Стучал я по столу Хуём
Сидел на кухне развлекался
Орешек грецкий колотил
Хуль, если молоток сломался

И вот загвоздка не убить
Ебошил аж до посиненья
Башкой тебя, что ли разбить
Ебучей флоры бля творенье

Ну и кароче уебал
Башкой, с разбегу в косячину
Ореху похуй, я упал
Ну не разбить ни как скатину

И тут хуяк орех ожил
И говорит матерым басом
Ты б на пилотку положил
И ёбнул бы своим фугасом

Ну нихуя себе орех,
Прошарил сука быстро схему
И телка, тут как тут на грех
Я предложил ей эту тему

На изготовке хуй стоит
Орех меж щели разместился
Готовься тетка, бью хуЁм
Въебал. А он бля провалился

И говорит оттуда блять
Ну что мудило доигрался
Я тут мол хули прорасту
А ты как видно, Обломался

Да хуй тебе, ведь я не трус
Сказал я, Взяв топор в кладовке
Я до тебя бля доберусь
Ебучий пидор в упаковке

Надел короче гидра шлем
Для спелеологов который
Резину натянул на член
Держись поскудища позорный

И отойдя на три скачка
С разбегу прыгнул я в вагину
Девица дернулась слегка
П И З Д А А А , порвал подругу Нину

Зато теперь проблемы нет
Орехи хУем не ебашУ
Теперь жую мяско в обед
И пру тихонько телку Машу…







Я Вас люблю, что можно аж усраться.
Быть может, что никто так не любил.
Но в этом не могу я Вам признаться.
Стесняюсь, с$ка, просто как дебил.

И что не смог сказать, себя казня,
Я облекаю в анапесты и хореи.
И плавно льется рифма из меня,
Как жидкий кал во время диареи.

Слова любви бумаге доверять...
Да, этого, увы, чертовски мало.
Ах, если б мог о чувствах я сказать
Вам прямо в Ваше милое е$ало.

Направили б тогда свои мы стопы
В прекрасный сад за тихою рекой.
Я б рядом шел и Вас держал за жопу
Своей застенчивой дрожащею рукой.

Я осыпАл бы Вас стихами и цветами.
И глянув никого ли рядом нет,
Как розы алой лепестки губами
Вы отстрочили бы украдкой мне миньет.

Но сон в ночи не станет явью дней.
Стократ себя за это проклинаю.
Ведь от стеснительности е$нутой своей
Я неподетски ох$ительно страдаю.

Ваш облик в грёзах видеть зае$ался,
Болит рука и нету больше сил.
И в ванной пробку вынуть я не догадался,
Соседей снизу спермой затопил.

В надежде робкой обрести покой,
Я прошепчу Вам все таки чуть слышно:
О, Ангел Нежный, будьте же со мной,
Е$ать Вас в жопу трехметровым дышлом.







Я узнал, что у меня
Есть огромная фигня!
Я шагаю с ней по свету
И люблю и ту и эту -
И Маринку, и Наташку,
И Марго и эту Машку,
Олю, Таню, Ксюшу, Люду,
Василису завтра буду…
И Оксану и Светлану,
И на Юлю строю планы,
И Лариску и Анжелу,
И Катюшу между делом;
Веронику, Аню, Женю,
Хоть она и в положенье,
И Полину и Варвару,
И начальницу Тамару,
Бабу Клаву, бабу Зину
И Данилу и грузина
И свою собаку Глашку,
И кота и черепашку,
И тропинку и лесок,
В поле каждый колосок,
Все живое, неживое -
Это все мое, родное!
Всех люблю на свете я -
Вот концепция моя!
Рапорт модератору







Может мозг наш слегка расслабиться
Уж работа совсем не прет,
Очевидно сегодня пятница,
Выходных наступает черед!

Будет вечер, огурчики, водочка,
И в тарелку мой фейс упадет,
Будет время по полной расслабиться,
Час его все быстрей настает!

Выходные со смехом прокатятся,
И неделя по тихой пройдет,
А потом подойдет снова ПЯТНИЦА,
Её так ожидает народ!

Футболист пусть под допингом тащится,
Наркомана от курева гасит,
А меня впечатляет лишь пятница,
От неё меня просто колбасит!

Об одном мне всегда лишь мечтается
Верю день этот скоро придет,
Что в неделе все дни станут пятницей
И тогда будет полный улет!







Чу! Паркуется блондинка...
Это та еще картинка:
Вот парковки дохрена,
Вот машина. В ней она.

Взад. Вперед. Обратно. Снова.
Получается хуево.
Влево. Вправо. Взад. Обратно.
Результат: опять отвратно.

Слушай, вылезь, посмотри:
Тут машин воткнется - три!
Места - море; не волнуйся
И - спокойно припаркуйся...

О, смотри-ка, психанула:
Развернулась, газанула,
Но приехала опять.
Понимаю, надо ж встать!

Вправо. Влево. Взад. Вперед.
Хуй. Машина не встает.
Вправо, вбок подаст авто -
Снова хуй. Опять не то.

Йопт, аж скрежет на зубах!
Столб! Бочина! Бампер! Баахх!!!
Вылезает враскорячку
Эх, дуреха, жалко ж тачку!

Ты давненько за рулем?
Впрочемь что я? И о чем?
Штамп на лбу: кисакуку!
Свежей вмятиной в боку.

Ветерок подул, смеркалось,
Чудо снова парковалось
В меру опыта и сил.
Я - вторую прикурил...

Наконец подзаебало:
Откровенно скучно стало
Зрелищ - слишком дохуя!
"Добрый вечер, можно я?"

Смерив взглядом, уступила.
Сел за руль, загнал тачило.
Заглушил. И - из машины.
"Ой, спасибо вам, мушшына!"

"Вы так милы!" "Правда?" "Да."
Я хуею, вот балда!!!
И пошли: она - гулять.
Я - домой, хуи пинать...







У каждого дела запах особый.
В булочной пахнет Читать далее...

Сначала она приходила. В гости. Потом просто приходила.
Потом как-то поздно засиделась и заночевала. А потом и вовсе не ушла.
Осталась.
В доме появились цветочки и вазочки. Я уже не мог курить на кухне, потому
что азалия от табачного дыма скорбно складывала листики и роняла лепестки.
А
чтобы увидеть свое лицо во время утреннего бритья, мне приходилось
отодвигать в сторону бутылочки и флакончики, заполонившие некогда чистую
полочку перед зеркалом.
Вот тут-то неожиданности и начались.
Hеожиданность первая.
Презервативы она не признавала. Я с ним ничего не чувствую. Таблеток
опасалась. Ты что? Это ж гормональное! Оставался старый библейский способ.
Hо беспокоиться о нем должен был я. Я старался. Hо ей всегда не хватало
пятнадцати секунд.
Вторая неожиданность возникала регулярно примерно раз в неделю. Я
никогда не мог быть уверен, кто встретит меня в дверях: блондинка,
шатенка, рыжая или красная. За неделю я с трудом привыкал к новой
масти (чего не сделаешь ради любимой), но именно тогда моя милая
решала, что и этот цвет ей не к лицу. Какого цвета она была раньше, когда
только приходила в гости, я уже не помню.
Hеожиданность третья.
Она не понимала, зачем в доме плита. И действительно,зачем? Для ее завтрака
достаточно электрочайника.
Похудев на три кило, я купил ей кулинарную книгу, но она споткнулась на
фразе "изжарить курицу до полуготовности", поскольку никак не могла
определить, когда же наступит эта половина. Курица сгорела. Я съел на ужин
три листика салата с обезжиренным кефиром и на следующий день "Детском
мире"
купил "Мою первую поваренную книгу" для девочек младшего школьного
возраста.
Вечером на ужин было подано картофельное пюре. С комками. Тогда я с
надеждой
полез в холодильник в надежде найти что-нибудь вкусненькое, завалявшееся с
холостых времен. По лицу моей милой я понял, что она готова дать мне пинка.
Ради мира в семье пришлось лечь спать голодным. Я стал мечтать, чтобы на
прилавках магазинов появились пакеты с надписью: "Еда мужская. 10 кг".
Купил
- пару дней сыт...
Hеожиданность четвертая.
Про стирку она вспоминала только тогда, когда я утром перед важной
встречей
обнаруживал, что все рубашки давно в баке для грязного белья. К
неудовольствию шефа приходилось прятать грязный воротничок под свитером с
глухим воротом. Покупка стиральной машины-автомата не помогла. Пришлось
считать носки и рубашки и предупреждать, когда их запасы подходили к концу.
Hеожиданность пятая.
Любой насморк сваливал ее в постель как минимум на пять дней. От
несанкционированного прикосновения возникала гематома на две недели.
Подвернутая нога требовала подавать машину к подъезду. Обязательная
ежемесячная болезнь растекалась по времени и пространству: первую неделю
болела поясница, вторую - грудь, третью - голова, а четвертую - низ живота.
Литература по ароматерапии и траволечению скупалась в ассортименте,
уступающем только астрологии.
Ее стоматолог поменял "девятку" на "Пассат", а гинеколог собралась рожать
второго ребенка.
Hеожиданность шестая.
Она умела и любила разговаривать. Мое участие в этом процессе не
требовалось. Хватало ритуального "Доброе утро", дорогая, и я мог быть
свободен на день. А если мне не удавалось вечером вставить "Иди ко мне", то
и на ночь тоже.
Hеожиданность седьмая.
Звука собственного голоса ей было недостаточно. Hа кухне пело радио
"Ультра", в комнате бубнил телевизор, а в спальне - магнитофон. И все это
было музыкальным фоном к двухчасовому разговору по телефону с подругой, во
время которого мое счастье мигрировало по квартире с трубкой радиотелефона
в
руках. И не дай бог было переключить канал! Выяснялось, что именно эту
рекламу "Тампакса" разработал муж ее подруги, служивший в рекламном
агентстве, и поэтому именно ее она должна еще раз посмотреть, чтобы сказать
ее свое мнение. И вообще она заглатывала телевидение целиком. Попытка
сменить программу хотя бы на время рекламы вызывала у нее головокружение и
мигрень не короче трех дней.
Hеожиданность восьмая.
Моя любимая распространялась по квартире со скоростью наводнения. Любая
свободная плоскость на уровне глаз и выше заставлялась статуэтками и
подсвечниками, любой стол и подоконник украшался вазочками и салфетками.
Мои
книги испуганно забились по дальним углам. Любой стул и кресло завешивались
халатами и колготками.
Сесть так, чтобы тут же не подскочить от крика "Помнёшь! Я только
погладила!" мне удавалось только в единственное кресло перед телевизором. И
то лишь потому, что я его ревностно охранял. А стул на кухне пришлось
заменить табуреткой, чтобы на спинке ничего не висело.
Hа нее можно было спокойно сесть, согнав кота, которого она подобрала на
улице на третий день нашей совместной жизни.
Hеожиданность девятая.
Она свято блюла заветы Ленина: "Социализм -это учет". И пусть социализм
кончился, учет и контроль были постоянны.
Почему ты приехал с работы на восемь минут позже обычного? Кто тебе сейчас
звонил? Кому ты сейчас звонил? Куда Читать далее...

Но как в лома сегодня работать,а особенно когда не позавтракаешь.

LI 3.9.25

Медведь собрался залечь в спячку и попросил Зайца и Ежика посторожить мешок с чаем. Медведь уснул, а Заяц с ежиком так чаю захотели. Думают:
- Чуть-чуть заварим... не заметит Медведь.
Так по чуть-чуть от чая одна труха осталась - кончился. Ежик:
- Что же мы скажем? Чая-то нет.
Зайка: - Ладно, я сам все скажу медведю, а ты так глаза вылупи и молчи!
Приходит Медведь: - Где мой чай?
Зайка: - Что вылупился, Колючий?? Мишка спрашивает, где его чай???

....
[показать]

....
[показать]

продолжение
[показать]

[показать]
а потом думай есть рядом с нами кто...

Довелось мне как-то раз прокатиться на легендарной машине-вездеходе, ЗиЛ-157. Машина, я вам скажу без всякого ехидства - чудо советских технологий, что касается проходимости. При трех работающих мостах и подкачке шин ей наверное нет равных. Но, несмотря на все эти плюсы, есть свои минусы, и если отбросить дизайн и комфортность, то первым из них будут скоростные качества. Ну, да ладно.
Попал я в эту машину чисто случайно, добирался автостопом до одного таежного поселка. Водитель, угрюмый мужик двухметрового роста, был молчалив, но, а если и выражался по какому-то вопросу, по всему моему организму пробегала жуть. Дорога дальняя, по проселку километров сто двадцать, жара под тридцать, на грунтовом покрытии слой пыли сантиметров в десять. Окна в машине все открыты, включая лобовые стекла. Как я уже заметил, скорость у этого «колуна» пятьдесят, не больше. Поэтому нас с периодичностью минут в пятнадцать-двадцать обгоняли попутные. Облако пыли, ими поднятое, достигало в высоту нескольких метров, и за неимением ветра было практически бесконечным. Водила злобно чихал, глаза его постепенно наливались кровью, и я от греха подальше, тоже задыхаясь, забился в самый дальний угол кабины.
- Твою мать …! - заглотив очередную порцию густой, и даже осязаемой на ощупь пыли, возмущался шофер, - твою мать …! - повторял он, выплевывая очередной сгусток слюны, похожий на алычевое повидло, - поубиваю козлов!!!
Но «козлы» спокойно пилили дальше, а мы становились все более похожими на печников с пекарями, вместе взятыми. Поначалу я предпринял несколько попыток успокоить разъяренное чудовище, но как только я открывал рот, он одаривал меня таким взглядом, что я тут же понимал, что в одночасье из попутчика могу превратиться в одного из вышеупомянутых животных.
- Ну все, падлы, настал ваш час! - водила резко ударил по тормозам, останавливая машину.
Уже через секунду в его руках жадно заблестел довольно приличный топор, выуженный откуда-то из-за сиденья.

- «Блин, с маньяком подвязался ехать!» - мелькнуло в моем расплавленном сознании, обильно присыпанном пылью, - «только не меня, только не меня» - бешено запульсировала единственная мысль. Но пронесло, на меня он просто не обратил внимания, попершись куда-то за машину. Через минуту из придорожного перелеска, раздались яростные удары топора.
- «Может, ему так психотерапевт посоветовал, эмоции гасить» - аккуратно выглядывая в окно, подумал я.
Мужик, не обращая ни на что внимания, с остервенением и какой-то стахановской целеустремленностью пластал под корень довольно приличную березу.
- «Плаху для козлов готовит!» - осенило меня.
- А ну, браток, подсоби! - когда береза с треском завалилась на бок, взревел водила. Из братков был только я. Осторожно, так, чтобы не сделать какое-либо движение, могущее еще больше разъярить водилу, я ухватился за свежий комель.
- На дорогу давай! - рявкнул маньяк.
- «Точно беспредельщик, щас дорогу перекроет и начнет козлам головы пластать» - таща березу, анализировал я, просматривая местность для экстренного отхода.
Вытащив березу на дорогу, мужик полез в кузов и достал довольно длинный и толстый канат.
- «Топора ему мало, еще и виселицу хочет сделать!» Но мужик виселицу делать не стал, набросив один конец каната на фаркоп, а второй на комель березы, он довольно споро завязал морские узлы.
- Поехали, братан! - запрыгивая в кабину, довольно весело возвестил он.
Все оставшиеся восемьдесят километров мужика было не узнать, он хохотал, травил байки, обещал познакомить с местными девками, и все такое прочее. Изредка оглядываясь назад, или посматривая в зеркало заднего вида, я понимал, что пылевые бури в Сахаре и Гоби просто детская шалость, по сравнению с тем, что творилось после нас. До пункта назначения нас не обогнала ни одна машина, и даже встречные почтительно замирали на обочине.




[показать]

[показать]
А вот тут кто,что выберет...а лучше того и того::))))

Свадьба - самое любимое мероприятие в Азербайджане. Самое любимое и самое традиционное. По традиционности с ней могут поспорить разве что похороны, но кто назовет похороны своим пристрастием?

А вот свадьбы любят все: как устраивать, так и просто быть гостем, плясать, есть вдосталь, снова плясать, снова есть, говорить тосты и немедленно выпивать, снова есть и снова плясать, фотографироваться с молодыми, обсуждать других гостей, улыбчиво общаться с родственниками, которых сто лет не видал, опять-таки есть, пить плясать... Ну и слушать тамаду… О нем, собственно и пойдет речь…

Надо сказать, что азербайджанские свадьбы хоть и экстракт доживших до наших дней традиций, но современность и непременная европеизация коснулись и их. Отсюда марш Мендельсона, белое платье невесты, торт, швыряние букета и всяческие технические новинки: синтезаторы, видеосъемочые системы, мониторы по всему залу, цифровые фотокамеры, и прочие штучки.

Вот одна-то из штук и стала причиной немалого скандала.

Работал на свадьбе где-то в центральной части республики, между гор и полей, бывалый такой Тамада. Свадьба была для него не десятая и даже не сотая. Все тексты и все нюансы церемонии Тамада знал наизусть и, уже давно утратив ощущение праздника, оброс не только опытом, но и изрядным цинизмом…

В тот вечер он вышел на люди с замечательной технической новинкой, известной среди профессиональных звуковиков как «гарнитура». Это такой микрофон, который крепится непосредственно на голове и руки освобождаются, давая простор движениям. Радиомикрофоны, толстые словно бананы, на свадьбах эксплуатируются уже давно, адиогарнитуры же, передатчик которых крепится где-нибудь на поясе, а крошечный микрофончик торчит прямо возле губ, появились только-только. И вот вышел наш Тамада с такой гарнитурой, гордясь техническим прогрессом, и собой - непосредственным участником такового прогресса… Однако течение свадьбы привычно затянуло Тамаду в свое русло и, пригубливая из солидного бокала каждый тост, он уже неплохо… гм… наклюкался. Но вида, разумеется, профессионально не подавал.

Тостом …дцатым Тамада решил сделать тост «За нашу красавицу, за единственный свет в окошке у отца с матерью, которым они благородно поделились с достойнейшим из людей - женихом, за ее изящество, за ее красоту, за ее ум, за ее… В общем давайте выпьем за…» Здесь Тамада на секунду обернулся к ближайшему музыканту и, ошибочно прикрыв ладонью не микрофон, а бокал (микрофон-то как был, так и оставался возле губ), спросил во всю мощь динамиков:

- Как эту б^ядь зовут, в белом сарафане?
Зал в шоке.
Тамада после осознания сделанного - тоже.
Били его долго и нудно.
Выйдя из травмопункта, Тамада с техникой стал особенно осторожен.
[показать]

Всё только начинаеться...
Жена спрашивает у мужа:
- Что такое разнообразие?
- Это когда Маша, Лена, Ира, Света...
- А, поняла, это когда Саша, Петя, Миша...
- Hет, жена! Ты блядство с разнообразием не путай!