мир ужасно стар, и жизнь в него по весне возвращается крайне медленно. и если солнечная сторона улиц уже оттаяла, то в парках по-прежнему мёзлый лимб, мёртвые грачи.
есть новый полтинник, но пока ни одной приличной фотографии с него) я вешаю шторы. завтрашнее утро будет приветствовать меня доставкой бинбэга и бусинок-насекомых. внезапно такая весна, что хочется разуться.
время тягучее, целостное чувство единомоментности растягивается на день, а то и два-три. я только работаю, хожу пешком, и почти ничего больше.
у соседей за стеной громко орёт "фантом" чижа :-)
нет колыбельной лучше мурчащего кота.
я спал, и мне снилось: город, ночь, редкие фонари, запутанные южные улицы. и сильный, сшибающий с ног, пряный запах мокрого сена и трав, как после дождя.
ффух, добралась до очередных выходных. голос сел, но в ближайшее время он и не понадобится - это прекрасно.
спала, обнимая тёплого мурчащего вибрирующего кота. теперь поглощаю горячий имбирно-лимонно-медовый напиток. надеюсь, что-нибудь из этого возымеет противопростудный эффект, потому что погода прекрасная и гулять охота.
мужчины вокруг такие трогательные.
какие-то прозрачные невесомые дни. о ветки перед окном разбивается свет на кусочки спектра - цветные тени, синие, жёлтые. такие радостные, разинутые, галдящие птицы. видно, как журчит вода в подоконной речке. гармония мира не знает границ, и сейчас мы будем пить чай.
я всё болею, каждый раз по-новому, так увлекательно. мёд дорог. различие в психологии: бездомные собаки тусят у помойки, бездомные котики - у подъездов. по утрам приезжают люди с самодельными продуктами - молоко или рыба, к ним стоит очередь с бидонами. когда поднимаюсь к остановке, слышу светофор раньше, чем вижу, и сразу ясно, стоит ли ускорить шаг. автобусы каждое утро идут в одном порядке: сначала два ненужных номера, потом переполненная маршрутка, потом мой. курить холодно, потому не курю. каждый раз счастлив возвращаться домой, так нравятся и место, и компания, и всё вокруг до мельчайшей пылинки, ощущения от города в этом месте такие яркие. по утрам видно в окно, как в соседнем дворе бегает кругами собака-хвост-колечком, как в соседнюю школу идут соседние школьники. по вечерам - глинтвейн, согревающий и делающий всё приятно необязательным. перед работой стая грачей высиживает поляну - их становится всё больше, а снега - всё меньше. глубокая лужа, промёрзшая насквозь, раскололась и покоробилась торосами, страшно наступать, мерещится бездонная полынья. такая сухая погода, удобное время для зимних длинных юбок. на работе первым делом включаю чайник, наливаю чай - он долго стоит передо мной, остывает, источает аромат, я грею о него руки и совсем не пью.
не зннаю, что там как, но мы тут играем в героев, в разных позах и разным составом, практически оргия.
такая яркая геометрия стен и теней деревьев - солнечно.
если слушать новый альбом радиохед (для которого мегалогриб сказала чудесный образ про солнце, запутавшееся в запятьях=), кажется, что и правда совсем весна, такие чудесные у них маленькие акустические звуки в песнях проскальзывают; будто держишь лёд, а он плавится в руках от тепла и солнца.
неожиданно, но вроде бы так очевидно - порой совсем не важно, что именно говорить человеку, важно только выбрать верную интонацию. можно нести любую чушь, если она вызывает улыбку, и получается всё так, как если бы ты говорил правильно и осмысленно - ответная реакция именно такая. я как-то всё больше привыкла ориентироваться на смысл, потому чувствую себя странно в подобных ситуациях, но это работает, да.
у шкафа, как у тигра, полосы расходятся от позвоночника.
иногда доставляет удовольствие думать словами, тщательно подбирая их, будто пишешь.
хрустальное утро, клубничный чай, тёплый пирог, тихо падает снег.
иногда чувствуешь себя в каком-то фильме. садишься в автобус, прямой маршрут без пересадок, но через дальние края города. уступают место тебе, потом уступаешь ты. девушка, что сидит у окна, улыбается тебе через весь автобус. в окно видно, как гуляют бабушка с внучкой - старушка идёт медленно и ровно, а девочка то отстаёт, то обгоняет, бегает вокруг, кружится посреди улицы. пока едешь, наступает вечер, зажигаются фонари. когда выходишь, загорается зелёный свет, и кто-то знакомый медлит на берегу улицы, прикуривая. бежишь догонять его.
в наушниках всё время играет что-то такое старое, известное до нотки, будто бы уже не интересное, но заставляющее чувствовать себя - как в каком-то фильме.
"город солнца" туве янссон, её единственный роман. книжка про маленький американский городок сент-питерсберг, такой удобно оборудованный город-санаторий для состоятельных пенсионеров, где даже машины скорой помощи ездят тихо и шёпотом, без сирен. пальмы, побережье, легендарный киношный корабль "баунти" у причала, куда ходят экскурсии смотреть на восковые фигуры, изображающие экипаж, и где не то сторожем, не то аниматором работает молодой парень джо, баунти-джо. в свободное время он рассекает на мотоцикле и всё ждёт письма от каких-то хиппи, которые с минуты на минуту ожидают второго пришествия христа; он всё ждёт письма, чтобы поехать к ним, жить всем вместе на берегу моря, ничего не делать, играть на гитаре, расшивать одежды божьим именем, потому что ну как можно делать что-то ещё, когда вот-вот, с минуты на минуту -
ещё он встречается с девушкой Линдой, которая работает не то уборщицей, не то обслугой в одном из многочисленных старческих пансионатов под названием батлерс армс. об их романе знают все и как-то с удовольствием следят за его развитием, как за тв-сериалом.
в батлерс армс обитают несколько дам преклонного возраста и всего один мужчина - это проблема всего городка, ведь мужчины умирают раньше и на традиционном весеннем балу совсем не с кем танцевать.
в этом городе основное время жизни проходит в креслах-качалках, стоящих на веранде. тут умирают много, но как-то так естественно - мэр города посреди этого самого весеннего бала; две педантичные сестры, одна за другой - они как раз вовремя успели сдать книги в библиотеку; и прочие.
среди дам есть миссис рубинштейн, которая каждый год выигрывает конкурс на лучшую шляпку, которая всегда лучше всех знает, что делать, она устроила судьбы всех своих детей и родственников самолично, а вот теперь они где-то далеко и пишут ей формальные письма, да и не справляются ни с чем толком. в ответ она долго вынашивает, высиживает (однажды она села на чьё-то вязание, да так и не заметила, как под ней погнулись спицы) искренние длинные письма, но потом всё вычёркивает и отвечает так же формально, в один и тот же день месяца. она - дама с железной хваткой, но теперь ей некем больше рулить; даже правление местного клуба пожилых не принимает её к себе, так как она слишком резка и находчива для такой мирной организации. часто она отпускает всякие колкости и непристойности, отчего дамы смущаются, а охочий до скандальностей томпсон всё просит повторить погромче.
есть миссис моррисон, подводящая брови густо-синим, меняющая очки - с синих на розовые, с розовых на коричневые. она музыкальна, неплохая пианистка, порой любит взять такси и поехать на стройку - слушать шум машин. из героев романа она самая спокойная и цельная.
есть мисс фрай, что моложе всех остальных, однако она постоянно мучается болями в животе, носит парик и цветные лосины. она исполняет функции администрации пансионата, в конце месяца принимает плату от жильцов, занимается всякими организационными вопросами, но вместе с тем поддерживает товарищеские отношения со своими пожилыми постояльцами. эта фрай - весьма нервическая женщина, которая панически боится и терпеть не может томпсона, который дразнит её и так по-детски пугает, выскакивая из-за угла.
томпсон - вредный старикашка, который не то сильно туг на ухо, не то лишь притворяется таким. пибоди жалеет его, потому эти двое гораздо чаще оказываются в компании друг друга, чем кто-либо ещё. томпсон всё время задирает садовника; однажды он оборвал все цветы в саду, залез в его автомобиль и приклеил по цветку на каждую кнопку на приборной панели. ещё томпсон находит удовольствие в чтении разнообразных книг (в основном фантастики), а особенно в оставлении на полях пометок скептического и уничижительного характера. он терпеть не может, когда в его комнате прибираются. он постоянно пытается нарушать какие-то запреты, но по факту выглядит маленьким, грязным и несчастным. однажды к нему в пансионат является жена, которую он оставил восемнадцать лет тому назад, и которая всё время искала его, чтобы сказать, что он был не прав. когда она всё же приезжает к нему, он притворяется напрочь глухим и как бы не понимает суть недоразумения. супруга, отчаявшись, уходит в слезах, а томпсон с тех пор окончательно теряет покой и потихоньку начинает съезжать в совершеннейший эскапизм, представляя вокруг себя джунгли и зверей, которых он считает своими.
есть серая мышка пибоди, которая работала швеёй и выиграла деньги в лотерею. она всё время старается быть дружественной и сострадающей, ведёт себя только так, как "должно" и ни в коем случае не спонтанно, всё время боится сделать что-нибудь не так и как бы чего не вышло, оттого постоянно плачет и чувствует себя плохо.часто из жалости она составляет компанию томпсону, которого прочие недолюбливают, и они ходят в местный бар пропустить по стаканчику. она пытается дружить с мисс фрай, хотя не испытывает к ней ничего, кроме опять же