Небеса убо достойно да веселятся, земля; же да радуется, да празднует же мир, видимый же весь и невидимый: Христос бо воста, веселие вечное. 

Перевод: Небеса достойно да веселятся, земля же да радуется, да празднует и весь мир, как видимый, так и невидимый: ибо Христос восстал, веселье вечное.

Ныне вся исполнишася света, небо же и земля, и преисподняя: да празднует убо вся тварь востание Христово, в немже утверждается. 

Перевод: Ныне все исполнилось света, и небо, и земля и преисподняя: пусть же празднует все творение восстание Христа, на котором утверждается.

Приидите людие воспоим, и поклонимся Христу, славяще Его из мертвых Воскресение: яко Той есть Бог наш, от лести вражия мир избавлей.

Перевод: Придите, люди, воспоем и поклонимся Христу, прославляя воскресение Его из мертвых, ибо Он – Бог наш, от обольщения врага искупивший мир.

Страстию Твоею Христе, от страстей свободихомся, и Воскресением Твоим из истления избавихомся: Господи, слава Тебе.

Перевод: Страданием Твоим, Христе, от страстей мы освободились и воскресением Твоим от гибели избавились. Господи, слава Тебе!

Хвалите Господа с небес
И славьте, человеки!
Воскрес Христос! Христос Воскрес!
И смерть попрал навеки!

"Благовещенье"

Ты была единая от нас,
Днем Твоей мечтой владела пряжа,
Но к Тебе, святой, в вечерний час
Приступила ангельская стража.

О царица всех мирских цариц,
Дева, предреченная пророком.
Гавриил, войдя, склонился ниц
Пред Тобой в смирении глубоком.

Внемля непостижное уму,
Ты покорно опустила очи.
Буди Мне по слову твоему,
Свят! Свят! Свят! Твой голос, о пророче.
 
(c) Валерий Брюсов

"Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его.
Будучи злословим, Он не злословил взаимно;
страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному.
Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо,
дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды:
ранами Его вы исцелились." (1Петра 2:22-24)

Гавриил Архангел, к Тебе, Всенепорочная, явленно приидет и возопиет Тебе: радуйся, клятвы разрешение, падших востание. Радуйся, едина избранная Богу бывшая. Радуйся, колеснице солнца славы. Приими Безплотнаго, во утробе Твоей вселитися хотящаго.

Перевод: Гавриил Архангел к Тебе, Всенепорочная, явно придет и воззовет Тебе: "Радуйся, от проклятия избавление, падших исправление! Радуйся, ставшая единственной Божией избранницей! Радуйся, Солнца облако одушевленное! Принимай Бесплотного, во чреве Твоем поселиться возжелавшего!"

Невместимаго Бога во чреве вместившая, и Радость миру родившая, Тя поем, Богородице Дево!



Ужасошася всяческая о Божественней славе Твоей: Ты бо, Неискусобрачная Дево, имела еси во утробе над всеми Бога и родила еси безлетнаго Сына, всем воспевающим Тя мир подавающая.

Перевод: Изумился весь мир о божественной славе Твоей: ибо Ты, брака не познавшая Дева, носила во чреве Твоем Всевышнего Бога и родила вечного Сына, всем воспевающим Тебя спасение подающего.

Ужасеся о сем Небо, и земли удивишася концы, яко Бог явися человеком плотски и чрево Твое бысть пространнейшее Небес, тем Тя, Богородицу, Ангелов и человек чиноначалия величают.
 
Перевод: Изумилось тому небо, и ужаснулись пределы земли, что явился людям Бог во плоти, и чрево Твое стало пространнее небес. Потому Тебя, Богородица, сонмы Ангельские и человеческие величают.

О страшном Твоем рождестве и странном, Сыне Мой, паче всех матерей возвеличена бых Аз, но увы Мне, ныне Тя видящи на древе, распалаюся утробою.

Перевод: В повергающем в трепет и необычайном рождестве Твоем, Сын Мой, более всех матерей Я возвеличилась. Но, увы Мне! Ныне видя Тебя на Древе, разгораюсь внутренне.

Хощу утробу Мою на руку, имаже яко Младенца держах, с древа прияти, вещаше Чистая, но никтоже, увы Мне, Сего даде.

Перевод: "Стремлюсь Сердце Мое с Древа принять на руки, которыми Младенцем Его держала. Но, увы Мне", – вещала Чистая, – "никто Мне Его не дает".



Где, Сыне Мой и Боже, благовещение древнее, еже Ми Гавриил глаголаше; Царя Тя, Сына и Бога Вышняго нарицаше: ныне же вижу Тя, Свете Мой сладкий, нага и уязвлена мертвеца.

Перевод: Где, Сын Мой и Боже, благовестие давнее, которое возвещал Мне Гавриил? Царем и Сыном Бога Всевышнего он нарекал Тебя; ныне же вижу Тебя, Свет Мой сладкий, нагим и покрытым ранами мертвецом.

Ни от гроба Твоего востану, Чадо Мое, ни слезы точащи престану Раба Твоя, дондеже и Аз сниду во ад: не могу бо терпети разлучения Твоего, Сыне Мой.

Перевод: "Ни от гроба Твоего не отойду, Чадо Мое, ни прекращу проливать слезы, Раба Твоя, доколе и Я не сойду во ад: ибо не могу терпеть разлуки с Тобою, Сын Мой!"

РАСПЯТИЕ

"Не рыдай Мене, Мати,
во гробе зрящи".

1
Хор ангелов великий час восславил,
И небеса расплавились в огне.
Отцу сказал: "Почто Меня оставил?"
А Матери: "О, не рыдай Мене..."

2
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.

Анна Ахматова

На Кресте Тя яко узре пригвождена Господи, Агница и Мати Твоя дивляшеся. И что видение, глаголаше, Сыне возжеленне? Сия Ти неверный собор воздает беззаконный, многих Твоих чудес насладивыйся, но слава неизреченному схождению Твоему Владыко.
 
Перевод: Когда на Кресте Тебя узрела пригвожденным, Господи, Агница и Матерь Твоя, Она изумлялась и взывала: "Что это за зрелище, Сын Мой вожделеннейший? Так воздал Тебе неверный беззаконный народ, многими Твоими чудесами насладившийся. Но слава неизреченному снисхождению Твоему, Владыка!"

Тварь содрогашеся распинаема Тя видящи, горы и камения страхом распадахуся, и земля сотрясашеся, и ад обнажашеся, и соомрачашеся свет во дни, зря Тебе Иисусе пригвождена ко Кресту.
 
Перевод: Творение страдало, распинаемым Тебя видя: горы и камни от ужаса распадались, и земля сотрясалась, и ад богатства лишался, и помрачался свет дневной, взирая на Тебя, Иисусе, пригвожденного [плотию] (ко Кресту).

Грешница, услышав, что Спаситель в доме Симона, пришла туда с алавастром мира и, ставши при ногах Господа сзади, начала плакать и умыла слезами своими ноги Его, потом отерла их своими волосами, облобызала и помазала миром (Лк. 7, 36-39). Она ничего не говорит, а только действует и своими действиями показывает самую нежную любовь к Господу. За то и сказано было о ней: "прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много" (Лк. 7, 47). О, когда бы и нам меньше говорить, а больше действовать, и действиями своими свидетельствовать любовь ко Господу! Скажешь: "Когда бы Он Сам тут был, так сейчас бы готов все сделать для Него". Да Он и есть тут, невидимо Своим лицом, а видимо во всех христианах, а наиболее в нуждающихся. Невидимого Господа намащай любительною сердечно - умною молитвою, а для видимого - делай все возможное для нуждающихся, и будешь делать для Бога.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года.

Что зримое видение, еже моими очесы зрится, о Владыко? Содержай всю тварь, на Древо вознесен еси, и умерщвлен всем даруяй живот: Богородица плачущи глаголаше, егда зряше на Кресте Всечистая, из Нея неизреченно возсиявшаго Бога и Человека.

Перевод: "Что перед нами за зрелище, которое мои очи видят, о Владыка? Все творение Держащий, Ты на Древо вознесен, и умерщвлен всем Дарующий жизнь!" - Богородица Всечистая с плачем возглашала, когда созерцала на Кресте из Нее неизреченно воссиявшего Бога и Человека.

Тернием венчався, и во одежду от порфиры оболкся, явился еси краснейший Христе, добротою паче всех сынов человеческих, славою облиставая.
 
Перевод: Тернием увенчанный и в одежду из порфиры облеченный, явился Ты прекраснейшим, Христе, красотою высшим всех сынов человеческих, славою блистающим.

Ты на месте лобнем плотию распятися изволил еси, едине Безсмертне, человеческий род обезсмертствуя, и возображая Господи.
 
Перевод: Ты на Лобном месте быть распятым плотию благоволил, единый Бессмертный, род человеческий оделяя бессмертием и преображая, Господи.

Мне приснилось, что я называю Тебя Равви',
Галилейское море смешалось с вечерним небом,
И 12 апостолов ждут преломления хлеба.
Что Иуда еще неповинен в Твоей крови'.

Но бесценное миро уже охлаждает лоб,
Мы идем по горячей пустыне с Тобой, оттуда,
Где в игольное ушко ведет караван верблюдов,
Тот, кто дал для Тебя плащаницу и новый гроб.

Мне приснилось, Учитель, в ночной Гефсиманский сад,
Вместе с куклой явилась воскресшая дочь Иаира,
Тишина. И пока еще дышит Спаситель мира,
И еще неумытыми руки хранит Пилат.

(c) Артур Ктеянц

"Он же сказал в ответ: опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня; впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться."

Евангелие от Матфея 26: 23,24

Дева и Мати Твоя Христе, на древе зрящи Тя мертва простерта, плачущи горько, Сыне Мой, глаголаше, что страшное сие таинство, всем даруяй живот вечный, волею на Кресте како умираеши, смертию поносною?
 
Перевод: Дева и Матерь Твоя, Христе, на Древе Тебя видя простертым, мертвым, с плачем горьким восклицала: "Сын Мой, что это за страшное таинство: всем дарующий жизнь вечную, как Ты на Кресте добровольно умираешь смертию позорною?"

Судяй всей земли, судищу предстал еси, заушен был еси, и поруган, на Кресте повешен был еси, от тли мя пременяя древняго греха во вся веки.
 
Перевод: Судия всей земли, Ты предстал судилищу, претерпел удары по лицу, насмешки, был повешен на Кресте, от погибели меня освобождая - от греха древнего - на все века.

Когда какой-нибудь человек позовёт тебя в дом и захочет угостить тебя стаканчиком вина или ракии, ты потом будешь всю жизнь ему благодарен. Так не должно ли тебе почитать Бога и чувствовать себя в долгу перед Тем, Кто дал тебе столько благ и взошёл на Крест ради любви к тебе?

Святой Косма Этолийский

Видя разбойник Начальника Жизни на Кресте висяща, глаголаше: аще не бы Бог был воплощся, Иже с нами распныйся, не бы солнце лучи своя потаило, ниже бы земля трепещущи тряслася. Но вся терпяй, помяни мя, Господи, во Царствии Твоем.
 
Перевод: Видя Начальника жизни на Кресте повешенным, разбойник говорил: "Если бы Распятый с нами не был Богом воплощенным, солнце не сокрыло бы лучей своих и земля бы в трепете не сотрясалась. Но, все терпящий Господи, помяни меня во Царствии Твоём!"

Нас ради Распятаго приидите вси воспоим, Того бо виде Мария на древе, и глаголаше: аще и распятие терпиши, Ты еси Сын и Бог Мой.
 
Перевод: Придите все, Распятого за нас воспоем. Ибо Мария увидела Его на Древе и восклицала: "Хотя Ты и распятие претерпеваешь, Ты – Сын и Бог мой".

Господь так много нас любит, что мы постигнуть этого не можем. Мы видим крест, знаем, что Он распялся за нас и умер в страданиях, но все равно душа сама понять эту любовь не может, а познается она только Духом Святым.

Преподобный Силуан Афонский

Страсти Твоея досаду, тварь зрящи вся пременяшеся, Господи, иудейскаго рыдающи убийства, но претерпел еси спасти всяческая.
 
Перевод: Видя глумление над Тобой во время Твоих страданий, все творение изменялось, Господи, рыдая о совершенном Иудеями убийстве; но Ты их претерпел, чтобы спасти все.

Агнца, и Пастыря, и Спаса мiра, на кресте зрящи Рождшая Тя, глаголаше слезящи: мiр убо радуется, приемля избавление, утроба же Моя горит, зрящи Твое распятие, еже за всех терпиши, Сыне и Боже мой.
 
Перевод: Агнца и Пастыря и Спасителя мира созерцая на Кресте, Родившая Его говорила со слезами: "Радуется мир, принимая искупление, но внутренность моя горит, когда вижу Твоё распятие, которое за всех Ты переносишь, Сын и Боже мой!"

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Мы вступаем сегодня в страстные дни Господни, во время, когда сгустилась тьма и когда поднимается заря нового света, постижимая только тем, кто вместе со Христом вступает в эту тьму. Это - тьма и полумрак, сумерки, где перемешались правда и неправда, где перемешалось все, что только может быть перемешано: Вход Господень в Иерусалим, такой торжественный, исполненный такой славы, одновременно весь построен на страшном недоразумении. Жители иерусалимские встречают Спасителя Христа с торжеством и ликованием, потому что ожидают, что Он освободит Свой народ от политического гнета; и когда окажется, что Спаситель пришел освободить людей и весь мир от греха и неправды, от отсутствия любви, от ненависти, тогда от Него отвернутся с горечью, разочарованностью, и те, кто так торжественно Его встречали, обратятся во врагов. И в течение всей недели, все время тьма, сумрак чередуются с проблесками света…



И мы должны вступить в этот сумрак. Мы должны не только со Христом, но вместе со всеми теми, кто тогда Его окружал, войти в эти дни и найти свое подлинное место в этом сумраке... Шаг за шагом мы можем следить за тем, что совершается со Спасителем Христом; но одновременно мы должны себе ставить вопрос: где мы стоим, где стою я, лично? Что общего с Пречистой Девой Богородицей, Которая видит, как Ее Сын идет на погибель, как сгущается вокруг Него ненависть, как кольцо окружает Его; как страх и трусость, ненависть и ложь готовят Ему смерть? И как нам не понять, что может переживать Божия Матерь перед лицом предательства Иуды, отречения Петра, бегства учеников, лжесвидетельства на Сына Ее, суда неправедного, осмеяния, избиения - и, наконец, крестной смерти Спасителя Христа? Как мы на все это отзываемся? Когда мы услышали об этом в святом Евангелии, когда мы слышали весть об этом в церковной молитве и песне - с чем выходим мы из храма? Большей частью идем забыться, отдохнуть душой, отдохнуть телом, готовясь к следующей службе или уходя вовсе в мирскую жизнь.

А Страстная седмица длится изо дня в день, из часа в час, из мгновения в мгновение - нет ей перерыва, она, как река, течет, жгучим огнем попаляя все; одно сгорит, и ничего от него не останется, кроме пепла и позорного воспоминания, а другое устоит, как золото и серебро… Где мы будем тогда? Как переживем эти дни? С чем выйдем мы каждый раз из храма и с чем встретим светлое Христово Воскресение? Оно - провозвестник нашей встречи в конце времен, нашей встречи после нашей смерти со Христом, Который нас возлюбил до креста и Который нам поставил вопрос: А ты - отозвался ли на все, что тебе было дано знать о Божественной любви, воплощенной, распятой, воскресшей? Поставим себе вопрос о том, на кого из апостолов мы можем быть похожи? На Фому ли, который говорил своим соапостолам: «Пойдем с Ним и умрем с Ним, если нужно»?.. На Петра, который по страху отрекся от Него трижды? На Иуду, который Его предал? Где мы находимся в этой людской толпе? Кто мы? Поставим себе этот вопрос каждый раз, когда мы выйдем с богослужения, каждый раз, когда мы будем на него приходить; и тогда, может быть, что-нибудь проснется в нашей душе, что-нибудь дрогнет. Может быть, тогда эта Страстная седмица окажется и для нас, как в прошлом для стольких она оказывалась началом: началом нового понимания, новых переживаний и новой жизни. Аминь.

Митрополит Антоний Сурожский

Праздники бывают разные. Сейчас мы встречаем праздник Входа Господня в Иерусалим; это один из самых трагических праздников церковного года. Казалось бы – все в нем торжество: Христос вступает в Святой Град; встречают Его ликующие толпы народа, готовые из Него сделать своего политического вождя, ожидающие от Него победы над врагом; разве здесь есть что-то трагическое?

Увы, есть! Потому что все это торжество, все это ликование, все эти надежды построены на недоразумении, на непонимании, и та же самая толпа, которая сегодня кричит: “Осанна Сыну Давидову!”, то есть, “Красуйся, Сын Давидов, Царь Израилев”, в несколько дней повернется к Нему враждебным, ненавидящим лицом и будет требовать Его распятия.



Что же случилось? Народ Израилев от Него ожидал, что, вступая в Иерусалим, Он возьмет в Свои руки власть земную; что Он станет ожидаемым Мессией, Который освободит Израильский народ от врагов, что кончена будет оккупация, что побеждены будут противники, отомщено будем всем.

А вместо этого Христос вступает в Священный Град тихо, восходя к Своей смерти... Народные вожди, которые надеялись на Него, поворачивают весь народ против Него; Он их во всем разочаровал: Он – не ожидаемый, Он не тот, на которого надеялись. И Христос идет к смерти...

Но что же остается одним, и что завещает нам Христос Своей смертью?

В течение именно этих дней, говоря народу о том, какова будет их судьба, когда они пройдут мимо Него, не узнав Его, не последовав за Ним, Спаситель Христос говорит: Се, оставляется дом ваш пуст; отныне пуст ваш храм; пуст ваш народный дом; опустела душа; опустели надежды; все превратилось в пустыню...

Потому что единственное, что может превратить человеческую пустыню в цветущий сад, единственное, что может дать жизнь тому, что иначе – пепел, единственное, что может сделать человеческое общество полноценным, единственное, что может помочь человеческой жизни стремиться полноводной рекой к своей цели, – это присутствие Живого Бога, дающего вечное содержание всему временному: Того Бога, Который настолько велик, что перед Ним нет ни великого, ни малого, а в каком-то смысле все так значительно – как перед любовью: самые мелкие, незаметные слова так дороги и значительны, а большие события иногда так ничтожны в таинстве любви.

Оставляется вам дом ваш пуст... Народ искал земной свободы, земной победы, земной власти; его вожди хотели именно властвовать и побеждать. И что осталось от этого поколения? Что осталось от Римской империи? Что вообще осталось от всех тех, которые имели в руках власть и думали, что никогда она не отнимется у них? – Ничто. Порой – могилы; чаще – чистое поле...

А Христос? Христос никакой силы, никакой власти не проявил. Перед лицом непонимающих Его Он так непонятен: Он все мог, Он мог эту толпу, которая Его так восторженно встречала, собрать воедино, из нее сделать силу, получить политическую власть. Он от этого отказался. Он остался бессильным, беспомощным, уязвимым, кончил, как будто побежденным, на кресте, после позорной смерти, среди насмешек тех, могилы которых теперь не сыскать, кости которых, пепел которых давно рассеяны ветром пустыни...



А нам завещал Христос жизнь; Он нас научил тому, что, кроме любви, кроме готовности в своем ближнем видеть самое драгоценное, что есть на земле, – нет ничего. Он нас научил тому, что человеческое достоинство так велико, что Бог может стать Человеком, не унизив Себя. Он нас научил тому, что нет ничтожных людей, тому, что страдание не может разбить человека, если только он умеет любить. Христос научил нас тому, что в ответ на опустошенность жизни можно ответить, отозвавшись только мольбой к Богу: Приди, Господи, и приди скоро!..

Только Бог может Собой заполнить те глубины человеческие, которые зияют пустотой и которых ничем не заполнишь. Только Бог может создать гармонию в человеческом обществе; только Бог может превратить страшную пустыню жизни в цветущий сад.

И вот сегодня, вспоминая вход Господень в Иерусалим, как страшно видеть, что целый народ встречал Живого Бога, пришедшего только с вестью о любви до конца – и отвернулся от Него, потому что не до любви было, потому что не любви они искали, потому что страшно было так любить, как заповедал Христос, – до готовности жить для любви и умереть от любви. Они предпочли, они хотели, жаждали земного. Осталась пустыня, пустота, ничто...

А те немногие, которые услышали голос Спасителя, которые выбрали любовь и уничиженность, которые захотели любить ценой своей жизни и ценой своей смерти, те получили, по неложному обещанию Христа, жизнь, жизнь с избытком, победную, торжествующую жизнь... Это – праздник, который мы сейчас вспоминаем, который мы сейчас празднуем; это день Читать далее...