я не могу записать в комп новые фотографии, потому что всё списываю с него, всё - старые фото на болванки, их уже пять, за лето и осень; классиков музыки - в соседнюю комнату; прочее странное и маленькое - на флешку в карман.
и очень сложно вставать по утрам - просыпаться, ехать куда-то, читать в транспорте книжки - вместо того, чтобы долго и прозрачно-бездумно обнимать мягкое и тёплое, что всегда под руками в кровати.
я недавно дочёл свою первую полностью в-автобусную книжку. сейчас заканчиваю вторую. пассажиры на соседних сидениях имеют обыкновение заглядывать в текст через моё плечо; порой забавно реагируют на всю эту панковски-фривольную современную прозу.
ещё тут пасмурно, тепло, мокро и насыщенно-ярко раскрашено.
вокруг царит атмосфера некоторого весёлого творческого хаоса, и я чувствую, что достаточно быстр и улыбчив, чтобы справится со всем, что хочу.
если нечто находится внутри шара, оно непременно обладает свойствами шара и само шаром является.
если нечто обладает свойствами шара, но находится снаружи шара, то шаром оно не является.
находиться внутри шара и не обладать его свойствами невозможно.
бывают люди, которые "низушками", корнями одинаковы, некоторыми простыми бытовыми чувственными моментами, отчего вместе рядом взаимодействовать очень просто и с полуслова понятно; но "верхушки", направления развития могут быть совершенно разными.
бывают, наоборот, выросшие из разного, но чётко в одну сторону тянущиеся люди. у них схожий склад ума и представления о прекрасном, например, но чувственное полусознательное основание разное совершенно. это порой очень странно и неудобно, так как ожидаешь, что одинаковые вершки растут из одинаковых же корешков и ведёшь себя соответственно, однако внезапно для себя натыкаешься на неожиданные углы или пустоты. но это и более интересно. а ещё даёт необходимое личное пространство, свободу собственным изменениям и манёврам без угрозы поломать всю корневую систему целиком, чем часто чреват первый случай одинаковости.
вот есть некоторое "много" вещей. оно есть, оно падает со всех сторон и очень неудобно.
можно выбрать некоторые из этих вещей и объединить в завершённую композицию-инсталляцию, уловив уже присущий им принцип и войдя во взаимодействие с ним. можно во всю массу разом привнести некоторый другой, внешний организующий упорядочивающий принцип, который будет расползаться безконечно, самотиражируясь.
и то, и другое - уже в некотором роде искусство. хотя бы даже в ремесленном его аспекте. также и способ сосуществования двух противонаправленных тенденций - такое их взаимопроникновение, перекрёсток энтропии и порядка.
то же и касательно некоторых возможностей, которые имеет перед собой тот, кто сейчас совершит сознательное авторское усилие по реализации их - воплощённые возможности будут такой группой выделенных вещей как в первом случае выше. это касается сюжетного, композиционного творчества, статического, срезового, всё-в-моменте. второе же - наоборот, творчество в действии, момент во всём, длинный бесконечный поток реализовывающихся возможностей, одна другую за хвост цепляющих. здесь важен не результат, а сам принцип движения или соединения.
ещё важное - если хочешь заняться "творчеством", но понимаешь, что нужных навыков в достаточном количестве не имеешь - что касается рисунка например - простейший способ не разочароваться и создать что-то достойное остаться - быть аккуратным и простым. минималистическим даже. не делать незаконченных движений. всё начатое заканчивать. тогда самая простая вещь будет иметь завершённый вид, что уже гораздо ближе к искусству. "если не можешь делать хорошо - делай аккуратно". отсюда следует, что некоторая осмысленная нарочитая неаккуратность, которая конструктивна и продуктивна для данного образа, может основываться только на умении её не делать. (это уже не раз слышал в разных местах\контекстах).
даже если понимаешь, что начинаешь лажать, круто не бросать всё на этом месте, а попробовать всё же вывести пусть чуть не "в ноты", но всё же в живой и самостоятельный образ.
это очень просто и очень здорово.
это позволяет не плодить сонмы "бедных маленьких недоделанных пластилиновых звериков", таких кособоких незавершённых и брошенных образов, никуда не годных, но всё же жалких из-за оставшегося в них потенциала быть.
или иначе
если не можешь придумать само бытие и развитие, придумай\создай ему удобные условия, чтобы оно придумало себя само.
это какая-то очень женская функция) "создавать уют".
"..человек — это и есть временное искривление пустоты. Чтобы он родился, папа с мамой вбивают Богу в ум маленький гвоздик, на который ветер времени наматывает всякую дрянь. Проходит лет семьдесят, и организм Бога выталкивает гвоздик к чертовой матери — вместе со всей налипшей на него дрянью. Это просто защитная реакция, как у нас бывает с занозой в пальце. Никакого человека в строгом смысле никогда не было, было просто что-то вроде стука молотка за стеной, на секунду привлекшего к себе внимание Господа. Сознание, которое человек считает своим — на самом деле сознание Бога."
чёрт с ним, со смыслом, с пинком по чсв и всем прочим, что тут ещё можно найти. сам по себе образ такой больной, механистически-физиологичный, идиосинкратический даже. брр.
и очень напоминает продолжение эстетического ряда манги blame, где героев регулярно протыкают насквозь, отрывают конечности и головы, но им всё нипочём, они регенерируют походя; и все цифры времени и расстояний такие преувеличенно большие - 800 часов, 3000 этажей и так далее, и при таком размахе и наполненности экшном на самом деле практически ничего не происходит.
(шёпотом, по секрету)
вон там можно скачать свежую книжку пелевина.
кажется, это вообще лучшая его книжка. там нет ничего лишнего, есть всё нужное, и оно феерически прекрасно.
картинки из actionsampler'а, проявленные на плёнке и отснятые макрорежимом цифровика. а нужен нормальные сканер)
наш ломографический экшнсемплер наверняка летняя вещь, но и сейчас есть что-то показать.
странные оттенки - не фотошоп, а специальная lomography-redscale-negative плёнка.
надо печатать на бумаге и тыкать кнопками в стены сквозь распечатанное.
муж, выглядывающий из новой книжки - он принёс книжку, в который от многих страниц остались только четвертинки обрезанные - "типографический кретинизм" издателей такой забавный)
светлый-прозрачный мальчик, с которым долго-долго, хрустально-осенне ждали чего-то туманными улицами, полунезнакомыми людьми; которому всё как будто так и надо, так и должно быть, только и есть.
очень хочу такую штуку, вроде проектора, но не направленного на экран, а работающего во все стороны. если повесить где-нибудь под потолком, изображение будет проявляться на телах присутствующих в комнате, на всех предметах в ней..
или хотя бы просто проектор, чтобы смотреть кино на потолке.
валез и ко опять починили ливинтернет так, что всё пропало - и фоновая рыба уплыла, и даже розовый слон из эпиграфа ушёл куда-то. верните моих зверей!
снились пятна роршаха радостных кислотных расцветок.
за тёплые камни причала вначале
за голос упавший с плеча - подобрал. -
за тонкую кожу. цепляя бортами
за трещины время, за дым - я позвал -
я потом -
в лёгкий воздух вчерпался горстями
в роящийся мелкий песок под ногами
я врылся, как волны вгрызаются в камень
я строил, лепил, создавал, отпускал
я плыл
корабли расплескав парусами
я плыл.
золотыми - огонь! - угольками
движенье своё растопил, обогнал;
доплыл, догорел. отдымился.
я встал.
когда звучал no surprises, я уткнулся в гитару и носом прыгал через струны на первом ладу. А на следующий день - волшебный ванильный пуэр.
Снилось, долго подбирала нужный оттенок белого среди множества имеющихся. Снилось, читаю незнакомый текст вслух, а текст этот складывается из мелко набранных разными почерками надписей на множестве предметов, вразнобой изображенных на одной большой картинке - предметов вроде этикеток консервных банок, подписей к скульптурным портретам.. Совершенно осмысленный текст, впрочем.
имел буйное воображение и недостаток фантазии"
или наоборот.