Утром мне позвонила мама и сказала, что идёт покупать презерватив. Чтобы можно было помыть посуду.
Вчера пол часа уговаривала маму сходить в травму. В ночи она-таки пошла. И случилось всё в лучших моих традициях: в травме маму обхамили, наорали на неё, отчитали за укушенность, как школьницу. Из травмы до дома она ехала на грузовике, в кузове (больше никто не остановился, зато бесплатно довезли). Теперь ей надо звонить в (цитата) "центр такой спецальный, куда все укушенные обязаны звонить", чтобы получить свой укол от бешенства. И она идёт за презервативом, дабы натянуть тот на палец - резиновая перчатка не налезает на руку - так её перебинтовали.
Вчера маму укусила собака, её собственная злобная старая тварь. Тварью эта зараза была всегда. Она в том не виновата - просто у неё от рождения больная жопа. Бывает такое, когда жопа болит всю жизнь. И попробуйте при этом оставаться добрыми. Но это ещё не всё. Окромя больной жопы, больных нервов, и больного сердца (о сердце более подробно ниже), у животного к старости появилась катаракта, рак сиськи, и глухота. И вот это несчастье, слепое-глухое, и тем не менее, всё такое же громкое, мама не может усыпить потому, что (цитата) "рука не поднимается". И где тут гуманность, спрашивается?
"Собачье сердце." Рассказываю. Бесси (кстати, "бесс" по-испански означает "поцелуй", если бы я знала - как по-испански "укус"...) не подпускала к себе практически никого с самого своего появления в нашем доме. Разве что маму, и то не всегда. Её нельзя погладить. Никогда. Нейтрализует её только вода и улица - и там, и там она боится.
Бесси - болонка с потешным коричневым носом. Однажды сын не удержался и сделал этому носу "клаксон". Спасло ребёнка только то, что я была рядом, и то, что собака настолько обалдела от такой наглости, что не сразу отреагировала. Она бы его загрызла. Но я не об этом. А о том, что Бесси - болонка. Поэтому её надо стричь периодически. А к себе она никого не отпускает. Ветеринары обычно накидывают ей лассо на морду. Верёвку с петлёй, которую можно будет затянуть, чтобы она не тяпнула. Если получится накинуть. Попытки с седьмой, некоторым врачам это удавалось. Так вот, однажды доктор посоветовал маме усыпить собаку - ненадолго, дать снотворное и подстричь, пока та будет спать. Нелепо, да? Дальше будет хуже. Итак, мама дала псине фенобарбитальчика, и та заснула. Мама её подстригла без проблем.
А вот второй раз, перед следующей стрижкой, мама переборщила с дозой. Я в тот день ночевала у сестёр, мама позвонила мне и сказала, что случайно убила собаку. Когда я приехала домой - Бесси уже немного очнулась. Она выехала в прихожую на мамином плече, и, не смотря на то, что была под сильным наркотическим опьянением, попыталась поднять голову и гавкнуть на меня. Тогда я сказала маме уверенно:
- Нет, она не умрёт. Точно тебе говорю.
Собака выжила. Но после этого у неё начались проблемы с сердцем. Доктор прописал ей удивительно дорогущие человеческие сердечные препараты.
"Я собаку убил." Рассказываю. Дело было годы назад, когда квартиру мамину занимала я и Горын. Кто такой Горын я рассказывать не хочу. Достаточно будет сказать, что Горын любил, но не умел выпить. А Бесси не любила и умела не любить Горына. Поэтому лаяла она на него и кусала его чаще остальных.
Однажды Горын явился домой в своём привычном не_расти_трава_состоянии. Он явился, и давай искать свои сигареты по квартире. Почему-то не раздеваясь, он сразу начал с этого. Собака бегала вокруг него и лаяла. А, надо сказать, лаять она умеет, так же как и кусаться - от души - уши закладывает минуте на второй. Горыну это надоело.
Я в тот момент была в прихожей ещё - запирала дверь. И слышала только звуки. А звуки были такие:
Собачий лай
- Заткнись, сука!!
Собачий лай
Глухой звук удара
Свист чего-то летящего
Глухой звук удара
Глухой звук шлепка об пол
И тишина
Вот эта самая тишина меня насторожила. И в этой тишине прозвучала равнодушная холодная фраза очень пьяного человека. Он сказал:
- Вика, иди, я собаку убил.
Короче говоря, он дал ей пинка ногой. Нога была в ботинке. Пинок был настолько сильный, что животное было поднято в воздух, пролетело по этому воздуху метра два, башкой вперёд, башкой же влетела в кухонный стол-тумбу, и приземлилась на бок.
Я её увидела лежащей на этом самом боку, с неестественно запракинутой назад головой. Она была без сознания. Я села над ней и, глотая слёзы, привела её голову в нормальное положение. В шее у неё что-то хруснуло, и она очнулась. Очнувшись, она тут же попыталась меня тяпнуть. Но вяло. Потом она поднялась, и на шатких лапах прошествовала в комнату, по дороге пару раз гавкнув на Горына, видимо, чтобы тот не зазнавался.
Она выжила. Даже после этого.
Сейчас у неё из здоровых органов остались только зубы и голосовые связки. И всё такие же сильные челлюсти. Всё это работает, на удивление, отлично. Она прокусила маме палец насквозь, до самого ногтя.
Не знаю, как уговорить маму всё таки усыпить это несчастье. Чтобы несчастье само не мучилось и не
Читать далее...