Тихий светлый несмелый дождик...

Из серии: Мой дом...

     ***
Тихий светлый несмелый дождик
Застучал по крыше веранды,
Словно что-то вспомнив спросонок,
Зашептал мне с утра без команды,
И жара  отступила устало,
Потянулся шиповник на струи,
Раскраснелся, как ты спозоранку,
Разбросав на подушках руки...
28.06.2020г.

https://stihi.ru/2020/06/28/3955
[700x393]

Стихосложение (лишь рифмованные звуки) из серии: Саднящие мысли

***
Не все мы добежим до финишной черты,
Не все увидим летние рассветы,
Ненужно, видно, за собою жечь мосты,
Чтоб не искать забытые ответы.
13.05.2020

     ***
Мы каждый день теряем по чуть-чуть,
Но не желаем отступить ни на полшага,
Нам наплевать на чей-то вечный Путь:
Чихаем весело… без масок и без страха.
14.05.2020г.

     ***
Твой возраст – это только возраст,
И даже не глоток Судьбы, –
Отрезок, поза, доза, возглас,
Всего-то новые мосты
В ещё невиданные дали,
Совсем непознанной реки,
В которой есть, увы, печали,
Но и… удача, – жди, ищи!..
15.05.2020г.

     ***
Мы все бессмертны, – что тут говорить? –
Мы были, есть и, точно знаю, будем,
И значит нужно просто жить и… быть
На этом свете нужным добрым людям.
17.05.2020г.

     ***
Ковид впервые отступил:
На каждых восемь… девять вновь здоровы,
Он нас, похоже, не сломил,
Надеюсь, он вдруг не пойдёт по новой.
20.05.2020г.

     ***
Как поздно вы становитесь большими,
Прыжки и рожицы – вся ваша Суть,
По-прежнему, как школьницы, слепые,
Амбиций царство душит души… Жуть!
21.05.2020г.

     ***
Белая ночь не радует нынче,
Светит холодным светом в лица,
Но не осветит вируса рыльце,
Только следы лишь его копытца…
22.05.2020г.

     ***
Мы все приходим ниоткуда,
И все уходим в никуда, -
Зачем несёмся круг за кругом? –
К чему спешить, бежать, куда?
02.06.2020

      ***Про поликлинику на М.Морской
Да, если б стоматолог в наше время
Лечил нам зубы, как Иоффе… ювелирно,
Мы б не боялись боли, словно звери,
И не носились бы от них теперь ретиво.
16.06.2020г.
[700x479]

И снова Максы или... просто Чудик

Еквалпе Тимов-Маринушкин

Первый рассказ «И снова Максы» из девятой повести-небылицы «Чудик»
для новой книги: «И снова… неслучайные странности» 
в продолжение книги 2019 года: «Неслучайные странности»


«Выдумка всегда может статься правдой,
а непререкаемая истина – вымыслом»
(из чьих-то притчей, кажется)

«…он просто от «нечеГО Делать» пьёт звуков микстуру…»
(Михаил Кульков «Музыкальная шкатулка»)


     «Нас, как обычно, пятеро: Шурик, Вавка, Тарас, Толстый и я.  
     Нам всем «… по семь-восемь всем…», впрочем, нет, нам уже за десять, совсем большие, начальная школа позади. Почти позади и последние наши каникулы младшей школы, через пару дней первое сентября и мы все, кроме Толстого пойдём в четвертый класс, которому пока ещё только в третий, что, впрочем, не мешает ему быть среди нас самым рассудительным и… правильным.
     Мы, как всегда во дворе, в беседке, в которой прячемся от тягучего нудного дождика, зарядившего сегодня, в конце лета с самого утра. 
     – Чем займемся, мужики? – вопрошает неугомонный Тарас…»

     …В общем, всё начинается вроде бы абсолютно точно так, как было рассказано мной в прошлый раз в четвёртом секрете нашего двора…

     «…– Давай для начала «козла» забьем, – предлагает Вавка.
     – На-до-е-ло-о это ваше домино, – тянет в ответ Шурик.
     – Тогда в дурачка, – не унимается Вавка, – на щелбаны.
     – В карты пионерам играть запрещено, – строго выговаривает Толстый, – увидят, попадет всем.
     - Ой-ой-ой, – дразнит Вавка, – нашему Сереженьке попадет по попонке… от мамочки и папочки, да ты ж не пионер, ты ещё ма-лень-кий, тебе всё можно.
     - Мне-то можно, а вот тебе малышу-Кибальчишу нельзя! – усмехается на целую голову выше Вавки «маленький» Толстый, уничижительно переделав Гайдаровского мальчиша в малыша.
     - Это почему ж нельзя? – закипает Вавка, чувствую легкий намек на свой невысокий рост. 
     - Ну, как почему? – довольный произведённым эффектом, снисходительно глядит сверху вниз Толстый, – сказал же…».

     …Ну, а как оно может быть по-другому, если моя необузданная память возвращается вновь в тот далёкий памятный день 28 августа 1975 года, когда мы чуть было, не потеряли двух своих замечательный друзей: Макса и… снова Макса. 
     С того момента прошло уже без малого, по меркам человеческой жизни, полвека. Ну, и что может измениться там, в том нашем происшествии, поведанному Миру в детской книге «Секреты нашего двора», ТЕПЕРЬ? 
     Правильно – ничего!.. 

     «…– Стоп, стоп, стоп! – перебиваю я, не дав разгореться их ссоре. – Гляньте-ка, лучше туда: Максы гулять вышли.
     – И что? – вскидывается на меня разгоряченный Вавка.
     – Как что? – улыбаюсь в ответ. – Айда с нами за дом, на стройку, партизанить: мы прячемся, а фрицы с овчарками нас ищут: кого последнего найдут, тот и победил, тот главный партизан.
     – Не плохо придумано, – осторожно соглашается Шурик. – Но на стройке второй год ничего не делается, в подвале воды от дождей, небось, с головкой будет, как бы кто из нас туда…».

     …Впрочем, всё это, конечно же, так, да вот не совсем так оказывается! Чем больше минует времени с тех лет, тем почему-то больше деталей того дня всё отчетливей и отчетливей всплывает в моём сознании.
     «Здесь вам не тут!» – вдруг в очередной раз слышу знакомое, словно кто-то смеётся надо мной, в сотый раз подкидывая эту несуразную фразу, теребя и оживляя в сознании многослойные пласты забытых во времени деталей.
     Поистине, странная это штука – время! 
     Нет ему однозначного определения ни в одной области наук. 
     Ну и, действительно, что это такое, Время? 
     С чем Его едят? 
     И разве можно Его всерьёз считать просто единицей измерения, пусть даже и какого важного планетарного явления?
     «Время – это форма, по-видимому, одна из форм жизни…» – помнится, как-то прочитал у ищущего Истину академика Д. С. Лихачев.
     Форма Жизни! 
     Одним словом, всё пока в том памятном отрезке нашей жизни в моей памяти катится ровно так, как и в прошлый раз в памятном секрете, лишь пара незначительных деталей почему-то вдруг вспомнилась мне сегодня, когда в наш старенький двор детства мы приехали вместе с нашим одиннадцатилетним внуком, Ромкой… 

     «…– Сашка, ты опять? – бушует раззадоренный Вавка. – Хватить каркать.
     – А что я? – жмет плечами Шурик. – Я н-ничего, просто напоминаю про последнюю нашу экспедицию в подвалы Меншиковского дворца.
     – Да ладно, – радуюсь приятному воспоминанию. – Экспедиция удалась на славу, да к тому же «…хорошо то, что хорошо заканчивается», – цитирую, – а тогда всё вполне хорошо завершилось, во всяком случае, без потерь.
     – Да уж!? – усмехаются одновременно Шурик с Толстым. – Без потерь, не считая разорванной одежды, за что все схлопотали дома,  и очередного мучительного ожидания привода в детскую комнату милиции.
     – Зато никого с оторванными конечностями на себе тащить не пришлось, – хохочет приятному воспоминанию о Читать далее...

Спасибо всем за внимание и оценку. Всегда приятно слышать живой голос, особенно если выражает настоящие эмоции, пусть даже и критические, грубые. Приятного прочтения Вам и в будущем, постараюсь выбрать что-нибудь ещё подобное, жаль только ограничен объёмом текста.
Да, и огромное спасибо редакции за поздравление по поводу выхода моей новой книги. Постораюсь что-нибудь вырезать из неё и сюда, если конечно будет интересно, ведь там хоть и фантастика, но слишком философская и... немодно патриотическая.
Ещё раз всем спасибо и всего доброго.
ЕВП
[700x558]

Разговор

Еквалпе Тимов-Маринушкин

Глава из сборника "Забытый диалог", 
рассказ первый
Нам всем (соседям и не только) посвящается…

     Снег.
     Легкий пушистый снег старательно укутывает мой
старый двор.
     - Валя! – слышу радостный голос, – ты?.. 
     - Я-а, - тяну, удивленно всматриваясь в
незнакомое лицо.
     - Это ж я, Раиса, - почему-то виновато 
улыбается она, - Щербакова из 58-ой.
     - Рая?.. Ты?.. Не может быть, - выдыхаю. -
Сколько ж лет-то прошло?.. Двадцать?.. Двадцать
пять?..
     - Тридцать два... – обречено машет она рукой.
     - Тридцать два!? – дивлюсь, – пол жизни… 
     - Мы ведь с мужем тогда в Ленинград переехали.
Дети настояли. Выросли, говорят, поближе к работе
надо, к цивилизации, - качает она головой. –
Цивилизацию им подавай, а вот, видишь, вернулась
обратно, к нам, в пригород, в любимый Рамбов. Пришла
проведать солнечную пятиэтажку… нашу. Она мне
снилась… всё это время, а приехать, хоть и недалеко,
некогда было. Де-ла-а, - тянет обреченно, - а вот
теперь всё, нет дел… кончились! Мужа в
позапрошлом году похоронила… здесь, у нас, на 
Иликах! Ездила, ездила к нему на электричке, 
надоело, наказала им, детям, чтоб купили мне хоть
угол здесь, в Ломоносове, рядом с ним… никуда больше
не хочу.
     - О-ох, - выдыхаю, увидев словно наяву,
интеллигентную статную фигуру мужчины,
выгуливающего в нашем дворе на поводке их маленькую
собачонку, Тошку. У нас в Ломоносове (Рамбове в
простонародье) с роду-то никто собак не выгуливал,
особенно таких, мелких, выпустят её на улицу и все,
там и бегает сама с детворой, и тем в радость, и
собаке польза. А тут нет… на поводке. – Царство ему
небесное, Раечка, а мой-то ведь тоже
умер… в позапрошлом!
     - Знаю, знаю, Валечка, соболезную тебе, видела
памятник на нашем Иликовском кладбище в центре
второго участка, - зашелестела она, - мой в начале
участка лежит у леса, чуть раньше хоронили видно.
Тебе туда не с руки идти, далеко, да и вряд ли б ты
узнала его,время-то сколько прошло… Я там и себе
местечко оставила. Вот хожу теперь, говорю с ним,
цветы посадила, да за своим местом приглядываю.
     - А сколько… сколько ему было? – спрашиваю.
     - Восемьдесят четыре справили…
     - У-ух, мо-ло-дец какой, моему-то семьдесят
семь… не исполнилось, – смахиваю незваную слезу.
      - А тебе… тебе, Валя, сколько? – уводит
разговор Раиса.
     - Вот- вот, под Новый год семьдесят пять
исполнится… юбилей, даст Бог, справлю, - отвлекаюсь,
вспомнив, что как раз
вышла во двор, чтоб пройтись по магазинам за
покупками для праздника.
     - У-у-у, мо-ло-дая ещё, - тянет Рая, - хо-ро-шо
тебе, поздравляю, а мне-то уж восемьдесят три, вот и
заспешила я сюда, домой... У парка в старой
"кирпичке" трехэтажной - знаешь? - квартиру
дети сняли, сказали, выкупят со временем. Хит-ря-ат…
видимо, да и правильно, зачем она им, а мне… не 
долго уж.
     - Пойдем ко мне, чаю попьем, - зову старую
соседку к себе, - я всё там же в шестьдесят шестой 
на пятом, помнишь?
     - Как не помнить, Валечка, ты ж над нами через
этаж живешь, - оживает она, да вдруг, опомнившись,
добавляет, - жила… над нами. Вот хотела заглянуть в
свою… бывшую, да не смогла, домофон на подъезде, как набрать – не знаю, да и что скажу. 
     Она поднимает глаза вверх, видно, на свои 
окна, а затем, вдруг весело глянув на меня быстро,
словно боясь забыть, не успеть что-то важное,
затараторила:
     - А, ты знаешь, Валечка, мне всё время 
почему-то казалось, что здесь у нас всё как раньше,
по-прежнему… у подъезда сидят три неразлучные
подружки-вдовушки: баба Зина, баба Тоня и баба Вера. Помнишь?.. А тут вот смотрю, – нет скамейки никакой…
прям, как в городе. Там, - машет пренебрежительно
куда-то в сторону, - как только поставят новенькую
скамейку у подъезда, жильцы сразу её ломают… или
прячут, чтоб пьяниц, да наркоманов под окна не
пускать, прорва их там, деваться некуда…
гадят,безобразничают.
     - Нет-нет, Рая, мы не прятали и не ломали, наша
скамейка сама от старости развалилась, - говорю я, -
давно уж, как не стало вдовушек наших, да детей их…
постаревших, вот и не кому стало здесь сидеть, не
принято… теперь сидеть, все по домам, в этом ихнем
Интернете сидят. 
     - Да-а уж!.. А кто из наших-то, тех, кто в дом
этот солнечный новый в 1972 году заехал остался ещё
здесь... жив, то есть, - с испугом и надеждой в
голосе спрашивает Раиса.
     - Из наших-то, да почитай только я, Лешка из
шестидесятой, да Катюха, твоя ж, кажется, подружка
была с первого этажа, - загибаю пальцы.
     - Ка-тя! - смахивая слезы, радостно выдыхает, - надо ж, как хорошо.
     - Хо-ро-шо, Раечка, - радуюсь, - хорошо, что ты вернулась... правильно.
     Легкий пушистый снег укутывает старый двор.
     Солнце неуверенно скользит по удивлённым окнам.
     Нахохлившийся воробей... вдруг радостно чирикнул.
     А разговор, кажется, прервался...
     Ну, вот здесь и всё!


Автор благодарит критика  и корректора (ЕМЮ) Читать далее...

Саднящие мысли вслух