликнул отправить. Потом рукопись ушла в издательство. Потом сидел, пил водку, закусывал рыбой и думал - Ну какой дурак так пишет.? Потом сам себе ответил - Это я.
Одна прекрасная дева по имени Валентина стала на приемах жаловаться своему психитору, что с ней ничего не происходит. Т.е сначала давно происходило, а нынче нихуя. Совершенно незаметно все её знакомые принцы рассосались, как ириска во рту и ускакали к принцессам, что помоложе и характером поспокойней. Новых кандидатов в ухажеры в окрестностях обитаемой Валентиновой гондолы не наблюдалось, горизонт событий исчез, в аккаунте запрещенной инсты ни одного лайка, а на православном сайте знакомств "Ебатиндер" в новейшем, модном, великолепном, неподражаемом, стильном Махе вместо толпы любвеобильных поклонников (2 шт) мышь повесилась. Зато подруги, из тех которые стали снова незамужем наоборот - зачастили в гости. По всем признакам - наступила инструментальная дырса - черная дыра по латышски. Чтобы охарактеризовать бездонность глубины пучины кручин Валентины мы для некоторых научных понятий и терминов нашего всеобъемлющего исследования будем использовать их латышские аналоги, поскольку у латыша лишь хрен да душа, а это обязывает. Пусть и не каждого.
Возвращаясь к Валентине, заметим, что она на первом этапе сначала думала, что пообвыклась. И что такая жизнь ей нравится.. Но без фанатизма. Только латекс, силикон, лесбийское порно и мастурбация перед зеркалом.
Что касается последнего, то я не осуждаю, но считаю - это очень очень грустно и одиноко - засовывать в себя собственные пальцы.. Чужие еще норм и не одиноко, а вот свои не норм. Хотя, что такое сейчас норм?. И какую норм наша дорогая редакция имеет в виду, когда пишет эти строки. Нормальность познания, то есть нормальность эпистемологическую, или нормальность существования, сиречь нормальность онтологическую? Мы пока не разобрались. Хуйпоймёшь куда дрогнет чаша весов судьбы и что перевесит дилдо или латекс
Иногда днём Валентина плачет в подушку. Но здесь наша дорогая редакция хочет положить свои пять латышских копеек на паперть любви, дружбы и смысла жизни. С эвереста собственного опыта мы полагаем, что прекрасная дева плачет в подушку только в двух случаях:
Первый случай - это когда с ней приключилась печалька, и второй - когда ей выгодно! При чем со временем всякая прекрасная дева независимо от локации и семейного положения приходит к логичному выводу, что в печальке быть выгодно, и тогда подушечный фонтан, невзирая на рекомендации К. Пруткова, начинает работать без выходных!
Правда как то раз нашей деве встретился один влюбленный в нее Василий в расцвете лет без лошади, который предложил Валентине руку и сердце. Он был из тех рисковых Василиев, которые не ведают, что творят и во что вляпались. Так вот, вы будете плакать в подушку вместе с нашей дорогой редакцией, но у него ничего не получилось. Валентина, в силу долбанутости коры головного мозга, в самый ответственный момент решительно объявила Василию, что никогда не играет в ролевые игры. Что бы это значило не знает никто. Даже сама Валентина. Зато она снова осталась наедине со всеми своими игрушками и фокусами. Чисто метафизически, без фанатизма. Что подтверждает нашу старую максиму: если и есть в мире что-то постоянное то это женская логика и еще какая то хрень, сейчас уже не припомню какая.
Зато Василий, как выяснило следствие, оказался по жизни настоящий прожженый принц засланный вселенной всем прекрасным девам и Валентине конкретно в наказание для причинения любви и счастья в личной жизни. Недавно про него сказали на одной там линии, что он третий год лечится. Посещает общество анонимных принцев и уже две недели и четыре дня не пьет:
- Здравствуйте. Меня зовут Василий. И я - принц.
- Здравствуй, Василий!...
Она, потом, когда поняла, что Вася уехал, долго искала его, чтобы еще раз сказать напоследок напоследок, что он эгоист. А может быть извиниться - кто знает. Но Василий к тому времени уже стал светом без тени. Как бабочка-адмирал.
Власть - главный враг искусства. Не помню кому принадлежат слова. Память похожа на кота: если попытаешься силой удержать его у себя на руках, он все равно сбежит. А когда не обращаешь на него на него внимания, он сам придет и усядется рядом. Но всё равно в продолжение чужой максимы, будучи честным философом, скажу, что у искусства много главных врагов. Большинство из них полные дураки, гопники, мудаки, подсвинки и кто-то ещё - всех перечислять - пальцев ног не хватит. Поэтому я заговорил про власть. Там концентрация тех и других максимальная. Это как делать второй перегон самогонки на Люксстали 8м. На выходе получается чистейший, крепкий как рукопожатие одного там - вы его не знаете - дистиллят. Также и власть. Там тоже дистиллят и рукопожатие, а по итогам противоестественного отбора и дурак и гопник и остальные тоже чистейшие и отборные.
Ведь каждый знает, что для того чтобы на свет появились Шекспир, Толстой, Бах или Чайковский природе понадобилось два с половиной миллиарда лет эволюции. А для того, чтобы наплодились гопники - вообще никаких эволюционных усилий не надо. Сами собой плодятся. Их легко отличить, от обычных средних людей поскольку они очень любят себя украшать - то фригийскими колпаками, то кокардами размером с бубен, то байкерскими кожанами, то еще чем то столь же прекрасным.
Например после Великой французской революции средний уровень музыкальной культуры стал стремительно падать. И падает до сих пор. Таков был революционный тренд, заданный ей субкультурным пинком. Музыка, написанная в XIX веке, за редким исключением посредственна и примитивна. Музыка, написанная в XX и в XXI веке, за редким исключением ещё более посредственна, бесхитростна и примитивна.
А героизм Бетховена вообще смешон. Его Девятая симфония - самое вульгарное сочинение во всей истории музыки. Его «Ода к радости» - квинтэссенция пошлости. Непостижимо, как гениальный композитор, лучший ученик Сальери, читавший в подлиннике Баха, лично знаюший Моцарта, мог написать такое - ниже падать, по-моему, некуда.
И еще, конечно этот ужасный, напыщенный текст!
Freude, schoner Gotterfunken,
Tochter aus Elysium!
Wir betreten feuertrunken,
Himmlische, Dein Heiligtum.
Deine Zauber binden wieder,
Was die Mode streng geteilt,
Alle Menschen werden Bruder,
Wo Dein sanfter Flugel weilt. .. и тд и тп
Хотя, если совсем на чистоту, то ре-мажорная тема финальной части отвратительна отдельно и сама по себе. Как будто ее сочинял человек, пытающийся бросить курить. Слишком много макияжа, волосы уложены пьяным енотом-полоскуном. Так и хочется спросить - С вами всё в порядке?
Сейчас, с возрастом мой интерес к крупным формам пропадает. Не представляю себя трезвым на "Гибели богов" или на "Лоэнгрине". Миниатюры Вивальди, Марчелло, Баха, Рамо и Свелинка, веселый пост-панк и старый джаз занимают нашу дорогую редакцию сегодня куда больше чем полифония Монтеверди, рэп, глитч-поп, R&B или генделевские пассионы.
Но это лишь цветочки восприятия. Холодный рассудок без чувств и эмоций.
Еще в восемнадцатом веке Форкре говорил: настоящий музыкант - тот, кто играет без репетиций, a prima vista. Нынче модно толковать об эстетике барокко и о том, что ее невозможно понять, не зная литературы и живописи. Контекст - штука полезная. Но сам я всегда предпочитал следовать более эффективному рецепту: садиться подлиже к оркестру, внимательно смотреть на инструменты, читать старые трактаты и как
Структурный лингвист и ленивый философ19-12-2025 13:13
Тут один наш коллега, только не ленивый философ, а структурный лингвист, в самом обычном разговоре всё время использует какие-то пространственные метафоры, странные флексии, загадочные трифтонги и дифтонги, гортанные, но гордые спиранты, простые метатезы и метатезы смежные, а также крылатые фразы и просто идиомы или ходовые выражения. Так и хочется спросить его - Бро, ты ваще ахуел? Но из врожденной интеллигентности и, привитой нам нашей прекрасной бабушкой деликатности, молчим и не спрашиваем. Терпим изо всех сил, пока он над нами семантически издевается, семиотически ехидничает и лингвистически унижает, а иногда просто выставляет в смешном виде, как случилось сегодня под утро. Видимо он полагает, что совокупность всех его фраз и мыслей есть образ мира. Как сказал один фиолетовый мужик в компьютере: Полагает и полагает. Ну и хуйсним.
И вот как раз накануне ночью, при нашей дрогой редакции, ничего и никого не стесняясь, он говорит одной прекрасной деве:
- Ты должна знать это как притчу во языцех!
А дева ему в ответ кивает и улыбается. А потом он ещё что-то сказал, тоже крылатое, только я забыл что. Наверное потому забыл, что это было часа в четыре утра. Мы с ним выпивали под люляки баб, если только вы поняли про что я сейчас. Потому что когда вы слышите слово "люляки баб", умоляю, забудьте навек о сенсационных роликах в соцсетях, где кто-то обжирается длинным и толстым как пенис Панурга, куском рубленой баранины в панировке из несбывшихся желаний и странных снов. Это не люляки баб.. Это - эпатаж, искажающий саму философию подхода к еде.
Вот например наша дорога редакция, - когда я люляк вдоволь поем и водки сколько положено выпью, то становлюсь добрым, легкодоступным и незлопамятным и уже ни на кого не обижаюсь. Даже на таких, с позволения сказать, структурных лингвистов, как наш наивный коллега. Да, он наивен, но разве это качество ума дает кому-то право систематически вводить в заблуждение и обманывать прекрасных дев иллюзиями двусмысленности, избыточности и иррелевантности, ну и размытости тоже. Хотя каждая прекрасная дева знает, что это всего лишь радужный шум. А любой радужный шум глушит твой сигнал и приводит к неполадкам в сети.
Вообщем что там дальше случилось я забыл, а учитывая то, что я не злопамятен, то может оно и к лучшему. Во всяком случае наступило новое утро, жизнь опять прекрасна, готовлю вкусно, голова не болит. Миру мурр.
Как то раз, в преддверии очередного Нового года унылая Маргарита шла по заброшенной промзоне и философски рассуждала - Мол, на улице опять плюс восемь, а мы на отоплении не экономим. Жизнь боль. Раньше было плохо, - сейчас не лучше. Пока Эдисон не изобрел электричество, люди буквально прозябали в кромешной тьме, набивали локти на острых предметах, спотыкались через стулья, постоянно eблись по углам - кто с кем непонятно. Темнота же, хоть глаз коли, всё на ощупь. Какойт первобытный коммунизм, а не жизнь.. Лишь протяжные охи да громкие вздохи с эхом носились по длинным коридорам ночного Версаля, пропахшего дорогим парфюмом, экскрементами и мочой. А потом была придумана лампочка Ильича и стал свет. Стерлись границы между внешним мраком, физической тьмой и внутренним темным гештальтом, мраком душ людских и мраком вселенной, стерлись и перемешались мощным домкратом технического крипто-прогресса.. Трахаться народ стал меньше, но острые предметы никуда не делись.
И тут плавный ход мыслей Маргариты был неожиданно прерван. Прямо посреди заброшенной промзоны, как показала геолокация в её одиноком инстаграме, Маргарита внезапно обнаружила странный тоннель. Заброшенный. Тёмный. Пахучий. Как Версаль поздней ночью. Осматриваясь по сторонам, Маргарита подумала, что транзит Солнца в Козероге в этот раз получился жёстким. И ещё злоебучий Марс в третьем доме.. Про Марс ее на воскресных курсах так и не успели предупредить.
Не техника во власти человека, а человек во власти техники, откуда-то вспомнила она и стала светить внутрь туннеля своим новым телефоном.
В неверном, потустороннем свете, она разглядела трёхзначные надписи на сырых бетонных стенах, ободранную, валяющуюся повсюду у стен изоляцию, отбитую штукатурку. Ясности это не прибавило. Она понимала, что находится неизвестно где, непонятно когда, и вокруг стояло серое свечение ниоткуда, словно бы пропитанное словами ни о чем и шорохами в никуда. Тоннель по прежнему был тёмный как ночной Версаль до Эдисона, пустой и страшный. И заброшенный. И унылый.
Заброшенность - это возлагание ответственности за существование на своё собственное бытиё-в-мире, - Философски подумала Маргарита, - А одиночество - это предельный горизонт возможностей, засранность - это несокрытость реальности как мира, пиздец - это повседневное, несобственное существования человека, при котором он безлико пребывает среди других, таких же безликих, а уныние - это отрицание себя. Все известное остается известным приблизительно, всякое владение - владением непрочным, всякое говно - говном неизменным, - И тут Маргарита опять прервала свой внутренний монолог, потому что вдруг увидела свет. Где то как раз на раёне тоннелева конца. В том направлении, где по предположениям её внутреннего геолокатора находился светлый, полный радостей и задорного секса пункт "Б" её жизни. И Маргарита пошла на свет.
Подобно гигантскому бескрылому слепому кроту-мотыльку брела она по унылому тоннелю и у нее в душе жил её собственный маленький мир. Она несла его в себе и, кроме неё, о нём никто не знал. Этот мир был закрыт для нас. Ведущая в него дверца когда то давно приоткрывалась, но потом захлопнулась навсегда.. Она шла на свет и то и дело спотыкалась о палки, коробки, шлагбаумы, сторожевые будки и прочие останки былого могущества державы. Шла и шла и шла, пока хватало сил. Светила телефоном и шла. Шла и светила. Светила и шла. И свет в конце тоннеля тоже приближался, пока не приблизился почти вплотную. И тогда она сначала услышала неуверенные мужские шаги а затем из кромешной темноты вынырнул Василий Иваныч. В его руках был небольшой светодиодный фонарик, который народ, на уже забытом ныне, запретном грушевском фестивале прозвал унитазником. Василий Иваныч тоже был одинокий и унылый. И тоже шел в свой пункт "А" на свет маргаритина телефона в конце тоннеля.
Они стояли и смотрели друг на друга словно два острова в русле пересохшей реки, между которыми обнажилось дно, усеянное обломками невысказанных слов и воспоминаний. А потом у них сдохли батарейки и Маргарита, чтобы не было страшно, взяла Василия Иваныча за руку. Так
комментарии: 8
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 6
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 9
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 11
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 67
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 14
понравилось!
вверх^
к полной версии
комментарии: 19
понравилось!
вверх^
к полной версии
