Есть в тихом августе, мечтательном и кротком,
Такая мягкая, певучая печаль,
Что жаль минувшего, мелькнувшего в коротком,
Что сердце просится: " к забвению причаль ".
Мне вспоминаются, туманны и бессвязны,
Обрывки августов, их встречи, их уход...
И для души моей они однообразны,
Как скалам озера - проплывший пароход...
Игорь Северянин
|
Август
Как ясен август, нежный и спокойный,
Сознавший мимолетность красоты.
Позолотив древесные листы,
Он чувства заключил в порядок стройный.
В нем кажется ошибкой полдень знойный, –
С ним больше сродны грустные мечты,
Прохлада, прелесть тихой простоты
И отдыха от жизни беспокойной.
В последний раз, пред острием серпа,
Красуются колосья наливные,
Взамен цветов везде плоды земные.
Отраден вид тяжелого снопа,
А в небе журавлей летит толпа
И криком шлет «прости» в места родные.
К. Бальмонт
За шаг до августа
помедлить бы чуть-чуть,
Но и в горячечном июле - не вздохнуть
По лету, что в предчувствии отлёта...
За шаг до августа -безжалостный рубеж
Таких неясных ожиданий и надежд,-
Им не успеть свершиться напоследок.
И что печаль моя: июль - неумолим,
Уходит снова,как летучий пилигрим,
Взмахнув листвою тополиных веток.
За шаг до августа,тот предосенний шаг,
Минуты цедятся медово,неспеша...
И светятся - тягучие - янтарно,
А потому всегда мудры календари -
О сожаленьях что я тут ни говори:
|
Люблю деревню я и лето:
И говор вод, и тень дубров,
И благовоние цветов;
Какой душе не мило это?
Быть так, прощаю комаров!
Но признаюсь — пустыни житель,
Покой пустынный в ней любя,
Комар двуногий, гость-мучитель,
Нет, не прощаю я тебя!
\Евгений Баратынский\
(1828 г.)
Как ни странно это слышать, всё же истина верна:
Свет — противник, мрак — помощник прорастанию зерна.
Под землёю призрак жизни должен выждать нужный срок,
Чтобы колос золотистый из него родиться мог.
В чёрной тьме — биенье жизни, зелень бледная, росток,
Лишь за этим — стебель, колос, пышность зёрен, жёлтый сок.
Мировой цветок, который назван Солнцем меж людей,
Утомясь, уходит в горы или в глубь ночных морей.
Но, побывши в сонном мраке, в час рассвета, после грёз,
Он горит пышней, чем маки, ярче самых пышных роз.
Чёрный уголь — символ жизни, а не смерти для меня:
Был Огонь здесь, говорю я, будет вновь напев Огня.
И не чёрный ли нам уголь, чтоб украсить светлый час,
Человек счастливый светит словно солнце, Делится с другими радостью, теплом, Дарит он улыбки, весело смеётся, Позитив стараясь находить во всём. Человек счастливый бодр и энергичен, Он увидеть может радость в мелочах. Добр он, участлив и оптимистичен, Красоту способен всюду замечать. Если разыгралось за окном ненастье, И на небе тучи собрались опять, Это не помеха, в общем-то, для счастья, Под дождём ведь тоже весело гулять. Человек счастливый верит, что возможно Воплотить в реальность смелые мечты. Рядом с ним душою отогреться можно, От него исходит много теплоты. Рядом с человеком добрым и счастливым Находиться очень радостно всегда, Зарядиться вдоволь можно позитивом И чуть-чуть счастливей, лучезарней стать. © Кузнецова Инна ![]() |
|
Я раньше спешила, теперь не спешу.
Гуляю и воздухом свежим дышу.
Гуляю и с миром окрестным общаюсь,
С ним утром здороваюсь, к ночи прощаюсь.
Куда я спешила? Никак не пойму.
Куда торопилась? Зачем и к кому?
Куда и зачем, и к кому торопилась?
Я, видно, на светлые дали купилась.
А как поняла, что, мерцая, маня,
Пресветлые дали морочат меня,
Что день и сегодняшний полон свеченьем,
Я с бега на шаг перешла с облегченьем.
Лариса Миллер
Шёпот, робкое дыханье,
Трели соловья,
Серебро и колыханье
Сонного ручья,
Свет ночной, ночные тени,
Тени без конца,
Ряд волшебных изменений
Милого лица,
В дымных тучках пурпур розы,
Oтблеск янтаря,
И лобзания, и слезы,
И заря, заря!..
Это стихотворение Афанасия Фета,
Свой чемодан Июль пакует.
Еще чуть-чуть и он уйдет.
Он то ромашку поцелует,
Что в чемодан себе кладет.
То колокольчику — мальчишке,
Шепнет:"Пора, брат, уходить.
Тебя потом положу в книжку
И буду бережно хранить."
Шмелем веселым, гордо, смело,
Он над землею покружит.
И успокоившись: «Все сделал!»
Июль тихонько улетит…
© Ирина Исмейкина 900
Поговорить бы тихо сквозь века
С поручиком Тенгинского полка
И лучшее его стихотворенье
Прочесть ему, чтоб он наверняка
Знал, как о нём высоко наше мненье.
А горы бы сверкали в стороне,
А речь в стихах бы шла о странном сне,
Печальном сне, печальней не бывает.
"Шёл разговор весёлый обо мне" -
На этом месте сердце обмирает.
И кажется, что есть другая жизнь,
И хочется, на строчку опершись,
Ту жизнь мне разглядеть, а он, быть может,
Шепнёт: "За эту слишком не держись" -
И руку на плечо моё положит.
Книги, сколько их ни счесть,
Счастья не несут,
Но таинственно к тебе
Самому ведут.
Звёзды — у тебя внутри —
Солнце и луна!
Свет, что ищешь ты — смотри:
Он — в тебе сполна!
Мудрость, что искал ты там,
Среди книг снуя,
Светит с каждого листа
И теперь — твоя.
Немецкий поэт Герман Гессе (1877-1962)
Ей было двенадцать, тринадцать - ему.
Им бы дружить всегда.
Но люди понять не могли: почему
Такая у них вражда?!
Он звал ее Бомбою и весной
Обстреливал снегом талым.
Она в ответ его Сатаной,
Скелетом и Зубоскалом.
Когда он стекло мячом разбивал,
Она его уличала.
А он ей на косы жуков сажал,
Совал ей лягушек и хохотал,
Когда она верещала.
Ей было пятнадцать, шестнадцать - ему,
Но он не менялся никак.
И все уже знали давно,