Безумство красок, внушённое природе солнцем, не успев начаться, было заменено белизной снегопада. Который, сменившись чернотой грязного чернозёма, даёт ещё один шанс расцвести и засохнуть. Попутно продлив свой род и порадовав своим разнообразием, способных оценить это тварей.

Провожая взглядом закрывающуюся дверь, он заметил, что сквозняк сорвал-таки со стены его любимую фотографию. Встав с дивана, он дотянулся до неё и взял в руки.
На фотографии была весна и улыбающаяся девочка. Его сестра. Ей там было лет двенадцать. Рыжие волосы и веснушки. Задорно вздёрнутый носик. Большие голубые глаза. На руках она держала вырывающегося котёнка.
Сколько лет прошло как он её видел последний раз? Десять? Двадцать? Не подсчитать. А на стене она всё такая же.
"Что же произошло, что мы перестали видеться?" -- мучала его мысль. -- "Ведь ничего же..." "Ну ладно... Я не уступил её желанию выйти замуж за того парня. Так ведь за ним тёмные делишки водились... Правда она сама это поняла, но кже было почти поздно".
"Да. Мы с тобой ссорились по пустякам. Но мирились же!"
"Хотя в тот раз, признаться, я перегнул палку. Но ты сама была виновата. Так подставить старшего брата..."
"Да. Я сильно вспылил и вынудил тебя уйти. Ты уже большая и вольна выбирать свой путь и поэтому ты сейчас не со мной."
"А я ведь скучаю по тебе, сестричка моя..."
"Пусть я не прав. Отзовись хотя бы. Роднее тебя теперь уже никого нет, после смерти мамы."
"Жду ответа. Надеюсь ты внеилешь голосу разума и мы встретимся..."

Бездомный пес надсадно лает
Пытаясь доказать округе свою важность
Уверенность в себе всё тает
Усиливая к ласке жадность

Добьется только отвращения
Побитый будет лаять в подворотне
Ему кусочек угощения
Пойдет за зелье приворотное

Стоял смотрел в окно
Там медленно снежинки таяли
И думал, будто нынешней весной
Меня в покое страсти вдруг оставили

Теперь спокоен и размерен
Поглядывая вдаль, я строю планы
Теперь совсем я не уверен,
Что именно таким и стану

Срывает ветер волосы
С голов разгорячённых
Стоят они стоймя
И веселят людей

Идут подростки чертят полосы
На стенах у строений у казённых
Там где ещё не отпечаталась ступня
Туда влечёт и взрослых и детей

Приветливое солнце, в окна заглянув,
Сокрылось в тучах, во все не для солнца предназначенных.
Поймав мы за день зайца, лучше двух,
Балдеем от самодовольства и рублей прихваченных.

Истошным воплем полня коридор,
Несёмся к банкомату за своей наградою.
И рады деньгам, больше чем добыче вор,
Уже начальство не считаем уж преградою.

Достаточно уже того, что мысль в душе
Прихвачена финансовым вопросом.
И мы, ещё не сделав ничего, уже
Распределяем прибыль по своим запросам.

Лодка нащупала дно и села носом на мель у берега.
-- Вылезайте! Приехали! -- скомандовал Андрей. -- Грибы не ждут!
-- Что, даже костёр не разведём? -- заметила Анютка, широко раскрыв голубые глаза.
-- Нельзя костёр разводить. Грибы огня испугаются и спрячутся глубоко в чаще, -- съехидничал Олег.
-- Ну ладно... Кто за костёр -- поднимите руки, -- обречённо молвил Андрей. -- В конце концов, мы сюда не шашлык жарить приехали, а по грибы.Читать далее

Видимо долго молчал
Пора бы уже словам прорваться
Только рубаху на себе рвал
А теперь зашить её надо стараться

Беззастенчив рассвет за окном
Он приходит, плюя на желания,
И замерают сердца в мечте об одном
Дабы не солнечный свет не прервал их мечтания

Ты попробуй скажи: "Нет"
Шару яркому, что тебя ослепляет
Его жаркий, испепеляющий свет
На волнах у реки играет

Безобиден и ласков луч
Что сжигал корабли в Сиракузах
Он от лета к весне ключ
Сбрось с себя все зимы обузы

Вы конечно думали, что приятно
Купаться в кипящей огненной луже
Шептать о жажде не внятно
Понимая, что догоришь и никому не нужен

Бурлящие потоки лавы
Напоминают о течении реки жизни
Пусть закончится она бесславно
Но твой труп послужит примером отчизне

Если не знаешь отваги
Если под лавкой твоё место и точка
Тогда садись и пиши бумаги
И будет у тебя с ручкой чудесная ночка

Балансируя на грани безумия
Изучая дыры на скатерти безумного художника
Понимаешь, что в эту ночь безлунную
Для воображения нет ничего невозможного

Настроение сейчас - загадочное

Сделалось чудно,
То что кусалось.
Мучало нудно.
Теперь усталость.

Радость на сердце
Теперь бесконечна.
Сорвана дверца.
Жизнь так беспечна.

Ты со мной?
Ты не со мной.
Где-то с кем-то ты.

Я искал.
Я не искал.
Где-то я бродил где ты.

Встреча нас.
Не встреча нас.
Это не беда.

Только глаз.
Не только глаз.
Влажен как всегда.

Невозможно не радоваться очередному приходу тепла, которое будоражит разум и заставляет работать организм в ином режиме.

В круговороте смертей и рождений
Много твоих воплощений
Которые сердцу милы и желанны
Как малая толика манны
И встретиться нам суждено без сомнения
Лишь переплыв океаны забвения
И мы узнаем друг друга в бреду утомления
По первому прикосновению

Над пирожными облаков
Среди крема песочных скал
В куче рисовых пирогов
Шоколадные яйца клал.

Он не верил, что нет любви.
Он не знал, что в июле снег.
И к дождю его привели,
Те, кто солнцу желал успех.

В белоснежном пальто асфальт.
Устрашает льдинкою блеск.
Сносит с ног этот ветра шквал.
Под руками предательский треск.

Был разбужен усталый зверь.
Недовольно тянул воздух.
Приоткрытая хлопнула дверь.
И стихи заменила проза.

В безумии хохочущий пещерный человек

Раскалывал ударом топора огромный камень

Как жаль, что короток у человека век

Он только лишь подумать успевал про пламень

А так бы он и грел и верным другом был

Защитой от врагов, помощником на кухне

От холода и скудоумия укрыл

И в сердце жил огонь бы, что не тухнет

Я плыву по реке безвременья
Не желая огнём баловать
Хотя дома забыл где-то кремень я
Но я знаю слова небывалые
Чтоб огонь, что горит, вспыхивал
Что погас, возрастёт в пламени
Что затлеть не успел ещё ввысь взмывал
Огонь у нас даже на знамени

Начинает во мне опять ворочаться.
Я уж и не знаю как мне реагировать. Позволить ему расти или с возмущением отринуть.
Отринуть не могу хотя бы ради того человека, которому это нужно.
Голова полна странными мыслями, а тело теплом души и дрожью ожидания.

В колонках играет Enigma, что в переводе загадка.

Мне прислали документов
Много пачек... двадцать, тридцать...
Я не знаю, что мне делать --
Плакать или веселиться.

Запалить костёр на ШАМе
И подать сигнал пришельцам.
Или, помахав ушами,
Улететь к болгарским перцам.

Будет много и забавно
Мыслей быстро проноситься.
Жалко только, что работать
Надо, а не веселиться.

Я хочу верить. Мне нравится верить
В то, что на свете всё хорошо.
И то, что ветер в раскрытые двери
К нам не по наши души пришёл.

Я не пытаюсь швырять грязь лопатой
В лица людей, которых не знаю.
Я ведь не рыцарь, который в латах.
И не орёл. Я не летаю.

Медленно движется эта картина.
Фраза затёрта, но я повторяю.
В центре большая судьбы паутина.
Знаю все в ней. Нам не выбраться знаю.

Белое-белое солнце пустыни
Всех ослепляет и опаляет.
Верю на головы ниспадёт ливень
И все болезни нам посмывает.

Это всё сон. Мой несбыточный сон.
Он мой кошмар. Он рассудка припадок.
С ним рядом мал даже розовый слон.
Но я проснусь. Улыбнусь. Порядок.


В колонках играет: Флёр - Колыбельная для Солнца

Вот все говорят: "Когда зима кончится? Когда зима кончится?"
Да ну... Она ж клёвая. Светло. Грустно. Что-то родное чувствуется в её дыхании.
И, конечно, холод явно не близкий родственник, даже не дядька. И не пожалеет не разу, но всё равно люблю я её, зиму...