Она была красива, изящна, артистична, она играла в театре непревзойдённые роли. Её муж был режиссёром театра, а я был просто одним из актёров труппы. Я любил её все долгие годы, что мы играли вместе, любил, но никогда не показывал этого. Её коронный номер был в том, что она срывалась и падала вниз с достаточно большой высоты с канатной лестницы, я не знаю как она это делала, но это было действительно поразительно и по настоящему страшно и захватывающе, сердца зрителей замирали и в зале наступала тишина и только лишь отдельные вздохи дам выдавали накал царивших в зале страстей и эмоций. Она лежала ровно так три-пять минут, а потом вставала и принимала воссторженные возгласы из зала и бурные овации. И как то так же как всегда синхронно мы поднимались по параллельным канатным лестницам, но в этот раз всё было подругому она не играла роль она пристально смотрела мне в глаза, а я смотрел в её, она увидела во мне настоящую любовь и чёрт возьми я видел любовь и в её глазах, но они не светились от счастья в них были слёзы. В одно мгновение я прочитал в них громаднейшее сожаление, сожаление того, что она не понимала моих чувств раньше, что тем самым причиняла мне душевные муки. Мы стремительно поднимались вверх, точнее я судорожно следовал за ней не в силах оторвать взгляда, словно загипнотизированный я мог только подниматься всё выше и выше вместе с ней. Вдруг, я инстинктивно почувствовал момент, что она вот вот сорвётся. Я понял она не играла роль она хотела разбиться, наказать себя. Этот ужасный гипнотический момент и её руки расцепились. Время замедлилось, мне оставалось только смотреть как она падает вниз. Я ничего не мог сделать, внутри всё оборвалось, я стремился как можно быстрее спустится вниз, я корил себя что не могу, не могу так же как она, Я стыдился своей слабости и беспомощности. Когда спустился, врач уже разговаривал с её мужем, говорил что она свернула шею, что всё безнадежна, он отвёл его подальше и продолжал что-то ему объяснять. Остальные же просто в шоке не могли приблизиться, сейчас она была для них ещё более непостижима и недосягаема. Я склонился над её телом, поднял руками её голову и поцеловал в губы страстно, нежно и одновременно с невероятной горечью и болью.
- Знаешь, а на самом деле грустно. Нет ты молчи... Я знаю ты хочешь что то сказать. молчи. Я смотрю в твои глаза я вижу как в них появляется образ того о чём ты подумаешь через минуту. *чик* повернулся тригер. И ты уже ничего не помнишь. Дать тебе пульт?
- Нет не нужно.
- Всем нужен, за ним, что бы ты знал, охотятся миллионы, остальные миллиарды ещё просто о нём не знают. Не ври, ты хочешь управлять реальностью, все очень хотят, чтобы всё было так, как в их мечтах и желаниях, хотят в жизни хэппи энд. Что твой ветер? Ты слушаешь его песни, ты танцуешь на цыпочках, произнося шепотом бессвязные мелодии под звук шарманки и шум иглы в патифоне. Пронзительный шепот мыслей не дающий тебе уснуть так, как будто над тобой склонилось несколько людей, которые в просверленные в твоей голове дырочки закладывают в тебя свои желания. Да, да, сейчас, подождите, я немного отдохну и обязательно вас выслушаю если у вас хватит терпения. Много? совсем нет, две минуты и 53 секунды. "щелчок триггера" Ты знаешь в действительности ничего не изменилось ни-ско-лько, потому что времени нет, есть только несколько слов во круг которых существует всё, но если нет времени, то не нужны и слова, но есть глаза, они всё скажут, если нет глаз, то есть чувство, всегда можно почувствовать, но можно верить, можно и вверить себя если ты не боишься. Ты боишься?
- Эй-эй, расслабься и перестань теребить пульт.
- Я много говорю да? Фууух. Дааа, такая тема.
- Точно. Да, нет... вовсе не много. Я молчу я уже всё сказал, а ты говори, тебе ещё есть что сказать. Если есть что сказать - говори. Тот, кому надо это слышать обязательно поймёт или не поймёт, ну по крайней мере это лучше если ты будешь обсуждать чем отличается 865 чипсет 865pe или сводить дебет с кредетом, да, кстати, запчасти для оки подорожали. Ты слышал? Эй ты в зеркале, что молчишь? Блин, дерьмо закончился стафф и виски, теперь даже и поговорить не с кем...