Глеб Павловский: "Хотелось бы, чтобы Путин взял себя в руки"
Автор: Валентин Барышников
Стратегический кризис, потеря управляемости – так оценивает события 2014 года в России политолог Глеб Павловский, который в свое время работал на кремлевскую администрацию, а теперь критикует ее действия.
Павловский прогнозирует, что 2015 год будет в России еще более конфликтным, и, сравнивая нынешнюю ситуацию с гражданским подъемом трехлетней давности, констатирует, что политика в стране разрушена, в обществе создан глубокий раскол.
Глеб Павловский: В конце 2011 года возможность изменения была упущена практически сразу и с двух сторон, как оппозиции, так и Путина, который возвращался на третий срок. Ни та, ни другая сторона не смогла сформулировать политическую повестку, и в итоге произошло разрушение политики, которое мы наблюдали последние 2,5 года. И сегодня наша политика лежит в обломках.
Но что касается Навального и демонстраций в его поддержку, то это, скорее, вопрос принципа, что ли. Это гуманитарная акция на самом деле, попытка, если хотите, избавить власть от очередного свинства – посадки человека ни за что в лагерь.
Но мотивы у людей, которые туда идут, я думаю, в основном, другие. Они-то хотят выразить свое отношение к происходящему, обозначить, что оно неприемлемо. И эта сторона мне кажется человечески понятной, поэтому я тоже пойду (интервью было взято до вынесения приговора братьям Навальным и "народного схода" в Москве в их поддержку. – Прим. ред.), но она политически бесполезна. Это не способ повлиять и не способ чего-то добиться.
Валентин Барышников: Можно ли сказать, что сейчас остался небольшой процент людей, которые политически активны, независимо мыслят, и большая часть населения, которая поддалась пропаганде, то есть что независимо мыслящие люди сейчас находятся в оппозиции к Путину? Или это неверно и у Путина есть свой независимо мыслящий политически активный электорат?
Глеб Павловский:Такой альтернативы нет. Власти с помощью массмедиа, а точнее, злоупотребления ими создали колоссальный раскол, которого не было в стране очень давно. Число людей на стороне властей значимо для Кремля, но значимо по ошибке. Они думают, что таким образом они формируют лояльную основу.
Но глубина раскола обычно подчеркивается именно размером несогласного меньшинства. Раскол увеличивается и превращается в фактор политической жизни. Диссидентство было еще меньше в Советском Союзе, но оно было фактором жизни.
Но не так просто объяснить, что такое нынешнее большинство. Это не прежнее путинское большинство, которое бестревожно доверяло Путину и готово было за него голосовать, в каком-то смысле обдуманно, а это большинство, у которого искусственно с использованием средств современных массмедиа стерты лобные доли, и еще неизвестно, в каком состоянии мы примем его на руки, когда эта операция прекратится.
Это очень опасная ситуация, ее не было во времена, когда я был диссидентом. Понятие "советских граждан" существовало, но сегодня мы видим новый постмодернистский тоталитаризм, который не нуждается в прежних инструментах, поскольку у него есть новые, но эти новые ведут к очень быстрой деградации человека, массы, значительно более быстрой, чем в Советском Союзе.
Советская идеократия была авторитарной, но она была ценностной, нынешняя является нигилистической, она ради каких-то временных преимуществ убивает способность людей творчески мыслить, действовать и так далее. Но я не хотел сказать, что те 14 процентов, которые противостоят 86, являются какими-то гигантами мысли и интеллектуалами. Ничего подобного, это просто очень пестрая коалиция очень разных людей, которые, когда это все кончится, немедленно разбегутся по сторонам.
Валентин Барышников: Кто-то говорит, что Путин уже не президент, что за ним идет война кланов.
Глеб Павловский: Это русская болтовня, она вообще ничего не означает. Система, которая возникла в эти 15 лет, в основе имела решение задачи, которая была общей – создать консенсус по поводу нового государства, консенсус, которого не добился Ельцин. Ушел он именно потому, что этого не добился, будучи никем не поддержан, кроме группки вокруг него.
Путин решил эту проблему, решил давно, но после того, как он ее решил, после того, как люди перестали жить в каком-то вечно разрушенном Советском Союзе и признали новое государство, команде Кремля захотелось дальше управлять прежними средствами.
Здесь уже нечем похвалиться, потому что я, безусловно, был среди тех, кто отчасти самообманывался, а отчасти обманывал других, потому что мы все уверяли, что идем не туда, куда мы сейчас пришли. И сейчас Путина действительно несет волна, но это не значит, что есть смысл описывать все это в виде комикса, где за спиной Путина кроются какие-то мрачные злодеи или заговорщики.
Все значительно проще. Это стратегический кризис, потеря управляемости.
И собственно говоря, мы видели последствия этого только что – в связи с рублем. Это был именно кризис системы, и он показал, что
Читать далее...