«На вопрос, какая она – Прага, не скажешь ничего другого, как «необыкновенная». Нет смысла рассказывать о ее старых узких улочках, на которых с трудом расходятся пешеходы, о тысячах маленьких кафе, в которых еще можно встретить благообразных старушек в шляпках и перчатках, о величественных ратушах и соборах, старых площадях и заполняющих их уличных музыкантах и художниках, о безумных соловьях, перепевающих самую громкую музыку. О Праге нельзя рассказывать, ее нужно увидеть, почувствовать, вдохнуть, принять.
Прага – очень разная, и убого-избитое определение «город контрастов» здесь совершенно неуместно. Прага меняется прямо на твоих глазах: здесь и сейчас. Меняется ее облик, настроение, характер, в конце концов. То она – добрая бабушка, собирающая в клубок запутанные нити старых улиц, то – светская львица, демонстрирующая золото и кружево своих нарядов, а то – суровая воительница, подпирающая шпилями соборов сами небеса»… Это начало моей статьи о Праге… Многословно и напыщенно, да? Обидно - когда пытаешься рассказать о чем-то, что действительно тебя тронуло, получается напыщенная ерунда.
Мне трудно рассказывать о Праге тем, кто там не был. Это как пытаться объяснить вкус шоколада человеку, который его не пробовал. Что сказать - что сладко?
Так и с Прагой… Что сказать? Что невероятно красиво? Что сказки – родом отсюда? Что это обыкновенный европейский город, в котором средневековье смешалось со вполне современным многоэтажным безличием? Не знаю…
Прага… Я не могу сказать, что это была любовь с первого взгляда. Я долго приглядывалась, причувствовалась к Ее жизни, пыталась раскрыть секрет Ее обаяния. Что в Ней такого, что заставляло самых Великих и Талантливых оставить Ей свое сердце? Сначала Она показалась мне бестолковой и безразличной… Как спящий Гулливер, не замечающий тысячи лилипутов, суетящихся вокруг. Я ошиблась, Она видит каждого – и перед каждым предстает городом его мечты. И когда приходит время уезжать, ты неожиданно для самого себя, обнаруживаешь, что сросся с этим городом, тысячи ниточек привязанности протянулись от Ее сердца к твоему, и необходимость Ее покинуть страшит – вдруг эти ниточки оборвутся, и будет очень больно…
«В горах мое сердце, - причитал Роберт Бернс, - «доныне я там»… А мое сердце осталось у рыцаря у Карлового моста, грустного юноши со львом. «Бледнолицый страж над плеском века – Рыцарь, рыцарь, стерегущий реку». Цветаевский «пражский рыцарь» проводил нас на «посту разлук»… В моем фотоаппарате закончилась пленка, и фигура Брунцвика стала последним кадром…
[показать]
А это снова моя статья: …«Самое замечательное время в Праге – это раннее утро, когда туристы, уставшие от набегов на бары и пивницы, еще спят. На улицах слышен звон колокольчиков – это горожане выгуливают своих четвероногих питомцев. Не подумайте, что рогатых и парнокопытных – с колокольчиками на ошейниках гуляют обыкновенные пражские барбосы. А еще звенят трамваи – родные и любимые, те самые «чехославацкие», которые бегают и по нашим улицам. Вообще, трамваи – самый любимый вид транспорта, на пражских улицах еще можно увидеть старый трамвайчик, с важным кондуктором, продающим билеты и открывающим двери на остановках, а на Вацлавской площади стоят два старинных трамвайных вагона, в которых расположилось маленькое кафе…». Я не писала, что в этом кафе очень вкусный штрудель, а меню похоже на старый табель кондуктора…
…«Часов с 9 на Вацлавской площади начинают собираться туристы. Именно отсюда - от скульптуры бронзового Вацлава, святого покровителя чешского народа, начинаются все экскурсии. В туристической толпе подпрыгивают гиды с табличками в руках – разыскивают свои группы. Сама площадь больше напоминает обычный бульвар: в центре – розовые клумбы и скамейки, по сторонам – магазины и отели, дома моды и кинотеатры, рестораны и забегаловки. Когда-то это на площади торговали лошадьми, и она носила гордое название «Конского рынка». Сейчас на всей площади остался один конь – бронзовый - под святым Вацлавом. Впрочем, раньше был еще один: известный чешский шутник - скульптор Дэвид Черный, поставил на другом конце площади «своего Вацлава». Его святой восседал на пузе коня, подвешенного за ноги на столбах. Позже альтернативного Вацлава убрали с глаз долой – спрятали в торговом пассаже. Там, рассказывают, несчастному перевернутому коню регулярно отбивают язык, и служители уже устали приклеивать его обратно»…. Я не писала, что сейчас Вацлав закрыт рекламными щитами – его реконструируют, а скульптора я невзлюбила – не смогла простить ему отчаяния, боли и унижения, запечатленных в глазах подвешенного за ноги скакуна, пусть и неживого, и бронзового.
[показать]
Еще я не писала, что по Вацлавской площади бродят одинокие бомжи, а от толп туристов начинается легкое бешенство… Хотя, чего ж беситься, то, сам-то кто…. Как любому неопытному влюбленному мне просто очень хотелось остаться наедине со
Читать далее...