извиняюсь за столь долгий перерыв))
Нас троих буквально втащили в квартиру. Выглянув из-за этой дамы в фартуке, я обнаружила крайне длинный тёмный коридор, в который свет проникал лишь из непонятных щелей, но скорее всего это были двери, и где-то в конце коридора из-за угла лился яркий летний солнечный свет, освещая что-то зелёное.
- Ленусь, ну что ты стоишь, клади вещи, что ж ты их держишь то как не родная.
С меня были сняты сумки и брошены на пол, как и вещи Кира и Мана.
Мы пошли вдоль закрытых, а то и заколоченных дверей, по тёмному коридору, наконец вышли в большой круглый зал, в который в ходило сразу три коридора, из одного из которых мы вошли. Солнечный свет лился из огромной дыры в крыше, кое-где были попытки заколотить её, из-за чего дыра казалась меньше, но что не препятствовало лучам, в зале в горшках и вдоль стен росли растения, цветущие яркими красками и пахнувшие сладким дурманом. После сухих и каменных улиц Центрального даже заболели глаза от обилия цветов, в центре вырванной из пола трубы был сделан маленький фонтанчик, которых постоянно лил воду в некоторые горшки с цветами, а некоторые лишь слегка опрыскивал, другие растения, как казалось должно было бы выжечь уже палящим солнцем, но они всё же зеленели не смотря ни на что. Судя по всему, Малена Александровна отлично разбиралась в садоводстве, превратив часть своей квартиры в сад, хоть такой и странный.
Почему-то я не стала спрашивать, откуда в крыше такая дыра, т.к. ни от чего хорошего появиться она точно не могла.
Нас провели на обширную кухню, которая скорее была похожа на лабораторию, потому что везде в котлах и кастрюлях что-то варилось, перегонялось из больших колб в маленькие, из одного сосуда выкачивалось в кастрюлю, всё кипело, пыхтело, создавая пар над потолком, от чего было очень душно и влажно.
- Ой, что-то я как-то, надо и окно открыть, а то вы у меня мои драгоценные задохнетесь, - произнесла скорее себе, чем нам, Малена Александровна, открывая окно, которое было тщательно занавешено разными тюлями и тканями, пропуская лишь тусклый свет. Последнее что она сделала - это резко отдёрнула занавески, сразу давая солнцу заполнить всю кухню, от чего все склянки, пробирки и кастрюли стали поблёскивать под лучами, а жидкость в них переливаться разными оттенками, создавая какое-то сказочное настроение. Я даже от увиденного села за стол, не спросив позволения у хозяйки. Та заметив это начала говорить:
- Правильно, правильно, моя дорогая, с дороги посидите, щас я вам бодрящего отварчику разолью, он у мя как раз сейчас доготовится. Ман, Кир садитесь уже, наконец, не мешайтесь.
- Александровна, у тебя и так места много на кухне твоей, что ты всё волнуешься ни о чём, места не хватает, мы не садимся, мы всё знаем, всё сейчас сделаем, тем более не такие уж мы и усталые, - улыбаясь и садясь рядом со мной, сказал Боцман.
- Ман, не перечь мудрой женщине, я знаю что говорю, - недовольно ответила та, снимая чайник с плиты и начиная разливать содержимое по кружкам.
- Конечно знаете, Малена Александровна, - произнёс Кирилл, тоже садясь напротив.
Проходя мимо Кира с чашками, дама дала ему подзатыльник, от чего ток ойкнул и схватился за голову.
- Столько лет уже, а ведёшь себя как подросток, - снисходительным тоном сказала она.
- Это физиология, Александровна, никуда от неё не уйдёшь, - улыбаясь ответил Ман.
Малена Александровна поставила перед нами кружки с отваром приятно пахнущим цветами и ягодами, похожим на чай, почему-то я сразу почувствовала себя уютно, словно в родном доме, дама произнесла:
- Тебя это тоже касается, Ман, а физиология твоя тут точно не причём.
Кир показал Боцману язык с довольной улыбкой, а женщина села рядом с ним и продолжила:
- Это всё из-за того что вы живёте в своём посёлке, который на самой окраине Солнечного, почти без забот, это плохо влияет, вот и ведёте себя так.
- Ну не так уж и без забот, Александровна, - отрицательно качая головой, возразил Ман.
- Всё равно, это не тот ритм что у нас здесь. Город всё таки большой, и ритм соответствующий. И вообще беспокоиться вам очень даже стоит.
- А что такое? – недовольно произнёс Кир, ставя кружку на стол, с готовностью серьёзно слушать, всё же когда касалось серьёзного разговора или дела, проведённые годы в Солнечном давали знать, во взгляде подростка появлялось что-то даже немного старческое, ведь по меркам второй параллели, если учесть сколько он уже находится в Солнечном, ему должно быть лет девяносто с чем-то. Малена Александровна пододвинулась к нам ближе и более тихо, будто кто-то мог подслушивать нас, начала говорить:
- Ходят слухи, что Мёртвое двинулось.
- Как?! - воскликнул Ман, все неодобрительно на него посмотрели, дабы он н перебивал женщину.
- В том то и дело, что в прямом, сама граница, говорят, двинулась вперёд, на Солнечное, во всяком случае такое происходит около Горизонта, в поселениях это заметили недели две назад. Каждый день на несколько сантиметров, а вчера пришли последние новости, теперь уже и на полметра в день.
Читать далее...