Можно тут поместить любимый рассказик?

С яркого майского дня Гарриш вошел в прохладу общежития. Какое-то время его глаза приспосабливались к сумраку холла, так что поначалу он лишь услышал голос Гарри-Бобра, донесшийся из тени.
- Жуткий предмет, не правда ли? - спросил Бобер. - Действительно жуткий.
- Да,- кивнул Гарри.- Крепкий орешек.
Теперь его глаза различали Бобра. Тот тер прыщи на лбу, а мешки под глазами блестели от пота. Одет он был в сандалии на босу ногу и футболку. На груди висел значок- кнопка, гласящий, что Хоуди Дуди - извращенец. В полумраке белели громадные передние зубы Бобра.
- Я собирался сдать его еще в январе,- бубнил Бобер.- Говорил себе, что надо сдавать, пока есть время, но вот дотянул до последнего. Думаю, я провалил экзамен, Курт. Честное слово.
Комендантша стояла в углу, у почтовых ящиков. Невероятно высокая женщина, чем-то похожая на Рудольфа Валентино. Одной рукой она пыталась вернуть лямку бюстгальтера под платье, другой прикрепляла к доске объявлений какую-то бумажку.
- Тяжелое дело,- вздохнул Гарриш.
- Я хотел кое-что спросить у тебя, но не решился, потому что у этого парня глаза, как у орла. Ты думаешь, что опять получишь А?
- Я думаю, что, возможно, завалил экзамен.
У Бобра отвисла челюсть.
- Ты думаешь, что завалил? Ты думаешь, что...
- Я пойду приму душ, ладно?
- Да, конечно, Курт. Конечно. Это был твой последний экзамен.
- Да, это был мой последний экзамен,- эхом отозвался Гарриш.
Он пересек холл, толкнул дверь, стал подниматься по лестнице. Пахло там, как в мужской раздевалке. Сколько же лет ходили по этим ступеням. Его комната находилась на пятом этаже.
Куин и другой идиот, с третьего этажа, с волосатыми ногами, протиснулись мимо него, перекидываясь футбольным мячом. Заморыш в очках в роговой оправе, еле волочащий ноги, попался ему между четвертым и пятым этажами. Учебник по алгебре он прижимал к груди, словно Библию, а губы его шептали логарифмические формулы. Глаза его были пусты, как чисто вымытая классная доска.
Гарриш остановился и посмотрел ему вслед, гадая, а не показалась бы этому заморышу смерть - благом, но, пока он раздумывал, заморыш уже скрылся из виду. Гарриш поднялся на пятый этаж, направился к своей комнате. Свин уехал два дня тому назад. Четыре экзамена за три дня, пам-бам, мерси, мадам. Свин знал, как ухватить жизнь за шкирку. От него остались только фотографии красоток, два вонючих носка от разных пар да керамическая пародия на "Мыслителя" Родена, сидевшего, по воле подражателю гения, на унитазе.
Гарриш вставил ключ в замочную скважину.
- Курт! Эй, Курт!
Роллингс, тупорылый старший по этажу, который отправил Джимми Броуди к декану за пьянку, махал ему рукой с лестничной площадки. Высокий, хорошо сложенный, с короткой стрижкой.
- Ну как, развязался?- спросил Роллингс.
- Да.
- Не забудь подмести пол и составить список разбитого и неработающего, ладно?
- Сделаем.
- Бланк я подсунул тебе под дверь в прошлый вторник, не так ли?
- Было дело.
- Если меня в комнате не будет, подсунешь заполненный бланк и ключ мне под дверь, хорошо?
- Обязательно.
Роллингс схватил его за руку и дважды тряхнул. Рука у Роллингса была сухая, кожа - шершавая. Гарриш словно провел ладонью по рассыпанной по столу соли.
- Веселого тебе лета, парень.
- Спасибо.
- Только не перетрудись.
- Ладно.
- Поработать можно, но главное - не перетрудиться.
- Буду иметь в виду.
Роллингс окинул Гарриша взглядом, рассмеялся.
- Тогда, счастливо тебе.
Он хлопнул Гарриша по плечу и двинулся дальше, задержавшись у комнаты Рона Фрейна, чтобы сказать тому, что стерео надо приглушить. Гарриш представил себе мертвого Роллингса, лежащего в канаве. По его глазам ползали мухи. Роллингса это не волновало. Мух - тоже. Или ты ешь мир, или мир ест тебя, третьего не дано.
Гарриш постоял, пока Роллингс не скрылся из виду, потом вошел в комнату.
Со Свином пропал и сопутствующий ему бардак, так что комната выглядела пустой и стерильной. От груды вещей на кровати Свина остался один матрац. А со стены лыбились две двумерных красотки с разворотов "Плейбоя".
А вот гарришева половина комнаты совсем не изменилась, там всегда поддерживался казарменный порядок. Если б кто бросил четвертак на его кровать, он отскочил бы от натянутого одеяла. Такая аккуратность просто бесила Свинью. Он защищался по английскому языку и литературе и с чувством слова у него все было в порядке. Гарриша он называл бюрократом. Пустую стену за кроватью Гарриша украшал лишь постер Хэмпфри Богарта, который он купил в книжном магазине колледжа. Боджи, в подтяжках, держал в каждой руке по автоматическому пистолету. Свин еще заявил, что пистолеты и подтяжки - символы импотенции. Гарриш

ПИВО (ПЫВО) лучше любой водки. Когда
пьёшь пиво, ты просто наслаждаешься, ты просто счастлив.
Потому что ты именно сейчас ЖИВЁШЬ, а всё остальное не важно.
Пиво чисто мужской напиток (в отличие от всяких там
джин-тоников), когда ты его пьёшь, ты чувствуешь за собой
ПРАВДУ. Это не понять многим женщинам, с их блядским
отношением к жизни: захомутать человека, лишать его
по-маленьку свободы, тянуть из него бобы, а самой работать на
блядской работе или вообще не работать.
ПИВО – ЭТО СИМВОЛ СВОБОДЫ.
Если ты правильно пьёшь пиво, то тебе нахрен не нужна никакая
медитация. Используй хотя бы элементарные правила: НИКОГДА не
открывай пиво открывашкой (баночное пиво не покупай) –
используй острые края окружающей местности и НИКОГДА не
закусывай пиво (ни чипсами, ни другим дерьмом). Лучше пива
ничего нет, ну может только смерть.

Вспомнил. С середины 2003 года до середины мая 2003 года я понял смысл жизни .
Все задумывались о смысле жизни. Более-менее сносный ответ я получил от Валентины Александровны Денюшиной – большой вам привет! (моей классной руководительницы, когда я учился в ПТУ) – духовное совершенствование. Но она говорила, что это очень трудно.
Летом 2002 года, я понял, что смысл жизни – это КАК МОЖНО БОЛЬШЕ КАЙФОВАТЬ. Я в этом был совершенно уверен.
Что человек добивается зарабатывая деньги, покупая машину, вступая в брак, рожая детей? – чтобы им восхищались, говорили ему всякие слова – и он от них КАЙФУЕТ. Ну и конечно хорошая еда, выпивка, секс – тоже КАЙФУЕТ. Но при такой жизни надо много напрягаться – а КАЙФА – не так уж и много.
Если человеку это мало – он становится наркоманом (героиновым). Тут кайфа до фига – но перерывы между кайфами – очень уж хреново.
И постепенно человек хочет больше кайфа – и учится медитировать. Когда научился – вся жизнь – это сплошной кайф. Он понял смысл жизни.

Начиная лет с 16, я очень интересовался всякой психологией и философией, покупал всякие книжки (особенно из серии сам себе психолог и другие популярные) – и несколько дней жил по этой книжке (т.е. полностью пробовал жить как предлагал автор). И до сих пор у меня дома штук 50 этих книжечек, по каждой из которых я сделал какой-то вывод для себя.
Но когда я в 1995 году пробовал жить по книжке <Думай и Богатей> Н Хилла, у меня сразу стало как-то всё стало получаться: и поступил в институт, и завелись всякие девушки, и деньги нормальные появились. Просто из этой книги я извлёк, что надо какую-то одну конкретную цель (самая сокровенная) и при этом просто повторять её (про себя) утром, вечером и как можно чаще; и единствено сосредоточить внимание на повторении - это повторяет ум; и рано или поздно тело (которому не хочется напрягаться) скажет: ну сколько можно повторять, дай-ка я лучше сделаю, лишь бы ум от меня отвязался (при этом появляется какое-то бесстрашие, важна только твоя цель). При этом надо быть настойчивым. И тело действительно делает. И часто при этом возникает какая-то <волна успеха>, при которой получается всё, за что берёшься.
Жил по книжке Хилла, но для развития, иногда жил и по другим. И вот однажды, то что я описывал, пожил по ОШО. И настолько сильно на меня повлияла медитация, что я решил дальше пожить по книжкам ОШО. Причём лучше всего было жить по тому, что ОШО говорил с 1984 года (т.к. до этого времени он только комментировал других авторов).
Так вот, я до сих пор живу по ОШО, я принял его представление о мире (очень простое) – тело, ум, я, эго. И у меня получилось, мне повезло; а всё остальное меня даже как-то не волнует – есть оно, нету, какие там виды – не хочется даже туда влезать. Я чувствую себя свободным. Когда ты медитируешь, ЧУВСТВУЕШЬ что живёшь (не зря проживаешь, а по настоящему живёшь). Живёшь простой жизнью, без всяких сложностей. Уверен, что каждый, в старости, перед смертью, подумает: А на фига я там всё время добивался, лучше бы всю жизнь просто проработал сантехником.

Это случилось 22 июля 2000 года. Я должен был уже 2 недели ездить на институтскую практику, но я забивал на неё. Родителям говорил, что еду работать, а сам ехал на дачу – валялся на кровати, загорал, читал книжки – и всё это в одиночестве.

 Это было просто прекрасное время – расcлабленность, оптимизм, солнышко. И вот как-то, когда у меня закончились художественные книжки, от нечего делать я взял с собой на дачу книжку ОШО <Медитация: Первая и последняя свобода>. Решил попробовать пожить <по ОШО>.

 Лежу, читаю, думаю во – мужик извращенец: Ум, которому я собственно всем обязан, он хочет заставить отключиться – ну точно стрелять таких надо. Читаю дальше – там какие-то 112 техник медитации – и ОШО предлагает выполнять какую-то из них каждый день. Ну думаю дай попробую, всё равно делать нечего. Пробовал всякие разные – ну чистый бред. Поднадоела мне эта книжка, да и домой скоро пора. Читаю, техника называется <Чувствуй <я есмь>>. Идо того мне понравилось это слово <есмь> что я начал его на все лады повторять. А дальше там так и написано: повторяйте про себя: <чувствуй <я есмь>> <чувствуй <я есмь>>. И такое приятное ощущение появилось внутри меня, что я как болван, всё повторял и повторял. Ну начал заново книжку читать. И вначале где-то написано что существует у человека состояния: когда он – тело (когда хочется развлекаться, расслабляться, жить для туловища), когда он – ум (когда хочется достигать, зарабатывать, стремиться куда-то) и существует ещё состояние, когда он не тело и не ум, а что-то другое – тогда он не о чём не думает, ни одной мысли нету. И тут я понял, что пока я повторял про себя <чувствуй <я есмь>> у меня действительно не было никаких мыслей, одно такое приятное ощущение. Ни фига, думаю, что это со мной происходит, и через несколько строк читаю, что, когда человек находится в этом самом особом состоянии – это не твоё состояние, а ЭТО ТЫ И ЕСТЬ. И вот как-то я представил, что это я (а мыслей никаких не было, только приятное ощущение) и как-то мимолётно свой ум и тело показались не моими. Бли-и-инн. И такой кайф на меня навалился, такие необычные острые ощущения, ОФИГЕТЬ, что я минут 20 сидел в оцепенении: ЧТО-ТО ОСТАНОВИЛОСЬ.

 Когда ко мне вернулась возможность размышлять, я понял, что повторением слов <чувствуй <я есмь>> , я могу возвращать себе то состояние необычайного кайфа. В этом состоянии я не мог размышлять, мысли уходили. И глядя на окружающие предметы, я смотрел не на них, а как бы внутрь их, и абсолютно всё состояло из одного материала – из кайфа (и кусок навоза, и золотые часы, и вода, и камни, и машины, и люди – всё!). Были очень странные и необычные ощущения, и я мог вызывать их (останавливать мысли, ум) простым повторением <чувствуй <я есмь>>. Это <я есмь> , я и есть настоящий (не тело, не ум).

Чтобы понять, что это со мной такое происходит я стал покупать книжки ОШО. Читая их я понимал, что это состояние – это осознанность, медитация. Больше всего меня радовал кайф в окружающих вещах, в окружающем мире, я даже ездил в другие города – не мог поверить, что этот кайф везде; привычные предметы выглядели совершенно по-другому, когда на них смотришь без мыслей (не оцениваешь их, не вешаешь на них ярлыки). Эти состояния отключения ума длились не больше 5 минут (но могли и несколько секунд) и требовали отдыха (думающего состояния). За день в то время в состоянии осознанности был не больше часа. Но примерно через полтора месяца мне начало это надоедать, т.к. кайф стал каким-то однотонным, не сильным, не давал острых ощущений; причём мысли о будущей жизни, о карьере прекратились, денег не было. Решил забыть эту осознанность, устроился на работу.

 С месяц жил обычной жизнью, но время от времени появлялась какая-то неудовлетворённость, и после физической работы, в расслабленном состоянии, если ещё попил пива – опять начал повторять <чувствуй <я есмь>> и начал накатывать сильный кайф, причём часа на 2 в день.

Снова начал читать ОШО, вычитал что можно медитировать не только в состоянии расслабления, но и когда раздражён, зол. И вот как-то на работе, не зная что я рядом, за перегородками, напарники сказали какую-то гадость обо мне, и на меня накатил такой гнев; но я вспомнил слова ОШО - <Гнев – время для медитации>. Сказал себе <чувствуй <я есмь>> . И мгновенно из разъярённого тела, ума, я переместился в медитацию. Это было настолько ярко, настолько потусторонне, настолько острый кайф, это было просто счастье, одно светящееся счастье – я на негнущихся ногах вышел из цеха и целый час в рабочее время ходил по каим-то развалинам, помойкам, лишь бы остаться одному и