В колонках играет - фролова..
Настроение сейчас - не известно..да и не вечер ещё..

хы..мля..пирсинг..
а эта булавка супер гиганская..:)
[показать]

летом..наверное по руке пущу дракона..очень хочеться..просто ужас..как хочеться..
[показать]

В колонках играет - русская подданная..
Настроение сейчас - незнаю..вот щас сижу фоты просматриваю..немного грусно..

вау..меня взяли в друзья при этом в закрытый дневник..супер..:) мне очень приятно вас не почитать..

http://mysuicide.ru/store/ntv2.mp3 кто не слышал и не видел эту передачу то вот..25мин..

Так вот, о передаче.

--------------------------------------------------------------------------------


Об этой самой передаче, где слащавенький журналист ложиться в гроб, чтобы почувствовать, каково это - умереть... Где сначала показывают живую Катьку, где она говорит, что не хочет жить, а потом - её могилу. И её маму. Где выставляют нас организацией, а не личностями. Где «группа товарищей» летит в Токио, чтобы им объяснили, как харакири грамотно делать (а слабо было бы эти деньги на того же психолога в МС потратить?)
Где делают вид, что говорят о проблеме, а на самом деле - красуются тем, что нашли живых суицидников, которые могут хоть что-то сказать...
Какой пассаж!
Какой вздор о генах суицида, какой полускандальный, местечковый репортаж...
Возможно (и даже наверняка), я не права, но, похоже, скоро мы встанем в один ряд с пикаперами, готами и скинхедами. И уход любого из нас будет восприниматься государством совершенно обыденно - ещё бы, ведь это всего лишь молодёжная субкультура!
Наверное, НТВишники, действительно, хотели что-то понять, в чём-то разобраться.
Но всё равно, у меня ощущение того, что нам дали конфету, и мы начали прыгать от радости (от того, что нас заметили, от того, что дали что-то сказать). Но мы НЕ ЗАМЕТИЛИ того, что сказали именно то, что они хотели услышать.
Впрочем, желудок кОллЭктива меня никогда не мог переварить.
Передача получилась - беспонтовая.
Но.
Нас - не догонят (С)

В колонках играет - радуга-дуга..разноцветная стерва..
Настроение сейчас - дожит бы до завтра..

САМОУБИЙЦА


Жоржу Леграну



Не проходит и дня, чтобы в какой-нибудь газете, в отделе происшествий, нельзя было прочитать следующих строк:

"В ночь со среды, на четверг квартиранты дома № 40 по... улице были разбужены двумя выстрелами, последовавшими один за другим. Шум исходил из квартиры, занимаемой г-ном X... Когда дверь была взломана, хозяина квартиры нашли плавающим в луже крови, с револьвером в руке, которым он и убил себя.

Г-ну X... было пятьдесят семь лет, он располагал хорошим состоянием и имел все необходимое, чтобы быть счастливым. Причина, толкнувшая его на роковое решение, неизвестна".

В наши руки попало письмо, найденное на столе одного из таких "беспричинно покончивших с собой", написанное им в последнюю ночь, когда пистолет уже был заряжен. Мы считаем это письмо весьма интересным. В нем не говорится ни об одной из тех крупных катастроф, которые постоянно ищешь в основе подобных отчаянных поступков, но оно рассказывает о медленном чередовании мелких жизненных невзгод, о роковом разрушении одинокой жизни, растерявшей былые мечты; оно объясняет причину многих трагических развязок, которую поймут лишь нервные и впечатлительные люди.



Вот оно:



"Сейчас полночь. Закончив это письмо, я убью себя. Почему? Попытаюсь ответить — не тем, кто будет читать эти строки, а самому себе, чтобы укрепить свое слабеющее мужество и хорошенько проникнуться роковой необходимостью этого поступка, который я мог бы только отсрочить.

Родители, воспитавшие меня, были простые люди, верившие решительно всему. И я стал верить, как они.

Сон мой длился долго. Только сейчас разлетелись его последние обрывки.

Уже несколько лет со мною происходит что-то необыкновенное. Все проявления бытия, ярко сверкавшие, бывало, перед моими глазами, как будто поблекли. Смысл всех вещей предстал мне во всей своей грубой реальности, а истинная природа любви внушила мне отвращение даже к поэзии ласк.

Мы — вечные игрушки все обновляющихся иллюзий, бессмысленных и очаровательных.

По мере того как я старел, я примирялся с ужасной скудностью всего существующего, с бесплодностью усилий, с тщетой ожиданий, как вдруг сегодня вечером, после обеда, это ничтожество всего сущего озарилось для меня новым светом.

Прежде я был жизнерадостен! Все меня очаровывало: проходящие женщины, вид улиц, места, где я жил, я даже интересовался покроем платья. Но повторение одних и тех же впечатлений в конце концов наполнило мое сердце усталостью и скукой; так случилось бы с человеком, который каждый вечер смотрел бы все тот же спектакль.

Вот уже тридцать лет я ежедневно встаю в один и тот же час и вот уже тридцать лет ем в одном и том же ресторане, все в те же часы, все те же блюда, подаваемые разными лакеями.

Я пробовал путешествовать. Одиночество, которое испытываешь в незнакомых местах, испугало меня. Я почувствовал себя таким заброшенным и таким маленьким, что поспешил вернуться домой. Но неизменный вид моей мебели, в течение тридцати лет не сдвигавшейся с места, изношенность моих кресел, которые я помнил еще новыми, запах моей квартиры (ведь всякое жилище со временем приобретает особый запах) вызывали у меня отвращение к привычному укладу жизни, и я испытывал приступы черной меланхолии. Все повторяется, повторяется беспрестанно и уныло. Самый жест, которым я вставляю ключ в замочную скважину, возвращаясь домой, место, где всегда лежат спички, первый взгляд, которым я окидываю комнату при вспышке фосфора, вызывают во мне желание выброситься в окно и покончить с монотонностью этих явлений, от которых нам никогда не избавиться.

Каждый день во время бритья я испытываю неодолимое желание перерезать себе горло; лицо мое в зеркале, с намыленными щеками, вечно одно и то же, не раз заставляло меня плакать от тоски.

Я даже не могу больше видеться с людьми, которых прежде встречал с удовольствием, до того я знаю их, до того мне наперед известно, что они скажут и что я им отвечу, до того мне знаком шаблон их неизменных мыслей, их рассуждений. Человеческий мозг подобен цирковой арене, где вечно кружится бедная лошадь. Каковы бы ни были наши усилия, наши окольные пути, наши попытки вырваться, предел их ограничен, они стоят перед нами ровным барьером: ни неожиданных выступов, ни выхода в неизвестное. Приходится вращаться, вечно вращаться в кругу тех же мыслей, тех же радостей, тех же шуток, . тех же привычек, тех же верований и того же отвращения.

Сегодня вечером был ужасный туман. Он заволакивал бульвары, где потускневшие газовые фонари казались коптящими свечами. Какая-то тяжесть сильнее обычного сгибала мне плечи. Быть может, от несварения желудка.

Ведь хорошее пищеварение — все в жизни. Оно вызывает вдохновение у художника, любовные желания у молодых Читать далее...