У меня ничего не болит. Меня не рвет по утрам желчью. У меня не отнимаются ноги. У меня прекрасно видят оба глаза. У меня нет галлюцинаций. Я не задыхаюсь.
Мне все это только кажется.
На самом деле мне хорошо.
Немецкий и идиш хоть и относятся к одной группе, но все же это разные языки, и с этим надо смириться. Это поможет избежать некоторых заблуждений, особенно в отношении текстов известных песен.
К примеру, в идиш глагол trachtn означает "думать".
Поэтому "...tracht un tracht di ganze nacht" - это совсем не та феерия, которую многие себе воображают. А, скажем, "...da schteh ich tief fartracht.. " - это не "освежите меня яблоками", а совсем наоборот...
Есть, оказывается, такое понятие, как выученная беспомощность.
"...и таким образом избавиться от электрошока. Именно так и поступали собаки из группы, имевшей возможность контролировать шок. Легко перепрыгивали барьер собаки контрольной группы. Собаки же с опытом неконтролируемости неприятностей жалобно скулили, метались по ящику, затем ложились на дно и поскуливая переносили удары током все большей и большей силы.
Из этого Селигман и его товарищ сделали вывод, что беспомощность вызывают не сами по себе неприятные события, а опыт неконтролируемости этих событий. Живое существо становится беспомощным, если оно привыкает к тому, что от его активных действий ничего не зависит, что неприятности происходят сами по себе и на их возникновение влиять никак нельзя." http://www.self-managing.net/bespom.htm
Другими словами, если тебя бьют не потому что ты курил и воровал кур, а потому что суббота, и суббота всякий раз наступает неотвратимо, кури не кури - то не воровать кур не имеет никакого смысла. И воровать тоже. Это просто отдельные друг от друга вещи. Я ворую кур. У меня серые глаза. Мне нравится мороженое. По субботам мне делают больно. Это моя жизнь. Она такова, и с этим ничего не поделаешь.
А если пороть не по субботам, а как получится? Это же удивительных можно достичь результатов.
Когда-то очень давно на меня большое впечатление произвел сюжет о тигрице, кажется, это было кино, но мог и просто рассказать кто-нибудь.
Лежит тигрица, по ней ползает тигренок. Грызет ей хвост. Скачет по печени. Мусолит уши, короче, всячески ее донимает. Мать не реагирует вообще, терпит. В какой-то момент младенец добирается до горла - мать спокойно поднимает лапу, которая размером с этого младенца, и просто отшвыривает его обратно к хвосту. Он грызет хвост и т.д., цикл повторяется.
Кажется, это называется контролировать ситуацию, или я что-то путаю?
Считается, что отгрызть себе лапу, спасаясь из капкана, может только отважное животное вроде хорька.
Фигня. Хомяк тоже может. В конце концов, у него остаются еще целых три лапы.
Даже нежную Сонечку можно довести до того, что она начнет кидаться тапком.
Профайл удален - когда-то мне казалось, что я увижу эту надпись и сразу умру. А я села и спокойно поехала на работу. Нельзя потерять то, чего у тебя не было.
«Многие люди говорят "невозможно" о вещах, которые потребуют от них усилий, времени и внимания. Многие хотят, чтобы все проблемы сами волшебно решились.
Вот они и решились, а симптомы - это цена за решение.»
Оно, конечно, бывает всякое, но если за дело берется Сонечка, то никто не уйдет обиженным, можете мне поверить. Особенно если Сонечка вдруг спохватывается спасать свою шкуру. Другой вопрос, что спохватывается она, как правило, когда ее уже почти доели. Тогда у нее возникает смутное подозрение, что все идет не совсем так, как задумано, и она начинает отползать. При этом ей кажется, что действует она на диво энергично, сказал как отрезал.
Она вооружается какой-нибудь дрянью и начинает все это дело по кусочку из себя доставать. Зрелище это неаппетитное, кроме того, процедура сопровождается визгом и писком. А как вы думали, прыщ выдавить - и то больно, а тут, можно сказать, аборт ржавой вилкой в условиях трамвайного депо.
Технология у Сонечки такая. Она берет что-нибудь нежное и трепетное, такое высокое, что выговорить-то боязно, только намеками и аллегориями, и пишет это прямо словами, со всей дури и без обиняков. Потом читает. Еще раз читает. Еще раз. Пока не станет стыдно. Потом еще перечитывает, пока не станет так стыдно, что впору повеситься. Тогда она это дело стирает и приступает к следующему пункту, еще более небесному и невыразимому. И так до конца.
Утром Сонечка сидит вся в дырочку, как дуршлаг, и ждет, когда зарастет.
Вот как сейчас.
О как)))
Alice M
"Пришла Соня из итальянского неореализма – я, конечно, трындеть.
У Сонечки – беретик и кудри, дирижирует палочками на фоне глубокого уверенного декольте:
итальянский нео-фас.
Супчик мы едим палочками – японство, романизированное девичьим Сонечкиным реализмом, за 130 реалов.
Фас – нео: а профили Сонечкины – истоки и виноград.
Помещённая в итальянский полдень профилем к миру, собирает Сонечка виноград, кочующий по временам и фольклорам, отрешившись от реализма не придуманных пока искусств, брюлик на фоне лозы.
Искусствоведческого исследования на неведомых дорожках со следами неведомых аллюзий – бы: для этого фаса и профиля, и застенчивого – кто б догадался! – взгляда из под апельсинового беретика, подпаливающего Питер Сонечкиным Bruleleau, кипятящим дождь небесный, что моросит по Итальянской улице в нео-реализме питерской весны."
Вот ведь что супчик-то с людьми делает))))
"Мама мне часто говорит: "Вот я всю жизнь жила и мучилась. Почему ты так не можешь?"
"У меня был такой перенос, такой перенос, я даже принесла его фотографию".
"Как жаль, что наконец-то это закончилось"
"...мужик должен быть мужиком! Отвечать за свои слова и все такое... Вот если сказал. что любит футбол, пусть и любит его до конца.. А не так, чтобы сегодня футбол, завтра бокс!"
Берем бумажку, делим пополам и выписываем в столбик по пунктам. Слева - чего вы ожидали от этих отношений, справа - что они, отношения в смысле, вам дали.
В левом столбике 18 пунктов, и все они сводятся к единственной фразе - "Забери меня отсюда". Не обязательно буквально, тело можно оставить, пусть оно дальше здесь копошится пустое, никто не заметит, я готова уйти налегке.
В правой колонке на четыре пункта больше, там важный опыт и прочий духовный рост, одним словом - не забрали.
Сижу на пороге с узелком, скоро совсем стемнеет.
В садо-мазе, не в той, которая забавы с хлыстом и фуражкой, а в той, которая лайфстайл, есть такой прием, как раскачивание психики.
Типа сперва погладил, потом ни с того ни с сего дал по шее, потом опять погладил, потом опять по шее, амплитуду постепенно наращивают, пока у саба окончательно не съедет крыша.
Главное в этом деле - принцип внезапности, т.е. по шее надо давать именно ни с того ни с сего. Тогда разрушаются логические взаимосвязи, реальность становится зыбкой и неуловимой, а психика, лишенная ориентиров, зависает на том, кто эту новую реальность формирует, пара готова.
Логические связи, которые при этом рвутся, якобы таковы: гладит - значит любит, бьет по голове - значит враг, вот между тем и этим и стирается якобы граница.
На самом деле все еще хуже.
Любит или там не любит - это не окончательный вывод. "Любит" означает - теперь все будет хорошо. Можно сколько угодно пищать про "здесь и сейчас", ключевое слово здесь - будет. "Я пришел" - это не просто "люблю", это "я с тобой, ничего не бойся, все плохое позади". Крыша начинает съезжать, когда "я пришел" означает "люблю" и больше ничего не означает, когда из этого абсолютно ничего не следует. Это не хитрый топ так распорядился, это простодушный саб сам заложил под себя эту бомбу.
Потому что нечего торговаться. Потому что "я пришел" означает именно "люблю" и ничего больше, а если вас это не устраивает, значит, вы хотите не любви, а совершенно других вещей.
И потом проходит время, и они встречаются, одичавшие и суровые, все уже выплакавшие и сменившие кожу, они сидят рядом и несут какую-то жалкую чушь, а душа высовывает носик, боится и просит - узнай меня, это же я, это я, ну узнай же, а тело и этого не смеет, и другая душа тоже робко выглядывает и сразу прячется обратно, это я, кричит она шепотом, это я, это ей кажется, что она кричит, на самом деле она просто беззвучно разевает рот, как будто воздух ловит, это ведь и есть воздух.
А в это время два совершенно деревянных тела закрываются руками, им так велели, им велели не сметь.
И потом они, эти два тела, долго плачут, и одна душа зарекается навсегда открывать глаза, а другая душа выходит на площадь и говорит - убейте меня.
"В дополнение ко вчерашнему :-(((
Я думаю, агитация за деторождение на самом деле должна быть вот такая. http://www.youtube.com/watch?v=niEHlUhgAHg&mode=related&search=
Не поленитесь, посмотрите там и другие мультики в списке тоже:-) Французский преелестный. А еврейская колыбельная, и вправду, прям - до слёз!
Автор Елизавета Скворцова, спасибо также Лене Климовой, приславшей мне ссылку."
От себя добавлю - действительно до слез, и не только еврейская. Особенно учитывая, что у меня нет колонок, и смотрела я в немом режиме))))
Ну, немецкую я, естественно, знаю, могла и сама подпеть, а остальные пронзили одним лишь видеорядом)))
Суть не в том, чтоб не лезть под поезд или знак "Не влезай - убьет". Просто ты ведь не Нео - то есть, не вопи потом, как койот. Жизнь не в жизнь без адреналина, тока, экшена, аж свербит - значит, будет кроваво, длинно, глазки вылезут из орбит. Дух захватывало, прохладца прошибала - в такой связи, раз приспичило покататься, теперь санки свои вози. Без кишок на клавиатуру и истерик по смс - да, осознанно или сдуру, ты за этим туда и лез.
Ты за этим к нему и льнула, привыкала, ждала из мглы - чтоб ходить сейчас тупо, снуло, и башкой собирать углы. Ты затем с ним и говорила, и делила постель одну - чтобы вцепляться теперь в перила так, как будто идешь ко дну. Ты еще одна самка; особь; так чего поднимаешь вой? Он еще один верный способ остро чуять себя живой.
Тебя что, не предупреждали, что потом тошнота и дрожь? Мы ж такие видали дали, что не очень-то и дойдешь. Мы такие видали виды, что аж скручивало в груди; ну какие теперь обиды, когда все уже позади. Это матч; среди кандидаток были хищницы еще те - и слетели; а с ним всегда так - со щитом или на щите.
Тебе дали им надышаться; кислородная маска тьмы, слов, парфюма, простого шанса, что какое-то будет "мы", блюза, осени, смеха, пиццы на Садовой, вина, такси, - дай откашляться, Бог, отпиться, иже еси на небеси, - тебя гладили, воскрешая, вынимая из катастроф, в тебе жили, опустошая, дров подкидывая и строф; маски нет. Чем не хороша я, ну ответь же мне, Боже мой, - только ты ведь уже большая, не пора ли дышать самой.
Бог растащит по сторонам нас; изолирует, рассадив. Отношения как анамнез, возвращенья - как рецидив.
Что тебе остается? С полки взять пинцетик; сядь, извлеки эти стеклышки все, осколки, блики, отклики, угольки. Разгрызи эту горечь с кофе, до молекулок, до частиц - он сидит, повернувшись в профиль, держит солнце между ресниц. Он звонит, у него тяжелый день - щетину свою скребя: "я нашел у скамейки желудь, вот, и кстати люблю тебя". Эти песенки, "вот теперь уж я весь твой", "ну ты там держись".
Все сокровища. Не поверишь, но их хватит тебе на жизнь.