(…)
– А как ваш муж относится к этому проекту?
Анастасия насторожилась.
– Я думаю, логичнее это у негó спросить.
– Почти полгода назад он говорил, что восхищается вашей задумкой. А что сейчас?
– Спросите у него сами.
– А как вы относитесь к нынешнему поведению Филиппа Караджева? Старшего.
Солова встретилась взглядом с мужчиной в центре первого ряда, на которого уже обращала внимание.
– Я к нему не отношусь, – холодно ответила она.
– Допустим. А как обстоят дела с вáшей личной жизнью?
– А какое это имеет отношение к теме нашего разговора?
– Ну, так проект-то о любви, а о любви петь надо искренне – вы сами это говорили. И вы, и муж ваш.
– Вот выйдет альбом, послушаете и сделаете выводы: искренне или нет.
– Но от вас ведь ушéл муж?
Дайманд увидел, как внутренне напряглась Настя.
– И что из этого?
– Вы завидная партия, теперь еще и свободная. Можно объявлять отбор претендентов на ваши руку и сердце?
Певица чуть расслабилась, окинула говорившего слегка презрительным взглядом и усмехнулась:
– Ну, у вас – шансов нет.
В зале опять послышался смех.
– У вас трое детей, и теперь они без отца…
Анастасия снова усмехнулась.
– Сенсáции ждете? У меня их почти четверо.
Говоривший замолк на мгновение.
– А отец кто?
– Я не понимаю, я где вообще: на базаре или на пресс-конференции? По-моему, для сегодняшнего нашего разговора это никакого значения не имеет. Да и вообще ни для какого разговора не имеет. Это мое личное дело. Получúли откровение? Хватит. Тема закрыта.
Читать далее...