[показать]
Последний из восьмерых молодогвардейцев, переживших войну, Василий Иванович Левашов незадолго до смерти в интервью газете "Комсомольская правда" (30.06.1999) заявил, что на самом деле никаких предателей не было, а "Молодая гвардия" " погорела из-за глупости". Вместе с тем целый ряд фактов указывает на то, что далеко не все так просто в этой истории, как об этом рассказывал Василий Левашов.
К примеру, еще одна из выживших участниц краснодонского подполья - Валерия Давидовна Борц - мнения Левашова относительно невиновности Виктора Третьякевича не разделяла. И как писал "Московский комсомолец" (20.01.1996), неоднократно "поднимала свой голос в защиту краснодонцев", когда "занимавшие в то время руководящие посты родственники" предпринимали попытки реабилитировать "предателя организации Виктора Третьякевича".
Родственники Третьякевича действительно активно добивались восстановления его честного имени. Причем, весьма успешно. Как уже отмечалось, еще в 1959 году Виктор Третьякевич был полностью реабилитирован, а в 1960 году посмертно награжден орденом Отечественной войны 1-й степени. И произошло это во многом благодаря усилиям его брата - Владимира Третьякевича.
Однако даже после этого очень многие продолжали считать Виктора предателем - роман Фадеева к тому моменту уже брался за основу при изучении истории "Молодой гвардии", и желающих спорить с трактовкой событий, предложенной писателем не было. Более того, есть сведения, что под официальную версию подгонялись и воспоминания выживших молодогвардейцев.
Об этом, в частности, в своих книгах "Повесть о братьях Третьякевичах" и "Оглядываясь на прошлое" пишет Елена Михайловна Самарина (Третьякевич), племянница Виктора Третьякевича. Она напоминает, что ее дядя был объявлен предателем на основании выводов комиссии, работавшей в Краснодоне в 1943 году под руководством сотрудника КГБ А.В. Торицына. После этого оставшихся в живых участников "Молодой гвардии" "заставляли высказываться о Викторе (Третьякевиче) и Олеге (Кошевом) так, как об этом сказала комиссия Торицына, а впоследствии и Фадеев в своем романе".
Из книги "Повесть о братьях Третьякевичах" становятся понятны причины, по которым Василий Левашов и Валерия Борц в своих воспоминаниях по-разному оценивали роль Виктора Третьякевича в тех трагических событиях. По версии Елены Самариной, Валя Борц была как раз одной из тех, кто под нажимом изменил свои первоначальные высказывания. А произошло это (опять же, согласно версии Самариной) следующим образом.
В сентябре-октябре 1944 года Владимир Иосифович Третьякевич, брат Виктора Третьякевича и дядя Елены Самариной, лично провел в Краснодоне расследование: опросил оставшихся в живых молодогвардейцев, их родителей, жителей города, обобщил собранный материал и написал заявление на имя Секретаря ЦК ВКП(б) Маленкова Г.М., Председателя Верховного Совета СССР Калинина М.И.. первого секретаря ЦК ВЛКСМ Михайлова Н.Л. и пом. нач. Глав ПУ РККА по комсомольской работе полковника Видюкова. Из заявления следовало, что Виктора подло оклеветали, что он был одним из главных организаторов, и руководителей "Молодой гвардии", ее комиссаром.
Перед тем, как передать результаты расследования вышеперечисленным адресатам, Владимир Третьякевич разыскал в Москве участницу "Молодой гвардии" Валерию Борц, которая тогда училась в МАИ. Ознакомившись с его заявлением, она сказала, что согласна с ним. Более того, свое согласие Борц подтвердила письменно, написав на трех страницах о "Молодой гвардии" и "ее комиссаре Викторе Третьякевиче".
А через два дня состоялось Бюро ЦК ВЛКСМ по рассмотрению заявления Владимира Третьякевича, на котором Валерия Борц заявила о том, что она "отказывается от слов в письменном показании". Позже, как следует из воспоминаний Владимира Третьякевича, Борц в приватной беседе с ним на вопрос, почему она так поступила, заявила "Мне так сказали!"
А в пояснительной записке секретарю ЦК ВЛКСМ Шелепину А.Н от 30.12.44 г., которую в книге "Оглядываясь на прошлое" приводит Елена Самарина, Валерия Борц писала следующее:
"Прочитав материалы тов. Третьякевича, я поступила неправильно, сказав, что там есть правда, я выразилась не так, как бы следовало. Все, что написано в материалах, собранных Третьякевичем, я подтвердить не могу, т.к. - это не соответствует действительности. Я поступила опрометчиво, сказав, что признаю его материал. Утверждение, что якобы Олег Кошевой не был организатором неправильно, т.к. он был комиссаром и секретарем комсомольской организации. Многого я сама не понимала, поэтому то, что мне дали направление моего выступления по радио, я поняла превратно и сказала в Вашем кабинете, что меня заставили. Мне просто дали нить и я выступила, сообразуясь с этой нитью".
Родственники Виктора Третьякевича добивались его реабилитации долгих 16 лет. Переломным моментом стало задержание Василия Подтынного, следователя краснодонской полиции и участника расправы над
Читать далее...