Утро. Полеты фантазий оборванны звоном часов,
На их циферблате пора идти за реальность,
За хрупкую бытность, астральную актуальность,
И что-то еще к чему я пока не готов.
За гранью порога холодное жерло портала,
Он вынесет в свет через ребра ступенчатых тропок,
Он вниз унесет, я иду, потому что так надо,
Шаги звоном бьются о своды и путь этот хрупок и топок.
Врата распахнулись, что б выстрелить телом в мир снега,
Прохладного льда и шагов, обретающих силу,
Ни солнца на небе, ему я тоже не нужен,
Ни неба, ему весь этот мир опротивел.
Скользить в направлении влево: пункта приема
Тел, вдавленных в корпус несущейся с ревом машины,
В кисель, обтекающий сонной, запутанной тиной,
Людского безличия, траурного водоема.
Окно, кокон влаги внемлющий созерцанью,
С намеком на свет и наброском эскиза свободы,
Смотрю в этот кокон коробок, тропинок, народа,
Спешащего черными стайками с опозданьем.
Куда я? Зачем мне? Не знаю и не оправдаться,
Внутри все растет цвет простуженного беспокойства,
Мир, созданный только за тем, что б с миром расстаться,
Мир, созданный только за тем, что б с миром бороться.

Отточив судьбы стальную монету,
Раскидаем остатки пыльцы с ладоней по ветру
Как сладок полет блестящий капель
Вне тела… я отдаю их блеск твоим глазам.
Прими их от чистого сердца.

Положи мне ладони на грудь.
Пусть под ними живое тепло,
Раскалит огонь моих дум,
Пылких, словно весенний пожар.
Я растаю под этим теплом,
В этом пламени весь растворюсь,
Не оставив ни кали себя,
Принимая божественный дар.
И втекая сквозь пальцы в тебя,
Наполняя свечением тем,
Украду, среди этих зеркал,
Отраженное миром тепло,
Положи мне ладони на грудь,
И ненужно теперь ни чего,
Только рядышком посиди,
И секунду моею побудь.

Кто-то отстал.. шаги позади перестали трясти,
Думаешь это конец, но света нет,
Ответом ночному небу твой взгляд, и впереди силуэт твоей тени.
Поздно… спать.. видеть сон.. поздно,
Поздно ждать… видеть сон.. спать.
Спать.
Но манит куда-то опять.
И ты уйдешь что б вернуться.

Я утону, все в этом мире тонет,
Кораблик из брезентовой фольги
Как прежде, в мое плаванье уходит,
С нелепым предвкушеньем впереди.
И даже дно, осевшее песками
На чьи-то лица – траурный оскал,
Я утону, быть может перед вами,
И я умру, как часто умирал.
Студеных будней призрачное что-то
Напоминает траурный кисель,
И мой кораблик, разломив кормою
Мечты, засел на врубленную мель.
Столкнуть его едва хватает силы,
И путь опять лежит в твою ладонь,
Где я усну, довольный и счастливый,
И досмотрю свой смыслом вскрытый сон.

Я зарево смерти, ты зарево воли,
Я рядом с тобой, а ты рядом со мною,
И нам друг от друга не оторваться,
И не насмотреться и не налетаться.
И возле парим, надрывая предплечья,
В нас ветер зловещий суставы калечит,
Он нас наполняет, вздымая над тьмою,
Тебя для меня и меня за тобою.

Не сбываются отражения,
Своим лоском сражая бессмертное,
И не вериться в недоверие,
Только люди вокруг как поблеклые.
В них заложено столько хмурого,
Столько мокрого и осеннего,
Я смотрю на все это сквозь марево,
Жду прощения или спасения.
Не дождаться от них слова юного,
В них нет даже простого свечения,
Трудно жить, позабыв позитивное
Ощущая себя как старение.
Раскромсав по кусочкам во времени
Шелк души, не обугленной думами
Про закат, что лучами израненный,
Был разбит о их лица чугунные.

Мы рисуем картины из снега и пепла,
На руках оседают кусочками сажи
На немые вопросы, простые ответы,
Вслух, все то, что друг другу, мы просто не скажем.
И вокруг не души, пустошь давит сознанье,
Наши тени телами припали к подошвам,
Мы на будущем пальцами рисовали,
Свои свежие мысли о нас и о прошлом.
И сложились линейно пространственных сливов
Разноцветные пятна, в градации серых.
Наших лиц отголоски, как отсветы свыше,
Пеплом черного сна, снегом белого мела.

Я не забуду тления в кончиках пальцев
Этот пожар порождением знойной души
Меня отправил в полет, где больше нет фальши,
Где цель одна, и зовет среди тишины.
И прорываясь сквозь вязь листвы обреченной
Стонать, под натиском бури, что спит в глубине,
Я буду ждать, когда снова почувствую трепет
Той, что останется рядом, прижмется ко мне.
Той, что разделит мой грех на две равные доли,
И закрывая глаза, посмотрит на то,
Что я рисую словами и криками боли,
Так безнадежно, отчаянно слишком давно.

Склонись ко мне мой сон,
Я тихо заплетаю
В погоду струн дождя
Твой нежный голосок,
Слезы твоей росток,
В нем незаметно таю,
Склонись ко мне мой сон
Я ныне одинок.
Мне из нехватки дум
Осталось трель надежды,
Что тянется во тьму,
Уносит за собой.
Склонись ко мне мой сон,
И будет все как прежде,
Без очерков и тем
Я так тебя люблю.

Настанет день,
И мир окраситься в зеленые цвета,
И нас не хватит что бы успокоить крик души,
И мы сольем свои горячие тела
И некому нас будет потушить.
А что нам скажет синий небосвод,
Когда наполнит миром наш покой,
Куда он вместе с солнцем унесет
На крыльях теплых света нас с тобой.

Я уже позабыл,
И уже не болят мои раны,
Только где-то внутри,
Остается со мной навсегда,
Глубина твоих взглядов,
Как будто телеэкрана
Смотришь из пустоты,
Провожая по жизни меня.
Позабудутся дни
Поцелуев запястий и лезвий,
Кровотоков пустых
В пену ванной, под струи воды,
Все пройдет,
Но останутся искрами мысли
В каждой будут желания,
Мир, и, конечно же ты.

Я уже не живу.
Я планирую в небе
От тебя, до тебя
От «привет», до «пока».
Мне не нужен весь мир.
Мне не нужно вселенной.
Если в этой вселенной
Нет рядом тебя.
Мы свиваем сознанием
Мир вешних буден,
Преломив его чутким
Касанием рук,
Может это пройдет ,
И больше не будет
И тогда я умру
От разлуки и мук.
Карамель сладких снов
Опьяняет и манит,
В них опять рядом ты,
В них опять мир для нас,
Только утро как смерть
В мир иллюзий приходит,
Разрывая мне душу
В намеченный час.

Я чувствую времени нити
Связавшие по рукам,
Мне кажется это
За то, что я молод,
И глуп, не по годам.
И словно не оторваться,
Земля прижимает к себе,
Но не перестану я в небо рваться,
Хотя и прикован к земле.

И кто-то кричит не нужно,
Судьбою все решено,
И все кто остались, дружно,
Сидят и смотрят в окно,
Как там расцветают рассветы,
Как там умирает земля,
Но я не могу смотреть на все это,
Мне нужно понять где я.

Ты лежишь обнаженная в облаке,
Я тебя обнимаю коленями,
В твоих темных глазах, словно в омуте
Тают все мои преступления
Я не в силах сдержать отражения
В каплях, легких дождливых касаниях
Моя фея мы стали вне времени
Мы теряем крупицы сознания.



Мне безумием видится рядом все,
Я тону обреченный в своем плену,
И мне хочется быть с тобой ласковой
Я в тебе как в дурмане утону.
Я пусть мимо несутся столетия,
Пусть взрываясь, рождается новый день,
Он всегда был не более клети мне.
Для него я был словно пустая тень.
Ты наполнила мир мой сознанием,
Ты вдохнула глоток жизни в пустоту,
И с тобой я душою израненный
Новой боли волну переживу.

Остуди в моем взгляде
Свои горькие слезы,
И я буду так рядом
Целовать твои веки,
И я буду смотреть
На твое отраженье.
Взглядом полным любви,
Не умершей, как прежде.
Грусть пройдет словно тайна
Облитая ядом,
Пусть она раствориться
В касании тела,
И все будет для нас,
И все будет как надо,
Что бы быть в этой жизни
Сильной и смелой.

Погружение, света не,
И в ответ только шум воды
Этот странный немой ответ
Из божественной темноты
Отпускаю на взлет ладонь
И она между гладких тел
Возвышается надо мной
Завершает что не успел…
…покой
…под водой…

Я купаюсь в тебе словно в солнечном свете,
У твоих белых ног разлеглась океаном
Облаченная в зарево, крови рассвета,
Уходящая в небо тропинка из стали.
И по ней к нам плывут придорожные мысли,
О прочитанных днях,
Их листах, переплетах,
Мы не зримыми путниками повисли
Между пыльных страниц,
Словно жаждем чего-то.
Я прочту по глазам твоим очерки лета,
И качнусь обдувая тебя ветром страсти,
Ты прозрачным как саван признаньем одета,
Я сниму этот плен, он приносит несчастье…

Летим, ты во мне, я в тебе.
Летим и кричим на лету,
Ты тянешь руки ко мне,
Тебя я за руки беру,
Внутри неземной звездопад,
Пронизанный сетью огней,
Я чувствовать полымя рад
Я знаю, что скоро сгорю.
И будет мой огненный шар
Светить тебе ночью во тьме,
И греть тебя зимней порой
Легко прижимая к себе,
И даже когда будет дождь
Шипеть на поверхности дня,
Ты будешь чувствовать свет,
И знать, что ты не одна.

Перламутровый след на груди.
Я втыкаюсь всем телом в ущелье,
Между двух безконечных колонн
Обозначенных блеском луны,
Я сгораю от жара внутри,
Что течет из меня постепенно,
Что навеки уйдет в этот плен
Раствориться безумством внутри.
И уже не легко видеть плен,
И уже не спроста эти мысли,
Человеческого во мне
Меньше света в призраке дня.
Я умру, уходя на покой,
Ранним утром не пробудившись,
Но во сне буду счастлив мечтой,
Потому что увижу тебя.