Показали мне кусок российских ток-шоу, где тетенька
рассуждает о том, что РФ никак нельзя проиграть, даже
случайно, а то всем российским гражданам будет Гаага,
а ведущий отвечает ей -- да не будет, мол, никакой
Гааги, просто весь мир в труху. Отчаянные люди,
конечно. Вообще, интересная передача: "Или дайте
нам повторить (нагнуть человечка, как на картинке),
или мы поставим сапог на клавиатуру". Зареклась
задаваться этим вопросом, но интересно же: как
это воспринимают телезрители с мифом
о России-освободительнице?
Потеряла я всякое соображение и перепутала все на
свете, но зато вчера мы купили Витьке покетбук
древнейшего образца взамен давно потерянного
и сделали ему такую карточку, рав кав с фотографией,
взамен, опять же, давно потерянной. Ее в автобусе
к такому прибору прикладывают, и от этого делается
билет. Она изготавливается на центральной автобусной
остановке в маленьком помещении. Там я опять
говорила на иврите. Мы пришли, и я спросила
у кудрявой чернокожей дамы:
-- Вы говорите по-английски или по-русски?
-- Зачем? -- она пожала плечами. -- Ты говоришь
на иврите.
-- А, да, -- говорю. -- Извините. Это мой сын,
он потерял рав кав с картинкой. (Для убедительности
я показала жестом картинку.) Вы можете... вы
могли бы сделать...
Она потребовала у меня Витькин документ и стала
печатать на компьютере. В той же комнате, дальше
от входа, сидел пожилой иудей в кипе, хозяин
этой конторы. У его столика стоял такой советский
старичок, очень довольный и расслабленный. Мне
показалось немного странным, что он говорил по-русски,
а иудей в кипе отвечал ему на иврите, но в общем-то
они увлеченно беседовали, все шло хорошо. К тому
же, я решительно ничего не соображала.
Внезапно старичок подошел ко мне и сказал:
-- Девушка. Тут я говорю по-русски, а он --
на иврите. Может быть, вам помочь?
Я была тронута. Вот два человека понимают друг
друга без слов, и один из них предлагает мне помощь.
-- Спасибо большое, -- говорю с чувством, --
но мы пока справляемся. Если будут проблемы,
я обязательно вас попрошу!
Старичок почему-то расстроился. Он всплеснул
руками и вернулся на свое место рядом с пожилым
иудеем. Думаю -- как неудобно, он так хотел мне
помочь, а я отказалась.
-- Иди, переведи ему, -- посоветовала мне кудрявая
дама. -- Ему что-то нужно, а мы не можем понять.
Я побежала переводить, в ужасе от своей толстокожести.
-- Что вам нужно? -- спрашиваю старичка.
-- Проездной, -- он говорит. -- А он мне не дает.
-- Вот такой? -- спрашиваю по-русски, и лезу в кошелек,
чтобы найти свой.
Пожилой иудей понимает меня без слов, открывает ящик,
показывает старичку целую колоду карточек типа рав кав.
-- Такой, как эти? -- спрашивает на иврите.
-- Да! -- радуется старичок. -- На декабрь. Децембер.
(Проездных на месяц, естественно, не бывает.) Я рассказываю
ему, что это здесь так не делается, а можно завести
карточку, на которую иногда класть деньги. И, наверное,
у него будет льготная карточка, раз он пенсионер.
-- Вы хотите такую? -- спрашиваю.
-- Конечно, -- он говорит. -- Я пенсионер. Как раз
такая мне и нужна.
-- Он хочет такую, -- говорю иудею. Иудей тогда говорит:
-- Нужен документ. У него есть документ?
Перевожу. Старичок достает из карманов рулоны бумажных
денег, потом где-то находит международный паспорт.
-- Паспорт годится?
Иудей говорит по-русски:
-- Давай.
Смотрит в документ и объясняет на иврите, что старичок
(он 1939 года рождения) не должен вообще платить за проезд:
будет просто прикладывать карточку. Но компьютер говорит,
что она у него уже есть.
-- У вас, -- спрашиваю, -- была когда-нибудь такая
карточка?
Пенсионер машет рукой:
-- Была когда-то. Давно, давно...
Я объясняю, что карточку нужно сделать опять, и иудей
говорит, что нужно десять шекелей. Это я перевожу
старичку, но старичок не слышит. Я нахожу в своем
кошельке десять шекелей и протягиваю иудею. Он
не берет.
-- Пусть он сам платит. У него есть деньги.
Я в отчаянии делаю еще одну попытку:
-- Вы знаете, нужно ЗАПЛАТИТЬ ДЕСЯТЬ ШЕКЕЛЕЙ!
-- А! Ха. Да я ему двадцать дам! -- говорит
пенсионер.
Вижу, что они рассчитываются, тут меня зовет дама
для дальнейших процедур, и я отхожу от их столика.
Через какое-то время старичок опять приходит за мной.
-- Все, -- говорит иудей на мой вопрос, -- я ему
все сделал.
Читать далее...