|
|
Август, август, ты последний месяц лета, скоро осень
Нам заменит слово «летний» на «осенний, золотой»,
И в зелёные деревья заберётся тихо проседь
В красно-желтой пелерине хохломою расписной.
Пожелтеют все берёзы, раскраснеются осины,
Клён багряною листвою принарядится на бал,
Станет лес неповторимым, по-осеннему красивым,
К нам придёт царица-осень – ярких листьев карнавал.
Андрей Шаламов
Как ясен август, нежный и спокойный,
Сознавший мимолетность красоты.
Позолотив древесные листы,
Он чувства заключил в порядок стройный.
В нем кажется ошибкой полдень знойный,
С ним больше сродны грустные мечты,
Прохлада, прелесть тихой простоты
И отдыха от жизни беспокойной.
В последний раз, пред острием серпа,
Красуются колосья наливные,
Взамен цветов везде плоды земные.
Отраден вид тяжелого снопа,
А в небе журавлей летит толпа
И криком шлет «прости» в места родные.
К.Бальмонт
Нарядился август жаркий
Многоплодием садов.
Щедро раздает подарки,
Радует игрой цветов.
В предвкушении прохлады
Озорного сентября.
Преисполнена бравады
Утомленная земля.
Жаждет ливней кособоких,
Темных, ветреных ночей
И сентябрьских недалеких,
Угасающих лучей.
Маскарада красок дивных
От бордо до янтаря.
Клиньев в небе журавлиных,
Покидающих края.
Екатерина Балецкая
Александр Кушнер
То, что мы зовем душой,
Что, как облако, воздушно
И блестит во тьме ночной
Своенравно, непослушно
Или вдруг, как самолет,
Тоньше колющей булавки,
Корректирует с высот
Нашу жизнь, внося поправки;
То, что с птицей наравне
В синем воздухе мелькает,
Не сгорает на огне,
Под дождем не размокает,
Без чего нельзя вздохнуть,
Ни глупца простить в обиде;
То, что мы должны вернуть,
Умирая, в лучшем виде, —
Это, верно, то и есть,
Для чего не жаль стараться,
Что и делает нам честь,
Если честно разобраться.
В самом деле хороша,
Бесконечно старомодна,
Тучка, ласточка, душа!
Я привязан, ты — свободна.
[показать]
Александр Кушнер
[701x455]
Нет дороги иной для уставшей от бедствий страны,
Как пойти, торопясь, по пути рассудительных стран.
Все другие дороги безумны, бездомны, страшны, —
Так я думаю, с книгой садясь на диван.
Рассужденья разумны мои — потому не верны.
И за доводом лезть надо в самый глубокий карман.
А в глубоком кармане, внутри пиджака, на груди —
Роковая записочка, скомканный, смятый листок,
И слова полустертые неразличимы почти,
И читать надо тоже не прямо ее — между строк:
Будь что будет, а будет у нас впереди
То, чего ни поэт, ни философ не знает, ни Бог.
Каждый раз выбирает Россия такие пути,
Что пугается Запад, лицо закрывает Восток.
Александр Кушнер
|
|
|
|
| Я видела осень… Она целовалась с дождём… В объятиях нежных друг друга они дополняли… По парку вечернему шли беззаботно вдвоём. Дыханием ветра листву шаловливо срывали… Десятки прохожих бежали с зонтом от дождя, А он улыбался любимой единственной леди, Что золотом мир украшает, к нему приходя, В красивых сапожках с отливом блистающей меди… Он в сером плаще, а она в ярко-жёлтом пальто… Он с грустью в глазах, а она с озорною улыбкой… И сколько продлится роман, не узнает никто. А он называет её Золотистою Рыбкой… И гладя волнующе волосы рыжей мадам, Из капель прозрачных выкладывал ей диадему… Шептала она: «Я тебя никому не отдам…» Кружилась листва, развивая осеннюю тему… Проснувшись под утро, встречая туманный рассвет, Лохматая осень дождю улыбнулась игриво… А он, взяв гитару, запел новой песни куплет… Я видела осень… На улице было дождливо… © Copyright: Ирина Самарина-Лабиринт, 2011 Свидетельство о публикации №111100509346 |
|
|
|
| Увяданье сменилось цветением… |
| |
|
[показать] |
Вернуть бы тех, кого забрали небеса.
Хоть на минутку — лишь увидеть лица.
Чтоб посмотреть в давно забытые глаза.
Сказав три слова, отпустить их к птицам.
Вернуть бы тех, кого обидел зря.
Сказать «прости», надеясь, что не поздно.
Рукой по струнам медленно скользя,
Поверить, что влюбиться дважды можно.
Вернуть бы тех, с кем раньше по душам…
С кем, как всегда, за дружбу — третьим тостом.
Да-да, за дружбу. Ведь любовь слепа!
Амур палИт, увы, с большим разбросом.
Вернуть бы тех, кто очень быстро стал
Таким родным и бесконечно близким
Коптит камин. Очередная ночь без сна.
В руке стакан со льдом и крепким виски.
Лесбиянка меня полюбила.
Не мужское начало моё
(ей оно отвратительно было),
Но душа - привлекала её.
Не острите, поручик, не надо,
ведь душа - это девочка, да.
И у самого гнусного гада
эта девочка есть, господа.
Вот в неё-то она и влюбилась,
и душа была рада моя,
да и бренное тело стремилось
к распрекрасному телу ея.
Но оно, её чУдное тело,
(шейка, плечики, грудь и так да...)
моего, ну ничуть не хотело...
Вот такая комедь, господа.
Вот такой иронический случай,
но острот не спешите бросать,
Ведь с любым, даже с вами, поручик,
жизнь могла б эту шутку сыграть.
Антип Ушкин