Это цитата сообщения
Alayil Оригинальное сообщениеЛюбимые сказки. Шаман.
- В твоем мире так, а в моем - эдак.
- Да помилуй, Яку, мы в одном мире живем.
- Не-а. Как же в одном. В разных.
- Чушь какая.
- Не, не чушь. Мы с тобой, Макс, живем в разных мирах.
- Чушь, поэзия и метафизика.
- Да помилуй, - передразнил Яку, - какая метафизика? Если ты смотришь на эту стенку и говоришь, что она белая, а я смотрю на эту стенку и говорю, что она - красная, кто возьмется доказать, что мы находимся в одном месте? Как это вообще возможно доказать?
- Ну, положим, я понимаю, что ты имеешь в виду. Парение мыслей над множественностью миров. Но...
- Честное слово, эта стена - зеленая, - невинным голосом напомнил Яку.
- Ну... А вот что! Что бы ты ни утверждал, физические приборы зарегистрируют пребывание нас обоих в одном месте.
Яку сокрушенно вздохнул.
- Что за мода, - безнадежно протянул он, - какой-то бездушной коробке доверять больше, чем честному слову порядочного человека?
Яку натянул куртку, подхватил рюкзак, звякнувший во всю мощь трех латунных бубенцов, и отправился домой.
Огромная луна царила в небе, заливая потоками бледного света редкие рваные листья, промокшие стволы деревьев, хлюпкую жижу на булыжной мостовой, угольно-черные лужи. Было совсем не холодно и безветренно, влажный воздух казался приятно теплым.
Яку нес на лице растерянную улыбку: в скольких мирах живет он сам, кто бы посчитал... Хотя, конечно, физические приборы сколько угодно могут регистрировать его безотлучное пребывание в этом единственном мире, где у него есть дом, работа, друзья, любимые...
Но когда шаман совершает свои полеты - разве соплеменники не видят его глазами так же ясно, как всегда? А он не здесь, он - не здесь.
Яку понимал, что называться шаманом ему - редкостная наглость и самозванство. Какой же он шаман - без бубна? Но, но, но... Уж слишком все сходилось.
Начать с того, как его загоняли. Вот как.
***
Ночь. Поэтому темно. Поэтому страшно.
Одеяло - единственное спасение, нос наружу, остальное упрятано в плотный кокон из ваты и сатина. Иногда хочется открыть глаза и убедиться, что в комнате нет никого, кроме тебя и темноты, но открыть глаза нельзя. Ты знаешь, что кто-то есть. Ты ощущаешь присутствие, нечто, нависающее над тобой, неподвижное, внимательное. Оно не тронет тебя, если ты будешь лежать тихо, почти не дыша, не шевелясь и не открывая глаз. Оно совсем рядом, оно почти касается одеяла, и ты слышишь его даже не кожей, а внутренней поверхностью кожи. Оно не уйдет, не отступится. Но если ты потихоньку заснешь, утром его уже не будет. Спи. Но оно не подпустит к тебе сон.
Складка простыни намнет бедро, рука под головой затечет, зачешется нос. Ты уже почти засыпал, но придется медленно, осторожно высунуть палец и почесать кончик носа, сдвинуться ниже, медленно-медленно вытянуть руку вдоль туловища, опасаясь нарушить целостность ватного кокона, внутри которого жарко и влажно, но так безопасно. И снова замереть. И почти уснуть. Но даст о себе знать естественная гидравлика, и ты будешь мучаться и терпеть, пока возможно и еще чуть-чуть.
А потом - панически быстрым движением выкинуть руку в темноту, с трудом найти кнопку ночника, покрываясь холодным потом. Лампу под потолком включить, чтобы свет попал в коридор, из-за угла нашарить ладонью выключатель, пройти освещенное пространство, стараясь не приглядываться к темноте за волнистым стеклом кухонной двери, шмыгнуть в тесноту сортира.
На обратном пути придется весь этот свет выключать и идти спиной к настигающей тебя темноте, ожидая прикосновения и не смея обернуться.
Ты упакуешься в одеяло с головой, судорожным движением втянешь голую беззащитную руку, погасившую ночник. Замрешь. И темнота неторопливо обступит тебя и нависнет над тобой.
Когда из окна просочится холодный серый свет, ты вытянешь шею, освобождая лицо и жадно ловя прохладный воздух, распрямишь затекшее тело, перевернешься на живот и наконец заснешь, улыбаясь.
***
Как его загоняли! Шаг вправо, шаг влево - чудовища настороже. Темнее самой темноты приходили гости, стояли над душой. И никуда от них...
А там, далеко, куда не было времени пристально вглядываться, из ничего воздвигались горы, взмывали мосты над бурливыми реками, разливалась зелень долин, и лица человеческие, блистая разумом и красотой, представали ему и смотрели на него со спокойной требовательной надеждой.
Но они были по ту сторону врат и ждали, чтобы он открыл их.
А ему не до того было. Вернее, ей.
О как! Не правда ли, вам приходилось слышать, что это распространенное явление среди шаманов?
Просто однажды она проснулась - и не нашла себя.
***
Ты озираешься в безмерном удивлении. Что изменилось? Что изменилось вокруг? Откуда эта сосущая, как недоброе предчувствие, пустота внутри? Окно осталось окном и
Читать далее...