С утра хотелось Амалию порекламировать, а чуть позже - деспота. Оба проявляются редко. Но я лучше не о них напишу, а о тайной, никому кроме меня не слышимой рифме - в последнем деспотическом посте.

Только что экспериментально выяснено, что семерка недостаточно хорошая, тёплая, нежная и пушистая, чтобы ей принесли кружку свежего кваса в постель. С другой стороны - я наконец-то догадалась, как включается лампа над обеденным столом. Не прошло и года. Она, с одной стороны, включается (выключается) кругляшом около стола, а с другой стороны (комнаты) - выключателем у двери. Причем выключателем - в направлении обратном направлянию прочих выключателей. Поэтому в общем положении (этих двух устройств) включить свет над столом - невозможно.

А квас вкусный, но слишком сладкий.
Всё, сплю уже. В этом посте тоже недостаёт бесполезной морали.

не знаю зачем окно открыла и вообще скоро срублюсь.
несколько часов назад в тонкую полоску подвального окошка шпарила полуцелая луна.
сегодня приехала с работы с мокрой задницей - черт бы побрал умника, включившего спринглеры вплотную к велосипедной парковке.
функция уже работает, но пока - хуёво.

в этом наборе нет ни глубокой идеи ни даже настроения. большая часть жизни как раз и состоит из таких сомнительных наборов, типа как в советское время выдавали по праздникам - чтобы ни идеи ни даже настроения. зато в наборах была гречка или даже мандарины. у меня есть и гречка и мандарины, но нет идеи и настроения.

а мы выхватываем яркие кристаллики, или просто осколки бутылочного стекла, и зашпандориваем буковками. Гудзонов_залив спрашивает - "для кого?" мой же любимый глупый вопрос по теме - "на хуй?"

выруливаю мимо противомашинного ежа шлагбаума на широкую обочину. На ней - оранжевые флажки и какие-то странные руны - то ли Н, то ли Ж; ярко красным и оранжевым. То ли волков загоняли, то ли обломки автомобилей метили. Обхожу флажки и по асфальтовой встречке, потом налево. Встречный ветер кубарем сваливается с гор; прямо в лицо. Моя тень стелется под колёса; её чистые, но нерасчёсанные волосы стелятся навстречу ветру. Это - утро.

Сковырнуть поглубже - вся моя вселенная прячется в таком утре, как вкусный моллюск в неприметной раковине. Таких моллюсков едят сырыми.

Люди работают из разных мотиваций. В особо клинических случаях - из-за денег. Или потому что так принято. Или потому что мама в детстве велела. Опустим над ними завесу печального молчания. Когда я научусь - я буду за них молиться.

Я всю жизнь работала ради чувства удовлетворения своей работой. Даже когда занималась делопроизводством, бухгалтерией и художественным оформлением писулек типа "мы делаем ахуенно пиздатые приборы, а ещё умеем чтобы жирненько и красиво: переключать шрифты и настраивать в Ворде колонтитулы". Я просто не умею по другому работать.

А теперь Очень Грустный вопрос - если вы уютно устроились на диване, рядом на столе - руку протянуть - лежит вкусное спелое яблоко; а другое яблоко вырастет на дереве, если не ударят морозы, и его ещё надо сорвать, складировать чтоб не сгнило и допереть до дома - вы какое яблоко возьмёте?

...деспот подошёл, прочёл и спросил - "к чему вы это?" К чему, к чему. Вчера вечером отложила недописанную функцию - не знаю как её правильно сделать. Думала - проснусь, пойму. Ага. Проснулась - поняла какой пост сейчас опубликую.

Большие, сильные мужчины для того такие большие и сильные, чтобы изредка можно было бы почти случайно, в щёлочку, подглядеть - какие они маленькие, любящие и ранимые, и задохнуться от нежности и щемящей тоски.

А вот про маленьких, слабых женщин я нихуя не впиливаю.

Иногда мной овладевают такие чудесные, чистые, просто хрустальные эмоции, что хочется немедленно громко запеть написать: "а на меня гадский деспот мате вылил! на новую льняную блузочку, которую мама из москвы только вчера прислала ((((((( уууу, гадюка", присовокупить квартет розовых слоников и опубликовать. Губы обиженно сворачиваются жырной розочкой, нижние веки оттопыриваются вниз, а верхние - вверх - и такая беззаботная радость разлита в воздусях! счастье такое: звонкое, переливчатое! ведь мате не вишнёвый сок и уже, собственно, смылся; а на днях, Бог даст, мама вышлет ещё льняную кофточку и даже льняное пончо; сегодня утро пятницы и я несомненно успею всё что следует успеть - и даже немножко с запасом. А через месяц поеду в Москву, чтобы купить там удобную обувь (самую удобную из ещё дорогой, или самую дорогую из ещё удобной - как получится).

Но надолго хрусталя не хватает, да и встречается он нечасто.
Вот и славно - а то на таких неуклюжих деспотов льняных шмоток в этой дурацкой Америке - не напасёшься.

В моём гардеробе висит теперь на вешалке шкурка лисы, как будто пальто. А до полнолуния ещё далеко. Со второго этажа цикады слышны лучше, чем из подвала. Теперь я возвращаюсь с работы в сумерках. Пока не перевели время. Как будто время - это слепой, чтобы его переводить туда-сюда. Интересно, смогла бы я самостоятельно выломать дверцу духовки - если очень понадобится, или добыть пластину стекловаты из стены американского дома. Лучше не знать таких вещей. Есть масса вещей, которых про себя лучше не знать. А чего лучше знать, мы узнаём обычно чересчур поздно.

И не спрашивайте что я узнала - ведь если бы узнала, разве стала бы писать сюда? дождалась бы полнолуния и alas. или - farewell.

Poltoraki сказал, что Жёлтые камни собираются закрыть для посещений - слишком мало денег и слишком много туристов. Кстати, о деньгах - за два дня видели четыре компактных радуги. Две упирались хвостами в извергающиеся гейзеры, две - в подножия двухсотфутовых водопадов. Золотой горшок отрою как-нибудь в другой раз.

Парк закроют, но водопады с гейзерами так и будут рассыпаться белыми хлопьями пара. Напротив нижнего водопада жёлтый каменный склон порос тёмно-зелёным мхом. Там осаждается пар и стекает навстречу водопаду тоненькими струйками. Это невозможно сфотографировать, да и всё равно вся гигабайтная флэшка не записалась на диск и была потеряна безвозвратно. Кстати, о гейзерах и водопадах - знаете чем одни принципиально отличаются от других? Когда водопад, непонятно в какой момент пора аплодировать Аффтару.

Парк закроют, но Аффтар по прежнему будет жечь. Жечь раскалённой лавой холодную воду в известяковых полостях, жечь радужное нутро террас, расцвечивать камни в манере поздних импрессионистов. Служащие и экологи, а также высокие гости и прочие официальные лица (которых мало и у которых много денег) будут скользить взглядами - привычными или потрясёнными, но деревянные скамейки останутся пустыми и гейзер не раскланяется под аплодисменты. Знакомые говорили, что туда надо ехать на две недели - а мы провели только два дня... а вы, может быть, и вовсе там не были.

Парк закроют?

Шляпа гулял по Долине гейзеров, а мы с деспотом - над. Не то чтобы мы обернулись драконами и с высоты выбирали себе по ванночке поуютнее - нет, как добропорядочные гости национального парка, по деревянным настилам*. У начала тропок - плакат с мальчиком, который соскочил с дорожки и своей ногой поспособствовал вскрытию нового озерца кипящей воды. А Шляпа ходил на своих двоих, завидно Шляпе. Читать далее...

Вы извините, но далее - будет цитата. Это, кажется, второй или третий раз, когда всё содержание моего поста составляет цитата. Чтобы совсем уж не падать в своих глазах, начну с предыстории.

Давным-давно (даже и не в прошлую пятницу), когда семерки ещё не было даже в прикупе перспективе, её (будущую семерку. будем для ясности называть её "поросёнок" - потому что её действительно иногда так называли) родители повели в какой-то музей, расположенный в бывшем помещении для отправления религиозного культа (ГУВХ! тебе нравится мой стиль?) типа "монастырь". Там происходила большаааая выставка иконописца Андрея Рублёва. Очень большая выставка. Бедный поросёнок ходил, устал, измучался, и нихуя ничего не понял, а его ещё более бедные родители мужественно пытались ему хоть чего-нибудь объяснить. Поросёнок слушал, слушал, а потом и говорит (с лёгким детским сарказмом): "мама! помнишь, как Вини-Пух разговаривал с кроликом и Пяточком? что ж, с искусством тоже так?!!" "Так!" - сказала опупевшая от детской сообразительности мать. Поросёнок замолчал и задумался, а счастливые этим родители потащились к автобусу домой.

Теперь, собственно, цитата об восприятии искусства...

Читать далее...

test

или цена крови

Искали-то мы где пожрать, искали в маленьком полубутафорском городке на Диком Западе. А нашли - сувенирный магазинчик. Панцири черепахи и свистки из бизоньих рогов; рога всех мастей - поллиру украсить хватило бы; роскошные головы оленей на стенку всего за двести баксов (не купили); шкуры. Есть - распятые в виде ковра на стену, есть - свисающие каскадами, хвостами вниз. Койоты, волки, рыси. Лисицы. Рыжие и хвостатые.

Ну я ведь не могу купить шкуру фактически своей сестры? Тем более не мной добытую. Вот если бы - я верхом в дамском седле (ой...) с распущенными волосами или, так и быть - в мужском (но в костюме молодого лорда), гончие загоняют зверя, я метким выстрелом (угу, стрелять не умею) попадаю ей прямо в глаз. Шкуру потом выделывает таксидермист и я вешаю её перед камином. А коли не сама - нельзя убивать то, что не собираешься съесть. Лисы не вкусные. Пушистые. Умные. Вот куплю её сейчас, а потом мою шкурку кто-нибудь вывесит в сувенирном магазинчике где-нибудь на Альфа Центавра.

Не купили, пошли дальше искать насущные хлеб и пиво. Все кабаки в четыре вечера закрываются - вот где ужОснах. Зашли в кафе, на удивление вкусно и недорого отужинали. Вернулись обратно в магазин.

Купили шкурку лисы.

Таким образом, мой гуманизм и любовь ко всему живому стоят две пинты красного эля и полпинты чёрного бархатного (у деспота стырила - он ведь за рулём, а пиво свежее и вкусное).

Но на распятую на стене лисицу даже после двух с половиной пинт не повелась. Уж очень у неё вид безнадежный. А так... мало ли для чего я шкурку прикупила? может, дождусь полнолуния - одену и побегаю.

как-то тут грустно и тухло, прям как откуда приехала - аппетитно пахнет сероводородом. Только Шляпа и Фигу-Гигу объявившиеся радуют почти до одури. Слинять, что ли, на ЖЖ? тем более что фотографии бизонов, ебущихся на фоне извергающегося гейзера, совсем не получились (желающие убедиться в моём позоре как фотографа - под кат).
Читать дальше - хоть и не получились, а всё равно детям до 16...

"Господи, помилуй" канонически переводится на английский как "Lord, have mercy". Может уже и писала об этом. А Богородица - "Ledy Teokratos".

Ещё - здорово утром ехать на работу на велосипеде. По извилистой асфальтовой дорожке, обгоняя массивные ухаллы или как там этих федексов по батюшке. И здорово что обратно на машине - потому что обратно в горку.

Ещё - ступеньки перед офисом пахнут розами. Несколько лепестков валяется.

Ещё - как и обещано, через несколько часов я пропаду на трое суток.

Ещё - ... а, хватит и перечисленного.

В прошлом году это было: среда, четверг, пятница.

и размышляя: надо ли добавлять в конструируемый входной граф петли и что с ними делать, уж если добавить; выкинуть ли баннер который только утром повесила или не заменить ли его на другой, более уместный gif; не закрыть ли вообще дневник нах (до понедельника) или перекрасить; и о массе других вещей, людей и событий... семерка плюхнулась с велосипеда. Я всегда подозревала, что до сих пор не умею поворачивать.

Нет, все живы-целы-здоровы, ни одной царапины, даже расклешённую штанину никто не сжевал. Да и на сатори семеркино просветление никак не тянет (вероятно для сатори надо было хоть чего-нибудь лишиться, например - штанины). Однако... петли я добавлю; конец петли буду метить; баннер выкину; никаких новых добавлять не стану; в акциях участвовать не стану, на три выходных дня пропадём на какой-нибудь х; вообще буду громче молчать и молча работать. Чего и вам желаю, целую, ваша С.

жесткач. Не читать дальше...

Весь дневник заполонили восьмёрки. В последнем треде - восемь комментариев. В предпоследнем - восемьдесят восемь. Восемь антипатий и восемьдесят восемь симпатий. Я собираюсь уснуть. Лежу, склонив голову набок. Восьмёрки наползают друг на друга, извиваются змеями, кусают себя за бесконечные хвосты. В этой цифре есть что-то жуткое. Параноическая степень двойки, куб. Что-то материальное и мерзостное. С издевательской ухмылкой бесконечности, перекошенной набок. Я боюсь этого числа.

Мы думаем о смерти не чаще чем городские вороны о деревенских пугалах. Мы живём по углам. Мы с успехом разучились говорить о вечности, потому что секс короче на два слога и быстрее разогревает холодную змеиную кровь. А сейчас мне страшно. У меня середина ночи, сердцевина душной августовской ночи в стране вечного душного августа.

Я зря это пишу. Я должна вспомнить как размыкать восьмёрки, чтобы они рассыпались улыбчивыми пузырями нулей. Завтра будет утро, солнце, и запах ветра по сухой траве. Как это было... когда-то в другой жизни, то есть - когда-то, когда я жила.

...есть один переход в московском метро, в котором моя кровь от восторга сворачивается спиралью. Знаки и символы. Как бы концентрические прямоугольники, но имеющий глаза видит кружево из восьмёрок. Это переход. По нему лучше идти чем смотреть. Я вспомню, как это делают. ...может, он мне приснится.