Позавчера купил себе в секонде на Украинской миленький перидий, или, по русске говоря - саше - для моей новой французской косметички и маленьких косметических секретных ништяков. С синеглазым котиком и с бантиком. За 666 рублей.

 

И теперь, спустя 37 часов, наш неубиваенмый инфернальный нарциссизм накрыл наше высокоэстетствующее философское величество медным задом медным тазом - вторые сутки не могу налюбоватца на себя в зеркале - какой же я красивый философ и, одновременно, пездатый гений иронии и чорного юмара. Впору подарить самому себе на родине героя золотой бюст Сократа (верхом на коне). К тому же весна-красна в саду, а весной психам приходится нелегко. И не только перверзным нарциссам, но и обыкновенным, поэтому как подумаю, какой из меня ленивый философ получился - боюсь идти к врачу.

 

Хотя с другой стороны, по русски научно говоря, какаят это все мышья беготня и графоманство. Еще я заметил, что со вчерашнего дня, после просмотра "Грешников", стал иногда рассуждать вслух. Правда не только на русском, а еще и на греческом. Оказалось, что эта невинная странность несколько раздражает тех кто рядом со мной. Теперь еще до кучи время от времени чихаю, желая при этом здоровья самому себе. И сам себе отвечаю "Спасибо". Иными словами делаю шесть дел одновременно, словно Гай Юлий Цезарь, но при этом нашу дорогую редакцию не покидает внутренняя убежденность, что со всей своей полимахией она лох на фоне заурядного водителя московской маршрутки.

 

И тут еще как на зло вспомнился анекдот:

Приходит Пятачок к Кролику и жалуется на то, что разговаривает сам с собой.

- Ну и что ? - Спрашивает Кролик - Ты же один живешь - никому не мешаешь. Разговаривай на здоровье.

- Если б ты знал, Кролик, КАКОЙ Я НУДНЫЙ.

 

И как тут не задуматься ... ......?

 

Миру мурр, девы и джентльмены. Имейте в виду - жить без чтения опасно: приходится довольствоваться реальностью, а это рискованно.

 

Вощем, сейчас открою вам тайну - вся великая литература пишет исключительно про любовь и смысл жизни или говоря простым языком - про разрушение города и возвращение героя.. Именно поэтому у девушек с филологического факультета такие литературные глаза, такое постраничное выражение лиц и такая милая шмуцтитульная улыбка, которую они всегда прячут в надежном месте вкупе с ключами и пакетиком умной травы. Пять лет подряд читать про любовь и смысл жизни - это вам не жук чихнул. Ведь чтение - это общение, а круг нашего общения делает нас тем, что мы есть. Оно делает прекрасную деву знающей, а ленивого философа находчивым и проворным, если следить за ним с высоты птичьего полета. Поэтому

 

в новейших исторических условиях меня за подобные речи про чтение логично бы сочли сумасшедшим, а наши слова и тексты - бредом, при условии, что меня слушали и читали без задних ног и задней же мысли, т.е. также как я вчера, когда случайным образом снял с полки наугад книгу, открыл и залип до утра. Книга начиналась словами - Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Сами понимаете - после подобной добродетели, исходя из ее силы света и баллистической перкуссии никому не уснуть, даже такому нелепому мимимишному котику, как наша дорогая редакция.

 

Зато под утро, когда Аллах пробил на часах 4-15, я подумал, что каждому человеку предопределено сюжетом быть ему счастливым или несчастным. А всё, что случается с нами  происходит от воображения автора.

 

Хотя, возможно, милосердный читатель предпочитает видеть нас - героя этой повести - живым, счастливым и умиротворенным. Но уж до того дорогой герой изволь-ка пострадать, да вываляться в грязи и в говне, да изведи море слез, а лучше крови, изволь-ка разбить кому-нибудь сердце, а затем, лет через двадцать, встретить ка первую любовь и ощути себя глубоко несчастным.

 

Потом я подумал, что несчастная и неразделенная любовь требует водки. А вообще любовь - весьма абсолютно нелепая штука. Является ниоткуда, внезапно, и все - попался. И чем несчастнее она - тем больше людям надо водки. 

 

Но потом, чтобы не забухать в столь неурочное утреннее время, я изменил курс корабля своих мыслей, разобрал телефон ума на составные части синхронно с наушниками и, глухой к тревожным  звонкам интуиции, которые не могли достичь моего слуха, принялся медитировать о неудобствах медитации на большой дороге, после чего пришел к выводу, что водку в такой амурной ситуации вообще пить не надо. Несчастную, неразделенную любoвь лучше переживать на сухую. В пустыне, на барханах страстей, а не на берегу ручки Бухаловки.

 

А тo при определенном количестве любовных обломов утвердишься в мысли, что несчастная любовь была придумана исключительно и только для тoго, чтoбы был повод крепко выпить. 

 

Самoе нелепое происходит, когда эта несчастная, бухая, горедушная, бедолажная неразделенная любовь превращается в разделенную, взаимную и счастливую, и тут-то ты понимаешь, что прoсто хотел выпить, а получил на руки чужую прекрасную деву. 

 

Пиздец ведь, данет?

У меня в издательстве работала редактором девушка-ванилька с филфака - Валентина. Она редактировала книжки Виктора Ерофеева и поэтому в силу своей ванильности регулярно ойкала и стохастически краснела удушливой волной, когда натыкалась в тексте на слова хуй, пизда или на что - то наподобие хуя и пизды. Спустя примерно месяц работы Валентина ойкать перестала, осмелела и читая "Жизнь с идиотом" уже не рделась как маковый цвет, а просто хихикала. А потом вообще потеряла стыд и однажды на вечеринке, по поводу чего-то там у нас в издательстве, после того как мы с ней выпили пару стаканчиков, слегка зардевшись, рассказала вот такую историю. Я ее, вернувшись, домой записал, с соблюдением правил моей окопунктуры и орфографии. Так и привожу. Извините за корявый философский почерк. 

 

Валентина говорит: У меня мама доктор и она мне рассказывала, как они в начале 1970-х проводили диспансеризацию где-то в глухом Заонежье, и там деревенские женщины кормили детей до 3-4 лет. И мама говорит, что они (городские медики) как-то раз в шутку стали стыдить такого парня лет 4-х, который именно в этот момент подбежал приложиться к груди. Он деловито достал мамину сиську и присосался к ней словно в первый раз. Услышав как медики что-то ему говорят, он вынул грудь изо рта, сказал медикам: "Пошли на хуй", и продолжил сосать. (с) Валентина

 

Миру мурр.

Внезапно вспомнилось, что самое счастливое время моей жизни было, кагда у меня были одни там отношения с прекрасной девой. Ну то есть отношения это вопще польза и добро и поебаца можно в реткую минутку досуга, например, и нос этим бледищам в коекоком сообществе всегда утереть ( мол, "А вот и не гей" если чо!). Ну и крч с девой той мы встретились в городе Харькове в Каразинском университете, где я по приглашению читал по пятницам для ботанов полугодовой спецкурс по знанию в исламе и еще один по вторникам по философии немецкого романтьизма, а она работала на соседнем факультете филологом.

 

Но ето было, короче, не главное, главное было то, што эта святая женщина - утонченный филолог и знатокиня романогерманского семейства языков, ужасно любила сало, но не любила его шкуру!  А я, по научному говоря, в романогерманском семействе шурупил хуевато, но зато, хвала Аллаху, любил такую сальную шкуру заточить с бородинским хлебом. И вот как только мы на харьковском центральном рынке. по пути домой, покупали себе на вечер кило сала, я сразу, на месте, ниатхадя от прилавка, срезал ножом шкуру, доставал из рюкзачка буханку бородинского и зжерал ее с невероятным наслаждением под одобрительные поглаживания спины и под нежный девичий лепет - mi amor de mi vida, mi amor ama la piel amo mi amor

 

Миру мурр, крч, аморе синьёритас и кабельерас. Записал я сию меморию в блокнот, шоб незабыть, потому что нынче утром Вселенная наконец то оценила нашу неутомимую просветительски философскую деятельность и послала нам дар рядом с остановкой общественного транспорта - прелестную девицу с большими сиськами и с волосами цвета весенней листвы. Очень, очень мило. Сам то я тоже выглядел сутра пятизвездно - прическа круче чем у Курта Кобейна на спидах и огромные глаза, какие бывают только у девочек в японских мультиках. И мы друг другу ободрительно улыбнулись понимающе. Мол, все ништяк, крепитесь люди, счастье низагарами...

Хорхе Луис Борхес в книге "Семь вечеров" приводит любопытное замечание барона Хаммера-Пургеншталя, ориенталиста, которого позже с восторгом цитируют Лейн и Бертон, авторы двух самых известных переводов книги "Тысяча и одна ночь".

 

Барон пишет о людях, именовавшихся ночными сказителями, чьей профессией было рассказывать по ночам сказки. Он приводит древний персидский текст, из которого следует, что первым, кто завел обычай собирать людей, чтоб под ночные рассказы коротать бессонницу, был Александр Македонский. Борхес считает, что скорее всего это были сказки. Такая профессия существовала довольно долго -пишет он.

 

Эдвард Вильям Лейн в книге "Обычаи и манеры современных египтян" свидетельствует, что вплоть до 1850 года в Каире сказочники были весьма распространены. Их насчитывалось около пятидесяти, и они часто рассказывали истории из "Тысячи и одной ночи". Не знаю что там сейчас в Каире, но наша дорогая редакция встречала нескольких таких сказителей в Дамаске всего лишь около 20 лет назад в кафейне неподалеку от ворот Баб-Тума. Мы пили мятный чай и курили длинный яблочный кальян, пока сказитель сидя на высоких подушках услаждал наш слух невероятными историями. И это ничуть не казалось мне экзотикой.

 

А всё потому, что моё, во всех отношениях, традиционное воспитание, достаточно легко позволяет представить себе эту атмосферу. Таким первым ночным сказителем для меня была моя, незабвенной памяти бабушка Анастасия Ивановна. Будучи четырех или пятилетним карапузом я ждал этих вечеров, наполняющих волшебством ее историй, которые она начитывала мне из больших пухлых книг, эту и без того прекрасную, бесконечную, бессмысленную беззаботную, сказочную жизнь. 

 

Думаю, что прелесть сказок, услышанных мною от старой мамы (так я звал бабушку) была не в морали. Мораль там всегда добавлялась в конце. А главное было в том, что волк ведет разговор с ягненком, вол с ослом, лев с соловьем, девочка с деревом, а лягушка с принцем. Главное было в том, что можно было пролететь по небу на ковре, пойти за клубком и дойти до запретной страны, победить дракона, проскакать на волке в тридевятое царство и спасти Василису Прекрасную, одолеть врага мечом-кладенцом и заветным словом.

 

Уже тогда в детстве я задавался вопросом: почему сначала тысяча ночей, а затем еще одна? Тем же вопросом оказывается задавался и Борхес в своем эссе о "1000 и одной ночи". Такое совпадение называется "синхронистичность", которая по мнению Карла Густава Юнга - редкая сука.

 

Наша дорогая редакция считает, что название книги случилось по нескольким причинам. Одна из них суеверие - которое в подобных случаях имеет определяющее значение. Оно восходит к пифагорейским представлениям о числах. Согласно им четные числа считаются несчастливыми. Вот и стали искать нечетное число и удачно добавили "и одна". Если бы в заглавии стояло девятьсот девяносто девять ночей, мы ощущали бы, что одной ночи не хватает, а так, напротив, чувствуем, что нам дается нечто бесконечное, да еще с одной ночью в придачу.

 

Закончив писать этот абзац я вдруг понял, что практически буквально воспроизвел пассаж Борхеса, который читал в последний раз еще при молодом Путине. Синхронистичность - редкая сука, а подобные судороги нашего рассудка и спазмы ума - удел ленивых извращенцев, которые добиваются для себя лучшего в этом худшем из миров. Наше стремление сохранить сказку пагубно для нервов, зато оно во всех своих проявлениях приближает нас к счастью, пусть специфическому, такому каким мы его сами себе представляем, т.е. волшебному, т.е. тому, которое нас больше всего устаивает...

 

И вот что интересно. Как только я сам научился читать. Как только я самостоятельно стал постигать смысл напечатанного на страницах многочисленных книг, которые окружали меня с рождения надобность в бабушкиных ежевечерних чтениях исчезла. И, странно-печально, но вместе с этим

Я не шучу сейчас, но в последнее время наша дорогая редакция несколько опасается говорить вслух при чужих некоторые самые обычные философские слова - ну там исихазм, коэволюция, монада, упанишады, эсхатология и еще дохуя чего. Опасаюсь из-за того, что количество неграмотных людей сейчас настолько возросло, что я легко могу оскорбить нежные чувства многочисленных ранимых дураков, поскольку некоторые из них воспринимают нерушимую стабильности развитой эпохи кукиша в кармане как богослужение, колючую проволоку как эмерджентность, а сакральные провода под высоким напряжением как категорический императив. (И в данном контексте слова "неграмотный" и "безграмотный" - синонимы, а не антонимы, если кто вдруг дотошный и обиделся.)

 

Но, тем не менее, рассказываю. Вчера сижу и как обычно читаю книгу, чтобы убить время до полдника. Книга хорошая, толстая, бестселлер, все как мы любим - с картинками, бумага сыктывкарский офсет, гарнитура Таймс. Называется К. Г. Юнг "Архетипы и символы". Читаю, что-то записываю в блокнотик, а что-то обдумываю. что-то хвалю, а что-то -хулю. Всё как всегда. До тех пор, пока не почувствовал, что это не я читаю книгу Карла Густава Юнга "Архетипы и Символы", а это книга "Архетипы и Символы" читает меня. И тогда я решил перекурить, отдохнуть и расслабиться, то есть отвлечься. Для отвлечения я стал  расслабленно философски думать о прекрасных девах. Я про них постоянно думаю, когда отдыхаю. Вот и в этот раз. Да так глубоко задумался, так глубоко запал на тему, что отложил в сторону свои Архетипы и Символы с закладкой на 584 странице, потом тупо уставился на море и уже стал философски думать о девах сам по себе, без помощи Юнга. 

 

Во первых я сразу подумал, что ваще не представляю, как можно такому нежному и трепетному существу как прекрасная дева (я имею в виду не какую-то конкретную чувиху, а прекрасную-деву-вообще-всегда-во-всём-и-так-далее, деву как платоновскую идею или философскую категорию, а не как конкретное существо с ушами, с глазами и пр.)  Так вот, сижу, гну извилины, кумекаю как такому существу как нашей деве-.-и-так-далее - чуткому и ранимому во все места, вот в кого-то гендерно отличного взять и влюбитца. 

 

Сижу, представляю, а  представить не могу. Ни гаму эмоций не придставляю, ни палитру переживаний, ни, особенно, буйство её девы-...-и-так-далее - ласк и половодье чувств в приложении к кому бы то ни было из мужчин-вообще-и-так-далее. 

 

Да и как, божечкаж ты мой, можно? 

 

Ведь мужчина-и-так-далее - это какой-то чужой, явно подозрительный человек с прекрасным с добрым с умным с незнакомым лицом у которово неизвестно что на уме. Который, может быть, в свободное от поедания хрестианских младенцев время, номинируется на звание чемпиона мира по вечернему распахиванию плаща в бицевском парке. Блять, очень это все тревожно и опасно.  

 

И вы такие отважные и удалые - я прямо в восхищении.

 

Уж я даже не говорю, а просто молчу в кулачок в тряпочку о том, штоп поебаца. Этож какой-то вопще левый человек-и-так-далее с тёмным прошлым беструсов (!!!) свойски прихватывает вас прекрасных дев-...-и-так-далее  за сисяндры. Что это, собственно говоря, такое? Не, нахнахнахнах. Страшно представить. Не для тебя мамка яготку растила!! А для меня.

 

Это типо я тут предварительно за вас, за всех прогрессивных прекрасных дев планеты, сидя у себя в саду, тихонечко паникую. Мол, родитса у вас мальчик, пойдет он в погреб за пивом, там-то его тяпкой и пришибёт. 

 

Ну надо же чем-то заняться ленивому философу с утра-то, после завтрака, а то опупеть чекануться можно от собственного стопудового умища-то..

Вот вспомнил как однажды нашей дорогой редакцией пришлось участвовать в психотерапевтическом семинаре по актуальнейшему вопросу современности о том какие романьтичные встречаются в нашем непростом идиллическом и недооцененном мире поцаньчеки\мужчины и где они обитают всвези с особенностями своего додекафонического парадоксебозуса возникшего по причине некоей недецкой травмы. Возможно это была соска с рожком для обуви в анусе или учительница литературы в 11 классе, выразившая свое удовольствие тем, как наш пациент решал непосильную задачу избавления от прыщей на челне на челе.

 

Было много учоных слов сказано с трибун по  Гринвичу, хоть и за вычетом летнего часа и много текстов мелким почерком прочитано с кислой миной переутомления в поисках основ романтического мужества грациозных пациентов на фоне вялого течения времени общей жизни. Один из примеров фрагментом врезался нам в мозг целиком и мы его сейчас тоже целиком надежно врежем в ваш, методом предложения прочитать его вслух, поэтому не верь читатель, что не бывает настоящей романтичьной любви!. Там в тексте, например, один мужчина (половозрелый!) пишет своей прекрасной деве:

"Есле я тебе нравлюсь, нарисуй мне сердечко, а есле ты хочеш меня поцеловать, то нарисуй котика;)"

 

Ну что? Убедилис, маловеры? 

Теперь уже и не знаю, что тут вам сказать господа? Совет один: учитес у лучших писать сообщения девам, вы, суровые, черствые и бездушные мужланы, чистоплотные извращенцы и хмурые мудаки. И здесь со мной лучше не спорить. С ленивым философом, в силу говнистости его характера, вообще не надо спорить. С ним нужно вести себя как с пьяным - соглашаться со всем, что он скажет! 

Наше дело предупредить.

Миру мурр.

 

В биологии, антропологии и социологии нет единого термина, который бы означал отказ от развития и движение эволюции вспять (иными словами науке нечем обозначить эпоху развитой стабильности пиздеца в которой мы с вами пол жизни плаваем), так как само развитие жизни и общества не имеет заданного направления или цели, кроме усложнения взаимодействующих между собой иерархических систем. По мнению нашей дорогой редакции ближе всего по смыслу будет словосочетание - дегенераты деградируют. Поскольку если и есть в мире что то бесконечное, так это только деградация дегенератов

 

Миру мурр. А помните - мы такие: Ебааааать! Люди в Северной Корее вообще без интернета живут..

Художник Kungfuct 2026. бумага, шариковая ручка, блокнот

 

 

Гордиться стоит только тем, что не сделано. Особенно такому башковитому философу в расцвете лет, как наша дорогая редакция, который знает, что родился для того, чтобы ничего не совершить, никого не родить, ничего не посадить и никак не оставить свой след в истории ни здесь и, уж тем более, не сейчас и не завтра. К тому же древние люди сказали, а он запомнил, что если долго сидеть на берегу реки, то можно прочитать все книги, которые проплывают мимо, а если завернуть мыло в полотенце и избить им кого-то, то на теле жертвы не останется никаких следов, которые могла бы зафиксировать судмедэкспертиза. 

 

Пожалуй только эта информация не даёт ему покоя. Ему и еще нашей дорогой многостаночной редакции.

 

И нам по прежнему обидно, что мы так и не узнали, где или у кого хранится французский оригинал письма Татьяны.

 

Вероятно гераклитовская метафора потока - не худшая из возможных метафор горизонтального положения нашего тела в этом бесконечно изменчивом движении вертикальных мировых сил...

 

Однако, мы отвлеклись от главного - от ее глаз. 

 

Они у неё лазурные. Миллион оттенков лазурного в зависимости от настроения, погоды, здоровья родных, льет ли теплый дождь, падает ли снег, занимаемся ли мы любовью, пьем ли вино или запекаем в духовке картофель, .

 

Когда она сердится на меня лазурь уходит, радужные оболочки глаз темнеют и в них появляется угрожающий фиолетовый оттенок как у слоистых грозовых туч в конце мая.

 

У одного из адресатов в ее телефоне вместо имени набрано "Мой Нежик". Это мой номер. Мой Нежик - это я.

 

Прошло очень много лет как мы расстались. Давно не звоним не пишем не общаемся. Каждый живет как хочет. Бесконечная мхатовская пауза, вечное настоящее время......

 

А теперь признаюсь. Признаюсь, потому что больше не хочу молчать, а во вторых - врать не хорошо. Дажа такая правда как эта лучше теплой ламповой лжи. Во первых признаюсь, что метафору "лазурь" для её глаз я взял из стихотворения Бунина 1918 года:

 

И цветы, и шмели, и трава, и колосья,

И лазурь, и полуденный зной...

Срок настанет - Господь сына блудного спросит:

"Был ли счастлив ты в жизни земной?"

 

И забуду я все - вспомню только вот эти

Полевые пути меж колосьев и трав -

И от сладостных слез не успею ответить,

К милосердным Коленам припав.

 

Остальные слова этой истории, состарились, стерлись, исчезли и забылись навсегда  и мне пришлось использовать то, что сегодня было под рукой, что случайно нашлось за исключением ещё трех, которые я взял:

одно у Валерия Подороги из цикла лекций по феноменологии тела, одно у Чорана из "Утешения Существованием" и еще одно из книги Тимоти Лири "Семь языков бога."

 

Слова эти были Вечное. Настоящее. Время. ......

 

Нынче ночью собрался соченить любовную балладу и посвятить ее сами знаете кому, но оказалось, что все уже придумали до меня сами знаете кто и сами понимаете где. 

 

А ещё мне вот зачастую нравится такая гомосятина типо "В поисках утраченного времени", "Анны Карениной" или "Влюбленного кастрата", что самому, прям, нехорошо.

 

И, наконец последний гвоздь в крышку гроба каравеллы наших надежд: 

За прошедший месяц только 13 человек спросили у Яндекса "Есть ли в водке лактоза?"

 

Как же медленно, слишком медленно мы с нашим глубинным народом движемся в ЗОЖ. 

 

Это печально, прям до слёз. (В этом месте начинает плакать и, прикрыв лицо ладонями, с громкими рыданиями убегает за левую кулису) Занавес.

 

Как прекрасно не иметь у себя никакого дара, никакого таланта, никаких способностей. Сразу чувствуешь себя как все остальные - намного вольготней чем, когда тебя прёт на искусство или на науку. И тогда твоя душа поет - Я свободен!! Поёт, потому что именно так работает закон пустоты. Если я - ничтожество, то все вокруг дарит себя мне, все только мне принадлежит - и земля и неподвижное небо над ней и остальной инвентарь жизни.. Я все притягиваю и всем владею, потому что я точка, а не круг.

 

Располагая всем пространством, я перехожу от одного предмета к другому, перелетаю из одного мира в другой, меняю их как перчатки, давлю их каблуком, верчу их на чем хочу как Плисецкая фуэтэ. Так выглядит мое счастье - радостное ликование инфузории на нулевой степени бытия.

 

Жизнь превращается в дыхание космоса и ее не отравляют никакие тайны. Я наслаждаюсь небытием, протяженность которого находится в полном моем распоряжении. Материя упразднена. Все превратилось в беззвучный вздох, в сладкую утрату памяти о жизни и смерти.

 

Я с молока матери, со школы дураков знаю, что любой талант заслуживает сожаления, любой гений лечения, любой композитор - погибели.

 

Поэт пытается пробудить сонные и утомленные слова.

Музыкант изнемогает в мире, где уже придуманы все, какие только возможно, сочетания звуков.

И что еще такого может извлечь живописец из своих красок?

 И все у них только тупик, хандра, зубовный скрежет и удел обездоленных.

 

Поэтому не стоит нам кричать о нашей невероятной удаче на каждом перекрестке. Если расскажем про наше счастье нас могут сглазить гении.

 

Но и молчать тоже не возможно. Не могу молчать!

И поэтому давайте встанем в кружок, возьмемся за руки и тихо, между собой, возблагодарим Провидение за то, что оно уберегло нас от тягот и последствий всякого таланта. Отняв у нас все, Оно милосердно одарило нас неведением идиотизма - нелюбопытным взглядом, низким лбом, широкой улыбкой и способностью жить в говне не покладая рук. Благодаря Его милосердию мы обязаны Ему своей счастливой безысходной обездоленностью.

 

Мы богаты тем, чего у нас нет.

Мы - ничто - пыль под ногами, прах на подошвах, мусор на воде.

А быть ничем - это неисчерпаемый ресурс, вечный праздник радости собственного бесплодия, вечная весна нищеты, вечная суббота увечности.

 

И, напоследок, обратившись к тому, что не терпит слов, не желает снисходить до слов - я сообщаю Вам, братья и сестры по изнуренным, угрюмым лицам и злобным взглядам, - пиздец низагарами и скоро, очень скоро мы всем колхозным кагалом снова окунемся в лишенное конкретных свойств расплывчатое обновленное счастье, и наши некрасивые тела охватит восхитительная дрожь, которую не определишь никаким прилагательным, не опишешь никаким глаголом.

 

 

Я вот, как философ и пароход человек, кстати заметил недавно вон чо. 

Иными словами, научно говоря, вот все эти препараты для обработки свежих колотых, кусаных, стреляных, тертых и резаных боевых ран типа перекиси водорода, хлоргексидина и прочего гибидана и мираместина мне както не внушают доверия. Какаято вода водой, не к ночи будет помянута.

 

А вот спиртовые растворы перорально мне внушают гораздо больший пиитет. И уважение. Я перед ними трепещу. Ну там, я не знаю, настойка колендулы, зелёнка, синька, настойка на кукурузных рыльцах - несть числа добрым ангелам с полезными бутылочками и пузыречками в не имеющих возраста руках.

 

Хочу пояснить для тугодумов и остальных - тех кто еще не в курсах - кагбе када спиртовой раствор - он сука адово щипет, где вам натёрло или покусало и какбы сразу такое впечатление, что там идет недецкое куликово мочилово наших мальчиков с вредными бактериями и когда щипание утихает, сразу понимаеш, что наши победили, в душе распускается праздник и ты спишь спокойно.

 

Будьте здоровы. Миру мурр

 

Уклеина утром вспомнил:

 

олег рожден восьмого марта

и с наслажденьем в этот день

он будет принимать подарки

смеяться женщинам в лицо

 

После как вспомнил, сразу улыбнуло. И тогда подумал, что если говорить не понял, что произошло всякий раз, когда не понял, что произошло, то вся твоя жизнь сложится только из этих фраз.

 

Миру мурр

Всякий раз перед восьмым голова болит. С ленивыми философами всегда так. Зато в мужские гендерные праздники с ними просто. Подарит ему носочки цвета фуксии - философ счастлив, ленив, здоров как пони. Февральские праздники удались. А если еще в носочек положить шоколадную конфетку или леденец - то вообще - радость и счастье без конца и без края. Все как в прошлом году. И как в позапрошлом. И в позапозапрошлом. И как в пятом классе... И носочки и фуксия и конфетка.

 

А голова болит потому, что завтра носочками и шоколадкой нихуя не отделаться. Между капель не проскользнуть, как не ленись. Все как в прошлом году. И как в позапрошлом. И в позапозапрошлом. И как в пятом классе... 

2.

Для пьянства есть такие поводы:

Поминки, праздник, встреча, проводы,

Крестины, свадьба и развод,

Мороз, охота, Новый год,

Выздоровленье, новоселье,

Печаль, раскаянье, веселье,

Успех, награда, новый чин

И просто пьянство — без причин!

(Перевод С. Маршака)

3.

Сцена изображает праздник. Она украшена цветами, лентами и шариками. На сцене стоит одинокая Клара.

Из правой кулисы выходит Карл Маркс. Он играет на кларнете. Клара пристально, с нескрываемым вожделением смотрит на кларнет Карла. Карл останавливается, не переставая играть, оценивающе смотрит на колье Клары.

                                                Занавес.

 

 

Сегодня шестое марта, пятница а я сижу и готовлюсь к лету. Мысленно. Летняя жизнь не похожа на зимнюю или осеннюю жизнь. В такие дни, под палящими лучами летнего солнца Крыма, на склонах Тепе Оба, Ички Дага и Кайк Атлама, сразу понимаешь, что человек - самое ленивое и расслабленно из всех существ, живущих на земле. Летом людям одежда нужна по минимуму. Минимум миниморум. А стройному, красивому, вмеру ленивому философу и того миниморей. Дома и на прогулке летом он использует шорты и майку, а на пляже обыкновенно валяется беструсов. Такие пляжи, где собираются подобные бесстыжие люди называются нудистскими или просто -нудиками. В окрестностях Коктебеля их вполне достаточно. Где хочешь там и нуди. Но мы любим пляж в поселке Орджо. Это третья по счету бухточка от поселка, если идти в сторону бухты Провато. Там чисто, уютно, народу мало - человек пицот не больше. Все патриархально - палаточки, девушки, вид на море, на мыс Хамелеон, и дальше за Карадаг, за мыс туманный Меганом. Последние четыре слова принадлежат не нам, а Мандельштаму. Скрытая цитата из его крымского стихотворения

 

Еще далеко асфоделей

Прозрачно-серая весна.

Пока еще на самом деле

Шуршит песок, кипит волна.

Но здесь душа моя вступает,

Как Персефона, в легкий круг,

И в царстве мертвых не бывает

Прелестных загорелых рук.

 

Зачем же лодке доверяем

Мы тяжесть урны гробовой

И праздник черных роз свершаем

Над аметистовой водой?

Туда душа моя стремится,

За мыс туманный Меганом,

И черный парус возвратится

Оттуда после похорон.

 

У простых людей, несколько точек зрения на голое тело. Аскеты-язычники зовут его темницей или могилой души, православные пищей для червей, постыдным, грязным источником искушений для грешника и уничижением для праведника. Поклонники философии (некоторые из которых знают греческий), а также нудисты и служители темных богов славят его вовсю ивановскую. Будда называл его источником страданий. Быть может, все они в чем-то правы. Но я уже давным давно выбрал философствующих нудистов. И по этому поводу вспомнил прошлогодний летний случай на нудике в Орджо. Расскажу как было, поскольку скоро лето и надо быть ко всему готовым.

 

Дело было так. Лежу я как то раз в августе на пляже, никому не мешаю, смотрю на море и вдруг вижу - мимо проходит девка в трусах. Я глазам не поверил. Даже очки снял. Потом подумал - совсем уже некоторые люди, я смотрю, куку. Не осуждающе подумал, а просто, чтобы запечатлеть факт

 

С другой стороны, подумал я в ее оправдание, поскольку гуманист и стараюсь всех любить и всё понимать, - я откровенно говоря, тоже иногда, например, в штанах хожу т.к. они мне не мешают. Только лежать в них не умею - поскольку я всегда читаю когда лежу. Лежу, потому что читать сидя - это мовитон и мовизм. И поэтому я, как ленивый философ и приличный человек всегда их снимаю, перед тем как, например, книгу в руки взять. И на нудике я их снимаю уже перед входом, потому что если ты в штанах, то могут подумать, что извращенец и внимание обращают. Скромнее надо быть, я так считаю....

 

Но эта девка - совсем ваще - все на неё пялились, даже детишки с моря повыползали посмотреть. Воспитания ноль.

 

Походу только мне ее жальче всех было. Она в моих подслеповатых глазах была как актрисы из фильма "Высота"(режиссер Александр Зархи, к.с. "Мосфильм" 1957 год). Там тоже все девушки размером с коня, брови

 

Когда читаем, то вахуе. Это как же общественные защитники народонаселения от плохого, неутомимые домкраты очень хорошего, законодатели политических морд, безудержные запретники всего, что еще можно читать, смотреть, дышать, слышать и думать из органов приятия неприятностей и традиций, по прежнему, несмотря на сложный исторический период, выглядят какими-то опустившимися деревенскими дурачками. Но не теми кто безобидно гыкает, гукает, пукает, пускает сопли или скачет верхом на палочке, а теми кто громко пердит головой, когда дрочит на площади в базарный день. Именно так и в такой последовательности. 

 

Нам, в сущности, на них поребрик с высокой философской каланчи. У нас есть книги, самогон, два кота, собака Боцман и прекрасные девы, одна другой прекрасней. Но не нравится нашей дорогой редакции вот что - они там у себя на площади дрочат вприсядку, а нам здесь за них и стыдно шо шопиздец и крайне внутренне неуютно. 

 

 

Снова начитался на ночь Фернандо Аррабаля, которого Орлов насоветовал, пошли ему босх таких же аррабалевых ночей, как наши. Уже неделю читаю разное. Афтар жжот. А еще наша дорогая редакци заметила, что от этих текстов я становлюсь легкомысленным и забавным, словно элегантная непристойность их бездн прибавляют моим личным безднам непристойности и элегантности. От его текстов становишься легким и чистым. Не жертвой и не убийцей, не охотником и не дичью - легкость и чистота несовместимы ни с какой разумной деятельностью.

 

Пока я читаю, сознание парит в отдалении, наслаждаясь отсутствием людей и предметов. Душа прогуливается по периметру жизни неизменно встречая только саму себя. Вселенная, преображенная в воскресную сиесту, изнывает от полуночной энтропии. Жизнь, растворенная в абсолютном ничегонеделании, обнаруживает свою условность. И только лень - этот элегантный пережиток Рая, помогает духу постигающему легкость ежедневной книжной нирваны, забыть о прежних поражениях. И тогда я переворачиваю очередную страницу и сразу за этим выпиваю очередную рюмку. 

 

Если вы не знали, то мир снова становится цветным только после пятой рюмки.

 

Миру мурр

Вот скажите: есть среди вас вегетарианцы или вы все нормальные? (В этом мести должен сначала ёбнуть гром, потом ударить ослепительная молния - именно в такой последовательности - которая испепелит нашу дорогую редакцию. Ну или на худой конец земля разверзнется, чтобы нас поглотить.) И все же мы вчера решились. Есть ряд неоспоримых достоинств подобного весеннего обострения. Главное из них, это когда вас приглашают в гости на обед, все за столом - салфетки, приборы, каре ягненка - и тут вы, собственной персоной с бокалом кьянти наперевес. Мало кто знает, что вегетарианцы сначала приходят на обед, а уж потом заявляют: "Я не ем мясо!". Ведь Кафка и Гитлер как мы полагаем не зря быля из этих, в смысле из них. Поэтому щитаю, что прискорбное превращение ленивого философа в вегеторианца - результат необъяснимого вмешательства запрещенных в отдельной цивилизации темных сил и чистый сатанизм. Ну вообщем мы утром попытались, несмотря на сатанизм, и совершили  преступление против всего святого. Ниже читайте отчет крика души о эксперименте над живым человеком ради науки и глобального потепления.

 

Отчет

     Ну вот как тут стать вегетарианцем я вообще не знаю (даже если жрать только сыр, яйца, рыбу и котлеты). Прямо щас скушал чайник билочуня, три больших бутерброда с сыром, медом, маслом, остатки сациви с домашней курой, мисочку салата и кусок холодного жареного сазана, оставшегося после ужена. Сижу, прям голодный как собака. Коты разбрелись по коробкам, Боцман спит в кресле, зарывшись в плед. Поэтому один как перст.

 

Нашел себе в холодильнике какой то завалявшийся с вечера стакан гречи с заправкой из грибов, сливочного масла, жареного лука и вареных яиц, сожрал и гречу. Главное, что никакого глютену. 

 

И все равно прям неистовое желание зохавать чтонить мясное, прям от разъяреннова бы барана бы кусок бы отожрал прям на полном скаку с рычанием. 

 

Очень хочетца,  прям до слез, свои саблезубые клыки в теплой крови испачкать.

 

Вощем вегетарианец из меня никакой, даже гипотетический в теории. Но я особо уже и не стараюсь. Просто начитался вчера на ночь сначала Фернандо Аррабаля, а затем пару томов Войны и Мира вот и стал на все утро Платон Каратаев. 

 

К обеду, думаю как всегда пройдет. Россия не для вегеторианцев

 

Миру мурр.

Я прочитал однажды в децтве в книге Джералда Даррелла "Перегруженный ковчег", как он поймал в африканском лесу землеройку. - Я не собирался долго держать ее, - Пишет автор, - Так как это крошечное существо вряд ли выдержало бы долгий и утомительный путь в Англию. Но я хотел оставить землеройку на несколько дней в лагере, чтобы изучить ее привычки и рассмотреть ее на близком расстоянии. Тот факт, что я иногда с большими трудностями ловил животное, держал несколько дней в лагере, а затем выпускал на волю, был в глазах африканцев убедительным доказательством моего слабоумия.

 

Сегодня утром за чаем из толстой книги "Общая биология для чайников за три года"я наконец-то  узнал что млекопитающее землеройка может съесть в 4 раза больше собцтвенного веса и отправляется пообедать 120 раз за сутки.

 

Я, паходу, тоже землеройка. И путь в Англию выдержу запросто. Как тебе такое Джеральд Даррелл?

Нашей дорогой редакции оченно хочецца поделиться заметкой нашего невольного соавтора Алексея Москинова. Существа сложного, злого, талантливого, каким и положено быть человеку разумному разумному. Пунктуация, тембр, почерк, канцелярит и стиль авторские. Мата, срамословия и непереводимого фолклора нет. Проверено.

 

"Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий, ты одна мне надежда и опора - история которую знакомые рассказали, как они однажды на мемориальной доске "С этого балкона в 2018 году четыре раза выступал В. И. Ленин". Заклеили скотчем приставку "Выст".

 

И Хармс жив. И жизнь налаживается. И цены дорожают"