Время катится телегой бесприютной,

Под дождями и метелями, и в град...

Вёрст заветных обещает выдать сотню,

Только сам смотри, в кювет не упади!

Знойный жар. Лежат чужих телег обломки.

Солнце ниже, скоро будет дождь и снег.

Что припрятал на обед, уже прокисло.

Сколько вёрст осталось? Ну-ка, прореки.

И мне надело. Ну что же, так тоже бывает.

Забросил свой пост, и скорей завалился в постель.

Остались дымится в кострище обрывки завета,

Колышется дым, уползает по травам, хмельной...

Никто не сменяет. Прошу отдохнуть до рассвета.

Но некого здесь о заветном желаньи просить.

И некому здесь наказать, на забытой заставе,

Вот солнце с луною следят, ухмыляясь хитро.

Ищу стрелу, что выпустил на волю...

Ищу давно, уже который год.

С периной ложе мне давно не любо,

А впрочем, не милы в ночи костры.

Ведь у стрелы полёт совсем недальний,

Вокруг двора осмотрен каждый куст.

Не помню, сколько не видна калитка,

Но земли всё по-прежнему пусты.

И нашёл нужный поезд. А он никуда не уходит...

Днём и ночью в окошке купе созерцаю перрон.

И бывала жара, и дожди, моросящие тихо,

И обходчик, бредущий по узкой и снежной тропе.

Говорит проводник, что давно перекрыта дорога,

Машинист уверяет, что скоро закончат ремонт.

Постарел, прорастаю травой в этом поезде старом,

И как дома ночую на стёртом, разбитом одре.

Долгие годы охочусь за самородком,

Что тяжелее всех, и нельзя унести.

Шёл я пешком, плыл в ненадёжной лодке,

Крепко сжимал поводья в тёртой горсти.

Гору давно добыл песка золотого,

Что мне с того? Его за недели про...

Жадно старателей дряхлых слушаю слово,

Но говорят не всё, ухмыляясь хитро.

Стою или всё же иду? Не понять в тумане.

По кругу мой путь, или пошёл по прямой?

На карту смотрит опять бесконечный странник,

И снова свернёт, и крепко завяжет тесьмой.

А если огонь, то это беда или счастье?

И кажется, где-то вдали просигналил ма...

Но снова укрыл туман непреложной властью,

И снова в длину руки покоряется тьма.

Как хотелось налить до краёв дождевую бочку.

Но расходовал воду, опять ожидая грозы.

И немного дождей. Ещё подожду. Несрочно.

Виноград на решётке ещё не пустил усы.

Зарядили дожди, и потоки резво сбегают,

Пролетели часы, и в бочку опять загля...

Там воды чуть больше. Но так далеко до края.

И чернеет у ног босых сырая земля.

Реку давно перекрыли коварные сети.

Надо бы дальше к истоку на нерест пройти.

А над рекой день горячий и ясен, и светел,

Там нет преград для любого земного пути.

Вроде бы найдена щёлка у самого русла,

Вроде свобода. Но новая тянется пре...

Ей покоряется сильный. И сломлен искусный.

Как бы ходить научиться, в пыли и в жаре.

Как-то буднично идёт великий праздник.

Как и прежде, погружает вал забот.

На столе цветы в хрустальной яркой вазе,

А со лба течёт в глаза горячий пот.

И подарок ожидает распаковки,

Может, вечером, а может быть, и в на...

Где-то рухнуло стекло, легко и звонко,

Но другое в раму вставят дотемна.

Промчались года. И свершилась заветная встреча.

Терзания в прошлом. И кажется, счастье пришло.

Горят на бумаге горячие, долгие речи,

Горит телефонных гудков безнадёжное зло.

Я тот же. Наверное. Ты под лучами всё та же.

Мы стали взрослее. И нет. Но предательски се...

Но мелочи эти скорей забываем отважно,

И ход не даём подступившей горючей слезе.

Когда застыл — тогда пора меняться,

Пора растаять, снова к морю течь.

Зайти в вагон. За вереницей станций

Построить дом, и затопить в нём печь.

Весна сама снеговика прогонит,

И кажется, что дождик снова за...

Но нет. И льдистый наст блестит на склоне,

И без тепла холодная гроза.

Я забросить хочу позабытую древнюю шахту,

Вот последние золота горсти добуду — и всё.

И пойду в новый край, незнакомый, чужой, непочатый,

Ожидает у дома готовый в дорогу осёл.

Оседает под киркой разбитой пустая порода,

Но предательски новая жила под лампочкой све...

И работы в искромсанной шахте ещё на полгода,

И понурый осёл покоряется тихой судьбе.

Старый пробег на спидометре давит тяжко...

Дальше и дальше во тьме производства год.

Кто-то ржавеет в кустах, навеки простужен,

Кто-то пополнил собой раритетов склад,

Третий стал донором, и на запчасти разобран,

Ну, а четвёртый давно в переплавку пошёл.

Я выезжаю раз в год, и встаю на зебре,

Круг по кварталу, не надрывая жил.

И мне показалось, узнал я забытый город...

И улица вроде та же, и те же дома.

Горящие листья несут тем же угаром,

И та же песня звучит в ночной полутьме.

Быть может, кто-то отстроил район похожий,

А может, в поле создал под память мою.

Но всё же был город памятный чуть похуже,

Заветных шрамов и боли никак не тая.

Я менялся судьбой с каждым попавшимся встречным...

Пролетали века. Я старше, чем этот мир.

Ничего не сулили тёмные в небе тучи,

Но тревожил звенящий над ухом мелкий комар.

Не нашёл, что ищу. Но чего мне искать по свету?

Может быть, что ответ на этот простой вопрос.

Леденили горы, дождём обдавали воды,

И кровавый закат светил уже много раз.

Странник! Меня забери поскорее в дорогу...

Собран дорожный сундук лет как десять назад.

Даже без всяких вещей мне достанет отваги

Бросить, уйти. Даже если ругают вослед.

Странник ответил — дозволь мне в селеньи остаться.

Сотни селений назад стать оседлым хотел.

Я предложил — может, мы обменяемся сердцем?

Он промолчал, созерцая обеденный стол.

Гроб заветный ожидает у порога...

А мертвец пока что в доме не прибрал,

Порыбачить не сходил ещё на реку,

Не накрыл ещё соседу сытный стол.

И торопится мертвец, и суетится.

Смерть торопится, но что-то не берёт.

И почти готовы к бочке крепкой кольца,

Кружит в комнате печной, слезливый смрад.

Искал я дорогу... Но нет мне на море дороги.

Я лодку искал. Только лодки в помине и нет.

Привык проходить по бурьянам, по тёмным оврагам,

Карабкался, если пути перекрыла стена.

Ну что ж, сухопутный, и что ты теперь будешь делать?

Обратно идти неохота, и нечего ждать.

Скала мне напомнит ступени седого престола,

А воды морские — смертельно опасную ртуть.

Времён машина вертит беспощадно...

В горячий полдень оседает тьма.

Такие чудеса давно не чудо,

Что без натуг подвластны самому.

Любое время будет по желанью,

Да от желаний быстро устаёшь.

Но всё машину в переменах клинит,

Никак сквозь бурю не проглянет тишь.

Попытаюсь обломки собрать я на пляже песчаном...

Посмотрю, что поможет прожить, или дальше идти,

И какие крушения чёрного были причины,

Что укрыты пока в неглубокой, но бурной воде.

То бывало не раз, и со счёта несметного сбился,

Оседал я надолго, а то уходил поскорей.

Снова пляжа песок утекают сквозь сбитые пальцы,

За скалой расцветает на тучах вечерних заря.