Hey, why do not you write? You forgot about me?
"I am very unhappy without you, remember me?" It's me, Olga from Russia, Moscow, remember?
I'm waiting for you on his page on the Internet, and miss you terribly!
Click here
- Бесполезно! - сказал Костя. - Теперь её из пушки не разбудишь. Она ведь на всю зиму уснула.
- Почему это - на всю зиму?
- Потому что у них, у бабочек, такой закон природы!
- Чего ты врёшь, Малинин, какой ещё закон природы?
- Да честное слово! Все бабочки осенью умирают или засыпают до самой весны. У них даже расписание есть, когда кому засыпать.
- Подожди, а как же мы с тобой? - встревожился я.
- Что - мы?
- Мы с тобой тоже бабочки, значит, мы тоже заснём по расписанию?
- Вообще-то раз мы бабочки, значит, тоже, наверное, должны уснуть... когда-нибудь.
Меня это "открытие" просто ошеломило.
- Так зачем же мы тогда с тобой превращались в бабочек? - заорал я на Костю. - Если мы каждую минуту можем заснуть, да ещё на всю зиму! Мы же на один день только превратились, а уснём вдруг - и каникулы зимние проспим, и на коньках не покатаемся, и в хоккей не поиграем. Эх, Малинин, Малинин!
- Чего ты психуешь? - сказал Костя. - Тебе же пока спать не хочется?
- Нет ещё.
- Ну и летим за нектаром, а там будет видно.
- Что значит "там будет видно"? А если я усну на лету и проснусь только
весной, превращусь в человека, а на экзаменах что буду делать? По всем
предметам двоек нахватаю из-за тебя.
- Подумаешь, - сказал Костя, - дома его спать не уложишь, а здесь он, видите ли, боится на лету уснуть. Не бойся, не уснёшь. Я отвечаю!
- Не усну?
- Конечно, не уснёшь. Осенью засыпают какие бабочки? Обыкновенные. А мы с тобой бабочки необыкновенные.
- А какие же мы?
- Мы с тобой человекообразные бабочки, вот какие! - заорал на меня Малинин.
- Ну и что? - заорал я на Малинина.
- А то, что на человекообразных бабочек этот закон природы, может быть, не распространяется!
- Не распространяется, а может быть, и распространяется!
...
Однако мои радостные крики почему-то не произвели на Костю никакого впечатления.
Малинин, всё ещё продолжая лежать на боку, что-то забормотал мне в ответ, но я не понял ни одного слова.
- Что ты говоришь? - спросил я его.
- Хр-ры... - сказал Костя.
- Костя, да что с тобой? - закричал я на Малинина изо всех сил и стал трясти его за лапу. - Ты что?.. Ты притворяешься, что спишь, что ли? Значит, не хочешь всё-таки превращаться в трутней! Ну и чёрт с тобой! Я и один могу!
- Хр-ры! - отозвался Малинин и тут же начал чуть слышно бормотать такую чепуху, что я сразу понял: Костя не притворяется, он спит!
Костя Малинин спит! Он уснул. Вспомнил про трутней и уснул в последний момент! Уснул в такую минуту! Перед таким превращением! Уснул по всем ужасным правилам и законам природы, по которым осенью засыпают все настоящие бабочки... Уснул и даже не предупредил меня, а ещё говорил, что этот "закон" на нас, на человекообразных бабочек, не распространяется, а сам взял и уснул, как та самая "спящая красавица", которую склевал воробей... Хорошо, что поблизости нет воробьев... Нет! Пока нет, а долго ли им появиться? Надо будить Костю Малинина, скорей будить... Будить, пока не поздно, пока не появились проклятые воробьи!
Я теребил Костю за лапы, я толкал его в бок, я дёргал его за крылья, но всё было напрасно - Костя Малинин не просыпался. Мне стало не по себе.
- Костя! - заорал я. - Проснись сейчас же! Слышишь? Или мы с тобой на всю жизнь поссоримся!
- Хр-р-ры... - сказал Костя Малинин.