Очередной козел, мудак и фуфел, периферийное чмо, лузер и кретин смотрел сегодня мою машину.

Две недели он изводил меня звонками, требовал то мою фамилию, то ВИН-номер на предмет "пробить". Первый вопрос при личном знакомстве - не было ли аварий. Пробил, короче. Я обожаю людей, которые пробивают что-то по базе неизвестно чего, почти так же, как и тех, кто призжает на сервис без записи на том основании, что там работает брат ихнего директора (представляю себе этого директора). Брат, очевидно, тоже в душе директор, потому что на диагностику нас взяли на два часа позднее, чем было заявлено. Т.е. два часа мне пришлось созерцать лысого урода в ресторане, нет, не подумайте, у меня есть опыт, но в данном случае я была с ребенком и вообще спешила, и потом - да, за деньги, я понимаю, но не до такой же степени.

Диагностика на фирменной станции (поясняю - этот пижон живет в Тосно и ездит на девятке, так что фирменная станция - это его стихия, на меньшее он не согласен)заняла полтора часа. МРЭО - соседняя дверь, день клонится к закату, мы опаздываем на музыку. Выносят бумажки - двигатель и ходовая идеальны. Ура.

Эта падла отказалась. Там, видите ли, надо поменять пыльник и долить антифризу (сами же и долили). Диски и колодки ржавые. А они, блядь, бывают не ржавые??? Где, в Тунисе???

Зато я получила ответ на вопрос, мучивший меня долгие годы. Всю жизнь, видя на улице или там по работе мужичков подобной конструкции, я спрашивала себя - неужели с ними кто-то спит??? Нет, поймите меня правильно - то, что и у них мама была, это понятно, это само собой, но ведь кто-то же с ними спит??? Сегодня я увидела такую девушку, ибо клиент пришел с подругой. Девушка как девушка, так и не скажешь. Сидела смирно.

Так что в целом я в выигрыше - показали диковину. На антифриз опять же приподнялась.

Фотографии Hava : Сонечек(,)должно быть(,) много

Собственно, вот))

Фотографии Hava : Много Сонечек

И никакого фотошопа)))

Фотографии Hava : Все еще Сонечка

"На рожу все скукоженней, а нравом все лютей"

делает нас инвалидами. (Горалик)

У меня тут случился казус.

Забыла какое издательство, АСТ, что ли, объявляло в ЖЖ конкурс фрагментарной прозы (это хорошие посты так по-научному называются), и сегодня опубликовали результаты. Несколько моих штучек войдут в сборник, настоящий, бумажный. Вот...

http://marta-ketro.livejournal.com/205647.html?view=11283535#t11283535

(в списке я malka_lorenz, это мое ЖЖ-шное имя, Хава там не проканала при регистрации))))

Сентябрь в моем бизнесе кормит полгода. Это то самое время, когда зажмуриться, всех построить и потогонная система без выходных и с криками. Типа насушить на зиму, пока не протухло.

Именно в это время Кириллу приспичило в отпуск.

С одной стороны, это катастрофа, это минус треть дохода. С другой стороны, думаю я, оторавшись на эту тему, - с другой стороны, я же мечтала от него избавиться. Я его, строго говоря, терпеть не могу. Вот и посмотрим, сумею ли я без него обойтись.

Уборщица моя, милейшая женщина, раздражает меня до визга. Она медленно двигается, ничего не соображает и каждый монолог начинает со слов "На правах члена семьи". Лучшие моменты моей жизни - это когда она уходит. И пол вымыт, и член семьи куда-то делся уже наконец.

Именно сейчас эта добрейшая женщина подвернула ногу с прогнозом месяц не ходить.

Посмотрим, смогу ли я без нее обходиться.

Дорогой Бог! Я поняла твою мысль. Не надо продолжать этот эксперимент.

Зачем, зачем нас взяли по конкурсу в эту невъебенно престижную музыкалку, да еще на бюджет????? Куда мне теперь деть этот чемодан без ручки??? В нашей школе индивидуально и вокал, и фортепиано, за те же две копейки и без проблем с парковкой. Обыграйся и обпойся, а мама в это время дома, дома!!!! А не в пробке и не под знаком.

Это цитата сообщения gwenvivar Оригинальное сообщение

Я справлюсь...

Сетевой дневничок одной девочки читала на днях, и потом с возмущением рассказывала старшему товарищу: "Понимаешь, она пишет: "Если мой мужчина потеряет работу и не будет ничего приносить в дом три месяца, я его брошу, без разговоров, мне альфонс не нужен"". Фыркала, поджимала губы в интеллигентской брезгливости и даже чашку со стола брала таким жестом, как будто чашкой этой отгораживала себя от нехорошей девочки с жестоким сердцем. Старший товарищ подпирал спиной холодильник, смотрел на меня, как на идиотку, и спрашивал: "Дорогая, а что, собственно, возмущает тебя?" Я решила немедленно, что он шутит. "Понимаешь ли, свет мой", - сказала, - "я по себе знаю, что в жизни каждого человека может сложиться ситуация, когда есть деньги или нет денег - это не вопрос лени, неспособности пробиться, желания сидеть на чужой шее, - но вопрос невозможности что-нибудь сделать, невозможности как-то..." Старший товарищ ощутимо погладил меня по спинке и сказал: "А невозможность такая означает, что боги от этого мужчины отвернулись". И посмотрел на меня, охреневшую, как на неразумного ребенка, и сказал: "Ну что ты замерла? Отвернулись боги, все, делать нечего. Может, не навсегда, но сейчас - отвернулись. Кто же ему доктор, и почему, скажи на милость, женщина должна с ним оставаться?" 
Читать далее

(с) Линор Горалик

Подруга, которая знает меня с 17 лет и все эти годы снисходительно любит, за что ей спасибо, - эта подруга сказала сегодня удивительную вещь.

Я рассказывала, как меня удивляет, что я такая милая и понимающая, а все так напрягаются, словно чувствуют угрозу.

Она сказала - ты всегда выглядела так, словно за тобой кто-то стоит. Словно с тобой опасно связываться.

Я рыдаю. Вся драма моей жизни с рождения заключается именно в том, что за мной НИКТО НЕ СТОИТ, выпутывайся сама как знаешь.

Ни хрена себе выпуталась.

Как мы теперь есть свободные эфиопы, т.е. остаемся на полдня в школе без маминого призору, то с ребенком был проведен семинар по основам личной безопасности.

Теоретическая часть включала в себя следующие разделы:
1. Если что-то предлагают купить, надо отбежать на безопасное расстояние и оттуда звонить маме. Если что-то предлагают бесплатно - сразу кричать "Полиция".
2. Кричать "полиция" вообще следует всегда, если тебе что-то не нравится.
3. На предложение куда-то пойти с целью уединиться следует кричать "полиция" особенно громко.

Надо бы как-нибудь самой попробовать жить по этим правилам...

Развлекательная часть:
1. Мучительная смерть от наркотиков.
2. Торговля органами.
3. Людоедство.
4. Кавказский плен.
Страшилки имели бешеный успех. "Мама, а ты мне перед сном еще расскажешь, что бандиты делают с маленькими девочками?"

Практическая часть - учились кричать. -Девочка, пойдем со мной, я тебе котеночка подарю. - Три-четыре - ААААААА!!!!!
В следующий раз потренируемся в полевых условиях, потому что вчера соседи вызвали наряд.

Вот видишь, сказала моя дочь, это работает!

Если покупать я умею виртуозно, то продавец из меня как из гвоздя мочалка.

Выставила позавчера на продажу свою красавицу (машину, а не то, что вы подумали). Скупо прокомментировала, что вещь, дескать, хорошая. Вспомнив свое рекламно-модельное прошлое, повесила фотку с нами обеими, только разве что без сисек. С большим достоинством уселась ждать предложений.

По моему разумению, больше ничего сделать нельзя - человек увидит объяву и весь пронзенный прибежит покупать. Будет потеть, дрожать и совать мне в карманы скомканные купюры, хрипло бормоча - все бери, дарагая, сэрдце мое бери, только дай, мамой клянусь!

Никто, однако, не бежит. Просмотров там как у порносайта, результата - ноль. Клиент заходит, видимо, осознает, какие мы обе невозможно прекрасные, и впадает в задумчивость. Вот ведь чего бывает-то, шепчет он с горечью, а мы тут... После чего подавленный идет пить свое пиво, а мы висим дальше в назидание всем желающим.

У нас с ней вообще много общего.

С дачи домой возвращаешься, как из психушки - уютно до слез, но немного дико. Хожу по дому, смотрю. У меня, оказывается, дикое количество картин. И все авторские. Вспоминаю про каждую с изумлением - когда купила, в какой стране, у кого. Дешево покупала, удачно. Когда торговалась, когда просто везло.

Я их все купила за деньги. Девушка с хипповским прошлым, все приятели - богема, авторы знакомые через одного, - у меня нет ни одной подаренной картины, ни одной - просто на память, с пьяных ли глаз, от избытка ли чувств. Ни одной.

Тому, кто готов платить, никто ничего не дарит.

Лет восемь назад я занималась послевоенной историей Германии. Частично для одного брелового проекта, но в основном просто так, для себя. Интересно было.

Там ведь все было не просто плохо, там было никак. Их раздавили с двух сторон. Наши уроды любили уличные бои, клали своих там пачками, но женщинам с детьми и старухам от этого было не легче. Штатники людей берегли, они просто бомбили все в пыль, и только тогда входили. Жить было негде по-любому.

Эти женщины стали легендой. Им даже памятник стоит, не помню в каком городе. Truemmerfrauen. Они сбивались в бригады и разбирали завалы. Сортировали эту пыль и откладывали целые кирпичи. То, что еще на что-то годилось. Одна бригада разбирала три улицы. Из этих кирпичей строили дома. Еще до того, как Маршалл дал денег.

А через десять лет мир заговорил об экономическом чуде.

И еще одно, о чем мало кто знает. Черный рынок. Он везде примерно одинаковый, и лучше Ленца не опишешь. Сорок шестой год. Жрать нечего все по карточкам. Мужиков нет, кто в плену, кто вернулся покоцанный, корми его, кто вернулся не к жене, кто вообще сгинул. У американских солдат, стоявших в Германии, в дневное довольствие входили два презерватива и одна пара чулок. Это у рядового состава. Сигареты по-другому было вообще не добыть.

Так вот. Какой товар был самым дорогим и самым востребованным на черном рынке в тот год? Шоколад? Обувь? Пенициллин? Ни фига. Самым востребованным товаром был инструмент. Любой. В основном строительный.

Вот так-то.

КАК УСТРОЕН МИР

Религия и философия

Бог есть. Он о вас помнит и заботится. Ежеминутно он являет свое величие в том, что вы еще живы. Если вы будете совершенствовать свой дух и отрабатывать карму, он впоследствии продлит до бесконечности ваше жалкое существование. Если вы будете и дальше мучиться дурью, ваше жалкое существование довольно быстро прекратится.
В мире существует огромное множество вещей, чрез кои Всевышний глаголет к нам о вечной жизни. Никакого пиетета к ним проявлять не следует. Выбор между пафосом и иронией всегда делается в пользу иронии.

Социум

Люди делятся на приличных и неприличных. Приличные люди - это вы и те, которые нравятся вам лично. Все остальные люди неприличные.
Люди нужны для того, чтобы вас любить и хвалить. Поскольку не любить вас, будучи в здравом уме, невозможно, те, кто вас не любят - мудаки и кретины. Если вас не любит никто - значит, мир состоит из мудаков и кретинов. Если вас не любит человек, который вам нравится - значит, он недостаточно приличный.
В целом люди нужны для того, чтобы прибегать к их услугам, когда они вам понадобятся. Помнить их по именам при этом совсем не обязательно, достаточно обращения "дорогой".


Родители и дети

Родители нужны для того, чтобы за недолгое отпущенное им время успеть качественно искалечить ребенку психику. С этой функцией успешно справляются абсолютно все родители на свете. Если ребенка при этом не бьют палкой и не выгоняют на панель, то такие родители называются хорошими. Богатые родители считаются хорошими по определению, потому что драться палкой им некогда, а выгонять ребенка на панель - незачем. Впоследствии родители тоже необходимы, чтобы предъявлять им счет за прежние обиды и этим упражнять память и интеллект.
Семья существует для того, чтобы человек привык выполнять абсурдные требования и в дальнейшем не мог уже без этого обходиться.

Брак

Люди вступают в брак, когда им кажется, что абсурдных требований к ним предъявляется недостаточно. Идеальный брак - это брак, в котором вы несчастны так же, как были несчастны в отчем доме, а не как-нибудь иначе. Партнер по браку - это лицо, которому вы передаете права на часть вашего имущества и позволяете жить с вами под одной крышей. Спать с партнером по браку - это инцест. С ним можно только ругаться на бытовые темы. Вся эмоциональная жизнь индивида происходит за рамками брачного союза, тем самым обеспечивается линейность и непрерывность эмоционального опыта (раньше родители уезжали на дачу, теперь муж в командировку). Кроме того, партнер по браку ценен тем, что пожизненно виноват в том, что в свое время подвернулся вам под руку.

Любовь и романтика

Любовь - это главная и единственная ценность, а также единственное достойное занятие. Кроме того, она призвана держать вас в постоянном эмоциональном тонусе. Поэтому в качестве объекта любви годится только что-нибудь далекое и недоступное, хотя близкое, но тоже недоступное и вдобавок невротичное тоже сойдет. Отличить любовь от легкого увлечения очень просто. Если у вас в результате нашли язву желудка - это была, без сомнения, любовь. Если вы стали заикаться - значит, это была большая любовь. Если вас хватил кондратий - это была любовь всей жизни.

Дружба и общение

Друзьями считаются люди, которые могут быть вам чем-то полезны или обладают какими-нибудь ценными умениями. Например, умением выслушать бюллетень о состоянии вашей любви и не убить вас при этом табуреткой. Такие друзья котируются очень высоко. В отсутствие любви, т.е. предмета обсуждения, надобность в них немедленно отпадает.

Единственной достойной темой для общения является любовь. Ваша, разумеется. Все прочие темы не просто скучны, они постыдны. Обсуждать летний отдых и вообще поездки - жлобство. Говорить о семье - еще не хватало, о ней думать-то противно. О работе - что о ней говорить, сделал-забыл. О покупках - нельзя же так опускаться. О литературе - о чем там говорить, ты или читай, или пиши. О детях будете говорить в кабинете у педиатра, ну или в милиции, смотря сколько им лет. Политика вообще табу, это совсем себя не уважать.

Работа и профессия

Работают только ради денег, а кто говорит иначе, тот либо врет, либо ему больше делать нечего.

Деньги

Деньги должны быть. Если денег нет, следует присмотреться к вашему окружению - где-то рядом затаился тот, кто в этом виноват. Вы в этом не виноваты ни в каком случае, потому что вы вообще выше этого.

Куда себя деть и что с собой сделать, когда об этом нельзя, а не об этом - невозможно, только молчать и ждать конца, и пусть это пламя пожирает тебя изнутри, но я знаю способ, мне подсказали.

Надо пойти туда, к реке, где никто не увидит, и упасть на колени, и опустить лицо, распластаться ниц, как женщина над младенцем или как жрец на молитве, и выкопать ямку, и все ей рассказать, так многие делают, теперь-то я знаю. Потом там вырастет тростник, и станет дудочкой, и все все узнают, но это будет уже музыка, а совсем не про уши, господи, что мне уши...

Я прихожу туда, в эти заросли, никому, никому уже не найти это место, а я его помню, я раздвигаю стебли и ложусь ниц, и говорю с землей, и плачу ей о том, как жестоко меня обманули, как все, к чему я прикасаюсь, становится сияющим и драгоценным, но совершенно, совершенно бесполезным, ни съесть, ни печь растопить, ни ребенка завернуть - только смотреть, только смотреть...

И потом я лежу там без сил, и знаю, что завтра приду снова, и золотой тростник поет над моей головой.

Так сложилось, что я никогда не публикую событийную сторону жизни, а публикую только вторую и третью производную, из которой ни черта не понятно, кроме того, что автор не в своем уме. Сейчас будет большой дыбр, просто потому, что если я это не проговорю, у меня разорвется сердце, а говорить вслух я перестала месяцев шесть назад. Вторая производная воспоследует следующим постом.

С самого утра я знала, что увижу его сегодня, полтора месяца мы не виделись после того, как в очередной раз расстались навсегда, и я держалась храбро, позвонила всего один раз и даже почти не заплакала, а сама все ждала, что увижу эту машину с номером шесть минут до будильника, и намечтала себе, как эта машина стоит у развилки, там, где расходятся наши дороги – он к себе, я к себе, и как я ее вижу, затормаживаю и подхожу. Невозможно, невозможно совпасть на этом шоссе, и я ездила куда только могла придумать, и вот повезла детей обедать, ни его, ни меня не могло там быть в это время, но мы отъехали от ресторана, и эта машина стояла на обочине, шесть минут до будильника. И я затормозила и подошла, и увидела его лицо, самое прекрасное лицо не земле, и забыла, как всегда, что вообще-то все плохо, я всегда об этом забываю и помню только, что это он, а он сказал – я знал, что сегодня тебя увижу. И я была веселая и сказала – приходи вечером к амбару, ха-ха, повернулась, и пошла, и поехала, а он поехал следом до той развилки, где ему к себе, а мне – к себе, так долго он ехал следом, минут шесть, наверно. И там я ему помахала, все уже сказано, а он остановился. Остановился ровно на том месте, о котором я думала, и я затормозила и подошла. Я приеду к бензоколонке, сказала я, позвони.

И я привезла детей, и стала ждать звонка, и мой папа сказал – какая ты красивая. Мне очень хотелось позвонить самой и уточнить хотя бы время, я ненавижу импровизации, и не потому, что я такая зануда, а потому, что отчаянно боюсь разминуться. И он ведь не позвонит, думала я, он не сможет, он просто приедет и будет ждать, и все равно не позвонит. Или не приедет.И я себя победила, я сказала себе – я поеду туда и встану и буду ждать, раз в жизни надо сделать так. И настал момент, когда я сказала себе – сейчас, и поехала, и вечернее солнышко слепило глаза, когда я выворачивала со своей развилки, там, где дороги сходятся, и только вывернув, увидела прямо за собой его машину, шесть минут до подъема, мы приехали одновременно.

Сколько раз уже так было.

Может быть, моя ошибка в том, что я придаю слишком много значения таким вещам. Но ведь это действительно очень важные вещи, может быть, самые важные.

Моя черепашка несчастна, ей одиноко, она проводит дни, уткнувшись в угол или копает, исступленно и неутомимо, от этого звука можно сойти с ума, куда-то она хочет – туда, где жизнь, наверно. У соседей тоже есть черепашка, и тоже несчастна и ходит одна по кругу. Я беру свою черепашку за панцирь и приношу в вольер к соседской, и опускаю напротив той. Та черепашка против. Она шипит и уползает. Я беру ее за панцирь и разворачиваю лицом к своей, познакомьтесь, ребята, вдвоем вам будет лучше. Теперь пугается моя и тоже уползает, тогда я беру в каждую руку по черепашке и ставлю их лицом друг к другу.


Сколько у тебя времени, спрашивает он, и я набираю номер и говорю, что приеду завтра, и поворачиваюсь – все слова сказаны. Можно не спешить, первый раз за все время можно не спешить. И четыре часа мы сидим в машине и говорим о любви, и никуда не надо ехать, наконец-то можно спокойно поговорить. Мы и раньше иногда говорили, но я не очень слушала, мне было некогда, я тратила это время на то, чтобы быть с ним. Даже когда он говорил ужасные, жестокие, смертельные слова – я не слушала, я думала – потом. Я запомнила, я потом это осмыслю, а сейчас я буду просто смотреть на его лицо, самое прекрасное лицо на земле, потом ведь не дадут. А если для того, чтобы видеть это лицо, надо вот это вот слушать – ничего, пусть звучит. Я привыкла.


Они уезжают, и бросают этот дом, и вещи уже на подводе, и окна заколочены. И собаку покормили в последний раз, и расстегнули ошейник, а цепь забрали с собой – пригодится. Ее хлопают по шее, говорят – иди, а она не идет, бежит следом и садится рядом. Тогда ее пинают – несильно, ее ведь любят, просто так надо, ну чтобы она поняла. Она удивляется, отходит на шаг и садится. И смотрит. И хозяин, уже сидя на телеге, метит в нее кнутом – надо, жалко, но надо отвадить, не брать же с собой. Собака удивляется еще больше, отбегает на два метра и садится поперек дороги и смотрит. Она думает, с ней играют. Тогда в нее начинают бросать камни. Она отбегает в изумлении и возвращается. Вечереет, надо трогаться, не переезжать же ее. Хозяин, вздыхая, достает двустволку.

Нет, мы не поедем в город и не будем вместе этой ночью. Мне бы этого очень хотелось, говорит он. За ночь с тобой я, не задумываясь, отдала бы год жизни, думаю я. Вообще у меня ощущение. Что меня сбили с ног оплеухой, а потом долго пинают ботинком по ребрам. И одновременно острое, Читать далее...

На самом деле давно пора перестать писать об этой истории, и, пожалуй, я так и поступлю. Вид человека, который методично бьется лбом об стену, не преследуя при этом, заметьте, никакой конкретной цели, никому не доставит радости. Не думаю также, что это зрелище имеет какую-то культурную или даже дидактическую ценность, даже если от раза к разу увеличивается дистанция разбега и слегка изменяется угол наклона головы.

Так что все дальнейшие подергивания я намерена оставить при себе.

Не факт, что удастся удержаться от бесконечных попыток переосмыслить происшедшее. По внешнему виду они могут варьировать от афоризма до полноформатного рассказа. Например:

Он ждал ее всю жизнь и, уже отчаявшись мечтать, встретил и не мог оторваться, и надсадил себе сердце в борьбе между чувством и долгом, и нашел в себе мужество, и сохранил в душе навеки, как лучшее, что было в его жизни.

А она хотела, чтобы он все бросил, терзаний его так и не поняла и бесилась от обиды, что она с ним по-хорошему, а он все не делает и не делает того, чего она хочет.

И потом, много лет спустя, она злилась и недоумевала, как это она, такая умная, дала так элементарно себя развести.

Или:

Она ждала его всю жизнь и уже отчаялась мечтать, и, встретив, не могла оторваться, и была с ним нежна и покорна, и ни в чем его не винила, а только все думала, что он не понимает, и объясняла, объясняла...

А он в свои 40 лет впервые, зажмурившись от собственной отваги, сходил налево, ужаснулся и пресек. И потом вспоминал эту женщину как главный и единственный свой триумф и, вспоминая, улыбался.

А ей потом, много лет спустя, казалось, что они очень любили друг друга, просто жизнь так трагически сложилась.

Тут еще много можно наворотить. И все это будет правда. И все это будет неправда.

Правды-то нет никакой, я ведь уже говорила об этом.

http://www.liveinternet.ru/users/hava/post27137398/

Есть мнение, что мир материальный есть отражение мира внутреннего, причем с хорошо налаженной обратной связью. Наведи порядок в комоде - и в голове он наведется сам собой, если уж наоборот нельзя.

Всякая уборка в конечном итоге сводится к отрясанию праха с ног и к попранию святынь. Сперва над каждым предметом долго вздыхаешь, а если рядом есть кто-то, кто не успел увернуться, то ему придется выслушать связанную с этими, скажем, тапочками новеллу. Если вы нормальный человек, новелла будет состоять из фразы "А в этих тапочках я еблась с таким-то...". Если нет, вы начнете свое повествование со слов - "Лето в том году выдалось жарким...", а минут через десять собеседник ваш сорвется за пивом.

Потом, впрочем, дело пойдет веселей, и пуговицы от вашей первой в жизни шубы, тетрадь со стихами, а также десяток Барби фрагментарно, и пачка писем от какого-то Гюнтера (кто это?), и прочие приветы с того света отправятся на помойку в рабочем порядке и без всяких придыханий. Если вы что-нибудь и пощадите, то это будет совсем не та вещь, над которой вы в свое время тряслись и замирали, потому что приоритеты не стоят как поставили, а совершают относительно друг друга разные замысловатые перемещения.

Прежде чем удалить, я перечитывала каждую СМСку, я разматывала назад это время и отрезала от него по кусочку, и эти кусочки переставали быть. И угрюмые "Все нормально", и мирные "Доброе утро", и "Я тебя люблю", да, и это тоже, и "скучаю так, что все валится из рук" - назад, назад, где-то тут было главное. Молодое и радостное "когда ты освободишься?", даже это в корзину, не то.

Я оставила самое первое сообщение. Оно было очень простое.

"Я здесь."

Вот это и было самое главное. Собственно, почему было? Есть..