Всё бы хорошо, но во сколько не выезжай, прибываем мы с Василискиной аккурат к шапочному разбору. В прошлом году успели как раз к финальному выстрелу из пушки. В этом, как ни старались, прибыли всего на час раньше.
А вообще, они в этой Кулдиге какие-то весёлые. Мало того, что летом, на солнцеворот, устраиваю забег голышом, через исторический мост, памятник культуры, скульптуры, архитектуры и Юнеско. Так и осенью затеяли какое-то интересное непотребство - разделись до трусофф, связали скинутые одёжки и мерили их. У кого одёжный канат вышел длиннее, тот, стало быть и выиграл.
А на улице, прошу заметить, плюс четырнадцать. И девки в крупную мурашку, но в кружевных труселях. Василискина на кружевные труселя взглянула и сообщила мне, что совершенно не понимает моей любви к девкам.
Ну вообще-то, да... Мужики в труселях лучшей смотрелись. Хотя, подозреваю, что без трусов они смотрелись бы ещё лучше. Кстати, надо будет съездить в эту Кулдигу на Лиго, полюбоваться на исторический забег. Глядишь, пробежит мимо кто, с симпатичной задницей, бодро помахивая и позвякивая весело, солидных размеров достоинствами, и составит моё девичье счастье...
1.
[700x525] Читать далее
Ну, а потом Василискина узрела козу. Вообще, где бы Василискина не оказывалась, через пятнадцать минут, в том же месте обнаружится коза. Это какая-то кармическая связь. У Мэри была овечка, у Баскервиля - собачка, а Васлискина всё больше по мелкому рогатому скоту.
Я вот, кстати, совершенно не понимаю Василискинской любви к козам, но как-то с ней мирюсь. С Василискиной, в смысле. И с любовью. И с козами, чо уж там...
Хотя нет, до того, как Василискина узрела козу, она успела попробовать плюшку с морковкой. Судя по выражению лица, которое я, в силу своей невоспитанности перевела как: "Блин, куда б мне это говно выплюнуть?!", а также по тому, как она уговаривали меня доесть оставшееся, плюшка была необычайно вкусной. Думаю, что этот вкус я не забыла бы до самой смерти. Особенно, если учесть мою ненависть к тушёной морковке.
Что касается козы, то про неё можно сказать одно. Коза сладострастно жрала морковку. Сырую. Это та, которая белая. А которая чёрная, та морковку не жрала, и я её за это уважаю. А ещё чёрная бодалась. За это я уважаю её ещё больше. Очень серьёзная и боевая попалась коза.
Читать далее
А потом, я увидела прекрасное. Про моё прекрасное, Василискина сказала, что оно ужасно. И я с ней согласилась. Да, оно было ужасно прекрасное. Я хочу такое к личному особняку в Рагациемсе.
А поскольку у меня ни личного особняка, ни прекрасного, ни козы, то гештальт не закрыт. Кто-нить, купите мне особняк и давайте закроем.
Читать далее
Но, как я не просила, Василискина отказалась покупать мне особняк. А купила просто мяса. И просто сыру. И просто копчёную курицу. А я ей купила тоже кой-чего, так она теперь к этому кой-чему требует новые сапоги и сумку.
А то, говорит, гештальт не закрыт...