Чо–та надо бы итоги подвести. Но а) лень, б) надо идти за мандаринами.
Поэтому «буду краток». Это был офигенский год. Никогда еще я не была одновременно так несчастна и так счастлива. И никаких там «остановись мгновенье».
Ты у меня есть. Все остальное – будет.
Демонстративно развернула новый пледик.31-12-2012 17:14
Демонстративно развернула новый пледик. Продемонстрировала его Кузякиной. Чтобы лучше дошло – показала язык. Демонстративно соорудила из старого пледика палатку. Вышла на минуту, забрать кружку с чаем.
Вернулась – зверь демонстративно восседает на моей подушке.
Кто–нибудь, подарите мне подушку...
Я хочу пледик.
Я хочу маленький синий полистеровый пледик 130х180, ну ладно, можно зелёный или коричневый, но мой. Только мой!
Ибо с началом холодов в моём нынешнем пледике повадилась жить одноглазая мохнатожопая зверь, которая вертит из него гнёзда и даже строит из него палатки.
Ну ладно, палатку ей строю я, но выглядывает рекомая зверь из неё с таким сладострастным видом... Именно в тот момент, когда я в трех свитерах поверх футболки, лежу на диване и понимаю, что без пледика - не жизнь. И сразу доходит, что это вот и есть настоящий девочковый подход: у меня есть пледик, и я под ним лежу, а у тебя нету, так тебе, толстая, и надо. И своим пледиком я делиться не собираюсь, и твое счастье, что я не могу показать тебе язык.
И все попытки воззвать к совести, заранее обречены на провал. Пледик и совесть несовместимы. Они исключают друг друга. Особенно у некоторых, которые хоть и владеют шикарными меховыми штанами, но не прочь оттяпать у ближнего своего полистеровую согревающую шкуру.
Вместо конца света, мы пошли на "Хоббита". И я вам скажу: это было - УХ ТЫЫЫЫЫЫ! Хрен вас знает, доморощенные снобы, то ли вы бываете в кино чересчур часто, то ли это модно теперь - кривить ебальце на всё, что не является интеллектуальным кино, но я все два часа и сорок четыре минуты сидела, открыв рот и мысленно верещала от восторга. Мой внутренний двенадцатилетний мальчишка с петушком на палочке, верещал вместе со мной.
Там такие знатные страшидла! Там такой Горлум! Как справедливо прокричал один юноша из восьмого ряда - он смотрит глазами котика из "Шрека". Истину глаголешь, брат мой! Именно так он смотрит. А ещё там такие варги! Это вааааащеееее, блин! И гномы такие шнобелястые. А Смога почти и не показали. Так обидно, блин.
А кое-кто, не будем показывать пальцем, но обличающе покажем петушком на палочке, при известии о том, что впереди ещё два фильма, уже снятые, но коварно приберегаемые Джексоном, почему-то очень задумался и сказал: "Ну, блин, я и попала!". Какое-то очень странное выражение восторга, я щетаю...
А так отпадный фильм, да...
На Эспланаде забацали аж целый кроличий городок. Толстопопые ушастые скачут себе в загородке, рождая в отдельных головах сплошное "мимими", а в отдельных - обильное слюноотделение и рождественские мысли о жарком.
Но самое прикольное можно найти по углам этой загородки. Вероятно, доморощенные гринписовцы требовали купить кроликам шубейки и валеночки и тем достали до печёнок. [700x525]
"Большую часть дня, за исключением перерывов на отдых, в монастыре должна была царить полная тишина, и если Эглантине нужно было что-то сообщить своим сестрам, то ей приходилось делать это знаками. Люди, составившие списки знаков, которыми пользовались в средневековых монастырях, сумели соединить в них исключительное чистосердечие с крайне скудным чувством юмора, и та бешеная жестикуляция, которой монахини сопровождали свой обед, часто вызывала смех, какого не было бы, если бы им было разрешено говорить. Сестра, которая хотела рыбы, должна была «изобразить рукой, как рыба машет своим хвостом», та, которой захотелось молока, должна была «пососать свой левый мизинчик», чтобы получить горчицу, сестра должна была «вставить нос в сжатый правый кулак и потереть его», чтобы попросить соль, надо было «щелкнуть большим и указательным пальцами правой руки над большим пальцем левой», та, которой хотелось вина, должна была «провести указательным пальцем вверх и вниз по кончику большого пальца, поднятого на уровень глаз», а монахиня, которая вспомнила, что не припасла ладана для мессы, и раскаявшаяся в этом грехе, должна была «засунуть себе пальцы в ноздри»."
Ты должна...
Ты должна слушать старших. Ты должна хорошо учиться. Ты должна исправить тройку по пению. Ты должна прилично себя вести. Ты должна получить высшее образование. Ты должна выйти замуж. Ты должна быть дома к одинадцати. Ты должна ценить мои чувства. Ты должна сказать куда идешь. Ты должна жить как все. Ты должна меня пожалеть. Ты должна позвонить...
Еб твое мать! Когда это я так успела всем задолжать?
И главное – я ведь не спрашиваю «Почему?»
И как это, интересно, мироздание вывернулось иероглифом «хер», что я должна всем, а мне никто? Я, блядь, должна всему миру, мир не должен мне ничего. Вероятно потому что так и не научилась твердо выговаривать: «Пошли нахуй!»
Пошли нахуй! Я уже давно никому и ничего...
Рано или поздно тебя нагонит мысль, что у тебя есть два пути. Или ты будешь жить своей жизнью, глупой, неправильной, грязной, нелепой до жути, но своей.
Или будешь не жить, а играть в правильную жизнь. Где всё кажется приличным, порядочным, чистеньким, отполированным до блеска и чужим.
Самое смешное, что выбрав первую, ты будешь каждый день поверять силой своего упрямства.
Самое смешное, что выбрав вторую, ты будешь каждый день поверять силой своего отчаяния.
Самое смешное, что в конце концов, за всё придётся отвечать только тебе. За свою неправильную или за правильную чужую.
А у нас вдруг зима...
Что - ха-ха? Такой вот, волшебно-сказочной лет сто уже не было.
Поэтому мы срочно поехали гулять, ну и познакомились на погулянии с замечательной собакушкой системы акито-ино.
Собак был классный. С белыми усами в инее. С бархатными ушками. Дал погладиться, смотрел умно и насмешливо, выпрашивал у хозяйки лакомство и лизнул меня в ладонь.
Памятуй же, сыне мой менеджер - женщина есть существо, задуманное природой исключительно для того, чтобы когтить ту дровенюку, которой ты являешься.
Поэтому завали хлебало и купи ей бусики.