Бог наградил ее внешностью в надежде, что она найдет кого-нибудь с умом.

Но внешность поиздержалась и потеряла блеск.А с умом она так никого и не нашла.Пришлось жить с тем,что первое попалось на глаза.
Зато есть илюзия,а это главное:)

Свадебная свинка.
Должна пригодиться такая картинка:)
[500x634]

У нас всего два настоящих праздника - Новый Год и Пятница.

В большой семье раздавались характерный щелчки...

Очень часто мы выбираем не из того, что хотим иметь, а из того что боимся потерять.

http://www.youtube.com/watch?v=hqTPt4uJBjY&eurl=

Вчера у ******** давали бал. Танцевали, пели, музицировали,
много трахались, стрелялись...

Почему не плачут мужики?
Почему, когда хоронят друга,
Не ревут дурниной от тоски,
Навзничь рухнув наземь среди луга?
Распугав беспечных мотыльков,
Почему не содрогнутся плечи?
Чтоб тоска дошла до облаков,
До краев земли, до бесконечных?
Почему, когда ушла жена,
Не орут шальными голосами?
Просто курят молча у окна,
Впившись в двери мертвыми глазами.
И когда война, и смерть, и кровь,
Главные на том и этом свете,
Толпы молчаливых мужиков,
В тишине проходят по планете.
И - ни всхлипа, ни одной слезы.
Только руки, сжавшись, побелели.
Почему не плачут мужики?
Не ревут, а пьют, на самом деле?!

***
Только иногда, когда сосед,
В одиночестве за стенкой вдруг завоет,
Я вскочу, откинув теплый плед,
И окно на улицу открою.
Буду слушать, сев на табурет,
Как он бьется и ломает руки,
Как скрипит расшатанный паркет,
Как кричит, что бляди все и суки.
Я, наверное, налью тогда стакан.
По края наполню водкой горькой.
За тебя, невидимый братан.
Я стакан закину этот, с горкой.
Не пойду я утешать по доброте,
Есть, поверьте, веская причина.
В одиночестве, в кромешной темноте,
Плачут настоящие мужчины.

http://www.kkk-bluelagoon-2.nm.ru/tom3a/harkiv7.htm

Про знакомства по интернету. Интересно было почитать

Произошло это, допустим, в Париже. На самом деле ни фига не в Париже, конечно, но в одном из тех городишек, где на несколько миллионов местного населения приходится пару десятков тысяч русских. Получается как бы большая деревня, размазанная ровным слоем по поверхности миллионного города. От этого возникают разные интересные эффекты.

Живет в этом условном Париже некто Жора. Он молод, красив, разведен, приехал в Париж недавно, пытался замутить мелкий бизнес с парижанами не скажу какой национальности, был ими кинут и к началу нашего повествования работает в ресторане официантом и находится в финансовой за"нице глубиной с хороший колодец.

Однажды в ресторанчик приходит посетитель в хорошем офисном пиджаке, но в сильно расстроенных чувствах. Выпивает в одно рыло половину ресторанных запасов спиртного, после чего, узнав, что официант говорит по-русски, зовет его за свой столик с намерением излить душу. Других клиентов нет, Жора с разрешения хозяина подсаживается и выслушивает нижеследующее.

Посетителя зовут Саня. История его банальна, как насморк. Во всех этих условных Парижах страшный дефицит русских невест: все сколько-нибудь стоящие барышни норовят выйти за местных, а союзов русских мужчин с аборигенками существенно меньше. Саня нашел на сайте знакомств молодую и красивую Иру из какого-то Заднепередонска. Привез в Париж, одел, умыл, женился. Деньги дает, в душу не лезет, на мозги не капает, хочешь - учись, хочешь - ищи работу, не хочешь - рожай ребеночка. Казалось бы, живи и радуйся. Но нет, Ира начинает вилять хвостом. Учиться ей тяжело, работать противно, рожать рано, в доме убрать лениво, язык не дается, Санины друзья - дебилы, и вообще зачем он ее привез в этот задрипанный Париж. Встает к обеду, до вечера точит лясы на форумах, потом полночи выясняет с Саней отношения. А ему вставать в шесть утра.


Во время очередной всенощной разборки Саня не выдерживает и отвешивает Ире хорошего подзатыльника. Та немедленно вызывает полицию, на это ее языкового запаса почему-то хватило. Полицаи выводят Саню под белы руки из собственного дома и запрещают приближаться к нему на пушечный выстрел. В обед Сане звонит какой-то хлыщ, представляется Ириным адвокатом и излагает перспективы: при разводе Ира, как пострадавшая сторона, получит половину дома, половину банковского счета и около трети Саниной зарплаты пожизненно. Не хилый такой кусочек. Саня не беден, но далеко-далеко не Абрамович, лишней пары миллиардов у него нет, все нажитое заработано своим умом и своей нервной системой, и отдавать половину за здорово живешь ему совсем не хочется.

Дальше Саня живет в гостинице, платит своему адвокату, платит за дом, в котором не живет, и как благородный человек еще поддерживает Иру материально. У него входит в привычку время от времени заходить в ресторанчик и делиться в Жорой перипетиями судебного дела: поговорить особенно не с кем, Париж – большая деревня, скажешь одному – узнают все, а Жора вроде бы на отшибе и вообще к болтовне не склонен. Несмотря на разницу в положении, наши герои все больше становятся друзьями.

Тем временем Жорина личная жизнь тоже не стоит на месте. На том же сайте он знакомится с некой Риной. Они встречаются где-то в кафе, резко друг другу нравятся и начинают встречаться уже по-взрослому. При этом Жора, будучи человеком отчасти восточного происхождения, корчит из себя преуспевающего бизнесмена, сорит деньгами, и вскоре финансовая задница достигает глубины Большого Каньона. Рина же материальными благами охотно пользуется, превозносит Жору как любовника, но ни с кем его не знакомит, о себе рассказывает по минимуму, свидания назначает в пригородных мотелях и вообще шифруется изо всех сил. Объясняет она это следующим образом: Париж – правильно, большая деревня, увидит один – расскажет всем, а ей светиться никак нельзя: она разводится с мужем, а по законам их новой родины жена, уличенная в измене, считается виновницей развода и ничего не получает из совместного имущества.

При следующей встрече с Саней Жора делится с ним полученной информацией и предлагает проверить, не ходит ли Ира налево. Саня спрашивает своего адвоката; тот грустно отвечает, что закон о прелюбодеянии существует, но на его адвокатской памяти ни разу не применялся: ни одна неверная жена не дура сношаться при двух свидетелях, а косвенные доказательства, даже самые убедительные, суд к рассмотрению не принимает. Но за неимением лучшего варианта можно попробовать.

Саня нанимает частного детектива. Через некоторое время тот сообщает, что кое-что нарыл, но на доказательство в суде это никак не тянет, и передает Сане пленку (на самом деле минидиск, но неважно). Саня понимает, что смотреть это кино в одиночку у него духу не хватит, и зовет для моральной поддержки Жору.

Расположившись у Сани в гостинице, друзья видят на экране третьеразрядный мотель из тех, где двери номеров выходят прямо к парковке. Подъезжает машина, Ира входит в один из номеров. Таймер показывает, Читать далее...

Настоящий кот всегда или голоден, или не выспался.

Человек без мечты, как птица без крыльев: гадить - может, а летать - нет.

Любовь - это когда не спрашивают, куда деваются деньги.

Сорокалетний Коля познакомился с девушкой Машей. Девушке Маше тридцать пять лет и она весьма нехороша собой. Коля толст, лыс и очкаст.
Сегодня Коля первый раз идет к Маше в гости. По дороге Коля заходит в магазин, чтобы купить шампанского и водки. У витрины с презервативами Коля останавливается в глубокой задумчивости. Богатый жизненный опыт подсказывает, что если он купит презервативы, то что-нибудь обязательно случится и секса не будет, а если не покупать презервативы, то Маша обязательно потащит его в постель, но без презервативов не даст. Коля впадает в кататонию.
В это время Маша стоит перед зеркалом и решает - брить ноги или не брить. Богатый жизненный опыт подсказывает, что если она побреет ноги, то что-нибудь обязательно случится и секса не будет, а если ноги не брить, то все сложится замечательно и дело дойдет до интима, но девичья честь не позволит ей ложиться в постель с небритыми ногами. У Маши скисает мозг.
Вопрос - как же все-таки этим двум уродам потрахаться?

Поколение NEXT


Когда, переворачиваясь в постели, в очередной раз слышу «А откуда у тебя этот шрам?», я не считаю себя обязанным говорить ей, что получил его…

…сорвавшись с крана на стройке в девятилетнем возрасте. Это мой шрам. Моя метка. Точнее - отметина.

Отметина того времени, когда никто и не подумал бы звать меня по имени и отчеству. Времени, когда я твердо знал, что после 30 лет люди становятся глубокими стариками.

Иногда, глядя на своего девятилетнего сына, я вижу в нем себя - того, который пил воду из колонки на углу, который доводил до остервенения родителей, распевая во все горло «Пора-пора-порадуемся на своем веку!», который твердо знал, что в мире есть только два лучших сорта мороженого - это фруктово-ягодное, потому что за 7 копеек, и пломбир в вафельном стаканчике за 20, потому что вкусное.

Сын жутко похож на меня - внешность, мышление, даже смех такой же. Но в то же время он и его сверстники неимоверно далеки от бывших девятилетних нас. Те события жизни, которые преисполняли неимоверной радостью нас, у них вызывают искреннее недоумение - будь то очередная победа наших над канадцами или покорение крыши соседского гаража.

Они - люди другой формации. Поколения next. Поколения сверхчеловеков.

Без труда овладевая всеми немыслимыми компьютерными программами, они ни за что не поймут, зачем мы часами мастерили тележки и самокаты из досок и подшипников со свалки. Действительно, зачем? Ведь абсолютно все теперь можно купить в любом магазине. Они ни за что не поверят в то, что читать книгу - это жутко интересно, а не нудная трата времени. Как никогда не поверят и в то, что лучший напиток летом - это квас из желтой бочки на колесах в плохо промытом стакане.

А самая авторитетная личность после родителей - милиционер.

Да, они умнее и развитее, но они и несвободнее. Дав им доступ ко всему, мы лишили их свободы выбора и самостоятельности.

У них нет нужды оглядываться по сторонам, прогнозировать будущее и думать о последствиях. Мы это делаем за них.

Меня мое улично-дворовое детство научило распознавать людей, отличать мнимое от реального и никому не верить. А что научит наших детей правильно ориентироваться в жестоком мире? Только наши советы? Сомневаюсь.

А наша всеобщая нищета заставляла тогда идти вперед, падать, подниматься и идти дальше, невзирая на синяки и ссадины. А им, чтобы добиться чего-то, достаточно лишь протянуть руку. Так есть ли что-то, что заставит их идти вперед?

Прав ли я, своей опекой лишая своего сына права на ошибки и неудачи? Ведь сам-то я к себе сегодняшнему шел именно через них, шаг за шагом выращивая себя из маминых напутствий и образов д`Артаньянов, Штирлицев и Жегловых. Меня растили мои герои. А кто герой моего сына?

Мое поколение создало мир высоких технологий, господства информации и оранжерейных детей. И теперь, заглядывая в глаза моему сыну, я пытаюсь угадать его будущее. Какой мир создаст он? Куда даст ему толчок тот трамплин, который я для него построил?

Хочу дожить и посмотреть...