Встретил тут давеча в коридоре знакомого профессора из Москвы: нецензурная лексика
После этого диалога вспомнился комментарий одного профессора из Питера, когда я его забирал из аэропорта, на играющий у меня в машине soundtrack «Криминального чтива»:
--- Траволта? Как он любит это F-слово..., – этак слегка брезгливо пренебрежительным тоном.
Интересно, Московские учёные, кроме того, что более раскованны, ещё и матерятся больше, чем Питерские?
Закончил написание acknowledgement-а, ели-ели уложился в страничку, и почему-то вспомнилась защита дипломной работы в Политехе.
После моего бодренького доклада, ответов на вопросы и прочего, руководитель комиссии поразил меня вопросом о моём последнем слове.
--- Какое такое последнее слово? – пробурчав про себя: «я только жить начинаю», уважительно поинтересовался я,
--- Ну, поблагодарить научного руководителя? – интеллигентно ответили мне, почему-то потупив глаза,
--- Так я его персонально поблагодарю потом... – ответно потупив глазки сообщил я, с интонацией лёгкого возмущения...
Пару деньков назад по почте пришёл забавный набор документиков от Шведов. В частности, прислали мне два подробных отчёта двух экспертов в моей научной области (оба, кстати, не из университета, куда меня наняли) по поводу каждого из, как оказалось, всего десятка, кандидатов на позицию. В отчётах описаны сильные и слабые стороны каждого, рекомендации кого приглашать на интервью в первую, вторую, и т.д. очередь. Сей опус оказался довольно интересным и, ежели ещё когда буду претендовать на подобную должность, --- много чего представлю слегка по-другому.
Забавно, что очень важным фактом оказался вскользь но эффектно упомянутый мною опыт работы с промышленными роботами. Разумеется, я их не известил, что главным выводом из этой моей деятельности было то, что работа с промышленностью, это, мягко говоря, не моя стихия. Помнится, пригласили меня, в основном, для решения очень сУрьёзной задачи. Один железный манипулятор, перекладывающий нечто с одной двигающейся дорожки на другую, делал своё дело недостойно медленно. А именно, при попытки его ускорить (ихними прямолинейными инженерными методами), начинал лихорадочно трястись, беситься, и бросаться предметами (по-нашему, терялась устойчивость замкнутой системы). Результатом моего длительного математического исследования была совершенно по неземному красивая теорема, которая в переводе на их язык гласила, что с такими люфтами, допусками на точность изготовления, слабенькими двигателями и, не понятно, откуда взятыми, частями конструкции, современная теория управления бессильна. Надо было видеть выражение лиц моих работодателей...
упомянув в комментах к предыдущему посту о специфическом петербургском характере истинных Ёлкиных, не могла не вспомнить сегодня же утром зачтенную мною статью Москвиной (которая будет приведена ниже). Узнаю, узнаю, узнаю. То ли с горостью, то ли со стыдом, и Ёлкиных и даже себя, хотя коренной себя назвать особо не могу - я вроде как третье поколение питерцев, но перекати-поле, а это уже не по-питерски. может быть и не зря один уважаемой мною безмерно московский врач убеждал меня в бытность мою в отпуске на Соловках в том, что ни капли я на петербурженку не похожа. Хотя.. Хотя не оставляю своей мечты купить квартирку в центре любимого города, вернуться и стать маргиналом.
Помню твой взгляд, совершенно нереальный, поглощающий всё внимание... вокруг туман и пустота... и мгновение когда во всём мире существуешь только ты, чудовищно близкая, одновременно понятная и непредсказуемая... и до ужаса родная. Хотелось раствориться в тебе, защитить от всего, забыть обо всём, угадывать каждую мысль, мимолётное желание... Что такое счастье? А потом ты стала пропадать... было очень страшно, непонятно, жутковато, необъяснимо. Почему? Сознание наводнилось множеством надоедливых вопросиков. Появилось это извечное ненасытное терзающее желание понять, оценить, разобрать на мельчайшие составляющие... Затем дикий нечеловеческий страх и уверенность, что скоро ты исчезнешь навсегда. Игра, провалы в мир фантазий, жуткая боль... Сломался и ушёл, а ты не вернулась. В начале от тебя осталась только она, а потом она стала чужой. Мир стал чёрно-белым и бесчувственным... Жизнь потекла по инерции, изредка подпитываемая надеждой снова встретить тебя и больше никогда не терять...
Однако, всему есть предел. Зря ты играешься с огнём, я ведь тоже могу испариться и останется только он, а он тебе не нужен...
Пришла горяченькая пора. Скоро совсем замотаюсь я... преговоры, бумажки, защита, статьи, студенты с сессией, всё распродать, раздарить да повыбрасывать (или чего-нибудь отправить на кораблике?), найти квартирку через интернет, и опять бумажки, кредитки, счета, машинка, виза, документы... Суета сует и структурная неопределённость, с которой теперь приходится бороться ещё и в реальной жизни.
Столько надо решений принимать --- жуть. Наконец-то, оценил главное преимущество одиночества: как бы сильно не напортачил, --- аукнется только персонально мне, а это, кроме самонедовольного смеха, особых эмоций не вызовет. Ладно, пить так пить.
Уфф… Весь день сидел за компьютером и готовил слайды для телефонного доклада. Отправил шефу, пущай правит и комментирует. Ежели верить моей безошибочной интуиции, не уложусь я в положенные тридцать минуток (хотя, может начальник чё-нить порежет). Ну да ладно, авось сымпровизируем, не репетировать же как полагается, в самом деле.
А вообще, за последние несколько месяцев одни неприятности и енто самое грядущее часовое интервью --- чуть ли не единственная радость.
Началось всё довольно давно, ещё когда я год назад страдал в попытках подыскать тёпленькое местечко к прошедшему августу. Примерно 6 из 250 университетиков куда я, довольно бездумно, отправил документы находились в Европе и Канаде. Система там и временная раскладка явно отличается от Американской. И вот, несколько месяцев назад, шведы попросили прислать им несколько копий моих статеек, а не очень давно заявили, что я вошёл в состав финалистов и они меня желают лицезреть для вынесения окончательного приговора.
И тут началось. Вначале, я их огорошил отказом на халяву посетить Швецию. Они явно решили, что мальчик не здоров и призадумались, действительно ли они меня хотят. Пришлось подробно объяснять, что, во-первых, я гражданин страны, посольство которой уже восьмой месяц раздумывает достоин ли я получения нового загранпаспорта, а, во-вторых, я нахожусь в стране, где правительство всерьёз забоялось иностранцев и посему, визу-то мне на возвращение запросто могут и не дать. Удалось ли мне их самому убедить или (что более вероятно) за меня замолвили словечко некоторые заинтересованные влиятельные лица, остаётся загадкой. Так или иначе, мне решили устроить подарочек ко дню Благодарения. Будут мне звонить в 8 утра в пятницу после Thanksgiving. Эх, даже и упиться незя совсем...
Сама процедура интервью от Американской отличается разительнейшим образом. Прежде всего, мне были перечислены все члены комиссии, что будут выносить решение. Следует отметить, что от Американцев и самого решения иногда добиться не просто, особливо, если тебя таки не выбрали, не смотря на нахальные многочисленные заявления в лицо о том, как ты им понравился, и рассказы на интимные темы, типа, где какая книжка по твоей теме лежит и кого и как можно попользовать по приезде). Затем, мне был сообщён второй финалист (был тут же, разумеется, от-google-ен), который будет проходить нормальное интервью в тот же день. В голову сразу полезли разные неспортивные мысли на темы “you should of seen the other guy” и «а у вас на стройке несчастные случаи были?». Если честно, то жаль, что он местный, это совсем для меня не плюс... И вот, ну почему я такой правильный и законопослушный? Наверное потому, что пока очень не богатый... Ладно, посмотрим как оно сложится.
The first days of spring are electrifying in St. Petersburg. The winters are hard and dark and long, and when the light finally returns each year thousands of people pour onto Nevsky Prospekt and into the squares in front of the Winter Palace and St. Isaac’s Cathedral. Petersburg has always been more open and more openly European than other Russian cities, and the day I arrived this spring was the first on which men in shirtsleeves could fling Frisbees across the endless avenues. I settled into one of the many coffee shops along the Neva River—they are a recent innovation—and noticed something else that was new: a large stack of pamphlets advertising an H.I.V. support group. aids is not a subject that people talk about much in Russia. Even though the epidemic is spreading here more rapidly than anywhere else in the world, there are virtually no public-service ads on television about it, and the government spends next to nothing on prevention, treatment, education, or care. This year, the entire budget for H.I.V.-related matters is a little more than five rubles per person, less than the cost of a pack of cigarettes.
Эх, вот и в этом году пришла пора рассылки документов в две-три сотни мелких и покруче университетиков Америки, ну и в десяток местечек в Европе, за компанию. Точнее, пора пришла почти месяц назад, но начинать сиё неблагодарное занятие категорически неохота.
Как одеваются ёжики, у них же такие маленькие лапки?17-10-2004 01:18
До сих пор поражаюсь тому, как одеваются юные симпатяги в этой загадочной стране. Университет, где я работаю, --- довольно большой и недостатка в юных созданиях, радующих взгляд, вроде нет. Но если приглядеться как большинство из них одеваются, так ведь волосы встают дыбом. Ну ладно, кеды и красовки с деловыми костюмами для интервью меня уже не коробят. Но как же можно с такой фигуркой напялить неизвестно на кого сшитые джинсы или, омерзительные тренировочные штаны, в которых и в кругу семьи нормальному человеку было бы показаться стыдно? А понятие того, что некоторые цвета ну никак не могут сосуществовать? А некоторые специфические оттенки, на мой взгляд, вообще сочетаться ни с чем не могут в принципе... Я уж не говорю о стиле или об элементарном вкусе (тут мне судить порой возможности нет), но в зеркало, в котором себя видно в полный рост, посмотреться можно? При этом, и это удивительно, всё обычно чистенькое и не мятое, волосы да пальчики почти всегда в идеальном порядке, так что за собственным видом явно следят пристально, но как-то специфически.
Эх, давненько мне не удавалось в Питер вырваться, а как там нынче молодежь одевается?