Сергей Львович Байдаков по долгу службы курирует вопросы межрегиональных и межнациональных отношений и связей с религиозными организациями. Возможно ли приостановить процесс размывания исторического образа столицы? Стоит ли строить в Москве еще больше православных храмов? C какими искушениями сталкивается чиновник как человек, наделенный властью? На эти и другие вопросы заместитель мэра столицы ответил в интервью журналу «Фома».

Статья целиком: http://www.foma.ru/article/index.php?news=4087
Автор: Константин Мацан.

Всем доброго дня!

Хочу с вами поделиться рассказами, которые прочитал в сети. Это рассказы о детской онкогематологии, о детях...

Я понимаю что люди сейчас постоянно куда-то торопятся. Чтение постепенно превращается в "глотание".

Поэтому буду делать так: один пост в день, один рассказ.

Думаю что такие рассказы также важны (а на мой взгляд - даже более важны), как например "разговоры" об экуменизме.

Заголовки топиков будут практически одинаковы, так что если кому-то будет невыносимо читать то, что пережила автор рассказов, могут удалять не читая.

А те, кто заинтересуется и что-то для себя поймет, даю ссылки.

Полный текст: http://www.donor.org.ua/index.php?module=articles&act=show&c=2&id=93

То, где я это прочитал: http://www.hworld.ru/ru/novosti/635-vospominaniya-malenkoj-paczientki

Итак...

----------------------------------
Ирина Гавришева, 22 года, запорожский волонтёр и талантливая журналистка. На её долю выпали тяжёлые испытания: в детстве Ире довелось стать пациенткой детской онкогематологии, пережить умирание, остаться инвалидом. Своими детскими воспоминаниями о своём горьком больничном периоде детства Ира делится в своих рассказах.

Рассказ 1.

Побег от смерти, или воспоминания маленькой пациентки — Ирина Гавришева.

В 1997 году моя жизнь разделилась на «до» и «после». Наверное, если смотреть со стороны, то не произошло ничего решающего — я отлежала 3 недели в областном отделении детской гематологии. Что могли изменить в жизни тринадцатилетнего ребенка эти 3 недели? Но эти 3 недели, этот 21 бесконечный день перевернули мою жизнь, и она уже никогда не стала такой, какой была до этого.

Это был жестокий урок судьбы. Я не знаю, почему Бог решил показать мне, 13-летней девочке, весь тот кошмар. Может быть для того, чтобы через много лет я смогла рассказать здоровым людям о том, что ад существует. Он здесь, на земле, в ничем не примечательной больнице, в отделении детской гематологии. Может быть, я прошла через этот ад именно для того, чтобы другие узнали о том, что на самом деле кроется под сухой статистикой количества онкозаболеваний среди детей.

В этих рассказах я попыталась передать наиболее запомнившиеся мне моменты. То, что запало в душу, а иногда и шокировало. То, о чем до сих пор я молчала, не находя в себе силы снова, пусть даже мысленно, пережить это. Я надеюсь, что из этих отдельных рассказов у читателя сложится яркое представление о том мире, в котором живут сотни детей в Украине. Мире, полном страха, горя, а еще надежды и веры.


Побег от смерти

Когда я впервые перешагнула через порог отделения детской гематологии, я себе даже не представляла что это такое. В моем мозгу с трудом совмещались такие понятия как «дети» и «рак». Казалось, что кто-то просто ошибся, объясняя мне, что тут есть дети с раком крови. Ведь такого просто не могло быть.

Поначалу мне казалось, что и отделение это совершенно обычное, и дети тут такие же, как и везде. Но дня за два я стала ощущать разницу. Лысая детвора произносила слово «смерть» так же обыденно, как и слово «завтрак». Казалось, что сама смерть висит тут где-то в воздухе. Ее буквально ощущаешь кожей. А еще тут неимоверным образом сосуществовали отчаянье и безграничный оптимизм. Я слышала, как одни дети говорили «я лучше умру, чем снова соглашусь капать химию», а другие, весело поглаживая лысую после химиотерапии голову, шутили, что теперь существенная экономия на шампуне. Да что разные дети, в одном и том же ребенке в течение дня то поднималось отчаянье и полное безразличие, то снова возрождалась вера и надежда на лучшее.

А еще глаза… глаза этих детей меня поразили больше всего. Они были настолько… трудно даже описать… они отражали какие-то совершенно взрослые эмоции. Когда кто-то из новеньких говорил что-то вроде «я скоро поеду домой» другие смотрели на него с таким явным снисхождением и иронией. В этих взглядах так и читалось: «Как мало еще в этой жизни ты понимаешь». В этих глаза иногда проскакивала неимоверная боль… она появлялась какими-то вспышками, как будто пеленой застилались глаза на несколько секунд, а потом снова в этих глазах зажигался огонек жизни. Эта была не только физическая боль, которая для большинства здешних обитателей стала частью повседневной жизни. Это в большей степени была боль душевная… боль памяти о том кошмаре, который вихрем периодически налетает на отделение и напоминает о том, что все смертны, даже дети…

Читать дальше

Православному телевидению 5 лет! 31 января 2005 года в Екатеринбургской Епархии впервые вышел в эфир первый в России православный телеканал «Союз». От себя добавлю,что это канал поистине ДЛЯ ДУШИ,смотрю его почти каждый день,прекрасные передачи,добрые,вдумчивые,нужные.. Баннер: [468x60]

Здравствуйте!

Прошу Ваших молитв за болящую рабу Божию Марию.

Господи, исцели, помоги!

Пожилой человек, прихватило сердце. Один инфаркт уже был... :(

Господи, помоги....

[показать]Татьяна СуздальцеваИз истории борьбы с обновленчеством. Архивные документы. Часть 3«Все верующие и честные в Церкви с ужасом и омерзением отшатнулись от самозваных обновителей Церкви», – писал в 1920-е годы неизвестный прихожанин в своем письме, хранящемся теперь в Московском городском историческом архиве. Письмо это является ярким свидетельством настроений православных тех лет, их отношения к делам и речам обновленцев.

О книге писем о духовной жизни игумена Никона (Воробьёва) «Как жить сегодня» (М. 2008. – 432 с.)

Вы знаете, какая самая большая хитрость дьявола? Он сумел внушить человеку, что смерти нет, а земная жизнь — бесконечна. И человек поверил, будто бы её нет. И стал все силы прилагать к обустройству своей земной норки. Чтобы жизнь в ней была уютной и беспечальной. Без страданий и всяких там душевных переживаний. А зачем они нужны? Надо жить и радоваться. Брать от жизни всё.
Но смерть ещё никто не отменял. Она настигнет каждого. Всем предстоит переход в новую реальность. Какой она окажется — радостной или ужасной — напрямую зависит от того, на что человек потратил свою земную жизнь.

«О страхе. Страх истинный и ложный»

Нет человека, свободного от страха; их великое множество, и современная цивилизация, прогресс не спасают, а продуцируют все новые и новые страхи. И, как всегда, люди ищут избавления от них…

 

А у вас уже висит стенгазета православная? :)

 

Шестой номер православной стенгазеты к первой годовщине Патриаршества Святейшего Кирилла

А вот так это будет выглядеть, например, в притворе храма:
[450x310]

Как всегда - рады критике!

Пасмурный ноябрь созвучен внешнему убранству суздальского Свято-Покровского женского монастыря: бело-серые храмы, темно-коричневые деревянные домики для гостей и паломников, черные облачения сестер. Неожиданно в этом пейзаже возникают яркие пятна: по дорожкам на самокатах и велосипедах несутся девчонки в разноцветных куртках: красных, желтых, розовых, зеленых; на ветру развеваются косички с вплетенными в них пестрыми лентами. А тишину и суровость монастырских стен вдруг нарушает детский смех: «Матьянна! Матьянна! А можно идти на площадку?»

Констатин Мацан.

Читать далее: http://www.foma.ru/article/index.php?news=4085

В последние годы мы, православные христиане, очень хотим создать свою маленькую параллельную «вселенную» – православную школу с православной физикой или биологией, православную литературу, моду, медицину, журналистику и рейтинги блогов. Это стремление создать свой закрытый уютный мирок напоминает грустный анекдот о том, что на небе есть закрытая комната, возле которой все говорят шепотом, поскольку в ней находятся православные, полагающие, что они в раю одни. Читать далее

Это цитата сообщения Мила_Лова Оригинальное сообщение

Монахи и панки.



«Смерть для мира: последний истинный мятеж». А на обороте - «Они возненавидели меня без причины». С обложки журнала на вас смотрит старенький монах, в его руках - череп, на заднем фоне – скалы. Идеальный журнал для бунтующей молодежи! Так посчитали монахи североамериканского православного монастыря во имя святого Германа Аляскинского и не ошиблись: популярность их издания в протестантской Америке превзошла все ожидания…

Реклама первых номеров журнала, проиллюстрированных изображениями древних икон или фотографиями современных мучеников, появилась в Maximum Rock and Roll. Со всего мира в редакцию посыпались письма. Люди из Японии, Литвы, Ирландии горели желанием заполучить экземпляр этого нового, ни на что не похожего журнала. Список почтовой рассылки все рос и рос, издание распространяли на панк-рок-концертах, фестивалях и на андерграундных тусовках. Журнал, где мелкого текста в разы больше, чем иллюстраций, просто расхватывали подростки! Более того, его ксерокопировали и передавали из рук в руки те, кто хотел узнать о бескомпромиссной жизни «возлюбивших истину» и о тайне монашества. Было подсчитано, что одновременно циркулировало около 50000 экземпляров «Death to the world».

В лесах северной Калифорнии, в Платине, есть монастырь – его еще в 1967 году основал известный американский православный богослов и аскет, отец Серафим (Роуз), вместе со своим другом, будущим иеромонахом Германом. В обители, находящейся сейчас под омофором Сербской Православной Церкви, не так много монашествующих. Среди них – Иоанн, бывший некогда простым американским панком.

Агрессивная тяжелая музыка, покрашенные в разные цвета грязные «ирокезы», цепи и шипы на одежде, пирсинг, мат, алкоголь и наркотики – вот он современный панк...


«Мы еще столько всего не видели и не испытывали, что могли бы увидеть и испытать, – Пишет на страницах журнала о. Иоанн, обращаясь к разочаровавшимся в жизни. – Тебе дана единственная возможность жить. Единственная возможность проявить мужество. Единственная возможность подняться над нерешительностью, пассивностью и сомнением, которые сделали нас рабами телевизоров и компьютеров. Единственная возможность пойти в горы и наблюдать, как садится солнце. Единственная возможность забраться на скалу, возвышающуюся над океаном. Единственная возможность любоваться звездами. Слушать, как бьется сердце. Только одна возможность быть свободным. Подлинную свободу обретаешь не тогда, когда берешь от жизни всё, а когда отдаешь все без остатка»…


Панки ополчились против пошлости мира, против насилия системы над личностью человека. А Христос ведь сказал: «Не любите мира, ни того, что в мире». И святые отцы, монахи-аскеты сделали то же самое. Их протест против мира сего тоже вылился в радикальную форму.


«Мы – свидетели того, как наше общество сделало доллар мерилом всего, и даже пытается продать нам «бога» в магазине, словно связанного и безгласного раба. Нам не нужен усредненный улыбающийся американский бог, который на самом деле - просто выкидыш гниющей системы, окружающей нас. Нас взрастили на рекламных роликах, но нам не нужен ваш продажный бог, завернутый в блестящую обертку с розовым бантиком наверху. Мы хотим узнать правду, не ту абстрактную правду, которая позволит самодовольно смотреть на мир сквозь розовые очки, но настоящую суровую правду. Мы жаждем истины, суровой, но подлинной. Мы хотим узнать Христа распятого – не пластмассовую слащавую подделку под Него. Только Муж Скорбей может понять нашу тоску, и только Бог распятый и воскресший заслуживает нашей веры».


Все 12 номеров писали и верстали монахи, живущие в лесах Северной Калифорнии - по соседству с оленями, медведями, пумами, гремучими змеями. Журнал стал брендом: скоро было налажено распространение маек с его символикой, что типично для Америки.

Попытки работать с панк-культурой предпринимали и протестантские конфессии. И вот в монастырь обратилась группа панков из протестантской церкви в Южной Калифорнии в поисках ответов, которые не могли дать им их пасторы. Ребята признавались потом, что жаждали чего-то неотмирного. В своих поисках они нашли в себе мужество не замыкаться на церкви, под кровом которой выросли, и заинтересовались аскетическим путем древних святых отцов.

Прочитав журнал, молодые неформалы поняли, что их поиски окончены: вот оно – радикальное христианство, так не похожее на то, в котором их воспитывали!


«Что-то всегда заставляло меня искать основательное, безкомпромиссное христианство, - говорит один из них. - Потому что в глубине души я понимал: если Иисус Христос – Бог, тогда христианство должно быть самой радикальной верой на свете»…


[460x304]

Читать далее...

Христос Господь, Спаситель наш, устроив на земле Св. Церковь, благоволит пребывать в ней, как глава ее, оживитель и правитель. Здесь Христос, в Православной нашей Церкви, и в другой какой-либо нет Его. И не ищи, не найдешь. Почему, если кто из неправославного сборища придет к тебе и станет внушать: у нас Христос, не верь. Если услышишь от кого: у нас апостольская община, и у нас Христос, не верь. Апостолами основанная Церковь пребывает на земле; это Православная Церковь. И здесь Христос. А та, вчера устроенная община, не может быть апостольскою, - и в ней нет Христа. Если кого услышишь говорящим: во мне говорит Христос, а между тем он Церкви чуждается, пастырей ее знать не хочет и таинствами не освящается - не верь ему: в нем не Христос, а другой дух, присваивающий себе имя Христа, чтобы отвлекать от Христа Господа и от Св. Церкви Его. И никому не верь, кто будет внушать тебе малое что, чуждое Церкви. Всех таких признавай орудиями духов лестчих и лживыми проповедниками лжи.

[показать]Татьяна ШишоваЧтобы в мире не оскудела любовь. Часть 2«Защитники прав ребенка» предлагают новую систему нравственных координат. Эта система по сути богоборческая. Отнимая детей под самыми разными предлогами, адепты ювенальной юстиции фактически утверждают, что Бог в лучшем случае ошибся (или даже сознательно навредил ребенку), дав ему «не тех родителей». Значит, Он несправедлив и зол. А они, жрецы нового миропорядка, будучи этакими олицетворениями мудрости, доброты и правосудия, восстановят попранную справедливость и в который раз осчастливят человечество.

Отсюда:
http://community.livejournal.com/orthodox_people/1819030.html
Я - Милица Караджич, живу в селе Дрсник возле города Клины.
Как известно в Косово была война. Все знают, что война - дело страшное, из-за нее страдают многие невинные и ангельские дети. Мой дом сожжен. От него даже фундамента не осталось; разрушили его шиптары, как и все остальные сербские дома в селе. Разрушили даже нашу небольшую церквушку святой Параскевы. А мы снова вернулись к своему очагу. Теперь все не так, как раньше было. В моем селе нет школы, поэтому мне и моему старшему брату Игорю приходится идти в школу на другую сторону Дрима. Каждое утро мы с братом и с нашим отцом добираемся до школы в Виданье. Знаю, что вы думаете: в Сербии полно детей, которые так далеко ездят, но никто не проезжает через запретный город. Никто не боится так, как мы. Никто не просыпается каждое утро со страхом, что будет остановлен и убит. После такого, слишком долгого путешествия, я радуюсь когда захожу в школу, в мой безопасный дом. Когда наступает время выхода из школы, ощущаю страх. Пока снова прохожу по тем запретным улицам, и пока чувствую на себе ненавидящие взгляды, стараюсь бороться с собой и со своим страхом. Пробую быть храброй и не бояться, потому что я - сербка на своей СВЯТОЙ СЕРБСКОЙ ЗЕМЛЕ.
В заключение не буду ничего писать, заключение сделайте сами, потому что это моя исповедь.
Милица Караджич, 10 лет, село Дрсник, Косово, Сербия
Это одно из многочисленных писем, приходящих в детский журнал "Косовски божур".
Божур - полевой пион ярко-красного цвета, растет только на Косовом поле, символизирует красоту края Косово и кровь, пролитую сербами в Косовской битве.
Клик по картинке ведет на сайт на русском языке -заходите и читайте!
Перепост приветствуется.
Ссылка на журнал "Косовски божур"-
http://kosovskibozur.info/rus/