участие в фотокроссе учит быстро думать, строить кадр сразу, без "потом обрежу лишнее", а также приставать к незнакомым людям с просьбой попозировать. люди пугаются и чувствуют себя напряжённо в кадре %)
забредя на эзотерический фестиваль, был удивлён тому, что не увидел там никого, кому было бы примерно так же радостно, как мне. они все чем-то чрезвычайно озабочены и коммерциализированы. тем не менее, эзотерический фестиваль сам по себе является таким местом, где обязательно что-нибудь есть интересное и радостное.
например - помимо всяческих бубнов, клеящих цветочки тётенек и очереди на "сканирование ауры" - там были жёлтые очки, которые предлагающая их дама упорно не хотела признавать жёлтыми, а именовала "очками велосипедиста автомобилиста".
также там было сумасшедшее количество сумасшедшей психоделической живописи из маркеров и карандашей. кроме того, ещё одна офигительно гениальная картина с верблюдиком, где складки пустынных песчаных барханов изображены покоробившейся от акварели бумагой.
а на мне была тростниковая флейта, утыканная цветами, много фенек, цветастая индийская рубашка и длинная юбка. носясь по пригретым солнцем улицам чувствовал себя очень ярко и счастливо. город солнечный, яркий и старый. солнце тёплое и радостное. яркость вкусная. всё офигительно :-)
а ещё есть серия психеделических портретов в фотоальбоме, и улыбка без кота =)
во вчераший день пинхола мы забыли собственно пинхол где-то там, поэтому теперь у нас много цифрокартинок, о которых пожжже.
вчера видел дверь, возле которой на гвоздике висит ключ. не подходящий к этой двери.
сегодня мне снилось ровно то же место, во всех мельчайших подробностях отколупнутой краски и валявшейся газеты на пороге.
я брал ключ с гвоздя и пытался открыть им дверь. ничего не получалось. я брал с гвоздя следующий ключ - количество разнообразных ключей всё прибывало, равно как и количество вроде бы подходящих к ним замочных скважин в двери - но всё равно не получалось ничего. потом я нечаянно толкнул дверь посильней и обнаружил, что она уже была открыта.
за дверью оказались старая кухонная плита и чьё-то незримое присутствие.
тихонько притворил и ушёл дальше.
читать - как это делать - тоже важно. читать книгу в совершенно разных местах. в разное время суток. долго и коротко. культивируя внутреннюю тишину, чтобы слушать, как в твоей голове образы, рождённые книгой, смешиваются с образами окружающего, с собственными мыслями. как во всё это вплетается ветер, несущий то запахи, то пыль, то чьи-то голоса.
потом, пролистывая в памяти десяток страниц назад, будто совершаешь обратное путешествие по собственным дням и контекстам. начинаясь с центральной точки - с книги в руках - разворачиваются концентрической спиралью куски памяти, в которых строчки пропитаны непосредственной сенсорикой, рождёной в тебе не только усилиями автора, но и конкретным - чрезвычайно конкретным, оттого абстрагировавшимся и самодостаточным - куском мира, в котором ты обосновался на тот момент.
если правильно выбирать моменты, сообразуясь с ощущением внутренней правильности - то есть, если делать это бессознательно, такое чтение доставляет непередаваемый кайф целостности, взаимопроникновения миров, их звенящей комплиментарности - не по смыслу, но по смежности. и долгую эйдетическую память.
и чем дольше, тем точней и волшебней выплетается общий образ. даже ритмически - появляются регулярности вроде повторяющегося саундтрека или письменных рефренов автора.
а в этой книжке ещё и шум прибоя. барикко будто рисует свои картины на песке, они легки, схематичны, и их тут же смывает море. если вырисовывать с большей тщательностью, не успеешь закончить до следующей волны. оставшиеся от одной картины, слишком глубокие, чтобы быть слизанными за раз, линии служат основой для другой. так близко и так отстранённо, так спонтанно и точно.
oceano-mare льётся со страниц, бесконечно размеренно, всегда такое же, но не то же; и, присев на берегу, знаешь, что можешь встать и уйти в любой момент, а оттого остаёшься надолго. а оно останется навсегда, даже если уйдёшь - в тебе и без тебя. и это так легко, и правильно, и неважно.
а потом ты закрываешь книжку и идёшь дальше, по асфальту, с прибоем в ушах.
а потом открываешь снова.
а потом - ты.
а потом тебя нет.
если бы можно было снизать в нитку всё это, да подарить, как бусы - смотри, вот букет снов и ветра, он пахнет солнцем и солью.
я придумал. я буду измерять количество написанного диплома в сантиметрах.
рождённый летать с трудом умеет ползать.
постоянно быть немножко больше, чем я есть - это офигительно полезно и клёво, но также и сложно, и неровно.
у меня есть филин, филин глубоко внутри
о да, о да, это точно
у меня есть филин, филин, которого я не могу спрятать
о нет, о нет, о нет
да, да, у меня есть филин, да
у меня есть филин.
поверь, я бы не хотел пропустить поезд
о да, о да, о да
и если ты оставишь меня, я не стану опаздывать вновь
о нет, о нет, о нет
да, да, у меня есть филин, да
я получил филина
всё это время я блуждал
удивляясь, почему же никто не сказал мне
что всё, что я искал - это кто-то
похожий на тебя
у меня есть филин, заставляющий меня стоять на цыпочках
о да, о да
у меня есть филин и, я думаю, все об этом знают
о да, о да, о да
да! да! у меня есть филин. да!
у каждого был сложный год
и каждый хорошо провёл время
у всех бывают влажные сны
и все видели солнечный свет
о да, о да, о да
у всех был хороший год
каждый пускал всё на самотёк
все решали работать усерднее (да)
и каждый настаивал на своём
о да. да! woooohoo!
а у меня есть филин.
я хотел сначала связный текст про впечатления написать, но потом подумал, что совсем не нужно связного текста. вообще никакого текста не нужно.
кроме разве что заголовка, который уже есть чуть выше тут.
самая гениальная вещь за последнее время - это вот такие дорожки ромбиками. серьёзно. совершенно простая и офигительно приятная вещь.
а ещё линза на минус двадцать один.
в рамках флешмоба, от Марго подхваченного.
Идеальный автобус - это трамвай) если же оставаться в рамках автобуса, то он предполагается жёлтым, раздолбанным, с дверьми-гармошкой, почти совершенно пустым, немного громыхающим, летним, продувающимся и нанизанным на зорьные солнечные лучики)
фонарь - идеальным фонарём является жестяной застеклённый, который носится в руках или висит на крючке, в котором горит живой огонь. совсем идеальным фонарём был бы просто клубок огня в ладонях :) и почему-то идеальной функцией фонаря в первую очередь мыслится не освещение, а согревание)
идеальная ночь состоит из безоблачного бархатного неба и огромного множества разноразмерных звёзд на нём вкруг, полусферой над головой, а также лёгкого порывистого ветра, приносящего специфически ночные запахи, звуки, шуршания и шелестения. идеальная ночь может быть в перемигивании разноцветных огоньков, в тихом дрейфе сквозь бесконечный поток образов-снов-сказок, тёплых, лёгких, ароматных, ритмичных, укачивающих, затягивающих в полусонное-полубредящее вневременное состояние, временами выныривающее в кристально ясное и пропадающее снова.
выезд на природу - такой, чтобы по уши набраться вчепятлений и ощущений, недоступных в городе. перетрогать все камешки, воду, растения, зверей, воздух, солнце. насмотреться, надышаться, набегаться, чтобы чувствовалось, как кровь бежит быстрее по всем самым дальним уголкам тела. вести себя максимально естественно, сидеть на земле, слушать ветер, быть прозрачным. обязательно забраться в труднодоступное место. вообще менять места.
каникулы - под ними я понимаю тот небольшой момент времени, который оказался свободным сразу после завершения большого долгого дела, и в который ты не успел ещё заняться чем-то другим. в идеале этот временной кусочек сопровождается чувством офигительнейшей лёгкости и полной свободы "я-могу-всё-сразу-и-прямо-сейчас".)
если кому-то вдруг понадобится пинок для фантазии, могу поделиться словами.
Настроение сейчас - *активно представляет приятное*
привет, почему-то пахнет костром, за окном весна. за щекой шоколад, за затвором объектива - макро.
меня не несёт, я говорю клише и пишу про ментальность.
за девять рублей можно проехать ещё один раз травмаем и купить конверт без марок.
вчера, правда, я уже травмаил (трав_май, да, всё верно) от вокзала, да застрял на полпути, так основательно застрял своим травмаем посреди зарастающих весной рельс, что прочёл чуть не полкнижки.
вторую половину я читал в другом месте, за другим забором, под совершенно другим деревом. там меня нашёл маленький ребёнок, успевший научиться только ходить и улыбаться, он нашёл меня там и почему-то так обрадовался, что его долго не могли увести - всё время возвращался, смотрел и улыбался своими глазищами в пол-лица, забавный такой.
и почему-то моя маленькая фигурка вся попадает в полосу сгоревших битых пикселей на электроэкране, что на поверку оказывается лишь тенью от фонаря
сегодня много, много сего дня, большой солнечный хороший день, замечательный даже. я свернулся мягким довольным осьминогом вокруг зажемчуженной песчинки дня и тихонько сплю в пинкфлойд, для этой страницы заглавный)
есть несколько действительно клёвых кадров, есть мыслеузелков на почти целую мыслефеньку про людей и про всякое, есть много разных мест и смен деятельности, есть ровно такое сочетание всяких маленьких симпатичных простых крайностей, которое совершенно приятно.
я ничего не могу сказать по существу и никакой не могу привести конкретики, я слишком сплю для этого уже, но весьма есть, да
:-)