давай так
ни единой ссоры
ни одного дурного сна
просто открываешь глаза - а кругом весна
солнце плещется в небе, словно в воде блесна
и леску не видно из-за слепого света

никакого мрака внутри, голова ясна
мир прозрачный и звонкий до самого дна
ты ведёшь ее за руку
рядом с тобой она
бесконечно счастлива
чем ты готов заплатить за это?

(с)

синдром_небесности,
perplexed_look,
zen_now,

[295x366]

Понимаешь, Офелия - то, что мы причиняем друг другу боль,
не означает, что мы не созданы с единой судьбой;
потому что ты - моя, а я - твой,
до самой вальхаллы, или что там нас ждёт после смерти.
Потому что до той поры, пока ты любишь меня,
любой кинжал, любая шпага отскочит, звеня,
от брони, не видимой ни при свете дня,
ни в мерцании ночи, ни в пляске смерти.
А слова... так они, Офелия, чуть менее, чем любовь,
и во всяком случае - меньше того, что связывает нас с тобой
гораздо крепче, чем связали дыханием рыб и птичьей слюной
братоубийцу Локи, пересмешника смерти.
Только тот, кто действительно близок, может ударить так,
что сердце заходится в крике и пропускает такт,
и только любовь позволяет после этого сделать шаг
навстречу, пусть даже навстречу смерти.

(с)

Слова Владимира Якушенко
Музыка Сергея Мирова

Который год не ставит лёд Москва-река,
Хотя вокруг белым-бело.
Её устало обнимают берега
И отдают своё тепло.
А между тем на этих самых берегах
Идут часы, идут дела.
И жизнь идёт, но не хватает нам никак
Совсем чуть-чуть того тепла.

И вот Москва-река течёт, и тает лёд, в мельканье мод
Проходит год, и жизнь идёт: привет – пока.
А мне согреться тяжело, вон сколько снега намело,
Уносит прочь моё тепло Москва-река.

Не в том беда, что в сердце боль за нас с тобой,
А в том, что боль невелика.
Я не хочу, чтоб заодно и эту боль
Взяла с собой Москва-река.

И вот Москва-река течёт, и тает лёд, в мельканье мод
Проходит год, и жизнь идёт: привет – пока.
А мне согреться тяжело, вон сколько снега намело,
Уносит прочь моё тепло Москва-река.

А я всё верю, что вот-вот произойдёт
Тот перелом в моей судьбе,
Когда Москва-река зимой уйдёт под лёд,
А я тепло отдам тебе.

И вот Москва-река течёт, и тает лёд, в мельканье мод
Проходит год, и жизнь идёт: привет – пока.
А мне согреться тяжело, вон сколько снега намело,
Уносит прочь моё тепло Москва-река.

Москва-река...

(с)

Раскин,
Klein_Amina,
[472x176]

Найдено у -Эоланта-.

Сила Удивления

Любит восхищать и быть обожаемой. Распознаёт лесть и даже самое мелкое подлизывание, но даже эти знаки внимания тешат её самолюбие. Ищет нестандартный подход и смело воплощает самые неожиданные идеи. Ответственно подходит к своим обязанностям и соглашается из-за доброты и сговорчивости характера на невыгодные для себя условия. Переживает из-за своей недальновидности и находит утешение в ласковых словах и ощущении своей значимости. Со всей страстью отдаётся своим увлечениям и рада посвящать любимому занятию всё своё время. После этого её часто посещают муки совести из-за невыполненного обещания, заброшенных домашних дел и обделённых вниманием родственников. Ей необходимо чувствовать свою причастность к какому-то крупному действу, быть одной из немногих посвящённых в секреты проводимого плана.

Пройти тест

Да уж, тут не отопрёшься )

Может, привидится, может, приснится,
может, случится меж явью и сном -
белое небо как белая птица,
грузная птица, усталая птица
за полутёмным февральским окном.
Сказкой ли выдумкой, болью ли былью,
поздним ли смутным смятеньем ума -
белая птица, чьи белые крылья,
тихие крылья, бесшумные крылья
в мягкий покой одевают дома.
И за нечёткою гранью неверья,
в близости мнимой, в реальной дали
кружатся перья, опавшие перья,
кружатся-кружатся белые перья,
в снег обращаясь, коснувшись земли.

(с)

bez_pafosa,

[484x274]

Ты выбираешь последнюю из читающих по руке,
Первую среди тех, кто по ночам не закрывает глаз,
Ту, что с утра оседлает тигра, ночью – порхает на мотыльке,
Ту, что не здесь – сейчас.
Ты выбираешь не чтущую правил и никаких границ,
Переходящую их, чтобы лбом упереться в ствол,
Ту, что рассветы ловит умело в решётку своих ресниц,
Прячет на память в стол.
Выбор твой тяжек – она не станет любовницей и женой.
Выбор твой страшен – она не будет печь хлеб и рожать детей.
Выбор твой ясен – я тоже, признаюсь, выбрала бы её,
Если б была не ей.

(с)

я любитель в любви аматёр с головой голубиной
на сан марко живу аматёров других посреди
позолочен мой клюв а глазок мой рубинов рябинов
веницейская спесь приживается в круглой груди
я неловкий ловец оттого ли что вор неумелый
что украл то немило и жемчуг мне мелок и рай
мне раёшник и в нём с коломбиной живу онемелой
обратили меня в сизаря мои боги - играй!
даровой каравай да жильё у подножия дожей
тут гули не гули голубиной не снять головы
город насмерть залюблен и этим мы жутко похожи
он ответить не может и этим похожи увы
ниже тёмной воды тише донной травы пребываю
в перепалках на пьяцце в укромном держусь уголке
я в руке твоей марко и вся моя стая в руке
и крошатся крошатся крошатся твои караваи

(с)

за окном - небеса свинцовые, ты один прозябаешь здесь, ты забыл, как выглядит солнце, не способен ни пить, ни есть. даже просто курить не хочется, так не радует белый свет - это даже не одиночество, это - твой персональный склеп.

никого вокруг, ни зацепочки, чтобы дальше хотелось жить. эти мальчики, как и девочки обожают крутить ножи, но когда меж тонкими пальцами заблестит холодная сталь, отшвырни его, брось подальше и даже думать о том перестань.

как назло - третьи сутки не пишется и не хочется ничего, кроме разве что - быть услышанным, кроме разве что одного - чтобы та, о которой думаешь, от которой на стенку лез, чёрт с ним, даже не улыбнулась бы - просто сбросила sms.

вот и ладно - пора быть взрослыми и учиться самим ходить, и не лезь ни к кому с расспросами - всё равно не научат жить, всё равно всё не так окажется в этой жизни, в твоей судьбе, что бы там ни случилось важного, а решать - всё равно - тебе.

и пора выходить на улицу, выдыхать на морозе пар. выпрямляйся, хватит сутулиться, ты ещё не настолько стар, вот он, путь твой - смотри и радуйся - буераки, сугробы, пни... если хочешь так жить до старости - не звони ей, дурак, не звони.

(с)

глубокая моя,
солёная, как море...
окатывая слов
тугие голыши,
я выдохну тебя
в привычном я-миноре,
я выдохну тебя,
а ты во мне - дыши.

я выдохну тебя.
как перед смертью птица.
гортанный горький звук
взорвёт пустую тишь...
а после - буду жить.
так долго, как случится,
так счастливо, как ты
мне вряд ли разрешишь.

(с)

Я твоё повторяю имя
по ночам во тьме молчаливой,
когда собираются звёзды
к лунному водопою
и смутные листья дремлют,
свесившись над тропою.
И кажусь я себе в эту пору
пустотою из звуков и боли,
обезумевшими часами,
что о прошлом поют поневоле.

Я твоё повторяю имя
этой ночью во тьме молчаливой,
и звучит оно так отдалённо,
как ещё никогда не звучало.
Это имя дальше, чем звёзды,
и печальней, чем дождь усталый.

Полюблю ли тебя я снова,
как любить я умел когда-то?
Разве сердце моё виновато?
И какою любовь моя станет,
когда белый туман растает?
Будет тихой и светлой?
Не знаю.
Если б мог по луне гадать я,
как ромашку, её обрывая!

(с)

Перевод Анатолия Гелескула

Любовь моя, цвет зелёный.
Зелёного ветра всплески.
Далёкий парусник в море,
далёкий конь в перелеске.
Ночами, по грудь в тумане,
она у перил сидела -
серебряный иней взгляда
и зелень волос и тела.
Любовь моя, цвет зелёный.
Лишь месяц цыганский выйдет,
весь мир с неё глаз не сводит -
и только она не видит.

читать дальше

ЛюбовьМоя,
Жизнь_Без_Прошлого,

[501x162]

"да, отче, и я не святой. но я знал, что она мне врёт.
она любит мужа, а со мной играет в игры, в которых и дьявол сам ногу сломит.
простите, отче, мне мою резкость, но вот прямо зло берёт -
как она может со мною так, ведь я же не идиот,
чтобы не замечать, как она на меня смотрит, как телефон берёт,
и как она осекается на полуслове...
я слишком часто играл с другими, теперь, видимо, мой черёд..."

он смотрит в пол, вертит в руках портмоне, постукивая им по колену -
"я спал с чужой женой, отче, я грешен, я виноват.
но это не суть - я не раскаиваюсь, хоть сто раз подряд
спросите меня об этом, да тысячу, - я отвечу вам то же самое, неизменно.
я и теперь поступил бы так же, даже зная, что за ней меня ожидает ад...

не мне бояться чистилища - я сам его себе создал.
она красива как ангел, и я любил её, даже зная, что она мне лжёт...
а бог ваш разборчив... не всех одинаково бережёт.
хоть пьяницы, хоть дураки... но об этом теперь уже поздно.

я многое видел, отче, многое пережил, и всё не проходит мимо
я знаю, почём фунт лиха и можно ли верить утренним новостям,
умею дружить, любить, раздаривать себя по частям,
но никому, слышите, никому не позволю топтаться вот так по моим костям.
даже ей, как бы ни была она красива, умна и мною любима...

я сегодня убил её, отче...
и теперь иду сдаваться властям."

(с)

январская оттепель
ноль
жестяная капель
ломается, тая,
сосулька
и в сток уплывает

прибоем колотится
боль:
Хронос тронул качель,
и мается
маятник пульса,
висок пробивая

циклон. о, как хочется
прочь,
в белый пух тополей
Каретного,
в летнее счастье,
где в темпе бравурном...

январская оттепель
ночь
равновесье нулей
безвремье
безлюдье
беccтрастье
бестемпературье

(с)

Искали виноватых и нашли.
Ты только никому не говори,
Что правым быть существенно сложнее.

Я плохо отрываюсь от земли
Последние примерно года три -
Как ни крути, а с возрастом страшнее.

Ты хочешь расколоть меня? Коли.
Но только никому не говори,
Что я, возможно, тот ещё орешек.

Последние примерно года три
Я плохо открываюсь изнутри.
Замок амбарный, что ли, тут повешен?

Махнуть бы мне за дальние моря -
Подальше от намеков сентября,
На холода осенние не глядя.

Последние примерно года три
Я плохо отрываюсь от земли -
Вина, которой в жизни не загладить.

(с)

день свернулся беззвучно как спящий щенок
всё нелепое в мире предотвращено
спи-усни ничего не случится
корабельные сосны истлевшие в нефть
по земле растеклись в золотую финифть
и узорной легли плащаницей

опьянённое сердце не знает беды
колыбельная песня качает пруды
замедление и ускоренье
там где овцы считают осенних ягнят
там забытые чувства надёжно хранят
вынимая по крохам на время

потому и сладка золотая пыльца
что без счёта её выдают и конца
и распивочно и внутривенно
спи-усни до утра не узнаешь беды
это смерть открывает цветные сады
на ночную короткую смену

(с)