Месяц назад записала стих, а теперь не могу найти где. Пустота, как от выпавшего снега. Только не мягкая уже, а гулкая гулкая.

Ну их эти магазины, т.к. время пока не кончилось. Снег недавно выпал, укрыл пухом мягчайшим всю мою взнервленность, все аффекты. Сегодня слякоть и грязь, и из-под спуда вновь прорываются негативные мелкие думочки и эмоции.

Вот только Евгений Миронов в роли Мышкина и радует - известный сериал показывают по культуре.
Вчера там же былка интересная дискуссия по поводу театра, интересная, потому что можно было посмотреть как говорит Бояков. Умный., креативный, но не творческий.

Вот. Сейчас опять кончится время.

Да что ж такое. Зашла в Benetton и поняла, что живу в деревне. Потому что ни одной вещички из того, что видела в аналогичном магазине на Тверской, там нет. А мне вообще нужна была там сумка, мне "там" другое не слишком по карману. В Москве у меня не было денег, а сейчас нет подходящего ассортимента. Одна скучнейшая фигня.

Не могу выбрать зимнюю обувь.

Мееееееее-, доносится из горла.
Боже. Мы не умеем складно жить.
Фоменковские сестры привели к ощущению недотепистости. Эти спектакли нельзя показывать в конце осени, понимаете, да.

Почитываю очерки Боза, ростки Диккенса. Прорастал он из мелких случаев и бытовых анекдотов, из сентиментальной назидательности и живости настоящего "реалиста".

Диккенс это английский Достоевский, наделенный здравым смыслом. Испорченный моралью. Это не предельная литература, но иногда к ней тянет.

моросит, каплет, добрый и злой.

ненавижу праздники так называемые, и люблю будни. в праздники я сижу дома, и ленюсь выходить. просто ленюсь, беззаветно и безответно.

господи, скорей бы кончились выходные, эти невыходные-из-дома-и-из-себя.

Дождь.

А еще я недавно одевала килт, гили и гетры с надписью Скотланд, а также корсаж, и уверяю вас, мне очень шло.

По работе же пришлось поехать в однодневную командировку в город со смешным и нелепым названием стерлитамак, где был концерт в одно отделение, ммм банкет, и сломавшийся автобус хоровой капеллы, которая пела во втором отделении. Они позже переместились в наш автобус, и не давали никому спать нестройным громким пением. Заснула в плеере, сквозь урбанистический радиохэд пробивался "голубой вагон".

Вчера я целый день смотрела телевизер (орфография сознательна).
Это был телефильм про жену сталина, и кстати, он был корректен и ненавязчив. Это означало отсутствие сильной режиссуры, неплохие актерские работы (Будина и тот, кто играл сталина), психологическую достоверность.
Еще был мультик про владимира князя, он был добрый.
Еще был фильм "волк" с бесподобным джеком николсоном и красавицей мишель пфайффер.


Читаю я исследование по римской комедии, открыла "Еврипида" из серии Жзл и заснула, а еще недавно погрузилась в вяловатый сентиментальный, но правдивый мир диккенсовских очерков.

Мы её сыграли-таки 1-го, и это значит, что мрачные прогнозы нескладного виолончелиста не оправдались.

Я не понимаю, как такое пишется в 19 лет. Точнее, я могу себе это представить, но
это не умаляет пышности моего восхищения. Первая симфония написана 19летним молодым человеком, перестрадавшим и передумавшим уже настолько много, что становится страшно. Народ не любит своих иисусов, их никто не любит.


А еще у первой симфонии есть третья часть и это просто ну я не знаю, что такое. Послушать и понять, что такое жизнь, и что такое смерть, и где одно переходит в другое. Под знаком увядающей, вечной красоты



(все это на самом деле страшно).

Кручусь, верчусь, словно
запутаться хочусь.

Ох, и осень же на дворе. Золото её в грязи, красота в смерти, тепло запрятано в холод - люди кутаются в пуховички.

Но это не означает отсутствия работы. Нет, совсем не означает.

Я вернулась в город поменьше. Осталась одна, словно уши заложило ватой, словно сердце заложила в ломбард. Тишь. Тишь да гладь. Весь сентябрь провела в одиночестве, теперь перескочив месяц обретаю ту же странную тишину. - Замирает.

Ну как всегда.

Вчера подарили прекрасный вечер, прогулку по вечерней Москве. Попробовала погладить сокола, встрепенулась птица; порывистые крылья, сонные вялые глаза. Постояли у Камня в Яузской больнице. Слушали тишину, листья, девятнадцатый век; и его странных тотемов. Она хороша и чудесна. Я почувствовала счастье вчера

Невероятное - мороз, солнце, день чудесный, и делать нечего. Сочетание, уау.

Но я конечно щас поищу - что делать. Щас.

Вчера было выяснение отношений двух странных мадам в кафе с романтическим названием "Муму", на них оглядывались официанты, запачканные формой. И прогулки по Арбату, который лично я считаю самым демоническим местом Москвы. Антихрист начнется с Арбата. Ну или я не знаю.

Привет, часть моего сердца. Превед.

Как я хочу, чтобы все у тебя было хорошо, только когда говорят, что "все будет хорошо", ты и я, как и Бг, не знаем, "что они имеют ввиду".

- Свободный день! Свободный день!

Зашизеешь, так-то. Москву люблю, если вообще знакомо "люблю", именно за это ощущение разнообразия, расширенного пространства, лёгкого (кому как) сумасшествия. Когда-нибудь уже я переборю инерцию нерешительности. А может и нет. А скорее всего, что и нет. Но очень хочется.
Потому что как же уже давно возникла впервые эта мысль - все бросить и перебраться в Москву. Наверное тогда, когда бросать было практически нечего.

Вот прошлый раз проехалась в сторону бреда. Теперь - цокаю в сторону театра. То есть иду.
То есть пойду через двадцать одну минуту и тридцать шесть секунд.
Много и трудно ела в Макдональдсе на Тверской этот неряшливый Бигтейсти.
Полнормы калорий за разйоу

Ещё мне недавно дали в руку и во все карманы - живых полосатиков. Они воняют рыбой, а значит - мочой.
Теперь вся моя куртка пахнет как логово полосатиков.

(прим. полосатики - кусочки засушенной соленой рыбки похожие одовременно на древний манускрипт или старый рыбий труп).

Честно - я пытаюсь жить последние дни с поднятым забралом, с улыбкой, с ощущением нормальности жизни. Розовые очки. Я погрузилась в этот режим и не понимаю, как можно было не избегать всех этих дурацких тревог раньше - всей этой безмозглой суеты, само-доводов (до депрессии) и само-отводов (ото всех дел и людей). Как можно терять ощущение стабильности, и доводить себя до черных слез- - думая, что так лучше, потому что это правда, потому что правда лечит. Нет, такая "правда о себе" не лечит, только подрывает опору, которой и так почти нет.
Два правила должны быть -
1. Качественно делай свою работу.
2. Цени то, что у тебя есть.