Четвероногая ворона

Жила-была четвероногая ворона. Собственно говоря, у нее было пять ног,
но об этом говорить не стоит.
Вот однажды купила себе четвероногая ворона кофе и думает: «Ну вот,
купила я себе кофе, а что с ним делать?»
А тут, как на беду, пробегала мимо лиса. Увидала она ворону и кричит
ей:
— Эй,— кричит,— ты, ворона!
А ворона лисе кричит:
— Сама ты ворона!
А лиса вороне кричит:
— А ты, ворона, свинья!
Тут ворона от обиды рассыпала кофе. А лиса прочь побежала. А ворона
слезла на землю и пошла на своих четырех, или точнее, пяти ногах в свой
паршивый дом.

(Что утешает – Даниил Хармс, никто больше не утешает.

Никакого смысла в жизни, никакого, а все следуешь завету Конфуция: не рассуждать о дальнейших планах, когда ты голоден и устал. Я устала, я ухожу. Спать).

Самое, конечно, главное, что посмотрела «Трёх сестёр» Фоменко, от этого
и все неприятн (зачеркнуто), как бы сказал Соленый, «он и ахнуть не успел».
Мастерская Петра Фоменко – фабрика по производству радости. Радости высшего толка, первосортной, жизненной и театральной, радости.
Это единственные родные, близкие мне сёстры, среди тех, что я видела «на театре», точнее, первый раз, когда происходящее на сцене, стало одного воздуха с комнатой, в которой я находилась, с мыслями и вопросами, занимающими меня. Сопричастность в каждой клеточке тела. В каждой ситуации – отклик.
Не согласна с критикой в адрес этого спектакля.

И как чудно найден этот, на первый взгляд, простой игровой прием с автором на сцене, Чеховым в хрестоматийных очочках. Ведь если люди и произносят длинные нудные философские монологи, то делают это не для себя, или людей, окружающих их, а делают это, разговаривая со своим внутренним богом. С тем, кто слушает, зрит, наблюдает, знает, когда наступит «пауза». А с кем же ещё разговаривать персонажам, как не со своим автором?
В., Кафка, и прочее. Ощущение, что я несколько навязываюсь, ощущение-упущение. Ситуация, когда приходится звонить первой, человеку, который никогда первым не звонит. Впрочем, сейчас это уже неважно, успокаиваю я себя. Мне неспокойно, и немножко обидно за то, что такие люди, как он, окружены неким ареалом, притягивающим людей, и, как следствие, все время возле себя образуют круг «посвященных», маленькое общество по интересам. Моя же юдоль, как пишут в жизнеописаниях, это одиночество, тихая гавань для слуха и ума, некая прочная отдельность, некая плотная зависимость.

где Виктор-Виктория?

Впала в финансовый кризис, купив вместо туфель две сорочки, которые не с чем надеть без туфель. Затаилась как мышь в камышовой роще, как объект наблюдения сил, которые мне неясны, и неясен смысл существования мыши и рощи.

Так, я наконец научилась дышать в пространстве свободном от чьего-то еще дыхания. Я сладилась с одиночеством, или просто приладила нижнюю губу к верхней: молчание и признак болезни, и высшая добродетель. Всего понемногу, всего важнее мера. Мира важней.

Читаю Чжуан-Цзы, поэтическо-практический трактат, туманный и зыбкий, настоящий такой даосский. Посмотрела полтора раза «Мертвых дочерей», первый раз честно пыталась пугаться (что довольно трудно два часа подряд), во второй уже смирилась: постмодерн.


Переживай переживание
Переноси переносимое -
Неудержимо то, что жизненно
необходимо.
И неповторимо.

Словосочетание «смысл жизни» произносят те, кто ничего не понимает. За окном бушуют деревья, занавешенные шторы создают иллюзию прикрытых глаз. Ухожу в спячку; и вдруг мне снится маленький мальчик в черном. Всегда удивляюсь, когда мозг рождает новых людей, ведь обычно сон лишь воспроизводит уже нам знакомое. Мне снился старый танцевальный класс в школе, а в нем проходил урок для так называемого «трудного» ребёнка, этого мальчика, упрямого и злого. Стоило поговорить с ним, и стало понятно, что вся его «трудность» это необыкновенно развитый, острый ум, неприятный всем окружающим.
Плод моей фантазии подарил мне степную травку, похожую на клевер.

Что бы значили сны.

Дверь в сон это Тибетская книга мёртвых. Открыла, и захлопнула (файл). Не хочу пока об этом знать, об этом думать. У смерти – легкий, сладкий запах; и кто же не возненавидит сладкое.
На эту же тему посмотрела спектакль Карбаускиса «Старосветские помещики». Невероятно мифологичный. Светлый и страшный одновременно.

Удивительно, как удивляет сентябрь – своей вдумчивостью, и своими кошмарами.

ПРО БЕЗБРЕЖНОЕ ОДИНОЧЕСТВО

К душе душа идет,
Моя стоит на месте,

я в хороводе в центре и вовне
круга.

и пуст мне хоровод.
отдельны те, кто вместе.

Во всей вселенной не найдется мне
друга.


***

пустая комната,
пустое сердце -
распахнуты
неповторимы
и нелюдимы

необитаемы глаза,
и сиротливы плечи
и летний ветер, проходя насквозь,
мне не колышет волосы, и кожу не
холодит.

и кажется, что это навсегда - застывшее кругом
безбрежное воздушное пространство,
и я в нем навсегда, как некий призрак,
бескровный и почти что неживой,

а только памятью отмечен ненароком,
да именем - тем словом,
в которое душа заключена.

Да что же дальше? Да что же дальше? Преодоление осени, похожие на перепады напряжения всплески настроений – от расстроенности к оптимизму, от уныния к эйфории. Осень прекрасна. Точнее, приятно видеть, что умирание бывает красивым, что всегда остается сладкое напоследок.

Неудовлетворённость жизнью – это двигатель торговли.


Продайте миру мечту сладкую, образ терпкий, искренность без амбиций, счастливые финалы без ложек с дегтем. Главное не перемешивать, не взбалтывать, не смотреть, что там на дне.

Друзья, ветер переменился.

Читаю Дао дэ Цзин. Неожиданно находятся пересечения со Спинозой.

Молча смотрю на происходящее. Происходящее происходит.

Стоило ли покупать журнал «Космополитан», чтобы убедиться, насколько он далек от того, что могло бы составить мне достойный досуг? Он похож на шуршащий (в голове) калейдоскоп, там слишком много рекламы, и, как ни прискорбно, слишком мало текста даже для «журнала для современных девушек».


Я думаю, возможно, под впечатлением бергмановских картин, а возможно, - под влиянием событий, происходящих со мной в реальности, - я думаю о тотальной неспособности устроить отношения с кругом близких, и не очень людей. Неужели всем нам нужны полу-шарлатанные психоаналитики, чтобы разрешить свою жизнь от тяжкого бремени постоянно принимать решения, связанные с нашим повседневным существованием?

Сейчас актуально выражение «построить отношения» (слоган «Дома» - «построить любовь»), и это не случайно, это отражение внутренней растерянности, стремления подменить чувства комфортом, прагматической упорядоченностью, выгодой.

Отношения это как непроницаемая стена из кубиков, складываемых друг на друга – строительство удобного и герметичного внутреннего мира взрослыми детьми.

Читаю статьи про глянец, ищу в Интернете фото Эвелины Хромченко и Алены Долецкой (одна молода, но некрасива, другая шикарна, но старовата), пытаюсь найти разницу между торжеством вкуса и полной безвкусицей – не выходит.

Довольно много стильных (стильно одетых) людей, но довольно малое количество из них имеет свой стиль.
Стиль «это больше чем журнал, это эстетика бытия».(с)


Между прочим, к «Вог» тянется долгая дорожка от самого Чаадаева, сокрушавшегося в свое время о нескладности, неэстетичности русского быта.


Болтовня. Все это болтовня. Лучше бы я пошла в медицинский, и научилась бы вырезать людям печенку без малейших угрызений совести.

Продолжается лень, все ещё продолжается лето. Думаю – чего ж я ною-то все время? Откуда в моем сознании так много образовалось вещей, которые, как я знаю, я не умею делать? Не умею читать стихи, плавать, чувствовать себя уверенно среди большого количества людей, не умею радоваться шумным компаниям, петь и танцевать?
И как переломить застарелые комплексы?
А может, просто заменить слова «не умею» словами «не хочу»?
Нет, это дешёвое самоуспокоение.

Лето проходит,

я посмотрела французский фильм со вкусом свежей булки и шумом города (автомобили, кварталы, прохожие, сгустившийся поток надежд) – посвященный признанию в любви к Парижу («Париж, я люблю тебя») Люблю ли я Париж?

два месяца я изучала слепой десятипальцевый метод набора на клавиатуре, а теперь вдруг поняла, насколько мне скучно будет печатать в этой однообразной аппликатуре, с пальцами, приклеенными к своим ячейкам. Я выполнила около 70 упражнений из 100 и набрала около 200 000 знаков, чтобы понять, что никогда не захочу использовать «слепую методику».


мне захотелось в большой город,


я сходила на работу, и вдруг усомнилась в себе, в своих социальных навыках, в своей уступчивости, в том, что будет дальше. Кажется, я вступила в фазу, когда работа начинает вызывать у меня отторжение, не отвращение даже, а именно – неприятие того, что происходит. И, тем не менее, мне нужно работать, еще год я знаю, что делать со своей жизнью, а через год – не знаю.


кошка беременна, белое брюхо и распухшие соски, отрешенность будущей матери, необходимость куда-то девать котят.


Мне кажется, что я стала мягкой как молоко, налитое в стакан,
и большой, как кувшин, в котором стало на стакан молока меньше,


И как я попаду в большой город?

Я стала ватной, и не влюбленной, мне страдается, потому что не страдается, и как снова влюбиться в жизнь?..

Иногда кажется, что жизнь, черт возьми, и есть компьютерная игра, типа квеста с развернутым сюжетом – неделями ходишь по одним и тем же коридорам, и пока не догадаешься сделать какую-либо мелочь, нужную для продвижения сюжета, картинка не изменится. А потом снова ходишь. Думаешь, ждешь.

От судьбы не уйдёшь,
От яблони далеко не упадешь.

Вчера я посмотрела «Царя-Эдипа» Пазолини, и именно это - событие.

С чего-то вчера вечером начала читать «Русскую красавицу» (периодически бывают приступы запойного освоения русской литературы), прихлёбывая молочную жижу (мороженое плюс апельсиновый сок, чудно-полнящая смесь). Нет ни ответа ни привета от Наташи, второй раз за две недели умотавшей в деревню. В ожидании чего-то доброго от жизни, я хожу с мамой в кино на мультики («Рататуй», что это?)
, а потом в парки, смотреть на белых, с грязно-серыми короткими шеями, лебедей. В парке я вижу располневшего В, который говорит мне привет. Я говорю – привет. Уходя.
На кой чорт мне все это надо, возникает недоумение.

***
События приходится рассматривать под микроскопом, а кто-то и поцелуй не считал бы за событие. Что для вас – событие? Вообще-то.

Вам жалко Эдипа? Или он «сам виноват»?

***
когда с детства привыкаешь
чувствовать незримые никем крылья
за спиной
то потом трудно отучаться-
не летать больше во сне,
не чесать нервно под лопатками
не сгибать спину под неведомой тяжестью,
а бодро и строго держать осанку
осиротевшими позвонками.

ПРО ЗАПАС

нарисовать небо оранжевым карандашом
синие облака, синий холм, и дом,
и белесых коров на холме,
зеленые счастливые лица
непонятных существ (мама, папа, я
вместе дружная семья), тушью
улыбки на ветках деревьев,
и сырный дождь.
И дорогу, по которой однажды оттуда уйдешь.