Здравствуй, я принёс тебе цветы. Да, твои самые любимые майские ландыши. Я нарвал их в лесу перед тем, как приехать к тебе, на них даже всё ещё держится утренняя роса. Я вёз их очень аккуратно, ведь ландыши такие нежные и хрупкие. Совсем, как ты…
А помнишь, как мы встретились в первый раз? Ничего необычного в нашей встрече не было, просто день рождения общего знакомого. Тогда я ещё был совсем другим: этаким Донжуаном. Да, мне нравилось играть женскими сердцами, подогревать их ложной страстью, а потом разбивать о лёд разочарования! Но никто из тех пустышек не вызывал во мне особого интереса, а вот ты…
Сначала я думал поиграть с тобой так же, как и со всеми остальными, но что-то внутри ёкнуло и остановило меня. Должно быть, твои серые, широко распахнутые глаза. Я видел много разных глаз: и ярко-голубых, и синих, и чёрных, как ночь… Но твои глаза навсегда запали мне в душу! Цвета пасмурного неба с оттенком ртути. А помнишь, как ты впервые посмотрела на меня? Такого со мной никогда не было! Меня прошибло холодной волной от твоего открытого взгляда, от детской доверчивости, которая читалась в нём. Я даже невольно улыбнулся, а ты, помнишь? Ты покраснела тогда, опустив глаза в тарелку.
Чёрт, я вёл себя, как маленький! Нас с тобой сразу познакомили, но весь вечер я боялся к тебе подойти, боялся показаться глупым или сделать что-то не так и опозорить себя перед тобой. Мне повезло, что тебе не с кем было идти домой, это был просто подарок судьбы! Я нарочно тогда не сказал, что приехал на мотоцикле, а оставил его в гараже у именинника. Помнишь, как весело тебе было идти со мной? А помнишь, как мы с тобой прощались в тот вечер? Я довёл тебя до самой двери твоей квартиры, и почему-то мы оба замолчали, не зная, что делать дальше, ведь никому из нас не хотелось уходить. Внезапно ты вздохнула и сказала:
- Пока. Надеюсь, мы ещё встретимся.
Я чуть было не упустил свой шанс, но вовремя опомнился и спросил:
- А когда? Когда я смогу увидеть тебя?
- Ты давно не был в книжном? – с улыбкой спросила ты.
- Давненько. Я зайду за тобой?
- Хорошо, книжный закрывается в 6, а ты приходи в 4. Думаю, мне хватит этого времени, чтобы найти то, что нужно.
- Я приду.
Странно, но, когда я ночью под дождём бежал обратно за мотоциклом, я был счастлив.
А помнишь, как мы тогда пошли в кафе, которое находится за книжным? Помнишь, как удивлялись, что мы с тобой очень похожи? Я тогда впервые встретил девушку, которая меня понимает… Ты в тот вечер ещё случайно упомянула, что любишь ландыши. Я хотел купить их тебе, но какие ландыши могут быть осенью?
А помнишь, как мы ездили в лес за грибами? Ты тогда насобирала целую корзину ложных опят, и нам пришлось вывалить их под куст. Мы так смеялись тогда. А как я учил тебя ездить на мотоцикле? Как мы «по ночным автострадам нарезали круги»? А помнишь, как ты мокла под дождём, стоя на остановке, где почему-то не было крыши? Я тогда как раз проходил мимо и, увидев тебя, подошёл сзади и поднял над тобой свой зонт. Ты сначала так испугалась, но потом рассмеялась, увидев меня. Под зонтом было мало места, и мы стояли так близко, что я чувствовал твоё дыхание, я смотрел в твои глаза и сравнивал их с дождливым небом… А у тебя по носу сбегала капелька дождя, я легонько стряхнул её пальцем, ты, покраснев, улыбнулась… А потом мы поцеловались в первый раз. Помнишь? Пустая улица, автобус, который, как обычно, опаздывал, дождь, а под зонтом только ты и я… Я никогда этого не забуду!
А помнишь, как мы с тобой бегали на дискотеку в ночной клуб? А как катались на качелях в лунопарке? А как плавали на лодке по пруду? Как пускали мыльные пузыри у меня на балконе? Они летели с нашего девятого этажа, играя на красном закатном солнце радужными бликами…
Тогда я не знал, что ты больна. У тебя был рак. Болезнь была неизлечима. А ведь ты была такой весёлой, такой жизнерадостной, такой юной и лёгкой! Как ты улыбалась, как сияли твои глаза, какими притягательными были твои губы! В тебе всё было прекрасно, всё хорошо. До этого я не встречал такую необыкновенно нежную девушку, не встречал и не встречу никогда!
У меня на глаза наворачиваются слёзы, когда я вспоминаю, как ты бледненькая лежала на больничной койке, исчез твой радостный румянец с щёк, а глаза стали казаться ещё больше, и в них появилась такая грусть такое отчаяние!
- Я умру. – сказала ты.
- Нет, что ты! Конечно, нет! Всё будет хорошо. – я пытался успокоить тебя, хоть и понимал, что это напрасно.
- Ты же знаешь, что не будет… - ослабшей рукой ты коснулась моей щеки.
- Послушай, котёнок, я люблю тебя, и мы всегда будем вместе. Слышишь? Всегда!
- Я тоже люблю тебя, и я хочу попросить тебя… - ты начала плакать.
- Всё, что угодно, только скажи.
Я сидел рядом и понимал, что не в силах спасти тебя, что ничего не могу, что здесь я слаб. Я мог только исполнить твоё желание, быть может, последнее…
- Я хочу, чтобы на моей могиле не было этой уродливой чёрной плиты. Обещай мне, что у меня будет белая мраморная плита, а на ней будет сидеть ангел со сложенными крыльями
Читать далее...