Когда-то я уже писал, что музыка для меня-своеобразная машина времени. Попробую немного прокатиться на ней.

"Deep Purple". Армия. Сколько раз были прослушаны "Deep Purple in rock" and "Machine Head". Мы сидим в нашей маленькой каптерочке. Молдавское домашнее вино и нехитрая солдатская закусь. Хлеб, сало, лук. Потрескивают дрова в печи-голланке. Сначала просто слушали, потом пытались выучить каждый свою партию и сыграть. Но соревноваться с этими ребятами было смешно. Слушали " Свободную Европу" на румынском языке. Разумеется музыкальные программы  и новости. На саксофоне и кларнете у нас играл молдаванин, и он переводил самое интересное. Уже под конец службы  вышел альбом "Burn". Без Йана Гилана и Роджера Гловера. Петь стал Дэвид Ковердейл, а на басу играть Гленн Хьюкс. Все было впереди у нас. Казалось, что после армии не будет никаких забот, подьемов, отбоев и т. д. Даже договаривались продолжать играть на гражданке. Ничего этого не получилось. Заботы только начинались.

"Kansas". Получили сразу три диска  этой замечательной, доселе неизвестной группы. Я работаю на железной дороге. Мы с моим помошником Серегой Белым идем проверяем рельсы ультразвуком. Жил я тогда у жены, жел-дорога прходила недалеко от ее дома. -Серега, говорю я,- ну его на фиг, занесем аппарат ко мне во двор, завтра закончим проверять, Я тебе такую группу сейчас включу.

Включал, слушали, попивали винцо или пиво. Мне было 25. Опять казалось, что жизнь только начинается.

"Space". 1 января 1979 года моему другу Стасу Некрасову  исполнялось 30 лет. Он был на 4 года (почти на пять) старше меня. Сейчас я старше его на 4 года, и буду все старше и старше. А ему навсегда останется 49. Так вот, на свой день рождения Стас соорудил очередную свето-музыку. Все стены в его комнате были завешаны разными лампочками. Шар, сделанный из глобуса был оклеен зеркальными осколками. Когда он включил всю эту систему, и зазвучал "Magic Fly" and " Deliverance", нам показалось, что мы попали в страну чудес. Загадочно улыбаясь, Стас достал маленький черный шарик.

-В честь 30-летия,-провозгласил он.  Мы сделали несколько папирос, покурили и продолжили слушать. Жены не курили, особого восторга по этому поводу не выражали, но отнеслись мирно. Умные у нас были жены. :)  Мама Стаса подавала нам на стол. Она, конечно услышала запах, поняла что это (а запах был потрясающий), но тоже ничего не сказала. Сыну тридцатник, все-таки. Только удивительно было ей, что нет пьяного галдежа. Мы сидели тихо, прислонившись к своим женам. Свет органично соединялся с неземной музыкой "Спэйс". А когда зазвучал Жан Мишель Жарр-"Oxigene"..... Потом зашел разговор о жизни и смерти. Было много философских фраз, фантазий. Да и где смерть, а где мы?

Из моих близких друзей, которые были на этом дне рождении, да и самого Стаса никого нет в живых. Стас погиб в автокатастрофе. Какие-то подонки бросили его лежать посреди улицы. А у него, кроме больной ноги еще была гемофилия. Когда я уезжал в Израиль, все еще были живы.

Моя судьба повернулась на 180 градусов. Я побывал там, где и не мечтал, у меня есть то, что тогда считалось фантастикой, я был на концертах групп, которые слушал затаив  дыхание на магнитофоне. Если бы  мне кто-то предсказал это, я счел бы данного человека ненормальным, или покорил бы за жестокую шутку. Сейчас у меня в колонках звучит "Space". Из окон салона и кухни открывается замечательный вид. Видна гора Тавор, где Иисус творил чудеса.

Жизнь тогда, и жизнь сейчас-это небо и земля. Тогда все были одинаково нищи и счастливы (только сейчас понял) от своей молодости. Но, глядя из окна, нет-нет защемит сердце, подкатит комок к горлу.

И смерть для меня сейчас не абстракция, а закономерный финал на горизонте.

"Больше всего бойся того, кто не боится умереть."

ПУБЛИЛИЙ СИР

"Рабы всех страстей сердятся на чужие пороки так, словно им завидуют, и тяжелее всего наказывают тех, кому больше всего им хотелось бы подражать".

ПЛИНИЙ МЛАДШИЙ

"Немногих удерживает рабство, большинство за свое рабство держится".

СЕНЕКА

Два последних изречения понятны. Над первым сейчас буду раздумывать.  Не так оно просто, как кажется на первый взгляд.

БОЛЬШОЙ ГЕНРИ

Проснулся от холода. Это в Израиле. В июне! Выпил пива и, вообще задубел на хрен. Так и во всем я должен дойти до самой крайней точки, за которой нет ничего. До сих пор удавалось возвращаться. Пиво-это так, для примера.

Что я пишу?

Ох, не дают покоя людям мои раздумья. Сами они думать или не могут, или боятся. Огромное изумление вызывает у них:

О чем можно все время думать?

Отвечаю.

Обо всем!