Диван закрывал входную дверь, а календарь стоял на мае, хотя тот месяц уже остался позади…
Он не спал. Нет, не просто бодрствовал в данный момент, а не спал, вообще не спал, отчего белки глаз покрылись паутиной кровяных сосудов, а под глазами появились синяки. Он не ел. Нет, не вообще, а именно в данный момент.
Постоянно чем-то занятый, он, в процессе, все больше превращал комнату в помойку не выкинутых вещей. Какая-то мысль беспокоила его уже не один день и ночь, но как он не старался, она все равно была как в тумане, лишь контурами изредка обозначаясь на языке. Промелькнет и исчезнет, только первая буква «ш» осталась запомненной.
И вот – опять она… Сконцентрироватся… Так, буква за буквой… Ш… е… д… е… в… р…
Шедевр!
Вот эта мысль!
Поймал!
Понял!
…
И что? Дальше-то что?
Я должен создать шедевр?
Я должен создать шедевр…
Я должен создать шедевр! Что это будет? Что? Наверно… наверно музыка…
…
Он выкинул на пол последние вещи, которыми обладал опустевший шкаф, и в них, среди кип бумаг, он нашел то, что писал, когда решил увлечься музыкой. Расчертил лист, превратив его в тишину, так как ещё ни одной ноты не было среди линий. Но дальше он не знал символов, да и в звуках разбирался не лучшим образом… Метясь по комнате в бессилии, свалил мобильный… и вспомнил, что есть диктофон, что он может напеть на него, а потом, когда мелодию захотят купить миллиардеры, им её переведут в ноты и сыграют… на чем-нибудь, да сыграют!
Заряд на телефоне все уменьшался, были записаны сотни мегабайт диктофоном, но они исчезли удалением, так как и близко не могли стоять с той, нет, не так, с Той музыкой, которая была в голове у него. Экран почернел, а зарядное устройство скрывалось в одной из гор вещей.
…
Нет… Не музыка…
Может… нет, не может, а точно, я напишу картину!
...
Лист ватмана, скрепки, старая гуашь, облысевшая кисть и крики разочарования. Пейзаж, портрет, натюрморт – все слилось на единственном листе… Он смешивал краски, делал мазки, которые, появившись, сразу становились лишними. В голове мелькали драгоценности, которые были ничем с тем, что он пытался воплотить в жизнь. Смеющаяся над ним Джоконда, издевающиеся шишкинские пейзажи. Да что такое, почему в жизни не получается так, как в голове? На спинке дивана остались только края бумаги, крепившиеся скрепками, все остальное, смятое и порванное, лежало на полу, а баночки с гуашью нашли свое место во дворе, упав из окна и вылив свои внутренности на землю. Изрисованные карандашом тетрадные листы сгорели в огне, принесшим использование сигарете и еще один шажок к смерти.
…
Значит не картина…
Нет, это не сможет уместится ни в двухмерной плоскости живописи, ни в музыкальном треке… Об этом нужно писать, писать книгу без начала и конца, в которую войдут все мои мысли, все слова «шедевра», я буду писать не останавливаясь… Но смогу ли полностью все сказать? Не знаю, но не начни я что-то делать, сойду с ума… А начну…
Он взял тетрадь, гелевую ручку, сулившую синюю грязь на кистях и листах, и ему одному понятным почерком вывел первое предложение: «Диван закрывал входную дверь, а календарь стоял на мае, хотя тот месяц уже остался позади…»
…
Человек хочет творить, но часто выходит так, что мы не можем претворить фантазию в жизни, и это рвет на части и меняет цвет полосы под ногами на черный.
***
И как девушки умудряются в таких ситуациях закрывать чемодан?
Настроение сейчас - мысли-мысли-мысли...В колонках играет - саундтрек "Чего хотят женщины"
[700x645]