Добро близко к Истине, однако, оно еще не Истина. Раз научившись не быть выведенными из равновесия злом, нам еще предстоит научиться пользоваться добром так, чтобы оно могло осчастливить нас.
Нам трудно в том, что наше истинное "Я" находится за гранью добра и зла: нам следует глубоко изучить эти два уравновешивающие друг друга начала и прийти к выводу, что оба они одинаково необходимы.
Идея двойственности была распространена уже у древних парсов. В сущности, добро и зло – одно и то же и коренятся лишь в нашем сознании. Если наше сознание уравновешено, то ни добро, ни зло не может повлиять на него. Будьте совершенно свободны – тогда ничто вас не свяжет, и вы будете наслаждаться волею и блаженством.
Зло – железная цепь, Добро – золотая; но и то, и другое цепи. Итак, будьте свободны; знайте, что вы находитесь вне пути, вне целей. Сперва ухватитесь за золотую цепь, дабы расковать опутавшую вас железную, а затем отбросьте от себя обе. Заноза, шип зла, – в нас самих, в нашей плоти; итак, сорвите другой шип с того самого куста и извлеките им первую занозу, а затем отбросьте от себя оба и будьте свободны.
Свами Вивекананда
Вдохновенные беседы
Учитель (Войдьянатху): "Все, что ты видишь, это проявление Силы Бога. Никто не может ничего сделать без этой Силы. Но ты должен помнить, что не существует равного проявления Силы Бога во всех вещах. Видьясагар однажды спросил меня, наделил ли Бог некоторых большей силой, чем остальных. Я сказал ему: "Если бы не было больших и меньших проявлений Его Силы, тогда зачем бы нам утруждать себя и навещать вас? Вы отрастили пару рогов на голове?" Само собой разумеется, что Бог существует во всех существах как Всепроникающая Сила - но проявления Его Силы различны в разных существах".
Войдьянатх: "Господин, у меня есть одно сомнение. Люди говорят о свободной воле. Они говорят, что человек может делать либо добро, либо зло в соответствии со своей волей. Это верно? Действительно ли мы свободны делать все что нам нравится?"
Учитель: "Все зависит от воли Бога. Мир - это Его игра. Он сотворил все эти различные вещи - большие и маленькие, сильные и слабые, хорошие и плохие, добродетельные и порочные. Это все Его майя, Его игра. Ты, должно быть, наблюдал, что все деревья в саду не одинаковы.
Пока человек не постиг Бога, он думает, что он свободен. Это Сам Бог сохраняет это заблуждение в человеке. Иначе бы грех увеличивался. Человек не опасался бы греха, и не было бы никакого наказания за него.
Но ты знаешь отношение того, кто постиг Бога? Он чувствует: "Я машина, а Ты, О Господи, Оператор. Я дом, а Ты его Обитатель. Я колесница, а Ты Возничий. Я двигаюсь как Ты двигаешь меня; я говорю как Ты заставляешь меня говорить".
(Войдьянатху): "Нехорошо спорить. Разве не так?"
Войдьянатх: "Да, господин. Желание спорить исчезает, когда человек достигает мудрости".
Учитель произнес из своего запаса в дюжину английских слов: "сенк юу! Благодарю!", самым очаровательным образом, и все рассмеялись.
Учитель (Войдьянатху): "Ты продвинешься в духовном развитии. Люди не доверяют человеку, когда он говорит о Боге. Даже если великая душа утверждает что он увидел Бога, все же обычный человек не примет его слов. Он говорит про себя: "Если этот человек на самом деле увидел Бога, тогда пусть он покажет Его мне". Но может ли человек научиться щупать пульс в один день? Он должен находиться с врачом в течение многих дней, - только тогда сможет он различать различные пульсы. Он должен быть в общении с теми, для кого распознавание пульса стало регулярным занятием.
Разве может любой подобрать пряжу определенного номера? Если вы заняты этой профессией, вы в один момент сможете отличить нить сорокового номера от сорок первого".
ПРОВОЗВЕСТИЕ РАМАКРИШНЫ
Глава 9
«СОВЕТ БРАХМОСАМ»
Шри Рамакришна говорил: "Когда услышав имя Хари или Рамы у вас будут течь слезы и ваши волосы будут вставать дыбом, тогда вы можете знать определенно, что вы больше не обязаны исполнять такие религиозные обряды, как сандхья. Только тогда вы имеете право отказаться от ритуалов; или вернее – ритуалы отпадут сами. Тогда будет достаточно, если вы будете повторять только имя Рамы или Хари, или даже просто Ом". Продолжая, он сказал: "Сандхья исчезает в Гайятри, а Гайятри исчезает в Ом".
ПРОВОЗВЕСТИЕ РАМАКРИШНЫ
Глава 1
«УЧИТЕЛЬ И УЧЕНИК»
https://youtu.be/6Kb0q9J8lPA
ОМ БХУР БХУВАХ СВАХ
ТАТ САВИТУР ВАРЕНЙАМ
БХАРГО ДЕВАСЙА ДХИМАХИ
ДХИЙО ЙО НАХ ПРАЧОДАЙАТ
Всякая мысль, приходящая нам в голову, имеет словесное соответствие, слово и мысль неразделимы. Слово есть внешний аспект того, внутренний аспект чего - мысль. Как бы ни старался человек, невозможно отделить мысль от слова. Теория о том, что язык выдумали люди - собралась группка и стала решать, какое слово что будет означать, - давно отвергнута. Слово и язык существовали столько времени, сколько существует человек. Но как они соединены, мысль и слово? Хотя мы знаем, что мысль всегда сопровождается словом, одна и та же мысль не всегда выражается тем же словом. Люди двадцати разных стран могут думать об одном и том же, однако выражают свои мысли на разных языках. Нам нужно слово, чтобы выразить мысль, но звучание слов может быть различным. Как говорит один комментатор: "Хотя отношение мысли и слова совершенно естественно, это не означает строгого соответствия определенного звука определенной мысли". Звучание меняется, а взаимосвязь остается, она естественна. Соотношение мысли и звука хорошо тогда, когда существует настоящая связь между значением и его символом, без этого символ и не получит широкого распространения. Символ есть проявление обозначаемого, и если обозначаемое символом существует давно, и если по опыту мы знаем, что символ много раз передавал именно это значение, тогда мы не сомневаемся в наличии подлинной связи между ними. Предметы могут и не присутствовать - тысячи людей опознают их по символам. Должна быть естественная связь между символом и символизируемым: при произнесении звукового символа должен возникать образ символизируемого.
Комментатор говорит, что символ Бога - это Ом. Отчего же он подчеркивает именно Ом, когда есть сотни слов, обозначающих Бога. Одна мысль связана с тысячью слов, идея Бога передается сотнями слов, каждое из которых является и символом Бога. Все это прекрасно. Но ведь должно быть и нечто обобщающее все эти слова, некий субстрат для всех символов, обобщение, которое, по сути, представит все символы. Производя звук, человек использует гортань и нёбо. Существует ли звук, который был бы квинтэссенцией всех звуков, наиболее естественный звук речи? Таков Ом (аум), основа всех звуков. Первая его буква "А", ключевой звук, произносится без участия языка или нёба; заключающий звук "М" произносится сомкнутыми губами, а "У" прокатывается от корня языка по всей его длине. Таким образом, Ом включает в себя весь процесс продуцирования звука, следовательно, Ом можно считать естественным символом, основой различных других звуков речи. Помимо этих рассуждений, мы видим, что Ом постоянно оказывается в центре различных религиозных течений Индии: многообразные религиозные идеи Вед группируются вокруг звука Ом. Ну а какое это может иметь отношение к Америке, Англии, любой другой стране? Только то, что Ом сохранял свое значение во все периоды религиозного развития Индии, постоянно символизируя Бога. Ом используют монисты, дуалисты, монодуалисты, сепаратисты и даже атеисты, Ом сделался единым символом для устремленности к Богу огромного большинства людей. Возьмите, например, английское слово "God" (Бог). Оно имеет только ограниченную функцию. Идя дальше этого, вы вынуждены прибегать к прилагательным, когда хотите подчеркнуть, что речь идет о Боге личностном, внеличностном или об Абсолюте. То же относится к слову "Бог" в любом языке, и только Ом несет в себе все оттенки смысла. В этом качестве Ом и должен быть принят всеми.
Повторение этого [Ом] и сосредоточение на его смысле [и есть путь].
Зачем требуется повторение? Мы не забыли теорию самскар, совокупности впечатлений, сохраняющихся в нашем уме. С течением времени самскары становятся все более латентными, но они есть и при соответствующем побуждении обнаруживают себя. Молекулярные колебания никогда не прекращаются. Когда приходит конец этой вселенной, исчезают большие волны, Солнце, Луна, звезды, Земля - все тает, но в атомах сохраняются колебания. Каждый атом выполняет ту же функцию, что и целые миры. Равным образом, когда затихают колебания в читте, молекулярные колебания продолжаются и под воздействием соответствующего импульса проявляются снова. Из этого становится понятным, что дает повторение, самый действенный импульс для проявления духовных самскар. "Миг, проведенный в общении со святостью, помогает кораблю пересечь океан жизни". Так велика сила ассоциаций. Повторяя Ом и размышляя над тем, что значит Ом, вы соединяете свой ум с возвышенным. Изучайте, а затем медитируйте об изученном. Свет придет к вам, и Душа проявит себя.
Но для этого требуется размышлять об Ом и его смысле. Избегайте плохого общества, ибо вы несете в себе шрамы от старых ран, и общение с дурными людьми как раз и способствует тому, чтобы они опять открылись. И точно так же общение с добрыми людьми пробудит добрые впечатления, которые в нас тоже есть, но они дремлют. Нет в
После нескольких месяцев жизни в Камарпукуре Рамакришна стал вести себя нормальней внешне. Чандра и Рамешвар вздохнули с облегчением и поздравили себя с его «излечением». На самом же деле говорить надо было о переходе Рамакришны на еще более высокий уровень реализации Бога, на котором он с большей уверенностью ощущал постоянное присутствие Кали. Теперь ему было просто незачем с такой страстью призывать ее.
Но от долгих часов медитации Рамакришна все равно не отказался и проводил большую часть времени на двух камарпукурских площадках для кремации. Площадка, где сжигаются трупы, традиционно считается излюбленным местом Матери Кали, и уж в любом случае это место, даже в дневные часы избегаемое обыкновенными людьми, просто создано для медитаций как вечное напоминание о бренности жизни. Рамакришна захватывал с собой еду, чтобы сделать подношение местным духам и угостить часто забегавших туда шакалов. Если Рамакришна задерживался допоздна, Рамешвар, выкликая его имя, шел на поиски брата. Услыша, что его зовут, Рамакришна откликался:
— Иду, брат, иду. Только ты лучше не приближайся, а то духи могут навредить тебе.
В конце концов Чандра и Рамешвар пришли к заключению, что остается лишь одно: Рамакришну надо женить. Они рассудили, что, если он привыкнет к хорошей девушке и полюбит ее, у него пройдет эта одержимость видениями. А так придется думать о пропитании жены и детишек, и станет вовсе не до того...
Но принять решение оказалось легче, чем выполнить его. Чандра и Рамешвар были бедны, а семья жениха обязана нести часть свадебных расходов. Мало того, расходы будут нешуточными, поскольку нужна девушка на пороге половой зрелости. Живи Рамакришна жизнью обычного подрастающего индуса, он был бы давным-давно женат, его бы женили совсем еще юным на девочке лет девяти — десяти. Собственно, до самого недавнего времени то, что индусы называли свадьбой, было, по существу, помолвкой. Теперь жена Рамакришны уже вступила бы в период зрелости и стала помощницей в доме свекрови. Раз все получилось не так, то в этих обстоятельствах, по мнению Чандры, требовалась девушка постарше, пусть даже это обойдется и дороже, чтобы брак мог быть осуществлен как можно скорее.
Хотя Рамакришне никто ничего не говорил, он достаточно быстро догадался о планах матери и брата. К их изумлению, он не стал противиться, даже казалось, что мысль о женитьбе забавляет и радует его. Во всяком случае, он с детским удовольствием обсуждал детали свадебной церемонии.
Однако невесту все не удавалось найти. Отцы немногих девушек на выданье требовали денег, которых у Чандры с Рамешваром не было. В конце концов, когда они уже отчаялись найти невесту, Рамакришна — будто полагая, что достаточно поиграл с ними, — вошел в экстатическое состояние и объявил семье:
— Вам надо обратиться к Раму Мукхопадхяйе из деревни Джайрамбати. Судьба соломинкой пометила мою невесту.
Это выражение — соломинкой пометила — связано со старинным деревенским обычаем. Если крестьянин выращивал особенно привлекательный плод, который по созревании собирался поднести Богу, он обвязывал его соломинкой, чтобы случайно плод не сорвали и не отнесли на продажу.
Когда Чандра с Рамешваром стали наводить справки насчет Джайрамбати, то узнали, что у некоего Рама Мукхопадхяйи есть единственная дочь. Звали ее Сарадамани, и было ей всего пять лет. Чандру привел в уныние возраст девочки, но что еще оставалось? К тому же выбор Рамакришны вполне мог оказаться подсказанным свыше, учитывая, каким образом он нашел себе невесту. Итак, сговорились о свадьбе и заплатили деньги — триста рупий. В мае 1859 года жених, которому исполнился двадцать один год, в сопровождении Рамешвара отправился в Джайрамбати, где и был совершен брачный обряд.
Тревоги Чандры несколько поутихли, хотя она попала в тягостное для себя положение. Дело в том, что, желая сократить расходы на свадьбу, украшения, которые полагается дарить невесте, Чандра взяла на время у своих старинных друзей, женщин из семьи Дхармадаса Лахи, того самого Дхармадаса, богатого землевладельца, который когда-то оплатил расходы по совершению обряда анна-прасанна для младенца Гададхара. Как бы там ни было, но украшения надо было вернуть. Чандре духу не хватало отнять их у маленькой Сарады, которой очень понравилось играть с этими вещицами. Рамакришна сам снял с Сарады украшения, когда малышка спала, и так ловко, что не разбудил ее. Украшения сразу отослали в дом Дхармадаса. Проснувшись, Сарада потребовала свои блестящие игрушки. Чандра взяла ее на руки и стала утешать, обещая, что Рамакришна со временем купит ей новые, еще лучше этих. Ребенок быстро успокоился, но дядя Сарады был оскорблен произошедшим и немедленно
Связанность и освобождение - это связанность и освобождение одного ума. Ум принимает тот цвет, в который вы выкрашиваете его. Это как белая одежда, только что полученная из прачечной. Если вы опустите ее в красную краску, она будет красной. Если вы опустите ее в синюю или зеленую, она будет синей или зеленой. Она будет принимать только тот цвет, в какой вы ее опустите, по вашему усмотрению. Вы не замечали, как почитав немного по-английски, вы тут же начинаете произносить английские слова: Фут фат ит мит? Затем вы надеваете ботинки и насвистываете мотивчик, и так далее. Это все идет вместе. Или, если ученик учит санскрит, он начнет сразу же сотрясать воздух санскритскими двустишиями. Если вы в плохой компании, тогда вы будете говорить и думать так же, как ваши приятели. С другой стороны, когда вы в компании преданных, вы будете думать и говорить только о Боге.
Ум - это все. У человека жена с одной стороны, а дочь - с другой. Он проявляет свою привязанность к ним различным образом. Но его ум один и тот же.
Связанность - это связанность ума, и свобода - это также свобода ума. Человек свободен, если он постоянно думает: "Я свободная душа. Как я могу быть связанным, живу ли я в миру или в лесу? Я дитя Бога, Царя Царей. Кто может связать меня?" Укушенный змеей, человек может избежать действия ее яда, твердя настойчиво: "Во мне нет яда". Точно так же, повторяя с твердостью и решимостью: "Я не связан, я свободен", - каждый действительно становится таковым - действительно становится свободным.
Однажды кто-то дал мне одну из книг христиан. Я попросил его почитать мне ее. В ней кроме как о грехе ни о чем не говорилось. (Кешабу) В вашем Брахмо Самадже, тоже, только и слышишь, как о грехе. Несчастный, который постоянно говорит: "Я связан, я связан", - только еще больше становится связанным. Тот, кто твердит день и ночь: "Я грешник, я грешник", - и впрямь становится грешником.
Каждый должен иметь такую пламенную веру в Бога, чтобы он мог сказать: "Что? Я повторяю имя Божье, может ли грех все еще цепляться ко мне? Как могу я теперь быть грешником? Как могу я теперь находиться в зависимости?"
Если человек повторяет имя Бога, его тело, ум, решительно все, - становится чистым. Почему он должен говорить только о грехе и аде, и о подобных им вещах? Скажите только один раз: "О Господь, без сомнения, я совершал плохие поступки, но я не хочу повторять их". И имейте веру в Его имя".
ПРОВОЗВЕСТИЕ РАМАКРИШНЫ
Глава 5
«УЧИТЕЛЬ И КЕШАБ»
Меня часто спрашивают: почему вы так много смеетесь и почему вы так насмешливы? Но я становлюсь, временами, очень серьезным — когда у меня не все в порядке с желудком, например.
Как же не можете вы понять, что Бог охватывает все, Он вездесущ. Он повсюду! Вы — Его воплощение. Вот что есть истинная Слава! Чем ближе вы к Нему, тем меньше у вас поводов стонать и жаловаться. Чем дальше вы от Него, тем больше вы жалеете себя. Чем больше вы узнаете о Нем, тем дальше уплывает страдание. Если тот, кто живет в Господе, становится несчастным, что за нужда жить в нем? Что за нужда в таком Боге? Пусть он будет поглощен водами Тихого океана! Мы не хотим его!
Но Бог — Бесконечное, Безличное Бытие. Всегда пребывающий, Неизменный, Бессмертный, уничтожающий всякий страх, и вы все — Его воплощения, Его манифестация. Вот что такое Бог Веданты, и Его небеса повсюду. Здесь, на этих небесах, все персональные боги — вы, вы сами. И все цветы и молитвы — этому храму!
Свами Вивекананда
Веданта как религия будущего?
Это правило, которое наши западные антиклерикалы делают в простодушном неведении монополией Римской церкви и против которого они неустанно собирают и пускают все те же тупые стрелы, так же старо, как мир, — хотя, если бы оно применялось всем миром, он бы, очевидно, не состарился. Все великие мистики и большая часть крупных идеалистов, самые гениальные созидательные умы постигли ясным сознанием или инстинктом огромную силу духовной сосредоточенности и накопления созидательной энергии, возникающего благодаря воздержанию от органических и психических затрат, вызываемых половым чувством. Даже такие неверующие люди, предоставленные случайностям ощущений и вспышкам желаний, как Бетховен, Бальзак или Флобер, чувствовали и говорили это…
— А что же мне останется для лучшего (для Бога, для животворящего искусства)? — восклицал однажды Бетховен, оттолкнув призыв телесной страсти. Еще с большим основанием люди, преисполненные страстью к Богу, не могут допустить дележа! Они хорошо знают, что Бог откажется посещать их в доме, заполненном и загрязненном желаниями (потому что не только самое действие является предосудительным, но — еще более! — мысль: половое воздержание ни к чему не приведет, если похоть укрепится в тайниках сердца, это будет бессилием — то есть еще одним поражением, — а не освобождением). Это правило непреложно для каждого индуистского саньясина, и такие несходные между собой духовные наставники, как нежный, ясный, женственный Рамакришна и факел страстей, колеблемый всеми ветрами, — мужественный, пылкий, неистовый Вивекананда, не разрешали здесь никаких компромиссов.
— Чтобы постигнуть Бога, нужно осуществлять полное воздержание… Если человек будет совершенно воздержан в течение двенадцати лет, он приобретет сверхчеловеческое могущество. Новый нерв разовьется в нем, называемый «нервом ума». Он сумеет вспоминать все и знать все… Отказ от Камини Канчана (женщины и золота) — самое существенное…
Бедность. Целомудрие. Мистическое супружество святого Франциска. Не нужно указаний церквей и священных книг, чтобы родственные умы Востока и Запада пришли к тем же выводам, к тем же результатам. Вообще же человек, посвятивший себя своему внутреннему миру (как бы ни назывался он — Христом, Шивой, или Кришной, или же чистой идеей мыслителя или художника), «должен иметь абсолютную власть над своими чувствами».
Ромен Роллан
Жизнь Рамакришны
Через некоторое время в комнату вошла Бхагавати, старая служанка владельца храмового сада, и приветствовала Учителя на расстоянии. Шри Рамакришна предложил ей сесть. Учитель знал ее уже много лет. В свои молодые годы она вела довольно беспутную жизнь - но сострадание Учителя было велико. Вскоре он начал беседовать с ней.
Учитель: "Теперь ты уже в преклонных годах. Кормишь ли ты вайшнавов и святых людей, тратя свои деньги благородным образом?"
Бхагавати (улыбаясь): "Как могу я сказать это?"
Учитель: "Ты была во Вриндаване, Бенаресе и других святых местах?"
Бхагавати (уклончиво): "Как могу я говорить это? - Я построила место для омовения и мое имя выбито там на плите".
Учитель: "В самом деле!"
Бхагавати: "Да, господин. Мое имя, "Шримати Бхагавати Даси",
написано там".
Учитель (с улыбкой): "Как славно!"
Ободренная словами Учителя, Бхагавати приблизилась и приветствовала его, коснувшись его ног. Как человек ужаленный скорпионом, Шри Рамакришна вскочил и выкрикнул: "Говинда! Говинда!" В углу комнаты стоял большой кувшин с водой из Ганга. Он бросился туда задыхаясь и стал мыть этой святой водой место, которого коснулась служанка. Поклонники в комнате были изумлены случившимся. Бхагавати сидела как громом поверженная.
Шри Рамакришна успокоил ее и проговорил очень мягким тоном: "Тебе следует приветствовать меня на расстоянии". Для того чтобы освободить ее ум от всякого замешательства, Учитель сказал очень нежно: "Послушай несколько песен".
Затем Учитель запел о Божественной Матери:
Черная пчела моей души притянута в восторге неразбавленном
К синему цветку лотоса ног Мамы Шьямы...
Потом он запел:
Высоко в небесах у Материнских ног мой ум витал
как змей воздушный,
Когда возник греха порыв жестокий, который прижал его
стремительно к земле...
ПРОВОЗВЕСТИЕ РАМАКРИШНЫ
Глава 11
«С ПОКЛОННИКАМИ В ДАКШИНЕШВАРЕ»
«Вы не можете обойтись без работы, ибо природа (Пракрити) толкает вас к ней. Это значит, что всякая работа должна быть сделана так, как нужно. Если она будет сделана „без привязанности", она приведет к Богу. Работа, сделанная так, есть средство дойти до цели, и цель эта — Бог».
«Без привязанности не значит без добросовестности, без усердия, без любви к хорошей работе. Но без заинтересованности».
«Работать без привязанности — значит работать, не ожидая никакой награды, не боясь никакого наказания в этом мире и в будущем…»
И Рамакришна слишком человечен, чтобы не знать, что такой идеал может быть весьма редко достигнут из-за слабости людской.
«Работать без привязанности весьма трудно, в особенности в наше время. Это выполнимо только для избранных…»
Но долг каждого — по крайней мере стремиться к этому отрешению ревностной молитвой и настоящим милосердием.
Остановимся здесь: слово заставляет задуматься. Почти как общее правило, милосердие и филантропия сделались синонимами. Что же касается последней,
Рамакришна проявляет к ней особое недоверие, которое не может поразить наших западных сатириков, наших Диккенсов, Мирбо, вскрывающих со смехом или суровостью лицемерие некоторых «благодеяний», но которое может опечалить или задеть многих хороших людей. Несколько раз Рамакришна предостерегал своих учеников от тщеславной филантропии. Его интуиция скрытых движений души слишком часто позволяла ему угадывать в активности и в проявлениях милосердия эгоизм, тщеславие, жажду славы или ту бесплодную суетливость, стремящуюся без истинной любви заполнить жизненную скуку, которая, бросая беднякам грош, делает это, чтобы скорее освободиться от неприятной картины, а не чтобы помочь несчастным. Доброму Маллику, предлагающему основать больницы и благотворительные учреждения, он сказал:
— Да, но с условием, чтобы вы были «отрешены» (то есть совершенно бескорыстны), делая добро.
Мы видим, как он почти вспылил в беседе со светскими людьми, с Банкимчандрой Чатерджи, романистом, или с редактором одной газеты («Hindu Patriot»), которые, не придавая никакого значения глубине души и намерениям и ценя только действия, были по горло заняты общественными делами: дорогами, общественными работами и т. д. Он не допускает, чтобы истинное благо, благо длительное, способно было исходить из порочной души. Пусть прежде всего они очистятся от эгоизма. Потом только они сумеют работать с пользой для мира.
Чтобы ответить на мои вопросы и осветить это отношение Рамакришны, самым авторитетным из находящихся в живых учеников или же представляющим его учение — Свами Шивананде и Свами Ашокананде — пришлось приложить много усилий; и, несмотря на наличие нескольких случайных поступков, свидетельствующих об активной благотворительности Рамакришны (я выше указал их), они не сумели мне доказать, что эта благотворительность делом занимает значительное место в учении Рамакришны. Это было бы важно с точки зрения людей Запада — я говорю о самых честных из них, — ставящих дело выше намерения и благо других выше личного спасения; это было бы важно, если бы мы не помнили, во-первых, о том, что Рамакришна отвергает, считая эгоизмом, как личное спасение, так и филантропию вне бескорыстной любви, во-вторых, что его назначение — именно зажечь в сердцах истинное милосердие.
«Какая разница между милосердием и самолюбием? Милосердие — это любовь, которая распространяется на всех и которая не ограничивается собой, своей семьей, своей сектой, своей страной. Самолюбие — это привязанность к самому себе, к своей семье, к своей секте, к своей стране. Углубляйте возвышающее нас милосердие, которое приводит к Богу».
Истинное милосердие — это для Рамакришны любовь к Богу во всех людях, ибо Бог воплощен в человеке.
Нельзя по-настоящему любить человека и, следовательно, полностью прийти ему на помощь, если не любишь в нем Бога. И наоборот, нельзя хорошо познать Бога, пока не увидишь его в каждом человеке.
Вот почему настоятель ордена Шивананда, представляющий в настоящее время истинную сущность учения Рамакришны (1929 год), написал мне следующие строки, духовный смысл которых покажется знакомым читателям Паскаля:
«Вы, вероятно, постигаете разницу между реализацией божества в человеке и сознанием всеобщего страдания в качестве мотива служения людям. Мне кажется, что это не различные состояния духа, это два вида того же состояния; только воспринимая божество
Люди, рассказывающие о сектах, к которым они не склонны питать симпатии, либо лгут сознательно, либо лгут бессознательно. Приверженец какой-нибудь одной секты почти никогда не видит истины в других сектах.
* * *
Истинный ведантист должен любить все и ко всему относиться терпимо, так как монизм или абсолютное единство – душа Веданты.
* * *
Вполне естественно, что дуалисты склонны выхолить из равновесия терпимости и воображать, что их путь, их учение является единственно правым. Так секта вайшнавов – индийских дуалистов – отличается крайней нетерпимостью. Об одной другой дуалистической секте – шайвов рассказывают, что будто некий послушник, по имени Гхантакарна или "Колоколеухий", который будучи ревностным поклонником Шивы, не желал даже слышать имени другого божества, а потому приделал себе к ушам колокольчики, с целью заглушить всякий голос, произносящий иное имя Божие. Но Шива, зная его пламенную преданность, хотел убедить его в том, что Шива и Вишну – одно и то же. С этой целью он однажды предстал перед ним, наполовину обернувшись Вишну, наполовину Шивой. Послушник кадил ладан. Его слепое преклонение перед Шивой было настолько велико, что он не мог допустить проникновения части ладана в ноздрю Вишну и поспешил ткнуть с его стороны в ноздрю пальцем, дабы не дать Богу насладиться ароматом.
Свами Вивекананда
Вдохновенные беседы
Учитель продолжал: "Человека можно сравнить с зерном. Оно упало между жерновами и должно быть раздавлено. Только несколько зерен, которые остаются возле оси, спасаются. Поэтому людям следует искать убежище возле оси, то есть в Боге. Взывайте к Нему. Пойте Его имя. Тогда вы будете свободны. Иначе вы будете раздавлены Князем Смерти".
Учитель запел:
Мать! Мать! Моя лодка тонет в океане этого мира;
Яростно ураган иллюзии свирепствует со всех сторон!
Неуклюж мой кормчий, ум; упрямы мои шесть гребцов,
страстей;
В безжалостный ветер
Я отправил свою лодку, и теперь она идет ко дну!
Руль преданности расщеплен; порван в клочья парус веры;
В мою лодку волны хлещут! Скажи мне, что мне делать?
Ибо слабеющими глазами не вижу ничего я, кроме темноты.
В волнах барахтаться я буду,
О Мать, и за плот цепляться, за Твое имя!
Господин Висвас до этого сидел в комнате долгое время, - теперь он вышел. Он когда-то был богат, но все промотал, ведя беспутную жизнь. В конечном счете он стал безразличным к своей жене и детям. Имея в виду господина Висваса, Учитель сказал: "Он несчастливый негодяй. Домохозяин получает свои обязанности для выполнения, свои долги для выплаты: свой долг перед богами, свой долг перед предками, свой долг перед риши и свой долг перед женой и детьми. Если жена целомудренна, тогда ее муж должен содержать ее; он должен также растить их детей пока они не станут взрослыми. Только монах не должен копить, - птица и монах не запасают назавтра. Но даже птица запасает, когда у нее малыши. Она приносит пищу в клюве для своих птенцов".
Баларам: "Господин Висвас теперь хочет искать общения со святыми людьми".
Учитель (с улыбкой): "Камандалу монаха посещает с ним четыре главных святых места, но по-прежнему горькая на вкус. Также, говорят, что малайский бриз превращает все деревья в сандаловые. Но есть несколько исключений, таких как хлопковое дерево, ашваттха и свиная слива.
Некоторые часто бывают в обществе святых людей для того, чтобы покурить гашиша. Многие монахи курят его, и эти домохозяева остаются с ними, готовят гашиш и отведывают этот прасад".
ПРОВОЗВЕСТИЕ РАМАКРИШНЫ
Глава 6
«УЧИТЕЛЬ С ПОКЛОННИКАМИ ИЗ БРАХМО САМАДЖА (1)»
Странствующий монах Джатадхари появился в Дакшинешваре, вероятно, в 1864 году.
Этот Джатадхари почитал Шри Раму и носил с собой изображение Рамы-ребенка, когда того еще звали детским именем Рамлала. В северо-западной Индии в честь маленького Рамы и по сей день мальчиков ласково зовут «лала», а девочек «лали».
Джатадхари с необычайным благочестием совершал почитание этой статуэтки, сделанной из сплава восьми металлов. А Рамакришна своим духовным зрением сразу определил необычность Джатадхари, которому действительно было видение маленького Рамы, так что для него изображение было тождественно самому божеству. Почитание Джатадхари завораживало Рамакришну, и он целыми днями просиживал рядом с ним, не сводя глаз с изображения Рам-лалы и видя то же, что видел монах.
Потом Рамакришна рассказывал об этом:
— День шел за днем, и я чувствовал, что Рамлала любит меня все больше. Пока я был с Джатадхари, Рамлала был доволен и играл неподалеку. Но стоило мне уйти в свою комнату, Рамлала оставлял игры и следовал за мной. Он не желал оставаться с монахом, хотя я ему несколько раз приказывал не ходить за мной. Сначала мне казалось, что я все это выдумал. Ну как мог ребенок, которого монах почитал так давно и преданно, любить меня больше, чем его? Но я же действительно видел Рамлалу: он то приплясывал передо мной, то шел позади. Иногда он требовал, чтобы я брал его на руки, но, когда я поднимал его, он недолго сидел на руках. Ему хотелось носиться, он забирался в колючки и рвал там цветы, он плавал и плескался в Ганге. Я ему раз за разом говорил: «Не делай этого, дитя! У тебя будут волдыри на ножках от беготни по солнцу, а если ты будешь так долго оставаться в воде, ты простудишься». Но он не слушался, сколько бы я ни твердил ему это, и шалости свои не оставлял. Бывало, что он с нежностью смотрел на меня своими прекрасными большими глазами, но бывало, что дулся и строил мне рожи. Я сердился не на шутку и бранил его. «Ну подожди же, маленький негодяй, — я ему говорил, — сегодня я тебе задам, сегодня ты получишь настоящую встрепку!» Я вытаскивал его из реки или заставлял уйти с солнцепека, старался подарками заманить его в комнату, чтобы он там играл. Когда он упрямствовал, я легонько шлепал его. Но у него сразу появлялись на глазах слезы и мне становилось до того больно, что я хватал его на руки и утешал.
Однажды я собрался на Гангу совершать омовение, а он увязался за мной. Что было делать? Пришлось взять. Но он как забрался в воду, так его невозможно было вытащить из нее. Никаких уговоров не слушался! Я рассердился и сказал: «Пожалуйста, можешь купаться сколько угодно, а я ухожу!» И тут же увидел, что ребенок начинает захлебываться! «Да что же я делаю?!» — с ужасом подумал я, вытащил его из воды и стал согревать.
В другой раз он попросил есть, а у меня был только сухой рис, да еще плохо очищенный. Он ел, а жесткие рисинки царапали его нежный язычок. Мне стало так худо от этого, что я взял его на руки и сказал: «Тебя мама кормила сливками и свежим маслом, а я даже не позаботился о вкусном для тебя, сухим рисом кормлю!»
Рамакришна всплакнул, много лет спустя рассказывая ученикам эту историю. Об этом вспоминает Сарадананда, который был среди учеников, и добавляет, что, слушая рассказ о Рамлале, они обменивались недоумевающими взглядами — настолько абсурдным и невероятным казался он даже им, исполненным юношеской веры. Но ведь рассказывал Рамакришна, которого они считали неспособным ко лжи! Уже зрелым человеком Сарадананда в своей книге с добрым юмором предлагает недоверчивому читателю самостоятельно определить свое отношение к рассказу. «Примите столько, сколько сможете переварить. При желании можете отбросить голову и хвост», — пишет он. Однако, вместе с тем, Сарадананда совершенно недвусмысленно дает понять, что сам поверил в каждое слово.
— Бывали дни, — продолжал Рамакришна свой рассказ, — когда Джатадхари приготовит пищу для обрядового подношения Рамлале, но не может найти его. Он в тревоге прибегал в мою комнату, где и обнаруживал, что Рамлала играет на полу. Джатадхари страшно обижался и сердито говорил: «Я столько провозился, готовя тебе подношение, я тебя искал повсюду, а ты вот где был все это время! Тебе дела нет до меня! Ты все забыл. Всегда ты был таким — ни доброты в тебе нет, ни привязанности. Что вздумается, то и делаешь. Бросил своего отца и ушел в леса. Бедный отец, он умер от тоски, а ты даже не вернулся, чтобы он перед кончиной мог взглянуть на тебя!»
— Браня Рамлалу, Джатадхари выволакивал его из моей комнаты и уводил к себе, чтобы накормить. Но Дакшинешвар Джатадхари не
Когда Рамакришне сказали, что Божественная Мать принимает форму шакала и что на собаке ездит Бхайрава, он стал считать объедки пищи, этих животных, чистыми и вкушал их как прасад, не испытывая ни малейших колебаний.
Рамакришна отдал, как подношение лотосным стопам Божественной Матери, свое тело, разум, жизнь и все остальное. Учитель видел, как его пронизывает, внутренне и внешне, огонь знания.
Однажды, когда Свами Вивекананда сел в медитацию, перед ним возник большой чудесный треугольник света, который, как он чувствовал, был живым. Когда он пришел в Дакшинешвар и рассказал об этом Учителю, тот ответил: «Очень хорошо; ты увидел Божественную Брахмайони; во время практики садханы под деревом бильва я тоже Её видел; я наблюдал, как Она ежеминутно порождает бесчисленные миры».
В то время Учитель слышал, спонтанно и непрестанно возникающий всюду во вселенной, Анахата Дхвани, великий звук АУМ - Пранаву, который является совокупностью всех различных звуков Вселенной. Некоторые из нас слышали от Учителя, как он говорил, что в то время мог понимать звуки, издаваемые всеми животными.
Тогда Учитель видел Божественную Мать, пребывающую во всех женских образах. В конце этой садханы Учитель почувствовал в себе присутствие чудесных сил, например той, что позволила бы ему стать маленьким, как атом. По совету Хридая он пошёл в храм, спросить Мать Всего, уместно ли и полезно ли их применять, и увидел, что их следует избегать и отторгнуть, как экскременты. Рамакришна говорил, что с тех пор ему противно даже слышать об “оккультных силах”.
Swami Saradananda
Sri Ramakrishna - The Great Master
#АУМ #тантра #Рамакришна #йони #Бхайрава #Мать #треугольник #шакалы #сиддхи #рождение
Дакшинешвар, где жил Рамакришна. Фильм снят в начале 2020 года последователями Крийя йоги Йогананды. Дакшинешвар показан в начале и конце фильма.
Что мы видим полезного для нас в Гите? Если мы изучаем Упанишады, мы заметим, что пройдясь по огромной массе второстепенных предметов, неожиданно выходит на первый план беседа о величайшей истине, подобно тому, как посреди огромной пустыни путешественник, пересекая ее, находит розу необычной красоты с ее листвой, колючками, корнями, и все это переплетено вместе. В сравнении с этим Гита подобна таким истинам, прекрасно собранным вместе в подходящих местах – подобно чудесной гирлянде или букету отборнейших цветов. Упанишады тщательнейшим образом, во многих местах, исследуют Шраддху (веру), но едва ли что-то упоминают о Бхакти. В Гите, наоборот, тема Бхакти не только исследуется снова и снова, но в ней внутренний дух Бхакти достигает своей кульминации.
Теперь взглянем на главные моменты, обсуждаемые в Гите. В чем оригинальность Гиты, отличающая ее от предшествующих писаний? Она в следующем: хотя до ее появления Йога, Гйана, Бхакти и ит.д., каждая из них имела своих строгих последователей, все они спорили друг с другом, утверждая превосходство своего собственного пути; никто никогда не пытался примирить эти пути. Автор Гиты впервые попытался сделать это. Он взял лучшее из того, что секты того времени могли предложить и соединил это в Гите. Но даже когда Кришна не сумел показать полное согласие (Саманвайя) среди этих враждующих сект, это было в полной мере достигнуто в нашем девятнадцатом веке Рамакришной Парамахансой.
Следующий момент – Нишкама Карма или работа без желания или привязанности. Люди в наши дни понимают это по разному. Некоторые говорят, что быть не привязанным означает не иметь цели. Если бы это было так, бессердечные люди (животные) и стены были бы лучшими образцами выполнения Нишкама Кармы. Многие другие приводят в качестве примера Джанаку (Джанака – это имя просветленного короля, который достиг освобождения все еще управляя королевством. Также это слово означает «отец», - прим. редактора) и хотят быть в равной степени признанными как бывшие мастера в практике Нишкама Кармы! Джанака не приобрел известность, родив детей, но эти люди все хотят быть Джанаками с единственной целью быть отцами семейства! Но нет! Настоящий Нишкама Карма йог (работающий без желания) никогда не является ни животным, ни инертным, ни бессердечным. Он не является Тамасичным (находящимися под влиянием качества Тамаса – невежество, инертность, безынициативность, - прим. редактора), он чистый Саттвик (просветление, спокойствие и т.д). Его сердце полно любви и симпатии, он может объять весь мир своей любовью. Весь мир (в общем смысле слова) не может, как правило, понять его всеобъемлющую любовь и сострадание.
Примирение разных путей Дхармы, работа без желаний и привязанностей – две характерные особенности Гиты.
Свами Вивекананда
Однажды, когда он со своего балкона смотрел на Гангу, где по всем направлениям сновали лодки, перекрещивая свои многоцветные паруса, он заметил, что одна из них подплывает к террасе. По ступенькам поднялась высокая красивая женщина с распущенными волосами, в платье цвета красной охры, какие носят саньясины. Ей было лет тридцать пять — сорок, но казалась она моложе. Ее вид поразил Рамакришну, который попросил ее войти. Она вошла и, едва увидев его, начала плакать, говоря:
— Сын мой, ты тот, кого я ищу уже давно.
Она принадлежала к касте брахманов, к благородной бенгальской семье, преданной культу Вайшнава; была высокообразованна и начитанна в священных текстах бхакти. Она заявила, что ищет человека, отмеченного богом, о существовании которого ей известно от божественного Духа. На нее возложена миссия принести ему великую весть. Без лишних разговоров (она даже не назвала себя и так и осталась неизвестной под именем Бхайрави Брахмани) между святой женщиной и жрецом Кали сейчас же установились отношения матери и сына. Рамакришна, как ребенок, поведал ей все треволнения своей жизни в боге, своей садхана. Как ребенок, он рассказал ей о своих горестях, о своих телесных и духовных страданиях; он рассказал, что многие считают его умалишенным, и кротко, с трепетом спросил, так ли это. Бхайрави, выслушав исповедь, утешила его с чисто материнской нежностью и сказала, что не печалиться, а радоваться следует ему, ибо он собственными своими силами достиг одного из наивысших состояний садханы, описанных в текстах бхакти, и его страдания составляют ступень великой лестницы. Она облегчила их, исцелив его тело и просветив его ум. И путь познания, который он проделал с завязанными глазами, впотьмах, она заставила его вновь пройти при полном свете, так как при помощи одного инстинкта Рамакришна в несколько лет достиг таких осуществлений, которые мистическая наука завоевывала веками (но он сможет стать в полной мере их господином лишь тогда, когда постигнет сознанием весь путь победы).
Бхакти, «познающий через любовь», начинает с приятия некоей одной формы бога, в которой он видит свой избранный идеал (как божественная Мать, избранная Рамакришной). Он долго оставался поглощенным этой единой любовью. Вначале ему трудно достигнуть ее объекта, но постепенно ему удается видеть его, осязать, беседовать с ним. С этого времени ему достаточно малейшей сосредоточенности, чтобы почувствовать присутствие живого господа. Так как он считает, что его господь есть все, принимает все формы, он начинает воспринимать различные эманации, истечения других форм бога, которые все являются изучением его возлюбленного. Эта божественная полиморфия населяет его воображение. Наконец она настолько заполняет его своей музыкой, что в нем не остается места для мира материального: он исчезает. Это Савикальпа самадхи — состояние сверхсознательного экстаза, при котором дух все же поддерживает связь с внутренним миром, с миром мысли; он все еще наслаждается сознанием своей жизни в боге. Но когда одна-единственная мысль овладевает душой, все другие мысли бледнеют и меркнут, тогда близка конечная цель — Нирвикальпа самадхи, высшее единение с Брахманом. Еще немного — и можно достигнуть прекращения мышления, когда наконец путем полного отречения осуществится абсолютное единение.
Весь этот путь развития Рамакришна на три четверти проделал вслепую. Бхайрави, которую он почитал своей духовной матерью, своим гуру (учителем), открыла ему все стороны и направления этого пути. Хорошо знакомая с этими путями познания, сама проделавшая все требуемые религиозные упражнения, она систематически, по правилам, предписываемым священными книгами, вела его последовательно по всем путям садханы — даже самым опасным, как путь тантр, подвергающий чувства и ум всем искушениям плоти и духа с целью их преодоления; идущий по этому пути подвергается опасности свалиться в деградации и безумии, и многие из отважившихся не вернулись обратно. Но чистый Рамакришна вернулся столь же чистым и закаленным как сталь.
Ромен Роллан
Жизнь Рамакришны
Кешаб, улыбаясь, спросил: — Скажи нам, пожалуйста, еще раз, уважаемый господин, какими различными способами Кали, Мать Вселенной, проявляет себя в этом мире, ее игре?
Шри Рамакришна, улыбаясь сказал: — О, да, Мать играет с миром, это ее игрушка, имеющая различные аспекты и имена. То Она Бог Безусловный, Абсолютный, неимеющий формы (Маха-Кали), Вечный в отличие от ее творений (Нитья-Кали). Под другим аспектом Она богиня горящих гхатов, или крематориев, где сжигают тела умерших, страшное существо, владеющее смертью (Шмашан-Кали); дальше Она стоит перед нами, готовая благословлять и сохранять своих детей (Ракша-Кали); и под следующим аспектом Она является, ласкает взгляд своих поклонников, как Мать, одетая в темно-синие одеяния, супруга Бога Вечности и Бесконечности.
Маха-Кали и Нитья-Кали следующим образом описываются в священных книгах — тантрах: «Когда не существовало ничего, ни солнца, ни луны, ни звезд; ничего, кроме темной глубины, существовала одна только Божественная Мать, не имеющая формы, вечная супруга Бесконечности». Как Мать в темно-синем одеянии (Шйама) Она нежная и любящая. Она благословляет людей и делает своих детей бесстрашными. В этом аспекте поклоняются Ей в индусском домашнем быту. Как Охранительница, Она является во времена чумы, голода, землетрясений, засух и наводнений. На кладбищах, в горящих гхатах, или местах сжигания трупов, Она является в форме Разрушительницы. Мертвое тело «джаккал» и духи разрушения — это Ее страшные спутники. Она живет среди этих страшных сцен, в этой ужасающей людей обстановке. Потоки крови, гирлянды из черепов, надетые вместо ожерелья на шею, пояс, сделанный из рук умерших — вот символы, по которым узнают Ее, как страшную Мать, Разрушительницу всего.
Теперь обратите внимание на то, как Она творит. В конце цикла, после разрушения мира, моя Мать, как добрая хозяйка, собирает семена творения. Всякая хозяйка дома всегда имеет особое место, куда она убирает вещи, которые могут в будущем пригодиться для хозяйства (Рамакришна улыбнулся). Ведь это правда, мои друзья, у всякой хозяйки есть такое место, и вы, наверное найдете там семена огурцов, тыквы и тому подобное, и она берет их оттуда, когда они ей нужны. Совершенно таким же образом моя Мать сохраняет семена творения после разрушения мира в конце цикла.
Моя Пресвятая Мать есть первоначальная божественная Энергия — Она вездесуща, находится внутри мира явлений и вне его. Она одновременно и внутри и вне явлений. Она породила мир. И мир носит ее в своем сердце. В Ведах мы находим, как это иллюстрируется примером паука и паутины. Она паук и она же сотканная ею паутина. Паук выделяет из себя материал, из которого создается паутина, а потом живет в этой паутине. Моя Мать одновременно содержимое и содержащее.
Можно ли сказать, что Кали, божественная Мать — черная? Она кажется черной на расстоянии, но когда правильно почувствовать ее, она совсем не черная. Небо, атмосферный воздух, не имеет цвета, но, если посмотреть на него из глубокого колодца, оно кажется черным. Вода океана кажется голубой, но возьмите немного воды в руку и вы увидите, что она не имеет никакого цвета.
Провозвестие Рамакришны
[700x700]
"Представь себе, дитя мое, что в этой комнате находится мешок золота, а в соседней - вор. Думаешь ли ты, что он может спать? Нет, он не может. Он постоянно только и будет думать, как бы проникнуть в эту комнату и овладеть этим богатством. Думаешь ли ты, что человек, твердо убежденный, что за этим призрачным миром чувств есть Действительность, что есть Бог, что есть Кто-то вечный, Источник бесконечного блаженства, - блаженства, в сравнении с которым все чувственные удовольствия лишь жалкие игрушки, - думаешь ли ты, что такой человек может остаться спокойным, может хоть на мгновение остановиться в своих попытках достигнуть этого? Нет!.. Он сделается безумным от тоски..." И это Божественное безумие охватило тогда его. В то время у него не было никакого наставника, никого, кто бы мог помочь ему в исканиях, которые сделали его в глазах окружающих сумасшедшим. Это обычное явление. Если человек отбрасывает от себя прочь тщету мирскую, мир зовет его сумасшедшим, но такие люди - соль земли. Именно из такого безумия исходила всегда сила, поднимавшая наш мир на высшую ступень, и только из такого безумия явятся в будущем силы, которым надлежит явиться.
И так проходили дни, недели, месяцы в постоянном стремлении души овладеть Истиной. Юноша начал видеть дивные, необыкновенные вещи, тайны его собственной природы начали раскрываться пред ним, - как будто одна завеса поднималась за другой. Само Божество стало его наставником и посвятило его в истины, которые он искал. В это время в те места приехала женщина, прекрасная собой и обладавшая огромными знаниями. В позднейшее время Святой имел обыкновение говорить, что она не обладала знаниями, а была само Знание, воплотившееся в человеческие формы. Она была санниясини - женщины также отрекаются у нас от мира, отказываются от всякой собственности, от замужества и посвящают себя служению Богу. Прибыв туда, она услыхала о необыкновенном юноше в лесу, отправилась к нему и это была первая помощь ему со стороны. Узнав о его страданиях, она сказала: "Сын мой, благословен человек, которого посещает такое безумие! Весь мир безумен: одни помешались на богатстве, другие на удовольствиях, третьи на славе и на тысяче других вещей. Блажен человек безумный о Боге! Мало таких людей на земле..." Женщина эта оставалась вблизи юноши в течение нескольких лет, поучая его всем существующим в Индии формам религии, посвящая в различные способы, которыми Йоги (Посвященные) достигают высшего знания, и как бы направляя, делая гармоничной и стройной эту могучую реку духа...
Свами Вивекананда
Мой учитель
